Небесный всадник

Глава 9

Это был главный зал в башне небесных всадниц. Одно из тех мест, стены которого никогда не видели простых смертных, если не считать немногочисленных слуг.

Именно здесь устраивались небесные всадницы, чтобы отдохнуть, если не хотели сидеть в своих комнатах в одиночестве. И всё располагало к этому: несколько больших кресел перед большим камином и ещё больше раскинутых по всему залу, в которых можно было просто утонуть. Шкафы с книгами вдоль стен, парочка столов и другая мелочь, делающая это место уютным насколько это было возможно.

Сейчас здесь было пустовато. Всего три девушки, которые разошлись по разным углам. Одна спряталась с книгой в кресле перед камином. Другая пила чай за столом, так же читая книгу. Третья с интересом что-то стругала в самом углу кинжалом.

Тишина нарушалась только поскрипыванием ножа о дерево, что добавляло этому месту какой-то умиротворённости.

И всё ровно до того момента, пока дверь в зал с грохотом не распахнулась, заставив всех находящихся в какой-то полудрёме подпрыгнуть на месте.

— ОН ПРОПАЛ! — голос ворвавшейся особы в полном доспехе, переходящий на визг, заставил всех поднять взгляд. Резким звуком было их не напугать, но можно было напугать другим. — МЕЧ АСАРГОСТА! ОН ПРОПАЛ!

Пьющая чай за книгой поперхнулась и закашлялась, забрызгав страницы. У другой нож соскочил, резанув по пальцу, но та даже не заметила этого. Третья перед камином выронила книгу из рук.

Новость была такой же, как если бы кто-то сказал, что солнце потухло.

— Как это… пропал? — откашлялась девушка за столом.

— Так! Вот так, пропал! Его нет в камне! — уровень громкости у ворвавшейся девушки снизился. — Его просто нет! Он исчез!

— То есть как, нет в камне? — уточнила девушка с ножом. — Его же невозможно оттуда вытащить…

— Значит, можно!

— А где он? — подвисла она, до конца не в силах поверить в произошедшее.

— В ТОМ-ТО И ДЕЛО, ЧТО ЕГО НЕТ!!! МЕЧ АСАРГОСТА УКРАЛИ!!!

Новость была страшнее объявления войны, потому что именно этот меч заключал в себе частичку первородной души дракона, которая и пробуждала во многих силу. А нет её — нет и новых небесных всадниц.

Как сказали бы историки, над Нарианской империей нависли тучи.

Ох моя голова… как же, сука, она болит… как мне плохо…

Это были первые мысли, когда я проснулся. Кстати, именно головная боль меня и разбудила. Хорошо, конечно, что не боль в другом месте, а по факту и самое главное, но… чёрт… как же мне херово…

Чуть-чуть прибухнём, говорили они, будет весело, говорили они… Я из-за этого «чуть-чуть» не помню всё ровно с момента, как мне налили первую кружку пива. Дальше просто вот как отрезало. Какие-то обрывки всплывали, но не более. А сейчас голова просто разрывалась, будто была готова взорваться. А ещё…

— Ай, сука…

Ещё когда я повернулся на другой бок, чтобы найти на подушке хоть одно прохладное местечко, ударился обо что-то лбом. Приоткрыл глаза и увидел рукоять меча.

Меч?.. Какой меч?.. У меня нет меча… А нет, есть. А почему он в моей кровати?.. Почему у меня в кровати не девушка, а меч? Хотя это всё лучше, чем Дорг…

— Урс… Урс… — слабо позвал я и услышал в ответ нечленораздельное «ага». — Почему твой меч у меня?..

— Не знаю… — пробормотал тот. — Мой здеся…

Мой здеся… значит, это Ингара.

— Ингар, ты меч потерял… — пробормотал я, не разлепляя глаз.

— Он… вот он… — зевнул тот. — У меня… у кровати…

— Тогда это твой, Урс?

— Не-а…

— А этот тогда чей?..

— Да хрен знает…

Просто меч только у Урса и Ингара. У Дорга был топор, а Иосаент пользовался луком и кинжалом.

Да и хрен с ним. Я вытащил железяку из кровати и выбросил её нахрен, чтобы не мешалась. Та со звоном ударилась о пол, да так и осталась лежать там.

Я провалился в небытие. По моим ощущениям, оно длилось очень недолго. Буквально на минутку глаза закрыл. Но ощущения мира с моими не совпадали, и когда я проснулся в следующий раз, раннее утро сменилось на полдник. А разбудил меня Иосаент, который беззастенчиво расталкивал мою уставшую тушу.

— А? — я с трудом мог навести резкость на нашего молчаливого друга, который, тем не менее, бухал не меньше, чем все остальные. — Чего?

— Самсон, что за меч это валяется?

— Какой? — мозг вообще отказывался работать… Кто-нибудь, добейте меня…

— Да вот этот, у твоей кровати?

— Какой у моей кровати…

Да, раздуплиться после вчера было сложно. Я как знал, что бухать — это хрень полная. И ладно бы действительно отдохнул, но ощущение, что будто расслаблялся кто-то другой, а мне достались все последствия.

Я с трудом открыл глаза, и по ним тут же солнечный свет резанул. Хотелось зашипеть и отвернуться обратно.

Расположились мы, можно сказать, со всеми удобствами. Отдельная небольшая комната на четверых, где кровати из досок и чурбанов, а матрацы — мешки, набитые соломой. А ещё бочка для умывания, что совсем шик. Учитывая, что никаких отдельных комнат в тавернах и постоялых дворах не существовало, и все ночевали в одном зале тупо на лавках, это был люкс.

Но сейчас было не до этого. Я повернулся на другой бок и бросил взгляд на пол. Там валялся такой неплохой красивый меч.

— Меч, — констатировал я. Глазам было больно даже просто двигаться.

— Откуда он у нас?

— Не знаю. Последнее, что я помню — как мне предложили попробовать пива… А, ещё помню, как ты на четвереньках пытался заползти на стену дома!

— Я тоже это помню… — подал голос сонный Дорг.

— А откуда у нас меч?

— Да хрен его знает. Ну меч и меч, какая разница… забей…

— Да как забить, вы взгляните на него, это же меч аристократа!

Меч аристократа?

А вот тут все начали просыпаться. Меч аристократа — это плохо, меч аристократа — это опасно для здоровья. Одно дело просто чья-то железяка, а другое — если мы стащили по пьяни у какого-нибудь титулованного хрена семейный меч.

Чёткая граница проходила между простолюдинами, к которым приписали меня, и аристократами. Для них простолюдины были… ну не знаю, ну может быть люди второго и третьего сорта. Ну типа как для фашистов все остальные, или в Америке чёрные до того, как их права уравняли. Короче, по моим наблюдениям, они за людей простых крестьян не считали. Ну а крестьяне относились к ним как «о боже, это же аристократ, неприкосновенный» и типа того.

Поэтому аристократ мог спокойно подвесить простолюдина за яйца, и его там ну оштрафуют может, если вообще что-то будет. Если наоборот, то тебе напихают по самое не балуй до смерти.

Поэтому да, меч аристократа в нашей комнате — это большая проблема. И проблему надо было решать, поэтому все сразу отрезвели.

— Откуда он у нас? — пытался вспомнить Урс, потирая виски. — Кто его притащил?

— Вроде Самсон спрашивал, чей меч… — с трудом собрал мысли в слова Ингар.

— Он у меня в кровати был, — подтвердил я.

— А откуда он у тебя?

— Да я хрен знает, я не помню с первой кружки пива ничего, — честно ответил я. — Когда проснулся, он уже был.

Тем временем Иосаент осторожно поднял его.

— И меч не самый обычный… — пробормотал он. — Это не тот металлолом, что у нас, совершенно иной сплав. Такая работа по металлу, такая обработка… — произнёс он с придыханием, как истинный ценитель. Его пальцы скользили по клинку с какой-то нежностью, будто он пытался прощупать каждый узор. — Не каждому аристократу денег хватит на подобный.

— Класс… — потёр Урс лицо. — Просто зашибись… мы украли меч у кого-то охренеть благородного… Дорг! Ты хвастался, что даже бухим всё помнишь. Откуда меч?

Дорг так серьёзно задумался.

— Ну… мы пили в таверне… потом пошли в другую… Самсон блевал в каждом углу… хм… — он думал с таким важным видом, будто решал нерешаемую теорему. — Да, потом была другая таверна, после чего мы пошли гулять.

— Где?

— Куда-то на средний уровень, если правильно помню. Вроде Иосаент купаться хотел, а там и река, и фонтаны…

— Второй уровень! Точно! Там мы кого-то и ограбили! — схватился за голову Урс. — Нам хана…

— Ничего не хана, — потёр я виски. Сейчас помру от боли… — Выкинем его где-нибудь и всё. Никто не станет перерывать всю столицу из-за нас и какого-то меча.

— Я бы так не сказал… — произнёс Иосаент, выглядывая на улицу через грязное окно.

Все невольно потянулись к небольшой дыре в стене, которую гордо называли окном и на ночь закрывали ставнями. На улице было просто аномально много стражи, которая шмонала всех подряд.

— Вчера не так же было? — спросил Дорг.

— Нет, вчера их было значительно меньше. Они что-то ищут. И, судя по всему, ищут что-то громоздкое.

Они действительно шмонали всех, кто мог что-то спрятать: с мешками, с коробками, даже женщин с юбками проверяли.

— Теперь нас точно повесят… — выдохнул Урс. Главный паникёр, блин…

— Всё в порядке, — произнёс я успокаивающим голосом.

— Ты давно на улицу выглядывал⁈

— Слушай, знай они, кто это сделал, то мы бы сейчас сидели не тут, а в камере или пыточной, — привёл я главный аргумент. — Следовательно, никто нас и не видел, а если и видел, то вряд ли сможет сказать, куда мы ушли. И аристократ вряд ли смог кого-то ночью разглядеть. Так что нам требуется только избавиться от меча, и дело с концом.

Кажется, мои слова приободрили всех.

— Точно! Кинем его в колодец! — вскочил Урс.

— Колодец далеко, и днём там куча людей, хрен ты выбросишь что, — покачал я головой. — Просто выбросим его в какой-нибудь подворотне подальше отсюда, чтобы точно никто не вышел на нас, и всё.

Если аристократ, у которого мы изъяли меч, запомнил, что среди нас был слишком низкий мужик, круг подозреваемых резко сужается. И если выкинуть меч рядом с таверной, как пить дать они эту же таверну и прошерстят. Ну и вряд ли здесь не вспомнят четырёх мужиков, среди которых один дворф.

Варик с колодцем был самый норм: выбросил его, и никто уже не найдёт. Но колодец тут буквально центр сосредоточения людей, где только ночью бывает пусто, а ждать ночи, когда тем более легко заметить одинокую фигуру, такое себе. Так что лучше сейчас, когда на улицах полно народу и подальше от нашей таверны.

Так что сказано — сделано. Мы нашли мешок, забили его всякой всячиной, запихнули туда меч и вышли на улицу. Людей с мешками за плечом здесь чуть больше, чем дохрена, так что особо никто и не будет приглядываться. Правда, выбрали выбрасывать его меня, ведь это я проснулся с ним в одной кровати. Как мне сказали…

— Кто последний, тот и носит…

Ну хоть не папа, и на том спасибо.

Первое, что я заметили, выйдя на улицу выбрасывать меч — обилие стражи. Вот реально, так их обычно незаметно, а здесь будто весь гарнизон вытащили. И выглядели они уж очень серьёзно настроенными. Останавливали всех, кто имел мешки, обыскивали, шмонали даже девушек, заставляя показывать, что под платьем.

— Твою мать…

Кажись, мы кого-то не того гопстопнули. Если подняли столько стражи, то как минимум там, наверное, граф или целый герцог. Других причин поднимать столько народу, чтобы найти меч, я не видел. А если мы наследника престола разобули? Хотя откуда ему ночью здесь взяться одному…

Блин, и ведь стоило просто один раз напиться, как сразу влип по самые гланды! Один раз, сука, можно сказать, отвернулся, и теперь нас вся стража столицы ищет! Я вообще никаких гопских замашек никогда за собой не замечал, а тут выпил, и на тебе…

— Ладно, я справлюсь… — пробормотал я и двинулся вниз по улице, держась толпы.

Тут же всего ничего! Просто выбросить его чуть подальше, а не рядом с таверной, и всё!

Но это «и всё» чуть не стало летальным «и всё!» буквально в самом начале, когда прямо навстречу мне у самой двери двинулась целая тройка стражников. И чуйка мне говорит, что они точно решат заглянуть в мой мешок. Пусть я и старался не подавать виду, взгляд бегал во все стороны, пытаясь найти выход…

О! Дверь с надписью «выход»! То, что нужно!

Я попал в сквозной коридор, который выводил в переулок позади домов. Можно, кстати, прямо здесь и выбросить меч…

Хотя нет, слишком близко от таверны, вон она, рядом стоит. Найди кто меч, и не возникнет вопросов, где спросить первым делом.

Поэтому, пряча нос в вороте рубахи, я быстро спустился по переулку вниз, выйдя к какому-то сточному каналу. Воняло здесь… м-м-м… моё почтение, глаза и нос разъедало, как от перцового баллончика. Видимо, использовали его для сброса нечистот.

Здесь я и решил сбросить меч. Уже достал его, когда…

— Эй ты! Стой, где стоишь!

Сказать, что я сейчас очканул — это как пытаться сгладить ситуацию, когда ты обосрался.

Стражники, сразу двое. Откуда они там материализовались за моей спиной, одному богу известно, но то, что они обращались прямо ко мне — это и дебилу ясно. Не со грязью на стенах же разговаривают. А до канавы было около метра, даже если брошу туда меч, не поленятся всё прочесать и всё равно найдут его.

Или найдут его у меня в руках…

Бежать — это была единственная верная мысль. К тому же, они далеко, если сейчас рвану…

И я рванул. Только не побежал, я твёрдым шагом направился прямиком в первую же подворотню, стараясь спрятать меч за собой.

— А ну стой, кому говорят!

Да мне, ясен пень…

Я не убегу. Если сейчас брошусь бежать, выскочу на улицу, а там этих борцунов за справедливость хоть комбайном пожинай. Сердце билось у самой глотки, и мне не пришло в голову ничего лучше, чем швырнуть меч прямо в грязь под самую стену дома и накинуть ботинком ещё сверху…

— А ну стоять, кому сказали! — выскочили двое в переулок за мной.

— ДА ЧТО ВАМ ВСЕМ СЕГОДНЯ ОТ МЕНЯ НАДО⁈ — истерически взвизгнул я, взглянув на них с перекошенной от страха рожей. Но эти двое, видимо, приняли её за полную ярости.

— Эй, потише, смерд, знай, с кем говоришь! — прикрикнул один из них.

— С вами! С вами говорю! — зашагал я к ним навстречу. — Девятый раз меня останавливаете! ДЕВЯТЫЙ!!! Ни один стражник мимо не пропустил! Уже весь мешок перерыли! Ну что вы, млять, ищете, скажите хоть, может я вам помогу! Что⁈ Что вам надо-то от меня⁈

Даже подделывать эмоции не пришлось, настолько меня потряхивало от адреналина.

— Потише, парень, иначе дубинкой получишь, — предупредил второй, но мой взрыв эмоций заставил обоих растеряться. Они выглядели как люди, которые в первый раз столкнулись с такой ситуацией.

— Хотите мой мешок обыскать⁈ Нате, держите, вот! Вот, смотрите! — распахнул я его перед ними. — Давайте, вытаскивайте всё опять!

Они отказываться не стали и заглянули внутрь. Даже немного порылись, после чего один бросил другому:

— Ничего.

Второй кивнул и обратился уже ко мне.

— Всё, можешь идти. И на твоём месте я бы держал язык за зубами, иначе по ним в следующий раз и получишь.

— Большое спасибо, — буркнул я, вскинул мешок на плечо и вышел на улицу.

Меня потряхивало. Может со стороны это и выглядело, что от гнева, но блин… пуля пролетела у виска. Просто опусти взгляд и брось его к стене дома, они бы сразу заметили металл меча, который я отчасти забросал грязью. И чувствую, меня бы на этот меч и насадили потом…

Но чёрт возьми, я от дракона ушёл, и что, не ушёл бы от каких-то стражников? Как говорится, всё хорошо, что хорошо кончается!

Правда, меня по пути обратно четыре раза повторно обыскивали…

— Вы сообщили? — спросил негромко мужчина, постукивая пальцами по столу, за которым сидел.

— Аэль уже вылетела, — кивнула девушка с длинными чёрными волосами. — Через трое суток максимум она будет здесь.

— Понятно… — пробормотал он.

А ведь сначала, когда к нему с этой новостью ворвался секретарь, он подумал, что это чья-то глупая шутка, настолько неправдоподобно звучала новость. Украсть меч Асаргоста… похищение императора было бы в разы правдоподобнее, чем вытащить этот древний меч, простоявший там веками, из камня.

А потом пришли небесные всадницы… и стало понятно, что это не шутка…

— Если его не найдут… — начала было она.

— Его найдут, — канцлер в этом был твёрд.

Боялся ли он? Естественно, он боялся. Потерять меч — потерять возможность пополнять небесных всадниц. Потерять возможность пополнять небесных всадниц — стать целью для всех остальных. Их империя и века не продержится в этом случае. Но даже при этом канцлер даже мысли не хотел допускать, что они упустят этот меч. Ведь всякие мысли, домыслы — это как трещины в вере. Дай их пустить, и всё рухнет.

— Его найдут, даже если придётся перерыть лопатами всю округу.

И едва он это сказал, как послышались приближающиеся торопливые шаги за дверью. Ещё мгновение, и в кабинет без стука ворвался полный мужчина с густыми бакенбардами. Он забавно переваливался с ноги на ногу, когда бежал, и его можно было принять за кого угодно, кроме министра внутренней безопасности империи.

А именно им мужчина и являлся.

В руках у него лежал свёрток, в котором без проблем угадывался какой-то меч.

— Нашли! Нашли меч! Вот он! — задыхаясь, тряс он свёртком.

— Это точно он? Вы уверены?

Канцлер одновременно и был готов поверить в чудо, что так всё легко решилось, и боялся, что меч не тот, и вслед за вздохом облегчения будет тяжёлое разочарование.

Вместо ответа министр без лишних любезностей вразвалочку подбежал к девушке и слегка поклонился, протянув меч двумя руками.

— Миледи, не почтите за грубость, но времени на любезности нет. Это он или нет?

Той самой «миледи», что сворачивала шеи огромным костоломам голыми руками и сеяла смерти сотнями, а то и тысячами, было совсем не до каких-то там формальных любезностей. Оставленная за главную в шпиле небесных всадниц именно на ней лежал весь груз ответственности, пока не прилетит старшая.

Небесная всадница встала, подошла, откинула ткань и взяла его в руки. Её не смутили ни грязь, ни неприятный запашок — сейчас было куда важнее определить подлинность.

Она столько раз видела эту рукоять, торчащую из камня, столько раз сама её касалась и, чего греха таить, даже пыталась вытащить, как и многие до неё, а потому узнала эту ребристую слегка шершавую поверхность сразу. И удивительно, после стольких лет в первый раз видит его целиком…

Невольно пальцы пробежались по грязному холодному металлу, по этим резным росчеркам, удивительным узорам и…

— И как?

Небесная всадница слегка отошла от транса, бросив взгляд на присутствующих. Канцлер и министр внутренней безопасности немного подались вперёд, с напряжением ожидая её вердикта.

— Да, это он, — кивнула девушка.

— Ну слава всем великим… — пробормотал канцлер, откинувшись на спинку стула.

— Аж от души отлегло… — кивнул министр.

— В кои-то веки стража сделала что-то полезное…

— Обижаете, лорд-канцлер. Может если бы вы доверяли нам больше, чем тайной службе, мы бы смогли проявить себя…

— Да-да-да… — закивал канцлер, садясь ровно. — Надо сообщить главе тайной службы и архимагу империи, что меч нашли, а то они сейчас город перерывают.

— Император в курсе произошедшего? — уточнила небесная всадница.

— Да, и сейчас я пойду докладывать, что всё обошлось, — встал он со своего места. — Хоть одна хорошая новость за день. Я могу надеяться, миледи, что вы позаботитесь о мече?

— Конечно, — кивнула она, разглядывая его, словно ребёнок, который получил долгожданный подарок. Да чего там, любая на её месте выглядела бы точно так же! Эта реликвия, древнейший артефакт, источник сил всех небесных всадниц — подержать его в руках вот так просто хотела бы любая из них.

— И всё же… — медленно произнёс министр, — мне не даёт покоя одна вещь. Кто его вытащил и почему его бросили?

— Враги империи? Не будет его — не будет нас. Не будет нас, уж простите за прямоту, вас тоже тогда не станет. А бросили потому, что поняли, что не смогут вывезти из города? — предположила всадница.

— Вот тут вы и ошибаетесь, — покачал он головой. — Его наверняка стащили ночью, к тому же, стража говорила, что там постоянно шлялась какая-то пьянь. Идеальное время, чтобы выкрасть его. И учитывая, что за пропажу схватились только под утро, когда светать начало, его можно было вывезти сто раз за пределы города, и мы бы ничего не нашли. Но его не вывезли.

— Вы уже допрашивали тех, кто там патрулировал? — остановился канцлер у двери. Учитывая обстоятельства, император может подождать пару минут.

— Да, видели только всякую пьянь. Выходной же был.

— А тех, кто нашёл?

— Да, так же патрулировали, задерживали всех подряд и случайно заметили его в грязи.

Канцлер задумчиво посмотрел на всадницу с мечом. Сюда бы, конечно, не заместителя небесных всадниц, а их главу, она была самой старшей в плане возраста, быть может уже и сталкивалась с подобным раньше. Но и без неё ответ напрашивался сам собой.

— Скорее всего та, кто вытащила его, даже не представляла, какой подарок судьбы ей уготован. Ради забавы дёрнула, вытащила, испугалась, вставить обратно не смогла и быстро утащила с собой. Может хотела продать, а может просто не знала, куда деть. Как бы то ни было, едва увидела так много стражи, просто испугалась и выбросила его.

— Любая благородная знает, что если такое бы произошло, то бежать надо, но к замку, — ответила девушка.

— А если это была не благородная?

По лицу всадницы было понятно, что она думает о неблагородных, и тем не менее она ответила.

— И неблагородные знают об этом, пусть это и сомнительно.

— Ну, значит, скоро в ваших рядах будет новая всадница из глухих мест, где об этом не слышали, — ответил он и вышел из кабинета.

— Осталось её теперь только найти… — пробормотал ему вслед министр.