После шторма

6

Кейдж

Телефон завибрировал, пока я сидел за своим столом, и я бросил взгляд вниз — бесконечная цепочка сообщений снова ожила.

Джорджия

Привет. Я встретилась с Фарой в Cup of Cove, и она сказала, что видела, как ты разговаривал с Пресли Дункан, когда она забирала Грейси пару дней назад.

Бринкли

ЧТО? Почему ты нам об этом не сказал? Почему мы слышим это от посторонних людей?

Потому что я не хотел раздувать из этого, блядь, целую историю.

Хью

Я знаю, что в Гэррити той ночью всё прошло не слишком гладко. А во второй раз получилось лучше?

Всё нормально. Она познакомилась с Грейси. Мы не ненавидим друг друга. Больше особо и сказать нечего.

Джорджия

Ты же знаешь, что можешь сказать нам, если тебе больно.

Да ради всего святого. Со мной всё в порядке. Мне не нужен, блядь, сеанс психотерапии, так что не надо бежать к маме и докладывать ей. Я в порядке. Пресли в порядке. Разбирать тут нечего.

Бринкли

Хммм… Ты всю свою вечно ворчливую жизнь любил только одну женщину, и мы, по-твоему, должны поверить, что её появление — это вовсе не важно? Не верю ни на секунду.

Джорджия

Аналогично.

Вам не нужно, блядь, в это верить. То, что вы двое что-то там себе надумали, ещё не делает это истиной. Я. Сука. В порядке.

Бринкли

Прямо-таки слышно, как ты в порядке.

Я же не собирался рассказывать им, что моя дочь буквально одержима вопросами о Пресли. Она вернулась с танцев и без умолку тараторила о моей особенной подруге. И как, черт возьми, мне теперь угомонить ее к воскресному ужину? Вся семья вцепится в меня, если это зайдёт ещё дальше.

Финн

Мне кажется, теперь его сердце принадлежит Максин. В последний раз, когда я был у него, эта свинья вела себя подозрительно территориально.

Хью

А ты вообще ещё долго собираешься держать у себя это чудовище? Лэнгли ужинали вчера в ресторане, и Джо выглядел вполне нормально.

Эти сраные Лэнгли пытаются использовать мою дочь, чтобы заставить меня оставить у себя эту грёбаную свинью. Это уже ни в какие ворота. Я заеду к ним после работы и верну её. Я таскаю эту чёртову свинью туда-сюда каждый божий день, потому что она сходит с ума, если я оставляю её дома.

Бринкли

Кто бы мог подумать. Ей не хочется оставаться дома с вечно «увлекательным» Бобом Соленосос? Даже не представляю, почему. 😆

Хью

Не гони на Боба. Вот это мой тип собаки. В прошлый раз, когда я был у него, он засунул нос в мою кружку с пивом. Он клёвый чувак. Просто расслабленный. 😎🐾

Джорджия

Почему бы тебе просто не согласиться оставить Максин? Грейси её обожает, и, по-моему, ты сам её любишь больше, чем признаёшь. Я видела этот милый персиковый бандану, который ты ей купил.

Это просто бандана. Кажется, я нашёл её у мамы дома.

Бринкли

Интересно. На ней, между прочим, вышито Максин, Крутой Ты Наш.

Ладно. Это Грейси увидела её и умоляла меня взять. Вот о чём я и говорю — моя жизнь один сплошной цирк. Я только что провёл час с мистером, блядь, Вигглстайном, уговаривая миссис Ремингтон стерилизовать его.

Финн

Тот ублюдок уже больше самок в Коттонвуд-Коув оприходовал, чем братья Рейнольдс все вместе взятые.

Не груби. Он оплодотворил уже не одну суку, и ей, чёрт побери, пора взять всё под контроль и держать его взаперти. Ладно, мне пора. Остался ещё один клиент и я свободен.

Хью

Увидимся за ужином.

Бринкли

Вообще-то не очень круто, что вы устраиваете ужин только для мужиков и без нас.

Финн

Ты ужинаешь с Джорджи, Риз и Лайлой. О чем ты вообще говоришь?

Джорджия

Вот именно. Мог бы хотя бы спросить и дать нам возможность тебя отшить.

Мы и так ужинаем вместе каждое воскресенье — этого вполне достаточно. Вы, люди, душите меня.

Бринкли

Есть шанс, что ты пригласишь Пресли на воскресный ужин? Вот это было бы интересно. 😉

Финн

Пресли и Максин в одной комнате? Ну всё, салют обеспечен.

Хью

Мне кажется, у Максин больше шансов стерпеть его вечно ворчливую задницу, чем у Пресли.

Вам, ублюдки, пора завести себе жизнь и перестать лезть в мою. 🖕

Я выключил звук на телефоне и с грохотом швырнул его на стол, потом потер виски.

— Доктор Рейнольдс, — позвала Кейт, появляясь в дверях моего кабинета.

— Что там?

— Кресса Петербэйкен пришла с Честером — новым щенком, которого она, по ее словам, нашла и приютила. Я поместила их во вторую комнату, это последний пациент на сегодня. Но будь готов. Я, конечно, не ветеринар, но с этим что-то определенно не так.

— Отлично. Конечно, блядь, не так. Этот день все лучше и лучше. — Я поднялся на ноги. — Миссис Ремингтон записалась на прием по поводу стерилизации мистера Вигглстайна?

— Она записалась на прием, чтобы снова с тобой поговорить. У нее появились новые вопросы.

Я сжал руку в кулак и поднес к губам. Сколько, черт побери, раз мы еще будем обсуждать стерилизацию этой гребаной собаки?

— Да что у нее, блядь, за проблема с тем, чтобы стерилизовать его? Полгорода уже негодует из-за всей этой ситуации.

— Знаю. Думаю, к тебе еще много лет будут приходить маленькие Вигглстайны, — засмеялась она, а я покачал головой.

— Не смешно. Я поговорю с ней еще раз, а потом направлю ее к моей матери — пусть займется ее душевным состоянием. Проблема уже не в мистере Вигглстайне. Проблема — в самой миссис Ремингтон.

— Полностью согласна.

Я направился ко второй комнате, открыл дверь и вошел. Кресса Петербэйкен стояла перед небольшой клеткой и сюсюкала с Честером.

— Привет. Нового щенка завели, да? — сказал я, закрывая за собой дверь и кладя карточку пациента на стол, после чего заглянул в клетку… и увидел, как на меня смотрит ебаный енот.

— Правда прелесть? Мне кажется, он наполовину мальтез и наполовину терьер. А ты как думаешь?

Я прочистил горло. Когда я заканчивал ветеринарную школу первым в своем классе, меня точно не готовили к такому дерьму, с которым мне приходится сталкиваться в Коттонвуд-Коув.

— Не думаю, что он наполовину мальтез или терьер, — сказал я, скрестив руки на груди, потому что у меня не было ни времени, ни желания разбираться с этим прямо сейчас.

— Правда? Может, он наполовину бульдог?

Я знал Крессу много лет — раньше она работала у моих родителей в Гэррити, пока не ушла на пенсию. Я не хотел быть грубым, но и терпеть весь этот цирк у меня уже не было сил.

— Это не собака, Кресса. В клетке у тебя — енот.

— Что? Серьезно? А он столько времени тусовался у меня во дворе, вот я и решила — посажу его в клетку и принесу на прививки, прежде чем пустить в дом к остальным собакам.

— Ну, так вот… это не собака, и этого не будет.

— А ему, значит, нужны другие прививки?

— Нет. Он дикое животное, и его нужно отпустить на волю. Содержать дикую фауну в качестве домашних питомцев запрещено законом штата.

— Ну это же глупость. По-моему, он вполне себе собачка.

— Но он не собачка. Он енот.

А я, мать вашу, доктор, у которого нет времени уговаривать тебя, что ты заманила дикое животное в клетку для собак.

— Думаешь, мне надо пойти в мэрию и обжаловать это?

— Я рекомендую отпустить его на волю и позволить ему жить той жизнью, для которой он предназначен. — Я сжал переносицу.

— Ну ладно. Надеюсь, он не будет чувствовать себя брошенным.

— Не думаю, что это станет проблемой. — Я кивнул, открыл дверь и бросил взгляд на Кейт, которая сидела за столом с рукой, прижатой ко рту, сдерживая смех.

Я покачал головой и услышал, как Кресса все еще восклицает, как это неожиданно — узнать, что Честер енот. Потом я закончил с бумагами и наконец отправился домой.

Уже подойдя к бару Рейнольдс, я чувствовал себя выжатым как лимон. Только что приготовил ужин для дочери и отвез ее к родителям на пару часов — они собирались смотреть какой-то новый фильм и печь печенье. Сегодня был наш мужской вечер: я встречался с Финном, Хью, Линкольном и Мэддоксом. Мы старались собираться хотя бы раз в месяц без девчонок — чтобы по-нормальному потрепаться, не отвлекаясь на сто тысяч вопросов. Иногда мы играли в покер, иногда просто приходили в Рейнольдс за лучшими ребрышками в городе.

Я абсолютно зря заехал к Лэнгли по пути с работы. Как только Марта открыла дверь, она начала истошно кашлять, и Джо пришлось идти за ее ингалятором.

Да, я был уверен, что Лэнгли врут, чтобы не забирать Максин. Мы с этой чертовой свиньей сразу смотались оттуда. Я оставил ее на заднем дворе и уехал — пусть поживёт немного под открытым небом.

Она была тем самым гостем, который никак не хотел съезжать.

Я запахнул куртку, когда порыв холодного ветра ударил мне в лицо, и направился ко входу. Обещали бурю в ближайшие дни. Едва я вошел внутрь, как ко мне быстро подошел Хью, и по его лицу я понял — случилось что-то нехорошее.

— В баре сидит Уэс Веллингтон. Говорит, он встречается с Пресли.

— Да у него, блядь, стальные яйца, раз он прется сюда. — Я метнулся мимо брата, и он схватил меня за плечо, но я тут же оттолкнул его, потому что был, мягко говоря, на взводе.

— Ты кто, нахрен, такой, чтобы припереться сюда? — рявкнул я, вытаскивая Уэса из-за стойки.

Бокал вылетел у него из руки и с грохотом ударился о барную стойку, разлив вино повсюду. Я толкнул его назад, и он едва удержался на ногах.

Я уже поднял кулак. Больше всего на свете мне хотелось вмазать этому ублюдку.

Я ненавидел его за то, что он когда-то женился на моей девушке. А теперь — за то, как он с ней поступил.

— Брат, остынь, — Хью крепко сжал мне плечо, и я обернулся: Финн, Линкольн и Мэддокс уже тоже стояли рядом, смотрели с тревогой.

— Значит, ты Кейдж Рейнольдс, — сказал Уэс, подняв руки, а потом потянулся за салфеткой, чтобы стереть вино с пиджака.

— А ты, значит, ебаный идиот, раз приперся в этот ресторан после всего, через что она прошла из-за тебя.

— Может, сядешь и выпьешь со мной по бокалу, пока Пресли не пришла? Не будем добавлять ей еще стресса.

— Она знает, что ты здесь?

— Она сама выбрала ресторан.

Клайн, бармен, собрал осколки со стойки, и я махнул парням, чтобы шли за стол. Хью задержался, похлопал меня по плечу. Я сел рядом с тем уродом, которому по-хорошему должен был набить морду.

Клайн налил Уэсу новый бокал вина, а мне подал пиво. Уэс поднял свой бокал, как будто мы, блядь, друзья, а я просто уставился на него и сделал глоток из бутылки.

Мы не были друзьями.

Я все еще решал, стоит ли рискнуть и ударить его.

Он усмехнулся:

— Ты именно такой, каким я тебя представлял. Она явно хорошо тебя знает.

Я сузил глаза:

— Не знаю, о чем ты, но лучше бы ты подписал, сука, эти бумаги. Ты и так ей все разрушил. Отпусти уже.

Он сделал глоток, улыбнулся с усилием:

— Знаешь, я сам должен был бы врезать тебе по лицу. Наверное, ты и есть причина, по которой наш брак развалился. Но я не сторонник насилия, так что сдержусь.

Парень был на десяток лет старше меня, на несколько сантиметров ниже, и я весил килограммов на двадцать больше. Ему было бы проще подраться с Максин, чем со мной. Но в его взгляде была ирония, и я откинулся на спинку и поставил бутылку на стойку.

— Не знаю, на что ты намекаешь, но Пресли не из тех, кто изменяет. Я не видел ее много лет, но знаю, кто она есть. Так что не пытайся использовать это как оправдание за то, что сделал. Это не прокатит.

— Я тоже хорошо знаю свою жену, Кейдж.

— Скоро уже бывшую жену, — прошипел я.

— Я принес бумаги и подпишу их, если она этого захочет. Я знаю, что Пресли никогда бы не изменила. Но знаешь, от брака уходят и по другим причинам. Она одной ногой была вне этих отношений с самого начала.

— Зато верной оставалась. Ее никто не позорил на весь мир своими изменами, да?

Он покачал головой:

— Я не идеален. Но я по-настоящему любил свою жену с самого первого дня. Только вот это не было взаимно. И сколько можно терпеть? — Он поднял руки. — Это не оправдание. Это просто правда. В нашем браке всегда были трое. Для меня там места не оставалось. И это тоже правда.

Я отвел взгляд, потому что понимал, о чем он. Я тоже никогда не смог забыть ее. То, что было между нами с Пресли, было редкостью. Но мы сделали выбор. И жизнь повела нас разными путями.

— Нельзя винить ее за прошлое и при этом оправдывать им собственную измену. Так дела не делаются. Она не настолько глупа. И уж точно никто не пожалеет тебя за это. Уверен, у тебя тоже было прошлое. Бывшая до нее.

— Думаю, мы оба понимаем, что у вас с ней было нечто особенное. Я не прошу тебя понять то, что я сделал. Но я не дурак. И ты, как мне говорили, тоже. И ты знаешь, о чем я говорю. Я не мог с этим сравниться.

— Это твоя проблема, чувак. Надо было стать мужиком и доказать, что ты достоин ее. Если ты любишь женщину так, как говоришь… и если тебе повезло быть с ней… тогда держи, сука, свой хрен в штанах.

Язык мой, враг мой.

Он кивнул и потянулся за бокалом:

— Знаешь, что сделала Пресли за два дня до нашей свадьбы?

— Напилась и попыталась сбежать из страны? — усмехнулся я. Хотелось просто ненавидеть этого ублюдка, даже если я и видел, как он страдает от того, что потерял ее.

Сам виноват.

— Она сделала татуировку на запястье. Маленькую птичку — ворону. Сказала, что просто хотела что-то особенное. А потом, через несколько лет, во время одной из наших бурных ссор, призналась, что Ворона — это прозвище, которое ты дал ей. Что это напоминание о времени, когда она была по-настоящему счастлива.

Он отпил вина.

— Как мне с этим конкурировать?

От этих слов у меня сжалось все внутри.

Она вышла за него замуж, а я в это время был один, учился ухаживать за новорожденной дочерью и открывал ветеринарную практику.

С той самой секунды мы полностью прекратили любое общение.

И знать, что в день своей свадьбы она носила на теле кусочек меня…

Это, черт побери, разрывает изнутри.

— Надо было каждый гребаный день показывать ей, что ты достоин ее доверия, — процедил я. — А ты просто помахал перед ней кошельком и пытался купить ее. Наверняка ее мать в восторге от тебя.

Я отпил из бутылки, уже чувствуя, как все бурлит в крови.

— Барби явно любит меня больше, чем ее собственная дочь, — хмыкнул он. Надо отдать ему должное — он выкладывал все начистоту.

— Вот уж новость. Но Пресли — не ее мать. Ее не купишь. Она умеет зарабатывать сама. Строить свою жизнь сама.

— Тут ты прав, Кейдж. Без сомнений. Где-то по пути она отказалась от одной мечты и заменила ее другой. Сейчас она замужем за своей карьерой, и это ее единственная страсть. Единственное, что ее волнует. Я не хотел сдаваться, но все закончилось задолго до того, как я оступился. Она это знает. Я это знаю. Но все равно… я бы выбрал ее снова. Среди всех.

— Удачи тебе. Второго шанса она тебе не даст. Слишком уж ты много натворил.

— Я знаю. Но мне надо попытаться, верно? — сказал он и вдруг уставился в сторону двери.

Я обернулся и замер.

Пресли шла к нам, в глазах — легкая настороженность.

Темные джинсы, ковбойские сапоги, белый свитер с высоким горлом. На ней было верблюжье пальто с поясом, волосы аккуратно собраны.

— Ну и встреча, — произнесла она, взглядом окидывая винное пятно на его дорогом пиджаке.

Ну и пусть. Купит себе новый. Он еще легко отделался. Я ведь мог выбить ему зубы.

— Похоже, пришло время встретиться с печально известным Кейджем Рейнольдсом, — произнес Уэс.

Пресли уставилась на него, потом перевела взгляд на меня.

Я поднялся:

— Хорошего вечера. Я вон там, если понадоблюсь.

Потому что я не уйду, пока этот ублюдок не уедет и я не буду уверен, что с ней все в порядке.

Привычки, знаешь ли, умирают последними.