Рыцарь Его Величества

Часть 22

В Кроненгарде, как в большинстве королевств на континенте, поклоняются Четырём богам. Двое из них, Игнис и Аир, считаются богами разрушения и воинствующих альф, Терра и Авва в свою очередь являются покровительницами омег и богинями плодородия и созидания. Но есть в народе притча о «дыхании Аира». Суть её в том, что какие бы разрушения ни нёс шквальный ветер, рано или поздно они обернутся благом. Нужно лишь запастись терпением. В детстве Ивет не любила эту притчу и, как всякая омега, считала, что Аир несёт лишь зло. Она не верила, что в реальности кому-то может так повести, как персонажам притчи, рыбакам, отправившимся во время бури в море. В конце притчи они, лишившись своей лодки и пройдя через неимоверные трудности, обрели неслыханные богатства, которые принёс им своим дыханием Аир. Эта притча, как думала Ивет, не об упорстве, а о случайности. Ничего в ней не закономерно, и у персонажей не было никаких гарантий.

Ивет смотрит на Дедрика и Бернхарда и в тысячный раз её охватывает смятение. Она не верит, что из её непростого положения может найтись хоть какой-то благоприятный выход. Прежде она думала, что, очаровав Берна, вызовет ревность Дедрика. Но на самом деле теперь Её Величеству приходится бороться за внимание обоих мужчин. Когда к тебе холоден один, это можно пережить. Но когда тебя отталкивают сразу двое, это сильно бьёт по самолюбию. И уже ни прогулки в саду, ни чтение, ни наука не могут успокоить её сердце.

Она ищет уединения и находит его в старой беседке. Осенний воздух прохладен и свеж. Жёлто-красные листья осыпают и газоны вокруг, и клумбы, и худую крышу. Ивет смотрит на быстрый бег облаков в пасмурном небе. Ей нехорошо. Тело ломит с самого утра, и голову кружит от каждого резкого движения. Государь в сопровождении стражников появляется на тропинке неожиданно, и королева теряется. Она словно ребёнок, которого застали за шалостью в укромном месте. Всё, что ей остаётся — это привстать и приветственно поклониться.

— В скором времени мы отправимся в Ельим, навестить моего родственника графа Хейдена, — говорит Дедрик, склоняя голову в ответ. Он, как всегда, холоден и отстранён. Ивет печально вздыхает. Кутается в сюрко, её всё больше знобит.

— Должна ли я подготовиться как-то по-особому? — спрашивает она мужа.

Тот отрицательно качает головой, потом спрашивает её про самочувствие. Ивет врёт, что плохо спала. На самом деле она не знает, что с ней. В тайне надеется, что это какая-то хворь, что оборвёт её бесполезную жизнь. По этой причине она и не посылает за лекарем.

— Тогда тебе лучше прилечь. Будет скверно, если ты не сможешь сопровождать меня в Рабантрас, — замечает Дедрик. После кивает едва заметно головой и уходит.

Её Величество провожает государя взглядом, думая, что Дедрик действительно невероятный альфа. Он одним своим присутствием может вознести на вершины счастья и сбросить в бездну уныния. Не имея иного выбора, королева возвращается в замок. Она знает, что пустое бдение в королевских покоях не принесёт ей успокоения, а потому решает скоротать время до ночи в библиотеке. На еёсчастье там оказывается пусто. Старый архивариус занемог и замену ему пока не нашли.

Королева выдыхает с облегчением и расстёгивает пару верхних пуговиц на вороте платья. Она чувствует, что с её телом что-то происходит. Оно становится более чувствительным. Настолько, что её посещает безумная мысль полностью обнажиться. Корсет затрудняет дыхание, грубая ткань платья натирает набухшие соски, шёлк белья касается интимных мест, вызывая непристойные желания. Ивет старается держать себя в рамках приличия, но с каждым часом это становится всё труднее и труднее.

Она отправляет Арне в кухню за успокоительным отваром, просит подать его в королевские покои. Однако её попытка вернуться к себе заканчивается неудачей. Обоняние вдруг невероятно обостряется, и окружающие запахи начинают пугать её. Чужие запахи альф, что разносятся по замку, кажутся агрессивными, враждебными. Ивет хочется убежать подальше, спрятаться от них. Укрыться в этом пространстве, наполненном лишь пыльными свитками и книгами, навечно. Она прячется меж стеллажей. Чувствует, как внизу под подолом всё начинает ныть. Ещё большая паника охватывает её. Она что, была недостаточно чистоплотна и подхватила какую-то стыдную болезнь? Ивет в отчаянии закрывает лицо руками. Теперь уж точно ни один альфа не посмотрит на неё. Она, как яблоко с гнильцой, красива со стороны, но любой в здравом уме побрезгует пробовать.

Ивет холодно сидеть на полу. Она дрожит, но не смеет встать. Слышит скрип входной двери, грозные шаги и начинает молиться, чтобы вошедший не нашёл её, не застал в таком жалком виде. Ведь если кто-то вроде Вилфрида обнаружит её сейчас, то скандала точно не миновать. Однако стоит неизвестному приблизиться, как Ивет понимает, что это никто иной как Бернхард. Отчего-то на душе у Её Величества становится легче. Внутренний голос подсказывает, что Медведю можно верить. Он ведь уже поддержал её однажды и сохранил всё в тайне от Дедрика. Возможно, и в этот раз он поможет ей?

Вот только как объяснить Берну, что происходит, она не знает. Бормочет что-то бессвязное, сильней зажимает ноги. Медведь смотрит на Ивет, но не удивляется и не задаёт вопросов. Он будто знает, что происходит. Присаживается аккуратно рядом и протягивает руки. Это странно, но Ивет послушно идёт в его объятия. Запах Берна не противен ей, а скорее напротив, приятен.