Небесный всадник

Глава 6

— А-А-А-А!!!

Я очнулся вместе с собственным криком. Пробуждение было внезапным, будто кто-то щёлкнул тумблером и вернул меня в реальный мир. Щёлк, и я тут. Но, как и с быстрым пробуждением, мысли совсем не успевали за реальностью.

Как же меня вштырило не по-детски… Мне сейчас такой стрёмный сон приснился, что всё было как настоящее. Да я даже поверил в это! Там типа сон про драконов, которые меня чуть не сожрали. Будто я попал в другой мир, ездя на мотоцикле, а там… там…

И действительность нагнала меня.

Потому что не было никакого сна про драконов.

Была реальность про драконов. И сейчас я лежал не у себя дома на неуютном холодном полу, а в монструозном и пугающем своим масштабом зале на холодном камне в кожаном плаще, снятым с трупа. И эта лёгкая прохлада, и боль в теле, и лёгкий сквозняк — не плод моего воображения, а суровое напоминание моего положения.

И даже при всём при этом я не сразу смог раздуплиться. Казалось, что я ещё сплю, что это бред, слишком реалистичный сон, и я вот-вот проснусь…

— Ты пришёл в себя…

Из темноты впереди на меня смотрел один-единственный светящийся глаз.

Окей. Я понял, я проснулся, и это всё реально. Вопросов больше нет. Потому что такой ужас, который я испытал от внимания этого чудовища, подделать было невозможно.

Я сразу вскочил, тут же вспомнив минувшие события. И… я ещё был жив! Да, я ещё был жив! Господи, я жив! ЖИВ, МАТЬ ВАШУ! МЕНЯ НЕ СОЖРАЛИ! Пока что…

— Убирайся, пока я не передумал…

— С-спасибо… — я на всякий случай поклонился, чтобы эта тварюга не посчитала меня невоспитанным и не решила передумать, после чего развернулся и быстрым шагом пошёл прочь. Не побежал, потому что где-то читал, что это провоцирует животных нападать.

— Мы с тобой ещё встретимся, человечишко…

А можно не надо? Я ведь очень рассчитываю, что нет.

Я покинул зал, войдя в тот самый туннель, через который меня сюда и принесли, молясь не встретиться лицом к лицу с драконом. Если меня пощадил этот, не значит, что пощадит тот. Из-за этого и времени осмотреться нормально не было. Разве что, как и в зале-колодце, здесь было много балконов и проходов, некоторые из которых были выдолблены в стене.

В зале со сводчатыми потолками и шестигранными колоннами, удерживающими потолок, я тоже не задерживался. Сейчас всё моё внимание было приковано к громадным воротам впереди, через которые сюда проникал солнечный свет, освещая каждый уголок подземной площади. Под конец я позволил себе бежать, гонимый страхом за собственную шкуру, и…

Я переступил порог.

Всего один шаг, и я оказался на улице. Снаружи. По эту сторону замка.

Куча эпитетов и масса эмоций. Никто не поймёт, каково это, когда ты прощался с жизнью и выжил там, где выжить физически было невозможно.

Ноги наконец подкосились, но не от усталости, а от облегчения. Блин, меня прям на слезу облегчения и радости пробило. А всё потому, что невозможно описать, каково это — быть человеком, который кровью и потом выгрыз собственную жизнь из лап чудовища и стал первым, кто вышел отсюда живым. Почему первым? Потому что сомневаюсь, что до этого выходил кто-то ещё.

Я позволил себе сделать несколько очень глубоких вдохов прохладным и кристально чистым воздухом после затхлых коридоров темницы дракона. А потом встал и уже лёгкой трусцой направился к полуразрушенной стене. Надо было валить, и чем дальше — тем лучше.

Пока я пересекал внутренний двор, на глаза то и дело попадались как смятые ржавые доспехи, так и скелеты. Кажись, это было место очень старой битвы. Я видел даже какие-то сооружения, которые давно были разрушены. Возможно, это были защитники этого замка, которые пытались остановить дракона, но, как мы видим, неудачно. А дракоша по тихой так отожрался, что теперь даже в ворота не пролезал.

Я не стал здесь задерживаться, резонно опасаясь, что прилетит ещё кто-нибудь. Да и искать здесь было нечего. Всё полезное давно истлело и проржавело. Разве что нашёл неплохой ещё более-менее живой топорик, как томагавк, но на этом удача закончилось. Остальное было чистым мусором.

Вскоре я уже осторожно перелезал через завалы огромной стены. Ворота были заперты, но разломов в них хватало, чтобы безопасно попасть на другую сторону. Остановившись на вершине обломков, я обернулся и бросил прощальный взгляд на замок. Вырезанный в горе, красивый, тёмный и зловещий, в здоровом уме сюда никто бы не сунулся.

И я не сунусь. Я валю отсюда. Благо есть куда.

Взгляд переместился от замка на сто восемьдесят градусов.

Передо мной раскинулся пологий каменистый склон на многие километры. Здесь ничего не росло, только гулял прохладный кристально чистый ветер. И путь был… неблизкий… Да ваще охренеть насколько неблизкий! Нет, я видел впереди зелёный пушистый ковёр леса, но до него топать и топать по безжизненным горным склонам из булыжников. Хер знает, успею ли я вообще спуститься до низа до того, как помру с голоду…

Ну, проверять мы это, конечно же, не будем.

И я отправился в путь. Спустился с обрушившейся части стены и пошёл по каменному склону вперёд, благо здесь всё шло на спуск.

Очень быстро я понял, что туплю конкретно. Если у стен есть ворота, то, блин, должна быть и дорога, которая будет идти от них. Её я нашёл почти сразу, едва понял простую истину. Сделанная из плоского камня, когда-то идеально подогнанного друг к другу, сейчас она местами разошлась, выпирала или вовсе была переломана. Тем не менее, всё равно куда удобнее спускаться, чем ломать ноги на булыжниках.

Благодаря ней мой поход стал приятной прогулкой. Весь прошлый день я то и дело спасал свою душонку, а здесь какая-никакая, но передышка. Ещё и погода располагала. Небо было без единого облачка, и солнце заметно припекало. Было тепло, даже немного жарко, несмотря на прохладный ветер. А ещё здесь было так тихо, что единственным звуком были лишь мои шаги, да лёгкий шелест всё того же ветра.

Каеф…

Ещё больший каеф, когда я ручей нашёл. Его было слышно задолго, как на глаза попался. Он пробил себе дорогу меж камней слева и шёл параллельно дороге, негромко журча. Здесь я всё же сделал исключение и остановился, чтобы умыться и помыться.

Да, пипец какой холодный, что аж шары скукоживаются, но отмыться надо было. Я был весь в крови дракона. А вдруг он сифилисом болел? Или каким-нибудь драконьим спидом? Да кто этих чешуйчатый вообще разберёт-то? Заодно одежду, плащ и ботинки отмыл от грязи и крови. Когда вылез из воды, зуб на зуб не попадал, но зато я чистенький, а под солнцем и вовсе высох за часок.

Не каеф, когда наступил вечер. Солнце спряталось, и здесь я хорошо прочувствовал на себе холодный ветер гор.

Пипец тут дубак был! Зуб на зуб не попадал от холодной воды? Да тут у меня челюсть пулемётную очередь отбивала на протяжении всей ночи! Я думал где-нибудь засесть и вздремнуть, чтобы не шарахаться в темноте, да хрен там, замёрзну нахрен!

Пришлось топать ещё до рассвета и греть в ладошках собственное достоинство, которое рисковал отморозить. Благо ночь безоблачная, звёзды и… э-э-э… местная версия луны?.. Не, я понимаю, что луна тут не местная, но, во-первых, их здесь две, а во-вторых, одна из них как Сатурн, с кольцами. Глупо ожидать того же, чего и на земле, но зрелище всё равно завораживало. Ещё и млечный путь заменили на розоватую облачность…

Не, выглядит, конечно, охрененно, тут не поспоришь. Не было бы так холодно, и вообще бы огонь было!

Зато днём вновь стало жарко, и я устроился спать между камней под солнышком. Так и решил топать: ночью идти, а днём спать, пока тепло. Правда, было ещё одно большое «НО» — кушать хочется, а в горах в прямом смысле шаром покати.

Эх, доля моя непростая…

А вообще, удивительно, как много о себе можно узнать в дикой природе. Например, что ты слюнтяй и тебе жалко забить и съесть мышку. Да, я о себе говорю. Я тут мышь нашёл на третий день, такую хвостатую и ушастую, как какой-то тушканчик, но… блин… мне было жалко её. Нет, я не тряпка, я в школе, как порядочный ученик, всегда дрался, если требовала ситуация, но… драться и убить такое, чуть-чуть разное по смыслу. А он ещё, сучонок, так мило выглядел! С такими глазками-бусинками!

Короче, пока сомневался, он ускакал, а я остался голодным. Мне голодно, ночью холодно, а ещё очень грустно. Я уже не ел… так, попал я сюда с ночи, весь день меня гоняли то рыцари, то драконы… это раз день, второй, это вот вчера, когда выбрался и топал день и ночь… и… да, это третий день в этом мире.

Я три дня не ел, и от голода уже голова кружится. Усталость такая, будто я каждый день вагоны разгружаю, а не иду, так ещё и спать хочется нон-стоп. Единственное — вода в избытке. Спасительный ручей течёт прямо рядом с дорогой (надеюсь, что я не из канализации пью).

Так прошёл третий день, и настал четвёртый. К этому моменту я-то и голода не чувствовал, только какую-то безграничную усталость и желание просто уснуть и не вставать. Даже думать, и то было лень, не говоря про настроение, которое было ниже плинтуса.

Каменистая равнина то выравнивалась, то вновь шла под уклон вниз, и всего раз мне пришлось подниматься. Подниматься долго и мучительно, потеряв из вида ручей под палящим с какого-то хрена солнцем. И почему здесь днём так жарко, зато ночью околеть можно?

Но даже так мои старания были вознаграждены. Не буду врать, лес заметно приблизился, и тем не менее до него надо было идти. Но! Сразу после подъёма начинался спуск, и здесь среди камней начали встречаться трава и даже мелкий кустарник. Сначала жухлые островки и костлявые ветви, но чем ниже, тем больше растительности становилось, а воздух наполнялся новыми запахами, помимо кристальной чистоты гор. Здесь и климат стал помягче как-то, а солнце пусть и не припекало, но было как-то теплее, что ли.

Не знаю, что это мне даёт, кроме надежды, но я читал, что главное духом не падать! Вот я и не падаю! И кстати…

Я сел и нарвал травы, после чего набил ею свои жёсткие кожаные честно добытые ботинки, которые натёрли мне ноги до кровавых мозолей. О, теперь вот получше стало, помягче. А встал, потоптался на месте и посмотрел на пожухлую траву: интересно, а её жрать можно?

Конечно, траву жрать я не стал, но шаг стал немного увереннее. Казалось, что ещё чуть-чуть, и я буду спасён. Но я серьёзно задумался над тем, почему это они так далеко построили тот замок. На тюрьму он не похож, скорее… город, который захватили драконы. Так не далековато ли от дороги?

Пятый день, и да, я вышел к лесу…

Подошёл к границе, которая была видна невооружённым взглядом. Позади уже были предгорные луга, но не с той жухлой травой, что я встретил в начале, а вполне себе зелёной, густой и высокой едва не по пояс, которая шла волнами под порывами тёплого ветра. Впереди сплошной стеной лес, высокий, зелёный, с пробивающимися лучами солнца сквозь кроны, где пели птицы и чирикали насекомые. Дорога, по которой я шёл, уходила булыжником чуть глубже в лес и окончательно там исчезала.

По моим скромным прикидкам, я оттарабанил что-то около ста пятидесяти километров, а может и все двести. Почти что дорога от Твери до Москвы, и это всё на голодный желудок. Хотя мне хочется прямо здесь упасть и заснуть, и тем не менее я же справился…

Кстати, а там дракон не решит за мной вернуться? Ну чисто в теории? Там как клятва звучала, я тебя отпущу до леса, вроде? Не, из гор. А если вот я у леса, клятва типа всё или не всё? Мне бы знать точно, чтобы «отпущу до леса» не превратилось «опущу у леса».

Блин, а выбор есть? Не стоять же здесь теперь. А в лесу сквозь кроны и вовсе хрен кого найдёшь. Это, не говоря о том, что он вообще вряд ли пролезет со своей жирной тушей через тот туннель. Так что похрен, топаем дальше.

Тем временем на смену одной проблеме пришла другая — жрать нечего. Вообще нечего. Надо искать. Я пытался найти хоть что-то ещё в поле, но, кроме травы, там ничего не было. А что касается леса…

Я вошёл в лес и оказался под тенью его крон. Начался поиск пищи. Ягоды… я не знаю, какие ядовиты, а какие нет, поэтому они сразу отменяются. То же самое можно сказать о грибах. Я слышал, что мох можно есть, но, попробовав его, долго плевался: горький, кислый и терпкий, он поперёк горла встанет.

Что ещё можно есть? Насекомые? Да, я поймал кузнечика, но выглядел он не очень аппетитно. Я не мог заставить его съесть себя, а может просто не сильно голоден…

Нет, не с того начинаю. Нужен костёр!

Топорик, который я надыбал, как раз нашёл свою работу. Да, ржавый и туповатый, но нарубить немного сухой коры, веток и размолоть это в труху ему остроты хватило. Остался вопрос, как огонь сделать…

Сначала я, как дебил, тёр по классике палкой как сверлом другое дерево, пока ладони гореть не начали. Немного подумав, я решил сменить тактику и, найдя камень, начал топором пытаться выбить искры. Знаете, так ещё обезьяны выглядят, когда камень о камень бьют — вот что-то подобное сторонний наблюдатель мог наблюдать сейчас. Хорошо, что мой позор никто не видел.

Но пока я бил камень о камень, видимо, произошёл зов предков, так как у меня появилась другая идея. Вспомнился фильм, который я ещё ребёнком видел: там мужик на самолёте разбился и попал на остров, где пытался тоже разжечь костёр. Так вот, я взял какую-то палку, разрубил напополам, у половинки один кончик чуть-чуть расколол и засунул в трещину труху. И начал опять тереть.

Вообще, у меня правая рука в двадцать три года очень наработана, но даже она начала уставать, огня не было, нет и не предвидится. Поэтому я чередовал битьё о камень топором и эту тёрку в надежде, что хоть что-то выстрелит.

По-хорошему, надо было искать еду, змей там, лягушек, да хоть что-то, но жрать их сырыми был довольно быстрый путь к могиле. Это мне по ОБЖ рассказывали. Сначала нужен огонь, тут и согреться можно будет, и зажарить что-нибудь, а потом уже…

О! ДЫМИТ⁈ ДЫМИТ! ДА, СУЧКА! КАК ТЕБЕ, А⁈ ДА-ДА-ДА!!!

Я бросился к пожухлой траве, испускающей небольшую струйку огня, и начал осторожно поддувать её, разгоняя пламя, чтобы через полчаса у меня уже был уверенный костёр.

Прямо робинзонада, не иначе!

Я прямо приободрился при огне, да и дела пошли чуть лучше. Палку я сохранил на будущее, чтобы ей потом разжигать другие огни, а сам отправился на охоту. Уже через полчаса у меня было целых две ящерицы и одна змея. Не знаю почему, но рептилий мне было не так жалко, как мышей и всяких енотов. Пришлось побороть отвращение и тошноту, однако через десять минут три распотрошённые тушки уже были наколоты на ветки и жарились над огнём.

В лесу при наступлении темноты было заметно теплее, чем в горах, поэтому я лёг здесь же около костра. Уснул не сразу, пытаясь понять, куда мне двигаться.

Понятное дело, что надо вернуться домой, так как тут если не сожрут звери, то сам заболею и сдохну от какой-нибудь херни, однако направление движения было самым главным! Летя по воздуху, было не очень-то и легко понять, откуда меня принесли, особенно, когда тебя постоянно мотает на верёвке, а дракон раз от раза меняет направление, но вроде бы… вроде бы…

Вроде бы я, короче, уснул, решив идти от замка и прямо. Куда-то да точно выйду, а там уже определюсь. Если не смогу так найти, попробую выяснить, какие из деревень сжигали, а оттуда буду плясать дальше. Можно возразить, что того «окна», через которое я попал, может и не быть, однако пока это был единственный вариант.

Шестой день начался с лёгкого утреннего дождя. Я впопыхах спрятал свои две палки, которые приспособил для костра, и двинулся дальше, доев остатки пережаренного мяса, посчитав, что лучше в моей ситуации пережарить, чем недожарить.

Теперь предстояло идти через лес, и моя скорость заметно снизилась. Такой долгожданный он начал мозолить глаза уже через сутки. Куда ни взглянешь, везде дебри, бескрайние и глухие. Единственным ориентиром была гора, но и ту можно было разглядеть только через проплешины в кронах да с дерева.

Первый день в лесу сменился вторым, а второй третьим, а я шёл и шёл. За это время я научился добывать огонь и охотиться на всякую мелкую дичь. В основном ящерицы и змеи, потому что их было легче поймать, чем того же зайца, но один раз мне удалось поймать большую бегающую птицу типа куропатки. Жарил я её тоже чуть ли не хруста. Не, ну а чё? Да, жёстко, но зато безопасно.

Теперь я понимал, как чувствовали себя путешественники. Ты идёшь, идёшь и идёшь, а леса конца-края не видно. Дни совсем перестают различаться: деревья, овраги, деревья, поваленное бревно, деревья, какая-то речка, которую я прошёл вброд, опять деревья, деревья, деревья… Это кажется весело, когда ты не идёшь постоянно вперёд, не зная, куда выйдешь.

Третий день, четвёртый, пятый, шестой… Сколько я суммарно уже в этом мире? Десять дней, получается, и из них уже восемь суток я брожу по каким-то захолустьям этого мира. Пение птиц, стрёкот насекомых, редкие животные, которые старались держаться от меня подальше — всё становится просто фоном, и только погода создавала разнообразие: то солнце, то дождь, то туман или пасмурная. Но нельзя сказать, что моё путешествие проходило гладко и скучно. Одной ночью к моему костру вышли волки…

Вот тут было время обосраться, если честно. Сложно чувствовать себя в безопасности, когда единственное, что тебя отделяет от рычащей стаи с острыми клыками, это круг света вокруг костра. Вот я, вот граница света и вот эти мохнатые твари, что рычат и смотрят на меня голодными блестящими глазами.

Всю ночь шло наше противостояние, после чего они отступили, а я зарёкся спать ночью.

Стая не ушла. На седьмую ночь в лесу они вернулись со своим дозором. Вернулись и на восьмую, и на девятую ночь. А на десятый день они и вовсе пытались меня преследовать днём, из-за чего мне пришлось тупо сидеть на дереве. Сражения не было, я даже не пытался им противостоять. Просто отсиживался и шёл дальше, когда они отступали.

Видимо, я забрался на их охотничьи угодья или что-то в этом духе. Одиннадцатый день они меня ещё преследовали, однако на двенадцатый день в лесу отстали. К тому моменту я уже и от горы значительно отдалился. Сколько я прошёл, километров… триста может? Как раз по три километра в час плюс-минус с остановками и ещё потерянными сутками из-за волков… Да, где-то так.

А потом наступил тринадцатый день в лесу или восемнадцатый в этом мире…

Я стоял напротив дороги. И не мог описать переполняющие меня чувства.

За эти грёбанные две с лишним недели это были первые признаки присутствия человека. Первые признаки, что здесь есть люди.

Я упал на колени прямо на вытоптанную голую землю, подняв небольшое облако пыли. Меня можно было понять. С того самого момента, как я покинул замок, что было семнадцать дней назад, это были первые признаки, что где-то совсем рядом есть люди. И плевать, что я их не понимаю, главное, что они есть!

Да, сложно быть сильным… и тем не менее…

Я встал, отряхнув колени, после чего огляделся. Надо было понять, куда именно двигаться: налево или направо. Учитывая, что позавчера был дождь, на дороге были отчётливо видны отпечатки колёс и копыт, а значит, раз дождь их не смыл, они были уже после него. Благо по копытам можно было понять, куда те держали путь. Туда я и направился.

Да, дорога шла вообще поперёк моего пути, но идти дальше через лес я не собирался. По дорогам будет куда проще дойти до нужного места, чем напрямик. Да и помереть я уже не боялся, набив руку на выживании в дикой природе. Удивительно, насколько становишься уверенным в себе, когда понимаешь, что способен выжить без цивилизации…

И тогда ты начинаешь бояться людей. Потому что они становятся теми, кто представляет главную угрозу.

Именно людей я встретил на этой дороге. Понимал, что рано или поздно это случится, но тем не менее, вспоминая прошлый тяжёлый опыт, когда я заметил повозки, меня пробрал озноб. Я был и рад их встретить, и в то же время нет. Вопрос стоял лишь в одном, стоило ли мне к ним подходить или нет. Тут же дело такое, одна ошибка и ты ошибся.

На свой вопрос я ответить не успел…

— Эй! Эй, ты! А ну стой! — мужчина, который отошёл от повозок в сторону, заметил меня первым, сразу выхватив меч.