Развод. Я заслуживаю быть счастливой

31 глава. АЛИНА

Я следую гениальному совету своей гениальной подруги — и сплетня, которую я распускаю, распространяется очень быстро.

Пятница, суббота, воскресенье, понедельник, вторник.

Всего пять дней — в том числе два выходных! — а о том, что многоуважаемый Виталий Сергеевич Королев, директор элитной частной школы-пансиона «Scholars' Haven», изменяет своей жене, говорят уже все старшие классы: одиннадцатые, десятые, девятые и даже восьмые!

Еще немного — и информация потечет еще ниже, в седьмые классы, шестые, пятые... а потом и в начальную школу...

Малышне, конечно, будет совершенно неважно, кто с кем спит из учителей и администрации — они и не поймут-то ничего толком, — а вот их родителям... ммм, они наверняка будут в ярости!

Старшеклассники, ясное дело, не торопятся рассказывать предкам о происходящем, а вот дети младшего и среднего звена не смогут удержать в себе такую информацию... будет настоящий скандал!

А самое главное — в центре этого скандала окажутся Вит, его женушка и их драгоценная дочка.

Конечно, вредить Миле — это не то, что доставляет мне удовольствие.

Но ведь Вит наплевал на нашего с ним потенциального ребенка.

Почему же я должна поступить иначе с его ребенком?!

Отчаянные времена требуют отчаянных мер!

Пусть Мила страдает за грехи своего отца, пусть видит, как на нее косятся ровесники, пусть слышит, как шепчутся у нее за спиной, посмеиваются, пусть знает, что такое позор.

Вит, конечно, поначалу заподозрил, что это я распустила по школе сплетню, но мне удалось довольно быстро его разубедить: я выпятила обиженно нижнюю губу, посмотрела на него честным взглядом, сказала, что меня оскорбляют его обвинения, и он отпустил меня, сдался...

Может, и не поверил до конца, но отвалил.

А мне этого и достаточно.

Мне уже плевать, что он думает.

Плевать, любит ли он меня.

Потому что свой шанс он уже упустил.

Мне не нужен мужчина, который не способен взять ответственность за свою женщину.

Мне не нужен мужчина, который говорит, что любит, но по факту выбирает другую... жену... ту, которую презирает... но все равно не может от нее уйти... жалкий, слабый... убожество.

Сегодня у меня пять уроков.

Я прихожу в школу в приподнятом настроении.

Знаю, что сегодня я снова буду наблюдать за тем, как сплетня расползается по классам, обвивает каждого ученика, каждый кабинет, каждый урок, становясь новостью номер один, главной темой для обсуждения...

О, сладкая месть.

— Глава номер двенадцать. Поволжье. Географическое положение, природа и ресурсы, — говорю я громко, потому что знаю: если не рявкнуть — девятиклассники могут и учебники не открыть.

Ребята переглядываются, перешептываются, но в целом ведут себя довольно спокойно.

У меня хорошая репутация, дети меня любят.

— Даю вам пятнадцать минут на то, чтобы прочитать главу и законспектировать ключевые моменты по плану нашей таблички... Лопырев! Тебе нужно отдельное приглашение?!

— Нет, Алина Игоревна, — сконфуженный, Марат открывает учебник.

— Отлично. Я дойду до учительской — чтобы ни звука, ясно?!

Девятиклассники уверяют меня, что будут сидеть спокойно.

Конечно, это невозможно — как только я выйду за дверь, начнется болтовня, — но главное, чтобы не слишком шумно.

На самом деле, мне не надо в учительскую, только в туалет, потому что утром я выпила две чашки кофе — а от него постоянно хочется по-маленькому.

Возвращаюсь я минут через пять.

Даже удивительно, но класс особо не шумит.

Подхожу к кабинету — тишина.

Захожу внутрь — все сидят на своих местах и прилежно пишут в тетрадях.

Чудеса просто.

Я сажусь за стол и вдруг замечаю на нем, поверх папки с рефератами, сделанный из бумаги самолетик, и не просто самолетик — на нем явно что-то написано.

— Чья-то записка ошибочно попала на мой стол, — говорю я громко.

А может, и не ошибочно?!

Иначе неужели не забрали бы, пока меня нет?!

Что, это для меня сообщение?!

Кто-то поиграть решил, подразнить меня?!

— Ладно, посмотрим, что там, — говорю я, беру самолетик, раскрываю его и читаю:

«Может, пора перестать притворяться?! Вся школа уже в курсе, что тебя пялит наш директор! Не стыдно?! Подаешь плохой пример деткам! Может, уволишься по собственному, чтобы это не всплыло?!»

Мои щеки моментально загораются пунцовым цветом.

Сердце начинает колотиться.

Что за бред?!

Откуда они узнали?!

Кто бросил эту записку?!

Стараясь сохранять спокойствие и самообладание, я комкаю записку, швыряю ее в урну, а потом встаю из-за стола и обращаюсь к классу ледяным голосом:

— Кто это сделал?! Вы вообще понимаете степень своей ответственности за клевету?!

Дети смотрят на меня прямо, открыто.

Они все в курсе.

Все в сговоре.

Проклятье.

— Я пожалуюсь на это директору, и он...

— Что, отшлепает тебя?! — несется с одной из задних парт.

— Кто это сказал?! — рычу я. — Иваненко, ты?!

— Нет, это был я, Алина Игоревна! — кричит Миронов.

— Нет, это я! — вторит ему Капербаум.

— Я! Я! — орут наперебой Воронцов и Глейхенгаузен.

А я так напугана, так растеряна, что реально не могу понять, кто виноват.

Кто кричал?!

Кто написал записку?!

— Вы у меня все за это ответите! — рычу я снова, чувствуя свое бессилие.

Прямо сейчас мне кажется, что они не просто издеваются надо мной, что они правда все знают...

Но откуда?!