Ты снилась мне

Глава 23

Вечером в дом Шереметьевых прибыла августейшая пара, Екатерина и Владимир Годуновы. Они принесли княгине соболезнования, немного поговорили о делах в Империи и удалились. У Кати осталось ощущение, что супруги оставили недосказанной какую-то иную цель визита. Ее догадка подтвердилась, когда через день Императрица прибыла уже одна. Она расхаживала по гостиной уверенно, словно находилась у себя дома. Катя, глядя на нее, думала, что юная и робкая девушка исчезла, уступив место женщине с твердым характером и далеко идущими целями. Она решила подтолкнуть Годунову и спросила:

— Вы что-то хотели узнать, Ваше Величество?

Екатерина, рассматривая небольшую фигурку, выточенную Максимилианом в дар Макоши, рассеяно поправила ее:

— Ваше Императорское Величество. Да, я хочу, чтобы вы передали свои фруктовые сады короне, то есть не совсем короне, а моему брату, Даниилу. Он, знаете ли, давно уже бредит ими, строит планы, куда и по каким ценам будет продавать фрукты. Они в ваших садах очень хороши.

Катя решила, что у нее что-то неладное со слухом, настолько невозможным оказалось требование Императрицы. Даже Владимир Годунов, обычно идущий к своей цели напролом, очевидно, не решился в свой прошлый визит заговорить об этом. Жесткий, требовательный монарх оказался деликатнее своей нежной и милой супруги.

— Я не планирую продавать свои сады, Ваше Императорское Величество. — твердо ответила она. — Вашему брату, для того, чтобы торговать фруктами, необходимо самому разбить сад на любых свободных землях.

— Вы не поняли меня, княгиня. — холодно произнесла Годунова, оставив, наконец, фигурку в покое. — Мой брат желает именно ваши сады. Сейчас у него нет денег, но с первого же урожая он рассчитается с вами.

Княгиня громко рассмеялась, не в ее силах было остановить этот смех. Парадоксальный разговор, совершенно нелепое предложение вывели ее из состояния холодной безучастности, в котором она находилась в последнее время. Отсмеявшись, она с любопытством посмотрела на Императрицу.

— Значит, Ваше Императорское Величество, вы предлагаете мне получить деньги за Шереметьевские сады, вырученные за Шереметьевские же фрукты. Надо сказать, я впервые сталкиваюсь с таким способом расчета. Мой ответ по-прежнему «нет», кроме того, я сегодня же поставлю в садах магические ловушки для тех, кто не согласен с моим решением и пожелает мне навредить. На этом предлагаю закончить разговор на эту тему. Не желаете ли чая, Ваше Императорское Величество?

Величество ничего не желала. Гордо подняв голову, она удалилась. С этого дня от супругов Годуновых Катя не получала никаких знаков внимания. Ей не присылали приглашений ни на какие государственные мероприятия, о ней словно забыли. Она поставила в своих садах обереги, но никто не тревожил ее всю зиму. Весна, лето и следующая осень пролетели для нее очень быстро. Страх оставаться наедине со своими мыслями толкал ее на то, чтобы все время, с утра до поздней ночи, заполнять делами.

Катя понимала, что должна что-то сказать детям о долгом отсутствии отца, но не знала, как им это объяснить. Ее сомнения разрешил сын, спросивший однажды, почему папа не приезжает домой. Восьмилетний Петруша смотрел на мать с терпеливым ожиданием, в синих отцовских глазах затаился страх. И она решила сказать ему правду:

— Я не знаю, где наш папа, сынок. И никто не знает. Когда он исчез, я ходила в Тобольск, это город, в котором он тогда был и охранял его жителей от нечисти. Я не нашла его там, его искали многие чародеи, но тоже не могли найти. Его нет и в других мирах. Где можно еще искать — я не знаю. Возможно, мы не увидим его никогда. Ты уже большой, сынок, все понимаешь. А вот как рассказать Ирише — я не знаю, ей всего четыре года и она ждет отца.

Они с сыном решили пока ничего не рассказывать девочке об отце, боясь причинить ребенку боль. Иришка же не спрашивала ни о чем и Екатерина не могла понять, помнит ли она отца, забыла ли или просто терпеливо ждет его.

Понемногу, незаметно она сдружилась с Алексеем Барятинским. Он был прост и неназойлив, знал многое, о чем она даже не догадывалась. К тому же его друг, Роман Апухтин, часто его навещавший, сошелся накоротке с Айрин и они уже планировали свадьбу, поэтому все чаще происходили прогулки вчетвером, с детьми, разумеется. Время от времени друзья бывали приглашены в дом Шереметьевых на обед или ужин. Катя за это время сильно похудела, мысли о муже изводили ее, она не могла смириться с его гибелью и не знала, что ей делать. Князь Барятинский отвлекал ее, мягко предлагая заняться изучением какого-нибудь интересного артефакта или приглашая в городской парк на ярмарку и выступление скоморохов. Однажды он спросил, почему она не бывает во дворце, ведь срок ее траура уже закончился. Катя почему-то откровенно рассказала ему о предложении Императрицы и ее ответе на него. Она была уверена, что отсутствие приглашений во дворец было связано именно с этим случаем, но не печалилась ничуть, у нее не было желания посещать дворец и видеть супругов Годуновых. Уже не впервые она вместо благодарности получала унижение и презрение, но до сих пор испытывала брезгливость от общения с такими людьми. Ей было жаль, что Годуновы вошли в их число.

Случались в ее жизни и радости. Наташа, ее милая младшая сестра, в одну из встреч счастливым шепотом сообщила ей, что у них с Ланселотом будет малыш. Она давно хотела ребенка, но муж берег ее, считал, что она слишком молода и должна хотя бы немного окрепнуть. Катя обняла сестру и от радости даже немного поплакала. А Наташа лишь посмеивалась, не желая принимать от нее никаких советов. Профессор Бернс бдительно следил за питанием жены, за тем, чтобы она высыпалась и не нервничала.

Между тем в Белоярске должен был пройти Большой бал в честь четырехсотлетия со дня его официального признания городом. Айрин, Бернс и Наташа решительно настроились посетить это мероприятие и непременно в обществе Кати, которая не желала этого. После долгих уговоров победил тот довод, что это их с сестрой родной город, они его любят и будет некрасиво, если сама княгиня не посетит такой праздник.

В теплый день на исходе зимы, в день празднования юбилея, весь город ликовал. Нарядно одетые жители высыпали на его улицы вместе с детьми, прогуливались по улицам, смотрели выступления приглашенных комедиантов, угощались квасом и морсом, ели пирожки с разными начинками, которые были выставлены торговцами бесплатно — княгиня оплатила все из собственных денег и, кроме этого, велела из своих запасов поставить на столы корзины с фруктами из Шереметьевских садов. Из городской управы были отосланы приглашения Императору с супругой, но те не соизволили прибыть. Зато прибыли некоторые князья, они вместе с семьями отметили праздник и остались на вечерний бал.

Князь Иван Алсуфьев познакомил Катю со своей женой, Елизаветой Скуратовой, милой, общительной и веселой. Впервые за долгое время Катя увидела Андрюшу, теперь уже одиннадцатилетнего паренька и порадовалась за мальчика. Судя по всему, супруга Ивана тоже любила его сына и в их семье были теплые отношения. Елизавета показалась ей похожей на погибшую Арину, те же глаза, такие же темные волосы. Похоже, Иван Алсуфьев так и не забыл свою любимую и в жены неосознанно выбрал Лизу, похожую на нее.

Катя вдруг подумала, что у них с Иваном Алсуфьевым есть общее в судьбе. Его супруга тоже исчезла для всех без следа, почти три года он не хотел жить, потеряв ее. Но потом у него появился маленький Андрей и он смог справиться со своим горем. У Кати же есть сын и дочь, дети от любимого мужчины, ей есть для кого жить, ей должно быть легче. Она повторяла это для себя, но легче не становилось.

Бал проходил в приемном зале управы, украшенном по такому случаю гирляндами цветов из княжеской оранжереи. Градоначальник произнес речь по случаю праздника. Небольшой оркестр, приглашенный из Иванграда, исполнил гимн Российской Империи, дружно подхваченный всеми приглашенными. После этого зазвучали звуки танца «Кружевница», похожего на вальс в прежнем Катином мире. Здесь ведущая роль принадлежала даме, которая вела за собой кавалера, будто плела кружева.

Подошел князь Барятинский и пригласил на танец Катю. В танце он не сводил с нее ласковых глаз, поддерживал ее бережно своими широкими ладонями с длинными, крепкими пальцами, а под конец танца закружил, взяв на руки и крепко прижимая к себе, как и все другие кавалеры своих дам. Они протанцевали вместе еще два танца и Катя засобиралась домой, ссылаясь на усталость. Алексей Барятинский вызвался проводить ее. На улице было прохладно, легкий ветерок нес запах тающего снега и близкой весны. Князь смотрел через кованую ограду, как Екатерина по дорожке пересекает сад и подходит к двери дома. Две темные тени бесшумно кинулись на нее из-за кустов и Барятинский в ту же секунду оказался рядом, выпуская заклинания Огненной бури в напавших. Княгиня, защитив себя мерцающим коконом, стояла у стены. Со сдавленным хрипом две Кровавые Гончие рухнули на дорожку и забились в судорогах. Через несколько мгновений они затихли, их тела стали оседать, превращаясь в прах, который развеяло порывами ветерка.

Барятинский бросился к Екатерине, убравшей защиту и, схватив ее за плечи, заглянул в глаза и спросил:

— Они вам не навредили? Не укусили, не поцарапали?

— Нет, нет! — Катя испуганно огляделась, она уже не чувствовала себя спокойно в родном городе. — Не беспокойтесь, со мной все в порядке.

Князь обнял ее, прижимая к себе, поглаживая по голове. Затем чуть отстранился, обхватил ее лицо ладонями и поцеловал. Поцелуи его были полны наслаждения, казалось, он желал их целую вечность и теперь не может оторваться от сладких, любимых губ. Екатерина, еще сегодня утром не думавшая ни о чем подобном, обнимала его, отвечая на поцелуи. Они не знали, сколько продлились их объятия. Алексей Барятинский со смешком отстранился, виновато глядя на Катю, нежно погладил ее по щеке и проговорил:

— Вы выйдете за меня замуж, Екатерина Алексеевна? Похоже, я вам нужен, иначе кто станет уничтожать милых собачек возле вашего дома?

— Откуда они, князь? Кровавые Гончие не бегают просто так по городам, их явно кто-то призвал и натравил на меня.

— Значит, вы не против замужества? А с остальным мы разберемся. Завтра приду свататься, как следует, а пока идите спать и ни о чем не беспокойтесь.

Он поцеловал ее на прощание и Катя вошла в дом. Дети уже спали, Айрин тоже засыпала, поэтому все разговоры они отложили на завтра. Вопреки всему, она уснула, едва коснувшись подушки. В полдень пришел Барятинский, не стал откладывать намеченное сватовство, встал на одно колено перед Катей и протянул ей коробочку с красивым кольцом:

— Екатерина Алексеевна! Я люблю вас и прошу стать моей женой. Постараюсь быть вам хорошим мужем и достойно вырастить Петю с Иришей. Соглашайтесь, вы сделаете меня самым счастливым, а я всю свою жизнь буду делать так, чтобы были счастливы вы.

Катя молчала, переводя свой взгляд с кольца на Барятинского, в глазах которого появилось отчаяние. Потом сделала шаг и протянула ему руку. Князь быстро надел ей на палец кольцо и, счастливо улыбаясь, поцеловал ее теплую ладошку. Они сходили на капище Богини Макоши, возложили на алтарь свои дары и седоволосые жрецы провели для них брачный обряд. Статная фигура Богини соткалась, как всегда, из белого тумана и подплыла к ним. Она пристально вгляделась в их глаза, кивнула и проговорила с сожалением и печалью:

— За любовь твою, князь, за доброту и твердость духа объявляю тебя достойным этой женщины. Сбереги ее, она нужна этому миру. А тебе, княгиня, его сердце — дар Богов, береги и ты его. Неисповедимы оказались пути Всех Богов, закрываются одни дороги, открываются другие. Не все ведомо нам. Благословенны будьте, дети разных миров.