Разрушитель. Чужая империя 2

Глава 46 Прятки

— Тело есть? — спросил я.

— Нет, — немного резко ответил Тимофей. — Мы обязаны соблюдать меры предосторожности, Алексей.

— Да ёлки зелёные… Ладно, найдём себе занятие. В Пустоши скучно не бывает. Никогда.

— Нет! — рявкнул колдун. — Хватит!

— Ничего не хватит…

— Выйди на улицу, прогуляйся, — сказал он. — Освежись. Посмотри, сколько у нас тут сестёр! Есть и брюнетки, и блондинки, и даже одна рыжая. Познакомься со своими сподвижниками, отобранный. Хочешь, прикажу одной из сестёр тебя обогреть?

— Я не замёрз, — ответил я. — А на улицу чего ходить с мордой Грини? Чтобы нас тут же задержали?

— Ты — отобранный, — произнёс Тимофей и поднял палец вверх. — Не было такого уговора, что ты разменяешь себя на Пустошь. Здесь ты в полной безопасности. Только очень сильный маг нашёл бы наше место, если бы знал, где искать. Иди, брат.

Я вздохнул. В его словах была доля правды. И как бы мне ни было тяжело это признавать, требовалось с ним согласиться. Тело Грини дышало на ладан, а другого у меня не было. Я выглянул в окно. Какой сейчас месяц? К чёрту подробности, время года-то какое⁈ На земле лежало тонкое покрывало снега, порванное тут и там чёрной грязью. Это может быть и ноябрь, и декабрь. Да чего там, даже март. Счёт времени был утрачен.

— Где мне взять тёплые вещи? — спросил я у Тимофея.

— Ступай за столовую, — ответил колдун. — Там огромный гардероб за белой дверью. Выбирай, что тебе по вкусу. Никто из братьев не обидится, если ты возьмёшь чужую куртку или рукавицы.

— Спасибо.

Я шёл по длинному коридору безразмерного здания повстанцев. Разум твердил, что революции так не готовятся. Нужно ведь идти в народ, кого-то агитировать, что-то предлагать. Нужна конспирация. Теперь в огромном доме Тимофея людей было так много, что впору было их фотографировать и писать имена на каждом снимке.

Всех запомнить было невозможно. При этом местные считали своим долгом представить меня очередному парню или девушке, которые смотрели на меня с открытым ртом. С другой стороны, какая мне была разница, как зовут всех этих случайных людей? Лишь Изольда занимала мой разум. Местные мне улыбались и кивали, а я не знал никого. И мне было плевать.

В гардеробной я взял первое попавшееся пальто, шапку и шарф, а потом — долго подбирал сапоги. Да уж, ножки у Грини были малюсенькими — вся обувь сидела слишком свободно. В итоге пришлось надеть женские сапоги. Подумаешь, я только на пять минут, воздухом подышать. И хотя новая обувь была на невысоком каблуке, со стороны я должен был выглядеть комично. Да уж, женщинам не позавидуешь… Морозный воздух ударил мне в лицо. Как ни странно, в голове тут же прояснилось.

— Зима, — услышал я чей-то голос. — Люблю зиму.

Ты смотри, Никита. Никита Чужой. Он что, специально выбирал момент, чтобы застать меня на улице? Или наша встреча была случайной? Я посмотрел на него. Никакого сравнения с тем тощим узником! Бунтарь отъелся, вырастил густую шевелюру, надел красивый костюм и пальто. Над верхней губой были элегантные усы. Вот уж кто грелся среди сестёр!

— Слушай, а что за странная фамилия такая — Чужой? — поинтересовался я. — Вот сколько жил в России, ни разу такой не встречал.

— Раньше у меня была нормальная фамилия — Кравченко, — вздохнул Никита. — Но по суду её забрали. Так появился Никита Чужой. Ну, хорошо хоть не Никита Говновоз. Наш суд и не такое может.

— Вот это да, — улыбнулся я. — Неужели тут такое практикуют?

— Да, — кивнул маг. — Думаешь, как Гриня стал Безымянным? Тоже по суду. Вот почему эту никчёмную империю следует разрушить. Разрушить до основания!

Мы помолчали. Я хотел спросить у Никиты, какой сейчас месяц и день, но подумал, что это непринципиально. Мне было жизненно необходимо вернуться назад, в Пустошь. Может, оттуда вообще можно не возвращаться? Мы с Изольдой научились находить там пресную воду. А для пропитания можно использовать демонов…

— Я хотел сказать тебе спасибо, — произнёс Никита. — Ты очень рьяно взялся за революционную работу. И преуспел.

— Да не за что.

— Нет, правда, — произнёс Чужой. — Наши дивы теперь везде. Скоро, скоро начнутся первые диверсии… Первая кровь прольётся. Мне удалось организовать…

— Дивы — это кто? — перебил я.

— Тела, в которые мы подселяем демонов, — объяснил он. — Без тебя мы бы никогда не создали нашу армию. Тебе правда не хочется узнать, что я смог сделать?

— Нет.

И опять мы замолчали. Я подумал, что уже нагулялся. Тем более, передвигаться в женских сапогах было неудобно. Но едва я развернулся и пошёл обратно в здание, Чужой схватил меня за плечо.

— Чего тебе? — спросил я. — Отпусти.

— Алексей, — серьёзно сказал Никита. — Ты должен знать, что я не доверяю Изольде.

— Мне всё равно, — пожал я плечами. — Отпусти, а то врежу.

Но хватка его стала только твёрже.

— Не доверяю, но без неё мы очень слабы. Она — охотница.

— Ты ради этого ты мне плечо выкручиваешь?

— Нет, — ответил Никита и помолчал. — Проблема в том, что я и тебе не доверяю. Но чуть меньше.

— Какой ты дипломат, — ухмыльнулся я. — Всё, отпусти, или пойду на тебя жаловаться. Тимофею.

Ладонь он убрал.

— Я хочу, чтобы ты был осторожен. Только и всего. Вам нужен третий охотник.

— Никто нам не нужен, — буркнул я. — Счастливо оставаться. Жди пополнения дивов в ближайшее время.

— Я чувствую, что ты в беде! — крикнул Никита в спину.

Вот ведь, сердобольный какой. За те несколько дней, что мы вместе провели в остроге и в бегах, Чужой меня успел достать. И только сейчас я понял почему. Он вообще не понимал, что есть люди кроме него. Не осознавал, как выглядит со стороны и какое впечатление производит. Раз уж Изольда решила в перспективе избавиться от своих покровителей, Никиту тоже надо было пустить в расход.

— Вот ведь… — буркнул я, удивляясь собственной кровожадности.

Видимо, охота на демонов сделала меня таким жестоким. Я подумал, что нужно подпитать тело Грини и пошёл на кухню. В то утро там собралось много людей: все они пили, ели и громко разговаривали. Хохотали, чем жутко раздражали меня. Я наложил еды себе в тарелку и отошёл в сторону. Сел у окна, примостившись на подоконнике. Громкие голоса тут же смолкли. Я понял, что все эти маги и магессы (магини?) смотрят на меня. Плевать.

— Приятного аппетита! — громко сказал я и вернулся к содержимому тарелки.

«Отобранный» — услышал я шёпот за спиной. «Он, он самый». Эти слова они повторяли на все лады, смаковали, катали по языкам, словно сомелье вино дегустировал. Я вздохнул. Сирые и убогие люди, что с них возьмёшь? А ещё и метят в элиту… Аппетита не было совсем — приходилось буквально силой запихивать в себя еду. Правда, зелёный чай шёл хорошо.

— Вот ты где, — услышал я голос Тимофея. Как-то сразу стало понятно, что он обращался именно ко мне. — Тебе лучше?

— Мне не было плохо, — буркнул я.

— Видишь ли… — произнёс колдун. — Вы можете продолжать свои изыскания. Прямо сейчас.

— Что ты имеешь в виду?

— Отойдём, — предложил Тимофей.

Оказывается, в его логово удалось заманить какого-то высокопоставленного военного. Тот желал использовать сопротивление в своих личных целях. Всю эту операцию Тимофей провернул настолько тайно, что о ней не знал никто. Военного ждали лишь к вечеру, но он прибыл именно утром. В моём сердце промелькнул какой-то страх, нехорошее предчувствие. Но мысль о Пустоши была сильнее, а потому я отмахнулся от своей интуиции.

— Если Изольда готова к броску в Пустошь, то я — тоже.

— Отлично! — просиял он. — Ты уже слышал, что на Балтийском флоте — восстание? Это всё Никитка наш. Ай, красавчик! Ну и вы с Изой тоже красавчики.

Лицо колдуна было настолько самодовольным, словно он открыл универсальное лекарство от онкологии. Я, разумеется, ничего не слышал о восстаниях. Вообще ни о каких — меня они не интересовали.

— Когда начинаем? — спросил я вместо того, чтобы обсуждать волнения на флоте.

— Ну, когда подготовишься.

— Я готов.

Пока мы шли к библиотеке, у меня впервые за долгое время появились мысли философского характера. Все они говорили, что я — отобранный. Но! Во-первых, кто именно «я»: Алексей, студент-медик, Семён, бомж-неудачник, или Гриня — коронный тать? И в чём эта отобранность заключалась? И, наконец, каков финал был уготован всей этой истории? В мыслях я прямо замер на коридоре.

— Всё в порядке? — спросил Тимофей, обернувшись.

— Нет. Вот скажи мне, маг… Кто я? Кто я такой на самом деле?

— Не время для шуток, — пожурил меня колдун. — Пойдём, адмирал ждёт. И Изольда тоже ждёт.

— Ладно, — согласился я. — Вернусь из Пустоши — ответишь на мой вопрос.

— Ха-ха, — усмехнулся маг. — Мне нравится твой настрой. В тебе столько силы… Направь её в нужное русло.

В библиотеке стоял высокий широкоплечий мужчина. Никакого кителя или мундира на нём не было, но всё равно в фигуре угадывалась военная выправка. Он держал во рту незажжённую трубку и откровенно флиртовал с Изольдой. А та лишь поддерживала его интерес, становясь так, чтобы адмирал не пропустил содержимое выреза. Я прямо видел, как он бросал взгляды на роскошную грудь девушки.

— А вот и наш главный проводник, — объявил Тимофей.

Военный сморщился и нахмурил лоб. Он придирчиво осмотрел Гриню (то есть и меня). Коронный тать и так выглядел неважно, а с учётом истощения последних дней — отвратительно.

— Вы его хотя бы кормите? — спросил адмирал.

— Вот, только из столовой забрал, — улыбнулся колдун.

— Да уж, измождён он знатно, — покачал головой военный. — Смею вам напомнить, господа, чем я рискую, имея дела с вами. И рассчитываю лишь на ваше благоразумие и полную конфиденциальность.

— Мы делаем общее дело, — пожал плечами Тимофей. — Ваши проблемы — это гибель всего предприятия. Для нас ещё и физическая.

— Да, — кивнул адмирал, не отрывая глаз от Изольды. — Не хотелось бы впустую терять такую красоту.

— Предлагаю начать, — буркнул я. — Пустошь — это не курорт.

Мы вошли в Чёрную комнату и заняли свои привычные места. Изольда украдкой улыбнулась мне. Я предвкушал, что через несколько минут мы останемся вдвоём. Ну а богатей-военный зря радовался: скоро он начнёт терять себя. Да и чёрт с ним. Тимофей начал ритуал, подробности которого я узнать так и не удосужился. Чувство страха и опасности усилилось.

Я почему-то подумал, что из этой вылазки в Пустошь я уже не вернусь.

И был прав.