Между добром и злом. 8 том

Глава 28

Кое-кто только что понял, что его подставили и предали. Подставили очень крупно в самом начале, буквально развязав ту войну, которая привела его в столь шаткое положение, и предали, вынудив пойти на мир с одним и на измену империи против другого. Взгляд директора был красноречивее тысячи слова.

А Кондрат и не собирался останавливаться.

— Это вы похитили Зей, вы попросили Атерию прибежать и описать людей, которые так похожи на людей директора, и вы же взяли бумагу с символом секретной службы, на которой написали требование вернуть компромат на вас.

Кондрат медленно, вальяжно встал и начал обходить стол по кругу в сторону принца и принцессы.

— Вы сделали всё, чтобы я подумал на секретную службу. И если бы я его отдал, вы бы вернули Зей и сделали бы вид, что ни при чём, став самой большой силой, которую бы уже ничего не сдерживало. Почти прямой путь к трону, когда он свободен. А если нет… второй вариант вас тоже устраивал. Мы перебьём друг друга, а вы добьёте оставшегося и заберёте то, что может отправить на плаху всю вашу грязную семейку. И опять же останетесь самой большой силой. Оба вариант хороши, верно?

— Это ничего не меняет, — хрипло пробормотал Тонгастер, взглянув на директора, который был готов удушить его здесь и сейчас. — Ничего. Сначала Брилль, потом все вопросы.

— Да-да, сначала Брилль, потом все вопросы, ­— закивал принц. — Раз уж всё это начали, идите вместе до конца, всё равно вы оба обвиняетесь в измене.

— Это мы ещё увидим, Агарций. Долго я терпел вас…

— И будете терпеть дальше, у вас это хорошо получается. Походу, у вас терпеть семейная черта, — оскалился он и обернулся к стеклу, за котором продолжали стоять званные гости. — А что касается вас, господа, теперь вы можете идти и спасибо за службу империи. Даю торжественную клятву, что я этого не забуду никогда.

Кондрат не был удивлён тому, что происходило.

У него возникла мысль, что в этом могут быть замешаны Тонгастеры, ещё в самом начале, когда глава рода в первый раз пришёл с предложением помощи. Это было так удобно, решить проблему, которую создал сам, в обмен на компромат. А улики, что это секретная служба… А какие? Слова Атерии, да лист бумаги? Но, как он и сказал тогда, проверить её у него возможности. К сожалению, не было.

В тот момент, секретная служба, которая тоже набирала силу, выглядела в разы вероятнее, а ситуация требовала немедленных действий. Да, они сместили главу специальной службы и обыскали все места секретной службы, где могли прятать Зей, не зная, что её там и не будет. А секретна служба подумала, что от них решили избавиться и ответила единственным, чем могла — террором. Но даже так ни под каким соусом это не было поводом вырезать не просто сыщиков, а целых семьи.

А Тонгастер тем временем просто наблюдал за тем, как они убивают друг друга, попивая у себя чай.

Тишина продолжала висеть даже когда комнату наблюдения все покинули свидетели измены, закрыв за собой дверь.

— Не думаю, что это последняя новость за сегодня, — произнёс Кондрат, решив расставить все точки над «и». — Честно признаюсь, мне было интересно, кто вы, директор. Что вы за человек, которому так безоговорочно доверяет император? И насколько было удивительно, что вашу всю историю подтёрли.

Тот уже поджал губы, понимая, что всё тайное сейчас станет явным.

— Мне действительно пришлось поднять очень старые архивы, просмотреть записи…

— Я тоже руку к этому приложил, — похвастался Агарций. — Честно, мне до боли стало интересно, кто же ты такой, без имени и фамилии, но которому мой отец так доверял.

— Доверял, как родному брату, — кивнул Кондрат. — А потом меня озарило. Если он доверял вам, как родному брату, то возможно вы и есть его родной брат, но только по другой линии. Немного старых записей, включая тех, что оставлял прошлый советник прошлого императора, и вот оно — оказывается, прошлый император очень любил не только свою императрицу, но и тех, до кого мог дотянуться. Неудивительно, что у него появился бастард. То есть вы, Гаций Хельдерфонд, сын виконтессы Хельдерфонд. И в то время, как других буквально топили, как щенков, вас спас статус вашей матери.

Теперь уже Тонгастер косился на директора или, правильнее будет, Гация Хельдерфонда. Бастард, родной сын прошлого короля. Можно говорить всё, что угодно о бастардах, однако, чего не отнять, так это их возможности наследовать, если нет других претендентов. Да, обычного этого стараются не допускать, но что, если просто нет других вариантов? Что единственный прямой потомок — это бастард.

— Прожив здесь почти два года, я давно уяснил, что, как и везде, здесь вполне отходят от строгих правил при необходимости, стараясь придерживаться общих принципов, — произнёс Кондрат. — Вы обвиняли Агарция в смерти императора и прямо сказали, что засадить его сразу мешает лишь статус принца, при котором нужны доказательства. А если у вас получилось засадить принца, то кто останется? Принцесса? По женской линии престол не наследуется. А больше наследников нет, разве что женят принцессу на ком-то и всё.

Кондрат встал со стороны принца и принцессы, и получалось, будто они теперь разбиты на два лагеря. С одной изменщики, с другой те, кто поддерживает законный переход власти.

— Остаётся прямой потомок, мужчина. Сын прошлого императора. Бастард. Замена тому, кто умер. Кто скажет против? — Кондрат пожал плечами. — Многие скажут. Но кто осмелится сказать против, когда у вас на них собраны толстые папки с компроматом, способные упечь любой род в тюрьму до конца их дней? Ведь тогда вы вынесли не весь компромат из архивов, а лишь часть. Как раз на тех, кто смог бы вас поддержать.

— Вы несёте бред… — пробормотал он.

— Бред, но вполне реальный воплотить, мистер Хельдерфонд. С таким компроматом вас, бастарда прошлого императора, поддержали бы все. Все самые крупные игроки империи и даже некоторые судьи. А там жениться на племяннице, и всё, все вопросы к вам будут сразу решены.

— Я бы не стал убивать своего брата, — произнёс Хельдерфонд, даже не пытаясь скрывать своё родство с прошлым императором.

— Я не говорил, что вы его убили, пусть мотив и есть, —­ заметил Кондрат. — Нет, он вам доверял, как родному брату, а вы охраняли его. Но вот что вы могли сделать после его смерти, так это захватить престол. Формальное право есть, поддержка других есть, а больше и ничего не надо. Кроме компромата на Тонгастеров. Ведь, как вы говорили, это ведущая сила в империи, и без них вас бы не поддержали. Подержат они — поддержат все. А для этого просто жизненно необходим компромат на весь род.

Каждый тянет одеяло на себя. Кто бы не убил императора, каждый хочет занять его место. Одни собираются засадить своих на трон, но для этого они должны избавиться от последней уязвимости. Другой тоже хочет на трон, у него всё это есть, но не хватает лишь поддержки самого сильного. И всем нужная эта проклятая папка, проливающая свет на самые тёмные делишки советника императора и его рода.

— Это ничего не меняет, — произнёс Тонгастер. — Сейчас или потом, но то, что вы про нас узнали, вас уже не спасёт, Брилль. Свои вопросы мы решим с директором позже, но что касается вас…

— Где Зей? — спросил он.

— Теперь вам не обязательно знать о ней.

Вряд ли они стали бы её убивать до того, пока всё утрясётся. Ведь она всегда была запасным вариантом, который мог помочь им выйти сухими даже из самой сложной ситуации. Пока жива она, у него будут связаны руки. Правда сейчас они сами обрубали даже эту возможность, даже сами того не понимая.

— Но вы хотите знать, где компромат, не так ли? — уточнил Кондрат.

— Я или директор его так или иначе найдём, но потом, —­ пообещал он.

Единственное, в чём можно было им отдать должное, по крайней мере, Тонгастеру, так это в том, что они из последних сил пытались держаться вместе. Несмотря на то, что вскрылось, оба понимали, что сейчас грызться между собой плохая идея.

Тем не менее Кондрат видел настороженность в глазах что Хельдерфонда, что Тонгастера. Оба понимали, что по идее должны выиграть в этой битве, но не могут понять, что не так. Почему что Кондрат, что императорская семья столь спокойны. Они силились понять, но у них не получалось. А потому ничего не оставалось, как просто отдать приказ.

— Взять их всех, — произнёс Хельдерфонд. — Объявить план цитадель. Никого не выпускать. Любой, кто попытается прорваться, сразу убить. Это приказ…

Стража сдвинулась с места. Один выскочил в коридор, что-то горлопаня во всё горло, а семеро начали приближаться к ним, подняв ружья. В ответ Кондрат вытащил пистолет, будто тот мог помочь против семерых.

Пистолет помочь не мог, но мог помочь другой человек.

Принцесса вздохнула и медленно встала.

— Ну что ж… — она медленными движениями распустила волосы, — раз всё так обернулась, в чём я даже не сомневалась…

Стража недоумённо остановилась и переглянулась, после чего взглянула на Хельдерфонда с Тонгастером. Может приказ и был дан, но они всё равно воспринимали её, как принцессу, а ещё её спокойствие заставляло задуматься.

— Что встали⁈ Взять их! — вскочил Хельдерфонд, тыкнув в них пальцем. — А этого убить! Сейчас же!

В то же мгновение в зал ворвалась ещё стража с оружием на изготовку.

Кондрат поднял пистолет, и прогремели выстрелы.

Больше десятка выстрелов прогремело почти одновременно, тем самым объявив начало переворота.

И ни одна пуля до Кондрат или принца не долетела.

Кондрат смотрел «матрицу», и именно на главного героя была сейчас похожа принцесса Льен.

Подняв руку перед собой, она создала нечто похожее на прозрачный, как стекло, но отдающий голубым, щит. Точно так же, как делала Пату, но пули не превращались в лепестки из раскалённого металла. Пролетая через барьер, они, как бенгальские огни, рассыпались на искры.

Все так и замерли с ошарашенным видом, глядя на принцессу, которая, подняв ладонь и чуть склонив голову на бок, разглядывала присутствующих.

— Думаю, теперь моя очередь, верно? — беззлобно спросила она, после чего взмах руки…

Пятерых солдат справа отбросило в стену, но врезались в неё лишь ошмётки да броня с оружием. Их буквально взорвало в воздухе, забрызгав округу кровью и плотью. Выстрел откуда-то со стороны, но пуля точно так же превратилась в бенгальский огонь, но вот трое повторили судьбу своих товарищей.

— Оу-оу, давай ты будешь потише, а то нам потом надо будет объяснять, что стало со стражей, — поморщился принц.

— Я случайно.

— Случайно она, ага, как же…

Их обыденный разговор совсем никак не сходился с той бойней, которую несколькими взмахами устроила принцесса. А потом зал буквально разрезал визг.

— ВЕДЬМА!!! УБИТЬ ВЕДЬМУ!!! — Хельдерфонд тыкал в них пальцем, бросившись к выходу.

Тонгастер не верещал, он просто бросился к выходу.

Стража бросилась на троицу. Кто-то в штыковую атаку, кто-то выхватил пистолет, но история повторилась, пусть и не так кроваво.

Щелчок, и что-то похожее на бабочку пробивает сразу двоих на вылет, оставив в броне и туловище кровавые сквозные дыры. Ещё щелчок, и непонятно откуда взявшиеся серебристые нити обхватили двух солдат, что бежали на них, и дёрнули в разные стороны. Разорвать не разорвали, но хруст костей и сухожилий разошёлся по всему залу. На пол они упали безвольными куклами.

Последних троих каким-то образом засосало в пол, но выплюнуло уже с потолка, да с такой силой, что расплющило вместе с металлической кирасой и шлемом.

— Кондрат, если что, это сделали твои маги, — предупредил принц.

— Хорошо.

Был ли Кондрат удивлён? Нет, не был. Именно за этим приходила Лита в тот день, перекрасившись в рыжий.

Несколько дней назад в подвале Специальной Службы Расследований…

— Кондрат, я здесь по какому вопросу… — произнесла она тогда в подвале специальной службы, когда они остались одни. — Они подготовили ловушку, и там тебя убьют.

— Я знаю, — кивнул он.

— И так просто говоришь об этом? — улыбнулась Лита. — Ты не изменился ни на гран.

— Мы подготовимся к этому.

— Я даже не сомневаюсь, но должна кое-что тебе сообщить. Принцесса Льен, она…

— Ведьма? — опередил её Кондрат.

— А ты уже знаешь? — удивлённо захлопала глазами Лита.

— Лишь предполагал, когда понял, что принц связан с вами. Ведьм не любят, и чтобы вы смогли с ним договориться, требовался человек, который будет действительно близок к нему. Например, его сестра, ведь ведьмы — это все без исключения девушки. Мне лишь интересно, как так получилось.

— Ну… ты ведь слышал, что у императора было несколько жён? Вот от одной из них и родилась девочка с склонностью к магии. Убивать свою дочь императрица не хотела, а мы согласились ей помочь. Парочка из нас стали служанками, и обучили её некоторым начальным премудростям, как управлять и держать под контролем силу. Но императрица умерла, ведьм уволили…

— А вы поддерживаете с ней контакт.

— Именно так, — кивнула Лита. — С ней и через неё с Агарцием. Как бы то ни было, Льен возьмёт всех, кто будет в то комнате на себя, так что пусть твои люди держатся подальше. Их помощь не понадобится.

— Но там стоит защита от магии.

— С ней уже решили вопрос, — улыбнулась Лита. — Агарций выковырял все защитные камни во дворце на верхних и средних этажах за последние тринадцать лет. Было непросто, но у него получилось. Так что можешь и своих магов взять.

— Уверена, что она справится?

— Более чем. Даже начинающая ведьма не оставит шанса обычным людям, пусть и с их пукалками. Если что-то пойдёт не так, тебя поддержат, но ты должен будет находиться там один, слышишь? — повторила она.

И вот они стоят посреди зала, залитого кровью, из которого в ужасе выбегают двое старых, толстых и уже беспомощных человека, спасая свои жизни. Кондрат даже выстрелил вдогонку одному, но барьер работал в обе стороны, и уже его пуля превратилась в бенгальский огонь.

— Чёж ты их не убила… — вздохнул принц, подойдя и подняв с пола винтовку.

— На них не подействовала магия, — вздохнула Льен. — Видимо, какая-то защита стоит.

— Защита… — пробормотал он. — Ладно. Мистер Брилль, надо с ними покончить до того, как они всем растреплют о произошедшем. Им, конечно, вряд ли поверят, но хочется избежать подобных, порочащих честь, слухов. На вас будет Тонгастер, а мы попытаемся отловить этого Гация Хельдерфонда. Дорогая, дамы вперёд.

Принцесса совсем по женский фыркнула и зашагала к двери.

Кондрат и без него знал, что тайна принцессы должна умереть здесь. В противном случае, узнай все, что ведьмой, которых демонизировали в этом мире, оказалась принцесса Льен, последствия предсказать было невозможно. Может примут, а может поднимут восстание…

Подхватив подсумок с пулями и ружьё с пола, Кондрат тоже направился за ними к выходу.

Дворец уже сотрясался от боя. Повсюду были эхом расходился грохот выстрелов и даже взрывов, крики и звон металла. Стража сражалась с людьми специальной службы и, скорее всего, с самими собой. Анархия в чистом виде. Единственная проблема была разобрать, кто есть кто. Случайно пристрелить своих, кто остался верен короне, очень не хотелось.

Как далеко мог убежать Тонгастер? Кондрат предположил, что вряд ли дальше территории замка. Это императорская семья благодаря статусу знала о многих секретных ходах, и он даже предполагал, которые ведут за границы города. Но если для Тонгастера сюрпризом стала наблюдательная комната в зале для переговоров, чего говорить о других местах? Нет, он пойдёт обычным путём. Вряд ли через главную лестницу, попробует прошмыгнуть по служебным.

Но это всё бесполезно. Все нижние этажи и территория вокруг была перекрыта. Там, где можно было ещё пройти, гремели выстрелы, и вряд ли Тонгастер рискнёт проскользнуть, рискуя собственной жалкой жизнью. Нет, скорее всего, забьётся в угол и будет там сидеть, ожидая развязки.

И она будет очень скорой.