Отряд Дельта

Глава 37

После того, как с дозаправкой в пустыне определились, было выбрано место, где "Дельта" сможет укрыться в дневное время, прежде чем на вторую ночь отправиться к посольству. Оно располагалось на краю солончаковых пустошей, окружающих Гармсара и южное подножье гор Эльбурс. "Дельта" должна будет залечь в уединенном вади, расположенном примерно в четырех милях к северо-западу от Гармсара и почти в пятидесяти милях к юго-востоку от Тегерана. В районе находились заброшенные соляные копи, и проходила дорога с твердым покрытием. Ее наличие было очень существенно ввиду принятого ранее решения, предусматривавшего, что бойцы "Дельты" должны будут погрузиться в шесть больших 2,5-тонных грузовиков и проехать в них через Тегеран к комплексу посольства. Было также определено отдельное место для скрытного размещения "Си Стэльонов". Высадив "Дельту" возле вади, они должны будут перелететь в труднодоступный холмистый район, находящийся в десяти-пятнадцати милях от места нашего скрытного расположения. Там они, укрытые маскировочными сетями, будут ждать, пока следующей ночью "Дельта" не вызовет их на футбольный стадион. С этой целью я придал вертолетчикам двух радиооператоров, снабженных разработанным и изготовленным для "Дельты" оборудованием спутниковой связи. Они должны будут установить связь с укрывающимся в вади штурмовым подразделением. После определения обоих мест укрытия встал вопрос о том, как держать их под наблюдением, чтобы определить, не представляют ли они потенциальную угрозу. Группу планирования беспокоила линия иранской государственной железной дороги, проходящая южнее вади. Как часто там ходят поезда? По какому расписанию? Лишь Боб мог дать ответ, являются ли тревоги разведывательной секции реальными или мнимыми.

Однако никто не мог победить тревогу, которую вызывали у всех резервуары с горючим. Укладчики успешно решили задачу их выброски. Но даже несмотря на то, что в январе было проведено семь или восемь успешных испытаний, оставалось чувство, что с "пузырями" будут проблемы. Подозрения, что они не являются решением вопроса с дозаправкой, никуда не делись. Однако никто не мог придумать ничего лучше, чем эти емкости, пока на Чака Гиллмана (псевдоним) не снизошло вдохновение.

Я знал Чака по Юго-восточной Азии, где он занимался воздушными операциями ЦРУ в Лаосе. Я считал, что он знал о воздушном обеспечении специальных операций больше, чем кто-либо в Агентстве в тот период. Во время одной из тренировок с резервуарами – в данном случае проходившей на самой большой и безопасной из площадок приземления в Форт Брэгге, именуемой "Ди-Зи* Голландия" – Чак был поблизости. Выброска прошла хорошо, и когда я уже собрался было возвращаться в "форт", он подошел ко мне. Он не был доволен увиденным. "Предположим, что вы не сможете найти эти пидорские хрени, или они свалятся в овраг, и вы не сможете вытащить их оттуда? И я вижу, что перекачка идет слишком медленно. Все, что тебе надо, Чарли, это посадить в пустыне самолеты с топливом. Возьми несколько танкеров и заправь вертолеты с их помощью".

Такими самолетами могли быть EC-130, способные перевозить 3000 галлонов** топлива в громадных резервуарах. Все аргументы против этого способа дозаправки исходили от офицеров планирования ВВС, которые, не зная точного места посадки, выражали опасения, что поверхность пустыни не выдержит ЕC-130. Смысл их возражений был понятен всем. У Чака Гиллмана был ответ. "Давайте возьмем двухмоторный самолет КВП (короткого взлета и посадки), прилетим на нем из соседней страны и приземлимся в тщательно выбранном месте, которое группа планирования наметит в качестве "Пустыни-Один". Другими словами, давайте серьезно подойдем к выбору места, затем отправим туда специальный самолет с людьми, способными подтвердить, что EC-130 смогут сесть там и взлететь. Он продолжил: "Я летал над этим районом, и знаю, что это можно сделать. Мы обследуем место, сфотографируем и возьмет образцы грунта, все, чтобы убедить ВВС, что они могут прилететь и посадить там свои птички с топливом. И, в самом деле, давайте возьмем с собой офицера ВВС. Это придаст больше доверия всему нами сделанному".

Мы отловили генерала Войта в конференц-зале "форта". С ним был прибывший в Центр имени Кеннеди офицер связи ЦРУ. Было около восьми вечера, и для всех это был долгий день. Чак Гиллман изложил свою идею. Будучи выпускником Гарварда, он был очень красноречив. Чак мог втюхать кому и что угодно. Друзья в Агентстве рассказывали, что всякий раз, когда им нужно было протолкнуть что-то сложное, они засылали Чака Гиллмана. Прошел час, и генерал Войт был убежден, что это стоящая идея. Он сказал, что попытается преподнести ее председателю, генералу Джоунзу.

В течение следующих нескольких дней генерал Войт продемонстрировал эту идею в Пентагоне, и из его телефонных звонков я понял, что генерал Джоунс будет пытаться получить одобрение Белого Дома на вылет КВП.

"Дельта" вновь отправилась на запад для тренировок с вертолетами. Кое-кто из парней считал, что пилоты не слишком-то улучшили свои умения, и их мнение о них начало ухудшаться. Я не считал, что все так уж плохо, как им кажется. Однажды погода стала совсем отвратной. Темно-фиолетовые тучи катились по небу от горизонта до горизонта. Началась сильная гроза, дождь лил как Ниагара. Из-за скопившегося в воздухе электричества один из пилотов решил, что лететь небезопасно. Безгубый сказал: "У нас тут полный вертолет людей, сэр. А если мы будем в Иране, и пойдет такой же дождь, и будут молнии, что мы будем делать?" Но генерал Гаст продолжал уверять меня, что пилоты становятся лучше. Их командир, разумеется, знал, что пилоты совершенствуются, однако я не был уверен в полковнике Сейфферте. Мне нужно было достаточно долго пообщаться с человеком, посидеть с ним в одном окопе, прежде чем я мог полностью доверять ему.

Для пилотов вертолетов недавно была введена новая навигационная система. Именуемая PINS***, она должна была стать дополнением к системе "Омега"****, которую они использовали, и с которой были хорошо знакомы. Каждая система требует дублирования по той же причине, по которой стрелки Дикого Запада носили по два револьвера. Это было разумно, однако техники, проводившие обучение, не были уверены, что у пилотов лежит душа к ее изучению. С другой стороны, все хотели быть уверены в этих "кожаных загривках". Если не они, то кто? Если не сейчас, то когда? Морпехи получили презумпцию невиновности.

В тот период у меня был один офицер, молодой человек, вызывавший у меня некоторое беспокойство. До этого он ни разу не был в бою, однако не стыдился дать понять, что боится. Мы разговаривали часами. Боятся все. Любой, кто не испытывает этого чувства, совершенно чокнутый. Не отдавая дань страху, невозможно найти способ справиться с ним. Страх может быть чертовски опасен, но если удастся совладать с ним, бороться с ним, осознать его, тогда появляется шанс победить его. Мне не хотелось бы оказаться зажатым под огнем с людьми, не испытывающих хотя бы малейшего чувства страха. Я многое выслушал от этого молодого офицера и постарался несколько успокоить его. Когда настало время, он действовал. И действовал хорошо.

Все стремились вперед. "Дельта" была готова выступить. Они помнили, что говорил Моисей: "Если ты не достиг превосходства, признайся в этом, и не пускайся в путь". Не беспокойтесь, "Дельта" его достигла!

Особое возбуждение охватило людей в день, когда они узнали, что группа планирования, наконец, определилась с местонахождением "Пустыни-Один". Они нашли безлюдное место в обширной соляной пустыне Дашт-э-Кавир, в 265 морских милях к юго-востоку от Тегерана. Оно находилось в девяноста милях от ближайшего жилья, которым был небольшой поселок ткачей в провинции Йезд. Теперь оставалось выяснить, выдержит ли поверхность пустыни вес самолетов-заправщиков EC-130. Специалистам по планированию воздушных операций генерала Войта был необходим вылет самолета КВП для подтверждения правильности своего выбора, и они продолжали давить на Белый Дом по этому поводу.

Мне также было необходимо подтверждение некоторых аспектов нашего плана штурма посольства, и я все больше и больше убеждался в том, что для успеха "Дельты" жизненно важно направить одного из наших людей в Тегеран.

Нужно было пронаблюдать за всеми мероприятиями и изучить все важнейшие места глазами оператора "Дельты". Я уважал Боба, но, разумеется, он ничего не знал о "Дельте". Я не хотел доверять жизнь ста двадцати парней кому-то, кого я не знаю. Я подталкивал генерала Войта к этой мысли. Через некоторое время он воспринял ее.

Когда стало известно, что мы рассматриваем возможность направить оператора "Дельты" в Тегеран до начала самой операции, многие вызвались добровольцами. После тщательного рассмотрения было отобрано четверо операторов, начавших проходить специальную подготовку. Она заключалась в изучении иранских обычаев и запретов, запоминании улиц и бульваров в Тегеране, изучение столичной транспортной системы, приобретение некоторых разговорных навыков на фарси, ознакомление с иранской денежной системой и заучивание легенды прикрытия. В этой области "Дельте" была оказана большая помощь. В разведслужбах имелись инструктора и сотрудники, ранее проживавшие в этом городе.

Четверо отобранных операторов "Дельты" были слеплены из правильного теста. Любой из них смог бы выполнить эту задачу. Однако Бакшот представлял собой нечто особое, и он стал главным кандидатом. По ходу подготовки стало очевидно, что для Бакшота не удается найти подходящее прикрытие, и мы с большой неохотой были вынуждены вывести его из программы. Его внешность Роберта Рэдфорда не способствовала делу. Кроме того, я считал, что он был нужен мне в качестве заместителя. Тогда свои услуги предложил Дик Медоуз, что, с моей точки зрения, было необычно. Дик участвовал в рейде на Сон Тай, задачей которого было спасение наших пленных из рук северовьетнамцев. В результате выяснилось, что разведданные устарели, а пленных перевели в другое место. Налет, невзирая на результаты, был хорошо спланирован и мастерски осуществлен. Я не знаю, почему Дик вызвался поехать в Иран, однако подозревал, что из-за мыслей, что, как гражданского, его могут оставить, и провести операцию без него. После долгих споров разведывательное сообщество неохотно приняло Дика. Ему присвоили псевдоним "Эсквайр".

Было еще трое. Они также были подготовлены Министерством обороны и отправлялись в Иран одновременно с Медоузом. Двое из них имели опыт службы в Силах спецназначения, оба свободно говорили по-немецки. Последний из них, по моему мнению, был самым храбрым. Мы воспользовались компьютером управления кадров Министерства обороны в поисках человека с военной подготовкой, отлично говорящего на фарси. Мы обнаружили нашего героя в самом неожиданном месте. Это был сержант ВВС в ранге Е-6, тянувший рутинную военную лямку. Его семья родилась и выросла в Иране, и его владение языком было безупречным. Услышав, чего мы от него хотим, он немедленно согласился. Я был чрезвычайно впечатлен им. Не имея никакого предыдущего опыта в делах такого рода, он подвергался большему риску, чем другие. Он решил пойти на это, и предложил свои услуги, поскольку его страна нуждалась в нем.

План состоял в том, чтобы вывести этих четверых агентов в Тегеран за несколько дней до начала операции, и вместе с Бобом они будут наблюдать за всеми объектами, займутся проверкой подготовки транспорта и выявлением возможных проблемных мест. Предстояло сделать очень многое, а времени на это было довольно мало. Нужно было перегнать грузовики, присматривать за складом, где они будут находиться, пробежаться по маршрутам, запомнить их и найти альтернативные пути, кто-то должен был работать на радиопередатчике, а обе цели – посольство и Министерство иностранных дел – необходимо было держать под наблюдением.

Затем случилось нечто настолько глупое, что я не мог в это поверить. Боб был отозван в США и, к моему изумлению, его отправили в Пентагон для встречи со мной. Я был ужасно зол на его кураторов, допустивших такой риск. Это было вопреки всем правилам конспирации. Уж они-то должны знать об этом лучше всех. Бобу ставилась задача осмотреть место укрытия, поскольку фотографии не могли сказать группе разведки, может ли близлежащая железнодорожная ветка повлиять на план. Ему также поручили проверить дороги от места укрытия до ворот посольства, интенсивность потоков движения на предполагаемых маршрутах, дислокацию сил быстрого реагирования, возможное расположение контрольно-пропускных пунктов и места дорожных работ вблизи посольского комплекса. Меня беспокоило место укрытия.

"Вы были там?"

"Да, я был там. Когда я вернусь, то вновь отправлюсь в этот район и еще раз осмотрю его, чтобы убедиться, действительно ли это место подходит".

"Важно, чтобы мы точно определили его. Если мы пропустим его в темноте, нам не удастся соединиться с вами".

Я хотел узнать все, что только можно об этом месте. Я хотел знать, кто живет в этом районе, и что они подумают, когда услышат пролетающие у них над головами вертолеты.

"Они ничего не услышат, полковник, потому что там никого нет".

"Что будет, если мы появимся с другого направления, отсюда?"

"Там живут пастухи. Вам лучше придерживаться намеченного курса. По утрам они больше привыкли слышать пение петухов, чем вертолеты".

Иранец, назовем его Аль, был молодым, стройным, и он очень хорошо знал Тегеран, будучи в прошлом одним из телохранителей шаха. Он почти идеально говорил по-английски. Поскольку "Дельте" был нужен кто-то с таким опытом, разведчики передали его нам. Он раз за разом повторял, что ему ни в коем случае нельзя оказаться в плену в Иране. Я предположил, что он, вероятно, работал в Национальной службе разведки и безопасности, известной как SAVAK. За его голову была назначена награда. Было странно, что ему захотелось вернуться в Иран с американским отрядом. В плане были определенные моменты, которые Алю знать не полагалось. Если его и в самом деле схватят, весьма разумно, если он не будет знать слишком много. Когда дойдет до дела и запахнет паленым, действительно ли он отправится с "Дельтой" на эту операцию?

Еще одна вещь требовала моего внимания. Ее можно было отнести к "делам из прошлого". Я получил письмо из Штутгарта. Оно было с пометкой "СРОЧНО!" Написанное каким-то мудаком из транспортного управления Армии США в Европе, оно сообщало, что они больше не в состоянии хранить мою мебель и, если я не заберу ее, собираются продать ее с молотка. Я позвонил генералу Войту.

* Дропзона (drop zone – DZ), зона выброски (прим. перев.)

* 11355 литров (прим. перев.)

* Высокоточная инерциальная навигационная система (Precision Inertial Navigation System). У автора она какая-то "паллетированная" (Palletized), видать попутал что-то… (прим. перев.)

* Глобальная радионавигационная система США. Состояла из восьми наземных станций и перекрывала почти всю поверхность земного шара. Была выведена из эксплуатации в 1997 году (прим. перев.)