Непокорная попаданка. Снять метку (СИ)

Глава 60

Ничего не понимая — что-то я не заметила, чтобы мы с Нефелией так уж тесно общались — я тут же вскрыла конверт и вытащила изящную открытку, изображавшую пушистую овечку с розовым бантиком, которая паслась на лугу.

Повертела: под овечкой было что-то написано, но я прочитать не успела: Рейнард молча протянул руку и отобрал у меня открытку.

— Эй! — возмутилась я, — Вы чего?

И протянула руку, чтобы отобрать открытку, но Саторро тут же поднял её повыше — так, чтобы я не достала.

— Осторожность никогда не помешает, — спокойно сказал он, будто бы не замечая, что я начала подпрыгивать, чтобы отобрать открытку, — мы с вами уже выяснили, что Нефелия вела себя подозрительно, так что я решил проверить.

Он перевёл взгляд на меня и вдруг усмехнулся.

— Не хочу, чтобы с вами что-то произошло, Алина, — вдруг серьёзно сказал он, и я тут же замерла. Сердце всполошенно забилось.

Мне что, это снится?

— Ну… — промямлила я, не зная, как реагировать на такую внезапную откровенность. Однако Рейнард вновь вернулся к открытке, словно ничего такого и не произошло.

— Подождите секунду, — повелительно бросил он мне и, положив её на одну ладонь, накрыл другой. Я пригляделась и увидела, что щель между его ладонями засветилась нежно-зелёным светом.

— Что вы делаете? — заинтригованно спросила я. Саторро нахмурился, будто прислушиваясь к чему-то, помолчал и отстранённо бросил:

— Проверяю.

Спросить, что и как именно, я не успела. Сияние угасло — так быстро, словно в ладонях герцог прятал ещё и миниатюрный выключатель.

— Кажется, всё в порядке, — спокойно сказал герцог и вернул мне открытку. Я тут же вцепилась в неё и не удержалась от вопроса:

— А что вы искали?

— Следы проклятий, темной магии — всё в таком роде, — пожал плечами Саторро.

— Ой…

— Не бойтесь, — усмехнулся герцог, — всё чисто. Можете спокойно её прочесть.

Именно это я и сделала, когда мы сели обратно в карету и покатились обратно.

Открытка меня слегка разочаровала. После всего тумана, который Нефелия нагнала вокруг их дружбы с Вивиан, я ожидала, что она, как минимум, пришлёт какую-нибудь интересную головоломку или неожиданное признание в…

В чем? В похищении Вивиан?

А почему бы и да!

Но открытка содержала в себе всего пару строчек, выведенных витиеватым каллиграфическим почерком с тучей завитушек и кудряшек:

“Дорогая Эллейн, мне ужасно жаль, что мы не смогли пообщаться подольше. Искренне надеюсь, что вы ещё посетите меня, и мы сможем как следует пообщаться!”

— И стоило ради этого тратить открытку… — пробормотала я. Покрутила её в руках и положила рядом с собой на сиденье.

— Алина, — вдруг обратился ко мне хранящий молчание до этого Саторро, — дайте мне руку. Ту самую, на которой метка Арчибальда Кирро.

— Зачем? — удивилась я.

— Потому, что у меня нехорошее предчувствие насчёт неё! — загадочно ответил герцог, и я безропотно подчинилась, закатав рукав.

Когда Саторро взял мою руку, сердце опять бешено закувыркалось в груди. Оно стало так часто это проделывать в присутствии Рейнарда, что я просто перестала обращать на это внимание.

Рейнард зачем-то провёл пальцами по метке. Я внутренне сжалась, потому что ожидала нового приступа боли или ненависти, но ничего не произошло. Только лёгкий неприятный зуд, которым метка Арчибальда отозвалась на его прикосновение.

Пальцы Саторро скользнули дальше. Теперь он ощупывал те самые загадочные линии, проявившиеся вокруг метки.

— Что-то не так? — слабым голосом спросила я: на меня вдруг накатило такое сильное головокружение, что в глазах помутилось.

Что это? Это всё от того, что рядом сидит Рейнард? Но как это влияет…

Окружающие звуки вдруг тоже приутихли. На голову будто бы опустили толстую ватную подушку, которая отсекла меня от внешнего мира и окутала густым и плотным теплом.

Всё сосредоточилось вокруг меня и ощущения руки Саторро, властно сжимающей моё запястье. Его пальцев, нежно скользивших по коже…

— Это невероятно, Алина! — донёсся до меня его голос, звучащий настолько глухо, словно Рейнард находился в километре от меня, — Но я, кажется, понял, что это такое. И демоны меня раздери, но я никогда не слышал ни о чём подобном раньше…

“О чём?” — хотела было спросить я, но все вопросы тут же выдуло из головы, потому что дальше произошло что-то невероятное.

Я уверена, что это был не сон, и не бред. Слишком уж отчётливо я почувствовала, как Рейнард поднял мою руку и прижался губами к внутренней стороне запястья.

— Будь я проклят… — долетел до меня отголосок сказанного им, — неужели такое возможно?

По коже брызнули мурашки, а низ живота скрутила сладостная судорога. На язык хлынули мириады вопросов, главный из которых был: “Что вообще происходит и что вы имеете в виду?”, но задать я их не успела.

Ощущение плотной подушки усилилось, и я в ужасе почувствовала, как связь с реальностью рвётся.

На меня навалилась тьма, и я опрокинулась в огромную воронку.

Самым жутким ощущением, которое я запомнила перед тем, как потерять сознание, было почувствовать то, как меня отрывает от Саторро, и я проваливаюсь в небытие.

У этого ощущения были и плюсы — я вдруг вспомнила, как испытала подобное в тот момент, когда отключилась в автобусе и попала сюда!

Правда, тогда это чувство было не таким ярким… может, потому, что я была сонная и мой мозг посчитал, что мне это всё просто померещилось?

И в себя я пришла так же быстро, как и в тот раз. Проморгалась и очнулась, охваченная очень странными чувствами.

Изумление, лёгкая паника, страх, волнение — будто бы увидела три ночных кошмара за один раз, и теперь пыталась сориентироваться и осознать себя!

— Приснится же такое, — недовольно пробормотала я, тяжело дыша, — Рейнард, вы даже не представляете…

И осеклась.

Потому что с запозданием осознала, что никакого Рейнарда Саторро рядом нет.

Да и карета куда-то исчезла.

Я сидела на низком диванчике в помещении, которое показалось мне смутно знакомым. Будто бы тоже вынырнувшим из давних воспоминаний…

И на меня смотрел не кто иной, как Бартоломей Цуго!

Тот самый алхимик, от которого я еле унесла ноги!