Волки и лохи

Фильма Шестая. Христос приземлился в Парме

Шестая «фильма» состоит из следующих глав:

Глава XLI. Операция «Мессия». Начало

Глава XLII. Страдания молодого Вагнера

Глава XLIII. Стив Вагнер выбирает карьеру

Глава XLIV. Мастер прикладной психологии

Глава XLV. Игра по переписке

Глава XLVI. Эликсир вечной молодости Стива Вагнера

Глава XLVII. Взлеты и падения Стива Вагнера

Глава XLVIII. Операция «Мессия». Уйти красиво и с деньгами

Глава XLIX. Операция «Мессия». Апогей и финал

Глава L. Свадьбы и Занавес!

Послесловие

Кто есть кто:

Мамаша Лауден — рослая женщина с суровым лицом и командным голосом. Родись она мужчиной, наверняка командовала бы сейчас, по крайней мере, армейским корпусом. Хозяйка лучшего продуктового магазина маленького провинциального города Парма, «Пармская Жанна д’Арк». Мамаше Лауден пятьдесят лет.

Брат Филипп, в девичестве Стив Вагнер, — аферист, перепробовавший многие виды мошенничества. Добился большого успеха со своими «брачными бюро», но бросил синицу в руках ради призрачного журавля в небе, за что и был наказан. Стиву Вагнеру тридцать пять лет.

Джонни Мюррей — в прошлом американский брачный аферист высочайшего класса, успешно окучивший более ста женщин, ныне — почтенный швейцарский буржуа. Сейчас Джонни Мюррею шестьдесят четыре года.

Гертруда — красивая и очень ухоженная черная кошка, благодаря которой ее хозяйка со своим бойфрендом за полтора года выкачали из лохов несколько сот тысяч долларов. По возрасту Гертруда уже пенсионерка, но она АМЕРИКАНСКАЯ пенсионерка!

Берни Кац — лучший адвокат маленького провинциального города Парма. За двадцать пять лет не проиграл ни одного процесса и разорил добрую дюжину своих конкурентов. Свой девиз он позаимствовал у Юлия Цезаря: «Лучше быть первым в деревне, чем вторым в Риме!». Берни Кацу сорок восемь лет.

Глава XLI. Операция «Мессия». Начало

Сваакер еще раз перечитал письмо, которое десять минут назад получил по электронной почте. Оно гласило:

«Уважаемый мистер Сваакер!

Надеюсь, Вы еще не забыли скромную хозяйку продуктового магазина в Парме, Мамашу Лауден. А я Вас никогда не забуду. Я за Вас каждый день богу молюсь, за Вас и за Вашу семью. Если бы не Вы и не копии Вашего журнала, я бы никогда не доконала этого старого хрыча Старину Пайпера. Вот уже больше двух лет мой магазин процветает. У меня вдвое больше покупателей, чем было. Я как сыр в масле катаюсь. И все это благодаря Вам. Конечно, огорчительно, что Президент Трамп не победил на выборах и теперь его план дотаций продуктовым магазинам не будет осуществлен. Но я и так счастлива. Точнее, я была счастлива…

А второго января на нашу Парму свалилось прямо-таки стихийное бедствие. У нас появился некий Брат Филипп (он так себя называет, а как его зовут на самом деле, кто знает?), и буквально за две недели подмял под себя весь город. Он объявил себя Мессией и Вестником Новой Религии. Я не знаю, как ему это удалось, но сейчас в его секте уже больше семи тысяч человек. Причем туда входят и все видные граждане города. Мэр, члены горсовета, начальник полиции, судья, директор банка — они все у него на посылках, а он что хочет, то и делает.

Но в его секте есть люди и из других городов нашего штата и даже из Пенсильвании и Индианы. Каждое воскресенье они устраивают свои сборища. Брат Филипп выступает перед ними, а потом они сдают «пожертвования», по сорок долларов каждый. Брат Филипп объяснил, что сорок — это священное число, но я думаю, что он назначил такую сумму для удобства, ведь сорок долларов — это две двадцатидолларовые купюры. Учет у них поставлен хорошо. У четверых подручных Брата Филиппа имеются специальные журналы. В каждый журнал вписаны четверть членов секты (опять-таки Брат Филипп объяснил, что четыре — это тоже священное число, а я думаю, что было бы у него только трое подручных, тогда священным числом было бы три). И они тщательно отмечают всех пожертвовавших. А если кого из их списка не было на сборище (заболел или еще что), то после сборища подручные отправляются домой к таким отсутствовавшим и дома от них получают те же сорок долларов. Со стороны может показаться, что сорок долларов — это пустяки. Но когда семь тысяч человек сдает по сорок долларов, это уже не пустяки, а двести восемьдесят тысяч долларов каждую неделю. А ведь скоро будет уже два месяца, как они начали собирать свои «пожертвования»!

Но что еще хуже: Брат Филипп собирается обложить «церковной десятиной» (то есть налогом в десять процентов) и всех жителей города, и все бизнесы. Он бы это и раньше сделал, но помесячно это никак невозможно, а за год — слишком долго ждать. Вот они и объявили, что создана специальная «церковная комиссия», в которую и частные лица, и бизнесы должны будут каждый квартал подавать данные о своем чистом доходе и платить десять процентов с этой суммы. То есть до пятого апреля я должна буду сообщить о чистой прибыли от моего магазина за первый квартал и десять процентов от этой суммы внести в «церковную комиссию», которую возглавляет сам Брат Филипп. А что мне делать, если это решение официально принято властями города?

А пока Брат Филипп объявил, что в воскресенье все бизнесы должны быть закрыты (ну, это понятно, чтобы не отвлекали людей от их воскресных сборищ, но он объясняет это «днем субботним» из Библии). И я впервые за двадцать восемь лет перестала быть полноправной хозяйкой в своем собственном магазине. Должна делать, что велено, а иначе науськанная Братом Филиппом толпа просто разгромит мой магазин, а полиция и пальцем не пошевелит.

Но что полиция ему подчиняется — это еще полбеды. Беда в том, что он создал «группы охраны порядка» и в эти группы навербовал восемьдесят человек разной швали со всех концов штата и даже из Пенсильвании. Эти «группы охраны порядка» патрулируют город, и когда замечают, что какой-то человек не выполняет указания Брата Филиппа или плохо о нем говорит, его избивают и волокут в полицию, а полиция сажает его в каталажку и держит его там когда две, а когда и три недели. А если они заметили какой-то непорядок в бизнесе, то созывают всех своих собратьев со всего города, и все вместе, восемьдесят человек, громят этот бизнес. Наш город под оккупацией. Я просто не могу подобрать другого слова…

Пожертвования, как я уже говорила, они собирают на воскресных митингах. Но кроме этого по четвергам и пятницам они проводят обычные митинги, без пожертвований. Так сказать, для поддержки духа. На эти митинги, хотя и собирается меньше народу, но все равно по четыре-пять тысяч человек бывает. И не дай бог кому-нибудь пройти мимо этого митинга и не присоединиться! Тогда эта шваль из «групп охраны порядка» хватает этого бедолагу и волочет его в полицию, а те штрафуют его и сажают в каталажку. Так что теперь по утрам четверга и пятницы люди должны выбирать свой маршрут так, чтобы не приближаться к месту митинга. А они, как нарочно, эти митинги каждый раз проводят в разных местах. Вот и попробуй приспособься! Городок-то у нас маленький…

А Брат Филипп, хотя и весь из себя святой и Мессия, но не отказывается от маленьких радостей жизни. Каждый вторник он и четверо его подручных ездят в Питтсбург и шляются там по кабакам, борделям и другим злачным местам. А к Брату Филиппу раз в две недели приезжает бляндинка, типичная потаскушка, на которой пробы негде ставить, прости господи!

У нас в городе двадцать три тысячи христиан и две тысячи евреев. И до появления Брата Филиппа у нас было четыре протестантские церкви, один католический храм и одна синагога. Сейчас остались открытыми только одна протестантская церковь (та, к которой принадлежу я) и синагога, но по всему видно, что и их скоро закроют. Мы, церковные дамы из моей церкви, собрались вместе с еврейскими дамами, которые активны в синагоге, и написали письмо, в котором описали все бесчинства Брата Филиппа и полное бездействие и потакание ему городских властей, и отправили по одной копии этого письма губернатору, обоим сенаторам и окружному комиссионеру. Но никакого ответа мы ни от кого не получили. Они, видно, после президентских выборов слишком заняты своими политическими дрязгами и им не до нас. Наше письмо редактировал лучший адвокат Пармы, мистер Берни Кац (его матушка очень активна в синагоге), так что оно и составлено, и отправлено было по всем правилам. Он сам за всем этим проследил.

Я, честно говоря, сначала грешила на этого старого сатаниста, террориста, анархиста и убийцу Старину Пайпера. Думала, что это он или по злобе, или из озорства, или ради денег нашел где-то этого самого Брата Филиппа и привез его в Парму на нашу голову. Но старый хрыч Старина Пайпер явился на третий по счету митинг Брата Филиппа и стал освистывать его и выкрикивать разные непристойности в его адрес. После чего сторонники Брата Филиппа так избили старого хрыча, что он до сих пор еще лежит в вашем Лютеранском госпитале (у нас своего госпиталя нет, есть только два практикующих врача, так что скорая помощь, если что, возит наших больных в ваш город, это ведь недалеко, особенно если ехать с ветерком, как скорые помощи ездят).

Я к этому письму прилагаю фотографии и видео этого «Брата Филиппа», а также копии наших писем властям. Эти два видео сделал муж одной из церковных дам (их дом находится рядом с площадью, на которой проводились митинги). Все эти четыре мужика, которых якобы «исцелил» Брат Филипп, — чужаки. Никто их в нашем городе до этого никогда не видел. А когда Брат Филипп набрал свои «группы охраны порядка», он разделил восемьдесят человек на четыре взвода. И теперь каждым из этих взводов командует один из этих якобы «исцеленных». Эти же четверо отвечают каждый за свой «журнал» и за пожертвования. Казалось бы, не то что любой взрослый, но и ребенок должен понимать, что все эти четыре «исцеления» были спектаклями. А вот попробуй кто об этом заговорить, так его тут же и изобьют, и в тюрьме насидится, да еще и штраф заплатит. С полудюжиной таких правдолюбцев расправились, чтобы другим неповадно было, вот остальные и молчат.

Уважаемый мистер Сваакер, Вы — моя единственная надежда! Я верю, что журналист Вашего уровня может навести порядок в городе, от которого отступились и окружной комиссионер, и губернатор, и сенаторы. Недаром же журналистов называют четвертой властью! Очень Вас прошу смилостивиться над нами. Вы так по-доброму тогда ко мне отнеслись, у меня благодаря Вам вся жизнь наладилась. А недавно появился шанс, что мой сын Дик женится и, бог даст, осчастливит меня внуком или внучкой. К нам осенью прислали новую библиотекаршу, очень хорошую и скромную молодую девушку. Мой сын увидел ее в нашей церкви и с моего разрешения стал за ней ухаживать. Они уже помолвлены, надеялись в мае сыграть свадьбу, а видите, как все повернулось… Помогите, мистер Сваакер! Ведь Вы сами отец, Вы должны меня понять!

Я понимаю, что быстро свергнуть Брата Филиппа не удастся, очень уж он у нас укоренился. Но я готова ждать столько, сколько потребуется, лишь бы Вы взялись за это дело. Я также понимаю, что ни Вы, ни мистер Гаррисон сами в Парму приехать не можете, вы оба очень занятые люди. Но если Вы пошлете к нам человека, которому Вы доверяете, я буду во всем ему помогать и сделаю все, что от меня зависит. И все его расходы я возмещу. О моем письме к Вам никто не знает, ни церковные дамы, ни Берни Кац.

С великой Надеждой

Преданная Вам

Марта Лауден

Воскресенье, 21-е Февраля 2021-го года».

Сваакер прочитал копии писем к властям, внимательно посмотрел все фотографии и первое видео. А вот когда он начал смотреть второе видео, то только ахнул: одним из мужиков, которых в этом видео «исцелял» Брат Филипп, был не кто иной, как Владимир Нусич!

Сваакер, конечно, прекрасно помнил и Мамашу Лауден, и ее сына, и Парму — маленький провинциальный городок, который будто застрял в шестидесятых годах прошлого века. Ну, ясное дело, где же еще мог появиться Мессия и Вестник Новой Веры, если не в Парме?

Мамаша Лауден, рослая женщина с суровым лицом и командным голосом, родись мужчиной, наверняка командовала бы сейчас, по крайней мере, армейским корпусом. Она была едва ли не единственным клиентом, кто использовал «Американо-канадское обозрение» для черного пиара, и сделала это очень эффективно. Почти все ее интервью журналу было посвящено разоблачению ее злейшего врага и конкурента — старого хрыча Старины Пайпера, который тоже владел отличным продуктовым магазином. Мамаша Лауден заказала десять тысяч экземпляров журнала и выказала при этом такой энтузиазм, что Сваакер, вопреки своим правилам, дал ей адрес своей электронной почты. Губастый двухсотфунтовый увалень Дик, понукаемый и жестко контролируемый безжалостной матерью, в течение трех недель разложил эти журналы в десять тысяч пармских почтовых ящиков. Все клиенты старого хрыча перешли к Мамаше Лауден, а в следующем месяце Старина Пайпер закрыл магазин и вышел из бизнеса. Конечно, такой примитивный черный пиар мог сработать только в таком ветхозаветном городке, как Парма. А сейчас, как видно, для Пармы наступил черед религиозного помешательства. И если Брат Филипп взял себе в подручные такого дебила, как Владимир, то он, как видно, и сам звезд с неба не хватает, а его успех в Парме — результат очень удачного стечения обстоятельств, а не трезвого и взвешенного расчета.

Сваакер немного подумал и быстро набрал ответ:

«Дорогая миссис Лауден!

Очень рад был услышать о том, что Ваш магазин процветает. Думаю, что Вы несколько преувеличиваете мою роль в этом. Но все равно — большое спасибо!

Мы с мистером Гаррисоном нашли бы время, чтобы приехать и лично участвовать в низвержении этого негодяя. Но, к сожалению, Парма — город небольшой и провинциальный, и боюсь, нас там сразу же опознали бы как журналистов, уже приезжавших два с лишним года назад. Но я, безусловно, очень заинтересован в этом деле и пошлю к Вам надежного человека. Он будет в Парме уже завтра и посетит Ваш магазин под видом страхового агента, скажет Вам, что он — Чак Оливер. Ни о каком возмещении расходов и речи быть не может. Но я буду очень Вам признателен, если Вы дадите подробное интервью о том, как Вы и другие жительницы города просили власти о помощи, а они вам даже не ответили. Чак Оливер сообщит Вам все детали.

Дело это, конечно, непростое, но я уверен, что за месяц мы справимся.

С уважением,

Томас Сваакер

Воскресенье, 21-е Февраля 2021-го года».

Отправив свой ответ Мамаше Лауден, Сваакер стал звонить Нилу Мерфи: «Алло, Нил? Это очень важно! Есть возможность со стопроцентной гарантией сделать Руди Симпсона окружным комиссионером уже в конце марта. Я с этим старым дурнем Диксоном так разделаюсь, что от него только мокрое место останется! Нет-нет, Нил! Это очень щедро, но мне и треть этой суммы не потребуется, потому что наш уважаемый окружной комиссионер Диксон подставился так, как на моей памяти еще никто и никогда не подставлялся! И ко всему этому еще и бонус: ты сможешь как следует прижать и губернатора, и обоих сенаторов. Вот увидишь, теперь они у тебя по струнке будут ходить! Да, конечно, мы можем встретиться в одиннадцать часов в галерее Келли».

«Алло, Микки? Привет! У меня для тебя намечается колоссально выгодное дело. Все, как ты любишь: экспроприация, на одного вора — полтора вора! Я тебе сейчас перешлю видео и фотографии. В общем, посмотри и приезжай. План будет довольно сложный, нам надо как следует все обсудить!»

«Алло, мисс Флинт? Здравствуйте, Джуди, это Сваакер. У меня для вас намечается не просто сенсация, а настоящий Армагеддон! Вам удобно будет в два часа на Сорок Шестой Западной улице? Отлично, договорились!»

Сваакер позвонил еще Чаку Оливеру, а потом устроил блиц-совет с Лиззи. Сам Сваакер после этого отправился на встречу с Нилом Мерфи, а Лиззи и хакеры в результате этого совещания трудились весь день, не покладая рук: необходимо было в первую очередь опознать «Брата Филиппа». Это была такая большая и многотрудная задача, что один из хакеров с согласия Сваакера привлек к работе своего племянника, совсем еще молодого и исключительно талантливого парнишку. Сваакер объявил, что помимо обычной оплаты всем троим за хакерскую работу, тот из них, кто первым установит личность «Брата Филиппа», получит премию в десять тысяч долларов. Премию получил талантливый парнишка. «Брат Филипп» был опознан, как уроженец Чикаго, тридцатипятилетний Стив Вагнер. Теперь и Лиззи, и хакерам было уже легче работать. Частный детектив Грег вылетел в Чикаго. В общих чертах биография Стива Вагнера была более-менее ясна уже через три дня. А еще через полторы недели Сваакер и Лиззи знали о нем абсолютно все, хотя Грегу и пришлось мотаться по всему Среднему Западу, а его партнеру Майклу — по всему Северо-Востоку.

Вот такие дела, друзья мои. Мораль сей басни такова: Так выпьемте же за здравый смысл!