Небесный всадник

Глава 11

Ну знаете, когда меня просят не двигаться, при этом прямо перед мордой загоняя кинжал броском наполовину, я не вижу ничего против подчиниться. Не люблю, когда в теле появляются лишние дыры.

— Подними руки.

Голос был удивительно спокойным, женственным и каким-то… благородным, ну интонации голоса, сама манера произношения. А ещё властным и твёрдым, словно его обладательница никогда не слышала слова «нет» или слышала, но лишь тех, кто в скором времени подохнет. У меня бы даже встало от такого, не будь ситуация чуть-чуть удручающей.

Но руки я, конечно, поднял.

— Повернись спиной.

Я повернулся.

— Если дёрнешься или даже мне покажется, что ты дёрнулся, я сломаю тебе руки и ноги.

— Я… понял… не буду двигаться.

— Хорошо.

Не успел я выдохнуть, как две петли затянулись у меня на кистях, прижав их друг к другу. Так плотно, что верёвки врезались в кожу. После этого небесная всадница рывком за плечо развернула меня к себе.

М-м-м… не могу судить о красоте, так как она в шлеме, но через смотровые щели я видел обрамлённые ресничками выразительные голубые глаза. Пристальные и даже слегка пугающие. Я будто на рентген-аппарате сейчас стою. И взирали они на меня сверху вниз — дама была меня выше сантиметров на десять.

— Это ты был сейчас на драконе? — спросила женщина (или девушка, тут хрен поймёшь).

Но меня учили, что если тебя обвиняют, сразу отрицай.

— Нет.

Она потянулась к дереву и выдернула клинок. Его холодное лезвие коснулось моего уха.

— Ещё раз обманешь меня, и я отрежу тебе ухо, ты меня понял?

— П-понял кристально ясно.

— Хорошо. Это ты сейчас был на драконе? На грозовом?

Вообще, я не хотел признаваться, потому что мало ли что со мной сделают. Даже просто убьют, чтобы сохранить в тайне, что мужчины умеют тоже летать на драконе. Да десяток причин можно найти, и все будут верными. Но когда тебе хотят отрезать ухо, и отрежут его (я типа совсем не сомневаюсь в этом), вариантов остаётся не так много.

Я вздохнул.

— Да, это был я…

— Почему сразу не ответил? — пристально вглядывалась она мне в глаза.

— Ну… вдруг вы меня убьёте за это? — ответил я честно.

— Хорошо, я поняла тебя. Ты управлял драконом?

— М-м-м… я не знаю, если честно. Вроде управлял, а вроде он летел сам хрен знает куда. Но скорее… да, чем нет.

— Ты до этого летал на них? — продолжала она спрашивать.

Ну когда меня тащили в пасти, вряд ли считается, поэтому…

— Нет, никогда. В первый раз на нём.

Небесная всадница задумчиво разглядывала меня несколько секунд, после чего отошла на пару шагов и произнесла:

— Снимай штаны.

— Чего? — нахмурился я.

— Снимай штаны, — вытянула она перед собой меч, кончик которого коснулся моего подбородка. — Не испытывай моё терпение, юноша.

Ладно, меч у глотки — это весомый довод подчиниться. Но дух свободный мой не сломлен, слышишь⁈

Пришлось повозиться со связанными руками, стягивая то одну сторону, то другую, но я таки снял штаны.

— Кальсоны тоже снимай, — приказала она.

Трусы на местном. И я хотел попререкаться ещё немного, но качнувшийся меч, ткнувший мне остриём в горло, как-то убедил меня в бессмысленности последнего. Пришлось снять трусы. И то ли от стресса, то ли от её голоса у меня сейчас конкретно так стоял и не заметить было его невозможно.

Небесная всадница вздохнула.

— Одевай обратно.

Э, а чё за вздох, я тут не понял! У меня нормальный размер, вообще-то! Никто никогда не жаловался! Правда, некому жаловаться, так как у меня и не было никого, но не суть! Но трусы я, конечно, надел обратно.

— Как тебя зовут?

О, нормальный вопросы пошли.

— Самсон. Самсон Анд, — решил я воспользоваться фамилией, которая уже немного прижилась ко мне за время, что я здесь пробыл.

— Ты не местный, я права?

— Да.

— Ясно, — она шагнула вперёд, схватила за плечо и подтолкнула к лесу. — Иди.

— К-куда? — блин, выглядит так, будто меня хотят убить. Типа иди вперёд, а потом раз, и смерть.

— Передо мной иди. Пока ты не сделаешь необдуманных поступков, я тебя не трону. Даю слово.

Я могу точно сказать, что слово, данное тебе в лесу, где нет свидетелей, нихрена не значит. И честь рыцаря, как показала практика в этом мире, тоже просто пустой звук, которым пренебрегают так же просто, как и дают. Так что…

Не, а чё, бежать? Да ты посмотри на эту махину! Она меня догонит и насадит на меч тем местом, которое входом нормальный мужчина не называет! Или реально отрежет ноги и руки, чтобы потом туловищем в футбол играть!

Пришлось принять судьбу и молча топать вперёд. Да и сама конвоирша не сильно спешила о чём-то говорить. Я слышал каждый её тяжёлый чёт как-то совсем не женский шаг и буквально чувствовал пристальный взгляд между лопаток. Сейчас там дыру прожжёт. Не, я и раньше замечал взгляды девушек на себе, иногда не двусмысленные, но тут взгляд скорее нёс смерть.

Мы шли и шли, и когда я иногда запинался, та даже с шага не сбилась. Вскоре меня начала посещать мысль попробовать сбежать, но та будто мои мысли прочитала.

— Ты очень сильно пожалеешь, если попробуешь сбежать, — предупредила всадница.

— А так не пожалею? — уныло спросил я.

— Зависит от тебя.

— А как?

— Узнаешь.

— А сейчас могу узнать?

Она устало вздохнула.

— Не испытывай моё терпение.

— Я писать хочу.

— Я тебя предупредила, юноша, — меж лопаток довольно ощутимо меня ткнул меч.

— Ладно-ладно, я понял… — даже пописать не дают. Женевской конвенции на вас нет.

Мы шли минут пять, после чего небесная всадница остановилась и огляделась.

— Побежишь и умрёшь, — предупредила она, после чего пронзительно свистнула.

Сначала мы стояли, и ничего не происходило. Но всадница не двигалась с места, и я примерно догадался, чего мы ждали. И только минут через пять лес накрыло тенью. Ещё несколько секунд, и на нас обрушился ветер от крыльев, поднимающий листву и ветви с земли. Огромный синий дракон осторожно сел между деревьев.

Понятно, зачем мы шли, искала посадочную площадку, куда такая махина сможет сесть.

Дракон был… как дракон, разве что синеватый или бирюзовый, четверо рогов, изогнутых и шедших как бы вдоль головы, да шея была чуть длиннее, чем у тех, кого я видел. А, у него ещё четыре лапы было, помимо крыльев! Просто до этого у драконов было две лапы сзади и две сцепленные с крыльями, а тут крылья отдельно, а лапы отдельно.

И пока я разглядывал дракона, дракон разглядывал меня. А потом медленно опустил ко мне голову. Я отшатнулся, а он, наоборот, приблизился. Я медленно отхожу, а он медленно приближается, обнюхивая меня. А небесная всадница как стояла, так и стояла, наблюдая за мной с явным интересом.

— А… он меня не съест? — спросил я в полголоса, но так, чтобы меня услышали.

— Должен.

Должен⁈ Так ты мне отвечаешь, пи… нехорошая женщина⁈ А ты там… не знаю… не хочешь помочь мне вдруг? Вдруг он меня укусит? Тут одного кусь хватит, чтобы ополовинить меня по пояс так-то!

Кажется, такие глупости волновали только меня. А дракон… дракон внезапно вытащил свой огромный раздвоенный на конце язык, лизнул в лицо самым кончиком, как наждачкой провёл по харе, и отвернулся.

Вот в конце я чуть не обосрался, честно скажу. Там пасть в два ряда зубов, каждый из которых по мой локоть до кисти. Воткнёт и насквозь.

Небесная всадница уже успела подняться на борт своего драконолёта по крылу и что-то там забрать.

— Повернись спиной, — приказала она, подойдя ко мне.

Я повернулся. И через мгновение мне на лицо накинули ткань, обмотали вокруг головы в несколько слоёв и обвязали так, что точно не слетит.

— Попытаешься снять, и я выколю тебе глаза, ты понимаешь меня? — спокойным и уверенным голосом, явно давая понять, что рука у неё не дрогнет.

— Да…

— Отлично, а теперь не сопротивляйся.

Я прошёл сначала по земле, потом по очень плотной пружинистой поверхности крыла дракона, а затем крепкие руки на плечах усадили меня в седло. Я почувствовал, как меня пристёгивают ремнями, что давало ответ на вопрос, как небесные всадницы из сёдел не вылетают.

— Будешь дёргаться, и я сделаю тебе очень больно, — буднично сообщила она. Забавно, насколько будничный тон совмещается с властностью.

Я не дёргался, и больно мне не делали. Однако всё, что происходило вокруг, я мог лишь различать по собственным чувствам, да свету, который проникал через ткань. А чувствовал я, что мы взлетаем. Лёгкое мимолётное давление по всему телу от достаточно резкого подъёма, ветер вокруг от крыльев, и вот уже воздушный поток бьёт мне навстречу.

Хотелось спросить, куда мы летим, да только и ежу понятно, что меня везут в столицу. Что там меня ждёт? Будут ли меня пытать? Посадят в тюрьму? Сделают небесным всадником? Тут, в принципе, любой вариант подходил. Могут убить просто на всякий случай, а могут заточить в тюрьму, где будут выбивать правду, как у меня получилось. Хотя вариант с включением в небесные всадники я тоже не исключал, но звучало слишком маловероятно и хорошо, чтобы быть правдой.

Неизвестный чувак из смердов, который умеет летать на драконах, а давайте его сделаем одним из самых почитаемых людей. Ага, бегут и падают…

Возможно, я даже в последний раз летел на драконе… что мне не помешало начать засыпать…

— Не вздумай заснуть, — ударила меня своей железной перчаткой по спине всадница. Но мягко, надо признать. — Второй раз я тебя ловить не стану.

— Так я же пристёгнут.

— Тем не менее, не испытывай свою судьбу, юноша.

Я задумался.

— А… почему ты зовёшь меня юношей? Судя по голосу, ты не сильно меня и старше.

Вот сейчас, даже несмотря на ветер, бьющий в лицо, я услышал смешок.

— Думаю, можно счесть это за комплимент.

— А чё, неправда, что ли?

— Просто замолчи. И я хочу, чтобы дальше ты говорил, лишь когда тебя об этом попросят, ты понял?

— Да, я понял… — покорно согласился я.

Нет, а что от меня ждут, что я на высоте в несколько километров буду строить из себя сигму или гигачада? Нет, я могу, но чего я не могу, так это отрастить крылья и лететь, когда меня сбросят вниз. Между крутизной и тупизной очень тонкая грань, а иногда её и вовсе нет.

Сколько мы летели, я не знаю, но меня почему-то вырубало от монотонности с мешком на голове, а небесная всадница то и делала, что слегка стукала меня по спине, приводя в сознание. И каким-то шестым чувством, жопой, наверное, так как она отвечала у меня за обнаружение проблем, через несколько часов монотонного полёта я понял, что мы снижаемся.

Степень моего очкования резко выросла. Сердце опять упрямо забилось в панике, да и всего меня начало потряхивать от страха. Знать бы, что меня ждёт, а тут одна неизвестность.

Дракон начал приземляться. Я почувствовал, как мы тормозим в воздухе, после чего небольшая тряска, и вот уже, судя по всему, дракон перебирает лапами до полной остановки. Кажется, он сейчас чуть-чуть присел, позволяя нам слезть…

Да, меня схватили под мышку, спустили по крылу на каменный пол и…

— Ни слова, — голос моей конвоирши был спокоен. — Отведи в любую комнату и сторожи. Мешок не снимай и не говори с ним. Жди меня, — а потом добавила, так как тот, кому она говорила, видимо, хотела что-то спросить. — Нет, потом я всё объясню. И без насилия.

Судя по тому, как она сказала это вдогонку, его ко мне и собирались применить. Но вместо этого просто схватили под мышку и потащили. Потащили хрен знает куда, но свет через ткань перестал проходить, стало понятно, что завели меня в помещение. Да и запах был здесь более спёртый, что ли…

Я пытался запомнить, не знаю зачем, путь. Один раз запнулся о ступени и едва не упал, но мой конвоир будто бы без видимых проблем дёрнул меня наверх, не дав растянуться, и потащил по лестнице вверх. Здесь мы ещё чуток плутали, после чего скрип петель, мы проходим буквально два метра, и меня силой садят на стул. Ещё несколько секунд, и к этому же стулу привязывают.

Ну хоть не били, и на том спасибо, хотя моё будущее, конечно, оставалось довольно туманным…

— Нашли его? — это был первый вопрос воительницы, когда она вошла в комнату, распахнув дверь так, что та ударилась о стену, едва не слетев с петель.

Обе девушки вскочили.

— Да, нашли, буквально на следующий день, — с готовностью произнесла одна, когда вторая подхватила свёрток и протянула его старшей.

— Вот он!

Надо сказать, что она, как и все те небесные всадницы, что разглядывали его до этого, испытала всё те же чувства: какой-то неописуемый восторг вместе с восхищением и… неверием. Но она видела эту рукоять, трогала эту рукоять и наблюдала за тем, как её касались другие, столько раз, что не узнать просто не могла. Другое дело, сам клинок…

И то, что делала каждая до неё — она стянула перчатку и провела по нему пальцами.

— Когда его нашли? — переспросила она.

— На следующий день, — повторила первая.

— Почти три дня назад, значит. А где?

— Лежал в грязи, кто-то выбросил его, видимо, решив, что не сможет вывезти из города. Министр внутренней безопасности, да и глава тайной службы очень сомневаются, что целью было украсть его, — добавила вторая. — Они предположили, что какая-то девушка нечаянно вытащила его, запаниковала и забрала с собой. А как увидела столько стражи, выбросила.

— Мы все три дня проверяли всех девушек, покидавших город, но он ни на одну пока не откликнулся.

— Всех девушек? — повторила главная задумчиво. — А мужчин?

— Мужчин? — девушки переглянулись, не сдержав улыбки. — Серафина, ты чего, какие мужчины?

— Обычные мужчины, — ответила Серафина, глава небесных всадниц империи.

— На них меч не реагирует, и на драконах они не летают, — заметила вторая. — Какой смысл?

— Смысл в том, Лорейн, что по пути сюда я лично встретилась с мужчиной-всадником на драконах, — подняла она взгляд на девушек. — Поэтому мне интересно, вы проверяли мужчин?

Обе выглядели так, будто весь их мир только что перевернулся. Первой пришла в себя Лорейн.

— Нет, мы не проверяли, Серафина. Нам даже в мыслях не было, что это… это возможно. А что за мужчину-всадника ты встретила?

Серафина была не из тех, кто любил шутить или вообще был за подобным замечен. Может возраст, а может её должность, как главы всех небесных всадниц, за которых она несла ответственность и отвечала, оставили на ней этот отпечаток. Старшая сестра, наставница, командир — её иначе не видели.

— Скоро вы сами увидите, — пообещала она. — Мне удалось его привезти сюда.

— Захватить⁈ А какой он? — оживилась первая.

— Флория, придёт время, увидишь.

— А я бы сейчас взглянула, одним глазком хоть… — вздохнула она. — Но ты уверена, что он… ну всадник, а не то, что дракон его утащил просто?

— Да. Я сама видела, как он ехал на нём верхом и пытался им управлять. Выглядело так, словно он в первый раз на нём летает. С его слов, так оно и было, собственно.

— Вау… Теперь я хочу действительно его увидеть, — протянула Флория.

— Думаю, в этом нет проблемы… — задумчиво протянула Серафина, разглядывая меч. — У меня как раз появилась догадка, которую мне любопытно проверить…

Не хотелось бы никого беспокоить, чтобы по зубам не получить, но мне действительно хотелось в туалет, а то меня тут привязали к стулу, а минимальных удобств даже не предоставили. Хотелось, конечно, попросить, но я буквально чувствую, что моя надзирательница стоит в одной комнате со мной, и что она как-то не сильно дружелюбно ко мне настроена. Не знаю как, но я это жопой чую, а она у меня чувствительный орган.

Так я и сидел, ожидая собственной участи, пока не услышал шаги гостей. В первую очередь благодаря тяжёлым металлическим шагам человека в доспехах. Никак та девушка, что меня украла, возвращается.

И точно, дверь скрипнула, и её негромкий голос спросил:

— Всё хорошо?

— Абсолютно, — а вот этот голос был холоднее и строже. Не агрессивный или злой, а просто строже.

— Очень хорошо.

Руки довольно небрежно сорвали с меня мешок. Пришлось немного проморгаться, чтобы навести резкость и немного привыкнуть к полумраку комнату. Передо мной стояло аж четыре девушки. Именно девушки, хотя две из них были где-то, наверное… ну типа около тридцати, что ли.

Впереди была как раз-таки на этой границе та, что меня и сгробастала, белокурая и голубоглазая. Я её по голосу узнал. Вторая, строгая и плюс-минус ровесница первой с длинными прямыми волосами, стояла чуть в стороне позади, хмурясь. Две других, словно дети, выглядывали из-за спины белокурой. Одна так и вовсе хлопала глазками, как ребёнок.

— Выглядит обычно… — пробормотала она.

— А ты ожидала рогатого и чешуйчатого? — без тени улыбки спокойно поинтересовалась белокурая и обратилась ко мне. — Как себя чувствуешь?

— В туалет хочу, — честно признался я.

— Это потерпит…

— Может это и потерпит, а я как-то не очень.

— Хватит дерзить, когда к тебе обращается глава небесных всадниц, — тут же шикнула строгая.

— Сходишь. Но сначала я хочу кое-что узнать от тебя. Тебе знаком этот меч?

Белокурая достала из свёртка, который притащила с собой…

ТОТ САМЫЙ МЕЧ, ЧТО МЫ ТОГДА СКОМУНИЗДИЛИ У КОГО-ТО!!! ДА ВЫ ЧЁ⁈ КАК… ВОТ КАК ВЫ ТАК УГАДАЛИ⁈

Видимо, мой взгляд был настолько красноречивым, что ответа не потребовалось.

— Понятно… И где ты его взял?

Ну так как уже нечего скрывать, я честно и ответил.

— Без понятия.

— Ты помнишь, что я сказала тебе честно отвечать?

— Но я честно отвечаю, — старался я сохранять спокойствие. — Я тогда нажрался в зю-зю и ничего из того дня не помню.

— Во что ты напился? — переспросила девушка, хлопающая глазками.

— Сильно напился, — поправил я себя. — Я не знаю, откуда он, но с ним я уже проснулся в кровати.

— Лжёшь, — холодно произнесла строгая. — Это меч Асаргоста. Мужчина не может вытащить его из камня.

— Из какого камня? — не понял я.

А ПОТОМ КАК ПОНЯЛ!

Отлично, у меня есть алиби. Я понял, о каком камне речь идёт.

Единственный известный меч в камне, это тот драконий меч, который типа силу показывает у всадниц на драконах. Светится или что-то в этом духе, но при этом реагирует только на девушек, и то очень редких, скорее исключительных. А вытащить его и вовсе никому не под силу, уж тем более мужчине. Тем более мне.

— Да, вы правы, я его не вытаскивал, а нашёл, — согласно кивнул я.

— Ты сказал минуту назад, что не помнишь, откуда он у тебя, — заметила другая девушка за спиной главной. Не та, что хлопала глазами, а с волосами до плеч.

— Вспомнил. Валялся, да я с дуру и поднял его.

— Как тебе повезло, — белокурая мне не поверила. — Каталина, развяжи ему руки.

Та подчинилась сразу.

Ох как приятно… аж закололо в ладонях…

Я потёр натёртые запястья, глядя на девушек передо мной. Белокурая протянула мне меч рукоятью вперёд.

— Возьми его.

— Зачем?

— Потому что я так сказала, — невозмутимости, как и властности в голосе, ей было не занимать. — Не вынуждай меня заставлять тебя.

Не хотелось. Вот не знаю почему, но трогать мне его не хотелось. Подсказывало мне что-то внутри, что ничего хорошего из этого не выйдет. Ведь едва поймут, кто у них важнейшую в империи реликвию скрысил, могут ремешки себе на запястья из меня нарезать. Но и отказать не мог, потому что меня всё равно заставят. Сломают руки, выбьют зубы, а заставят, а может и просто вложат силой в ладонь, а потому смысла как-то сопротивляться я не видел.

Я протянул руку и осторожно коснулся рукояти меча.