Возвращение наследника (Рейн 9)

Глава 13

Лунная Дева вскинула руки, и из её ладоней хлынул свет — такой же молочно-белый, лунный, как и тот, что до сих пор окутывал её фигуру. Свет хлынул, распался на несколько полос и пробил мои щиты.

Даже не пробил, а прошел сквозь них, будто ничего не заметив.

Проклятье! Вот она, разница между силой божества, пусть и павшего, и силой человеческого мага.

Первая полоса обвилась вокруг моего запястья прежде, чем я успел отреагировать, и то место, которого она коснулась, будто перестало существовать. Полностью онемело.

Вторая метнулась к моему горлу, третья — к глазам…

Но тут я успел раньше, перехватил их невидимыми щупальцами и отбросил от себя. Потом избавился и от первой полосы. Так, ну хотя бы ощущения в руке начали возвращаться.

Другие мои щупальца выстрелили вперед, к павшей богине — но лишь безвредно прошли сквозь туман, в который она успела превратиться.

Едва это случилось, ожило озеро. Взметнулось вверх мощной волной и обрушилось на меня, пройдя сквозь щиты так же легко, как прежде сквозь них проходили полосы света.

И это была не просто вода!

Еще до того, как упали первые капли, я ощутил, что Лунная Дева изменила её структуру, превратив в едкую кислоту. Если позволю ей себя коснуться, мою плоть она разъест очень быстро…

Резким приказом я втянул в свой резерв всё тепло из пространства вокруг, и вода застыла, не успев на меня упасть. Если бы тут поблизости находились живые люди, они бы тоже превратились в ледышки. Хорошо, что на меня этот холод не действовал — тепло осталось в моем резерве, поддерживая ровную температуру тела.

Земля под ногами у меня дрогнула, и тут же я ощутил пронизывающий всё гнев. Гнев не мой. Павшая богиня злилась, причем настолько сильно, что её эмоции меня просто захлёстывали.

Ха! Что, не привыкла, когда ей сопротивляются?

В лед превратилась не только та волна, которую павшая богиня на меня опрокинула, ледяным стало всё озеро. И даже туман, в котором богиня пряталась, осел на каменный пол крупитчатым снегом.

Но хотя туман исчез, саму её я нигде не мог обнаружить. Смотрел я при этом, естественно, не столько глазами, сколько своим «чувством пространства».

Тут мне вспомнилось, что я почти не ощущал Кащи, когда он был в виде тени. Возможно, что и моя противница превратилась в нечто такое, что для «чувства пространства» выглядело как часть пещеры?

Ладно, найдется. В том смысле, что она обнаружит себя новой атакой. И наверняка раньше, чем мне бы этого хотелось.

Вливать силу в осколки душ было важнее, чем размышлять о её исчезновении. Если то, что я с ними задумал, получится, то эффект будет несравним с любым ударом магией, который я мог Лунной Деве нанести.

Сами осколки душ, насколько могли, пытались мне помогать. По крайней мере, мою силу они пили с огромным энтузиазмом и скоростью, и я не прекращал давать им её даже во время ударов павшей богини.

Теперь осколки выглядели уже не просто как смутные неоформленные образы, но как светящиеся очертания фигур, в основном человекоподобных. Правда, лиц у этих фигур не было. Возможно, несчастные поломанные души уже и не помнили, какой облик имели при жизни…

Прервав мои размышления, каменный пол вздыбился острыми шипами. Я отпрыгнул от того из них, который должен был меня пронзить, пропустил еще один шип между рукой и боком, потом запрыгнул на самый верх замороженной мною волны и соскочил с нее, приземлившись на ту часть ледяной поверхности озера, которая выглядела относительно ровной и была недалеко от берега.

Хотя павшая богиня вновь дала о себе знать, направление, откуда пришёл удар, я определить не смог.

Ну и как прикажете сражаться со столь умело прячущейся невидимкой?

Лед у меня под ногами, казавшийся крепким как камень, треснул. Я прыжком вернулся на берег, и тут же, разбивая ледяную поверхность, из глубины озера вырвался столб измененной кислотной воды.

Богиня преодолела мой холод.

Но вода ведь была моей главной стихией. Вода принадлежала мне.

Мне вспомнился черный океан, с которым, умирая, я едва навсегда не слился. Для его бескрайнего простора разницы не было — принять в себя одну каплю воды или всё это озеро.

Попробовать стоило.

Я потянулся в свой магический резерв, откуда обычно призывал водную стихию, а потом попытался заглянуть ещё глубже. И ещё.

И действительно увидел безграничный черный океан, существующий под нереально ярким звездным небом — небом совсем иным, чем то, которое по ночам нависало над Империей.

Отлично.

Решив не усложнять, я просто создал воздушные воронки, способные втянуть в себя воду. Несколько десятков тысяч таких воронок.

Мой резерв уменьшился — но лишь на мгновение. Потом объём магии в нём вернулся к обычной норме, а вместо озера передо мной оказалась огромная, круглая, идеально сухая пропасть.

Похоже, моя сила опять рывком выросла. Что-то я сомневался, что ещё месяц назад сумел бы вот так быстро осушить настолько глубокий водоем…

Земля дрогнула, и я вновь ощутил чужой гнев, только теперь смешанный со страхом. А еще в этот раз, кроме эмоций павшей богини, ко мне пришло кое-что новое — понимание, что озерная вода, хотя и растворялась сейчас в черном океане, осталась с богиней связана.

Перед моим внутренним взором эта связь возникла как бесконечно длинная тонкая нить.

Хм…

Уж не была ли она одной из тех нитей, что удерживали павшее божество в мире смертных?

Я потянулся к ней невидимым щупальцем. Осознав мое внимание, нить дёрнулась, но деваться ей было некуда. Порвать её было бы легко, однако одна такая потеря не ослабит привязку павшей богини к миру. Зато нить могла привести меня к месту, где богиня сейчас затаилась.

Мое щупальце заскользило вдоль нити, дальше и дальше, в пропасть, к самому дну. Вот! Наконец-то я ощутил её присутствие. Павшая богиня растворилась в толще скалы под осушенным озером.

Скала. Что я мог сделать с бесплотным духом, с воплощенным лунным светом, впитавшимся в камень? Похоже, что ничего. По крайней мере, никаких умных идей в голову мне не пришло.

Потянулись долгие мгновения тишины. Я всё так же кормил силой осколки и продолжал следить за Лунной Девой, но она больше не нападала. Вероятно, для этого ей требовалось выбраться из укрытия, но сейчас, ощущая мое присутствие так близко, она опасалась это сделать.

Возможно, конечно, что она тоже чего-то ждала.

Если так, то чего?

…Ну, скажем, прихода своих служителей, которые отвлекут мое внимание, позволив её новой атаке застать меня врасплох? Или даже, быть может, появления союзников, других павших богов?

Последняя мысль меня всерьез встревожила. Если против одной павшей богини какой-то шанс у меня был, то против нескольких божеств — вряд ли.

Я нахмурился, стараясь охватить своим «чувством пространства» как можно бо́льшую территорию, но подземный храм пока оставался пустым.

Продолжая следить за Лунной Девой, часть внимания я перевел на осколки душ, которые так и толпились вокруг, жадно поглощая мою магию. Такое раздвоение сознания, кстати, получилось без большого труда. И когда я это сделал, то наконец-то увидел намёки на нити, привязанные к каждому силуэту и уходящие вниз, ко дну осушенного озера. А еще я увидел, что все эти нити слабо пульсируют.

Потянувшись к ближайшей, я коснулся её своим невидимым щупальцем, одновременно напрягая все чувства.

Иштава мерзость! Нити не просто соединяли осколки душ с Лунной Девой, они её питали. Неудивительно, что она решила выждать.

С каждым мгновением она становилась сильнее, причем за мой счет!

Осколки душ в получившейся ситуации я не винил — от них тут ничего не зависело. Хорошо хотя бы, что бо́льшая часть силы все же задерживалась у них, а не уходила к моему врагу.

Я осторожно потянул ту первую нить, пытаясь понять, сколько ещё времени требовалось, чтобы она стала достаточно крепкой. Пожалуй, пара минут, не больше. И если Лунная Дева продолжит так же спокойно сидеть внутри скалы…

Не продолжила.

Камень на дне пропасти взорвался светом. Молочно-белое сияние хлынуло наверх, заполняя собою всё пространство бывшего озера. Внешне оно было похоже на самые первые полосы света, но уровень его оказался совсем иным. Словно бы павшая богиня решила потратить на этот удар всю накопленную силу, и свою, и мою.

То мое щупальце, при помощи которого я за ней следил, в этом сиянии просто испарилось. Каким-то образом павшая богиня сумела уничтожить часть меня, находящуюся в слоях этера. Боли я не ощутил, только странную пустоту на том месте, где щупальце было.

На понимание того, насколько эта атака Лунной Девы опасна, ушла едва доля секунды. Но даже этого хватило, чтобы свет ожёг мое материальное тело, образовав на коже язвы. Вот это было уже действительно больно! А не ослеп я только потому, что каким-то чудом успел крепко зажмуриться.

Действуя инстинктивно — как можно скорее загородиться от света — я ударил вверх, и часть свода пещеры рухнула прямо на меня. Огромные глыбы пройти сквозь мои щиты не смогли — с оглушающим грохотом они скатились с магической преграды и начали громоздиться друг на друга, создавая хаотичную кладку, пока в итоге не сомкнулись над моей головой. Мгновение спустя я оказался в подобии большого каменного купола, полностью отсекшего обжигающий свет.

Но насколько этого импровизированного купола хватит? Лунная Дева легко разметает мою временную защиту, и, если у нее достанет сил повторить световой удар, то я просто сгорю…

А это значило, что ждать укрепления нитей я больше не мог.

Каменный купол преградой для моей магии не был, так что всеми своими невидимыми конечностями я потянулся к этим нитям. Но их были тысячи. Как я смогу…?

Ответ пришел едва не прежде, чем я об этом подумал. Вернее, ответ проявился в видимых мне слоях этера. Я ведь никогда не подсчитывал, сколько именно щупалец у меня было, просто использовал их по мере необходимости. И вот сейчас, когда необходимость потребовала, я неожиданно осознал, что и щупалец у меня тоже стало много тысяч.

И я ими всеми как-то управлял.

Но как человеческий разум мог следить за столь огромным количеством конечностей⁈

Так, стоп!

О подобных деталях лучше было не думать, чтобы в щупальцах не запутаться!

Усилием воли я задвинул все сомнения куда подальше, сконцентрировавшись лишь на том, что требовалось сделать.

Ухватившись за все эти тысячи нитей, я их одновременно дёрнул — так, чтобы вырвать ту часть, которая шла к павшей богине. Ощутил её гнев, ярость, страх. Дёрнул еще раз — и нити действительно оборвались. В слоях этера я видел их, будто тысячи сияющих бледным светом извивающихся змей, которые не понимают, что происходит, и почему кто-то держит их за хвосты.

О том, что делать с осколками душ дальше, я особо не задумывался. Вернее, предполагал, что, получив свободу, они просто растворятся, отправившись к своему высшему божеству, которое, если верить молитве, «соберет их заново».

Вот только никуда они не отправились, лишь плотнее придвинулись ко мне…

Ладно, с ними можно будет разобраться потом. А вот с нитями лучше было сделать что-нибудь прямо сейчас! Пока они сами…

Додумать я не успел, потому как все эти «бледные змеи», будто ведомые единым разумом, прекратили бесцельно извиваться и метнулись ко мне, вернее, к моему водовороту магии, видимому только в слоях этера, и одновременно в него нырнули.

Я покачнулся и едва не упал, пытаясь совладать с нахлынувшими ощущениями. Я словно бы сейчас за один присест проглотил все блюда праздничного обеда, приготовленные для десятка гостей, и теперь не мог ни вдохнуть, ни выдохнуть. Только распирало мне не желудок, а этот самый магический водоворот.

— Ты смертный! Ты не можешь! — ввинтился мне в уши яростный вопль, в котором не осталось ни капли мелодичности, и камни, защищающие меня от убийственного света, разметало ударом.

Иштаво отродье!

Я ожидал, что, лишившись стольких нитей, павшая богиня ослабеет, однако слабой она никак не выглядела. А вот всерьёз разъяренной — да. Даже её страх передо мной, который я ощущал прежде, исчез, вытесненный гневом.

Сама Лунная Дева стояла на краю пропасти — женский силуэт, окутанный лунным светом.

Впрочем, сейчас её свет не обжигал, казался лишь остаточным ореолом от того, прежнего, который меня едва не сжёг. Может, для второго подобного удара её сил всё же не хватит?

А если хватит?

Что я мог ей противопоставить?

Так-то, если логически подумать, со светом лучше всего боролась тьма, но я понятия не имел, как тьму вызвать. В Академии нас такому не учили, и инстинктивное владение ею ко мне тоже не пришло.

Но Лунная Дева не напала.

— Ты не можешь, — повторила она уже почти спокойным тоном. — Ты не бог. Сила душ разорвёт тебя. Подумай, мы всё еще можем стать единым целым. Вечная молодость, могущество, бессмертие — никто, кроме меня, не даст тебе такого.

До чего упрямая!

Однако вслух я этого не сказал и возражать ей не стал тоже. Пусть лучше думает, будто я размышляю над её словами.

На самом деле размышлял я о тысячах нитей, которые так и прятались в моем магическом водовороте. Как, спрашивается, я мог их использовать против павшей богини?

— Ну же? — терпеливо ждать ответа Лунная Дева настроена не была. — Я всё ещё могу тебя спасти!

Я вежливо ей улыбнулся.

— Очень любезно с твоей стороны. А в противном случае, как ты сказала, меня разорвёт?

— Именно! Ты уже должен ощущать сильное давление. Оно будет нарастать, пока не станет нестерпимым. Человеческое тело, лишенное божественного огня, не способно принять разбитые души. Одну или две ещё может, но не тысячи.

— Хм… — сказал я. Ощущение, будто я невероятно объелся, стало, наоборот, слабее. — И сколько у меня в запасе времени до этого печального события?

Взгляд павшей богини стал недовольным — вопрос ей явно не понравился. Но ответить она всё же ответила.

— От нескольких минут до часа — смотря как быстро осколки душ начнут себя осознавать и решат захватить твое тело.

Вот как! Об этой опасности я даже не подумал. А следовало бы — ведь осколки принадлежали демонам.

С другой стороны, павшая богиня не факт что была искренней — я уже выяснил, что с ней мой дар отличать ложь от правды не работал.

А с моим резервом тем временем происходило непонятное. Водоворот магии, куда нырнули нити расколотых душ, то замедлялся, то начинал вращаться с невероятной скоростью.

Но это ладно, это мне нисколько не мешало. Интересней было другое — появившееся у меня ощущение… хм… настоящей сытости. Словно бы всю эту жизнь, с момента, когда очнулся на поле битвы, я был голоден, но прежде своей проблемы даже не осознавал, а вот сейчас, наконец, этот голод впервые по-настоящему утолил.

Значило ли это, что я «переварил» нити расколотых демонических душ?

Вместе с сытостью пришел и прилив силы. Даже нет, не совсем так — не магической силы, а просто энергии. Такое бывает, наверное, у детей, когда они не способны усидеть на месте, когда им нужно бегать, прыгать, кричать… Но мою энергию на такие простые вещи разменять бы не получилось.

— Ты… — Лунная Дева оборвала себя, нахмурилась, а потом просто истаяла в воздухе. Вернее, попыталась истаять, потому что я продолжал её видеть, но уже не глазами, и даже не моим «чувством пространства», а чем-то новым. И вот этим новым я «видел», как её суть впитывается в скалистый берег осушенного озера…

Осознанного приказа я не отдал. Лишь мелькнула мысль, что нельзя позволить ей сбежать, и тут же тысячи осколков душ, таких же бестелесных, как и павшая богиня, метнулись за ней, ввинтились в камень и окружили её суть, поймав в подобие сияющей клетки.

Хм. Получалось, что сейчас я мог ими управлять, причем подчинялись они мне легко и даже с радостью. Хотя, возможно, дело заключалось в смысле приказа: осколки душ ненавидели Лунную Деву, а когда приказ совпадает с твоими собственными желаниями, выполнять его одно удовольствие.

Суть павшей богини дёрнулась, и я ощутил исходящее от неё новое чувство — панику. Всё же я был прав, когда ожидал, что лишение стольких нитей её ослабит — суть Лунной Девы беспомощно заметалась внутри получившейся клетки, а осколки душ убитых ею демонов придвигались всё ближе и ближе.

Пожалуй, я мог им ещё немного помочь — и через соединяющие нас нити я отправил осколкам ту энергию, которая билась во мне и требовала выхода.

«Давайте, — сказал я им. — Вы же мечтали об этом. Так мстите».

Не знаю, насколько они были способны меня понять. Насколько эти древние осколки вообще сохранили прежний разум. Но эмоции, которые я передал вместе со словами, оказались им близки.

Клетка стала еще меньше, а потом осколки накинулись на суть павшей богини. Это была бесшумная бескровная битва. О, суть богини сопротивлялась, выжигая и дробя осколки на еще более мелкие части, уже нисколько не напоминающие их прежние формы, так что вместо смутно человеческих силуэтов оставались лишь сияющие песчинки. Но их место заступали другие, и суть богини с каждым мгновением становилась всё меньше, всё слабее.

И одновременно с тем всё ярче проступали иные нити, пока ещё целые, держащие её привязанной к материальному миру. Прежде она их прятала, но сейчас, ослабевшая, уже не могла.

Я шагнул ближе и протянул к ней свои невидимые щупальца — все тысячи. Ухватился за нити и начал рвать. И с каждой оборванной нитью перед моим мысленным взором вспыхивал образ того, к чему она была привязана.

Я видел места силы павшей богини: подземные храмы, подобные этому, и озера с измененной ею водой.

Я видел иные разбитые души — и как же много душ она погубила! Те, которых я первыми освободил и которые сейчас сражались с ней, были лишь малой частью её жертв.

А ещё я видел — живых? Да, живых существ, причем не демонов, а людей. Люди эти оказались связаны с ней клятвами, почти всегда вырванными обманом или угрозами. И с каждой новой оборванной нитью я чувствовал вспышку радости и благодарности от этих живых.

А потом нити закончились, и мои щупальцы замерли над самой сутью павшей богини, сейчас казавшейся такой крохотной и безобидной. Безобидной, ха! Даже став бесплотным сияющим огоньком, она умудрялась притворяться.

Сочувствия к ней я не испытывал — она принесла слишком много зла, чтобы заслужить от меня хоть каплю этого чувства. Но осколки душ не смогли её уничтожить, лишь хорошо потрепали, а я, к сожалению, не знал, как убить божество.

Но я мог сделать кое-что другое.

Мои щупальцы сомкнулись вокруг огня её сути, игнорируя её попытки меня ожечь и вырваться, и потянулись к моему водовороту магии, а потом скользнули внутрь него, глубже и глубже.

Коснуться безграничного черного океана во второй раз оказалось легче, чем в первый, и огонек павшей богини океан принял с такой же готовностью, как прежде — озёрную воду. Волна взметнулась, подхватив бессмертную суть, и потащила её в темные глубины. Огонек трепетал и рвался, но волна не давала ему ускользнуть. И с каждым мгновением огонёк становился все слабее и слабее, пока полностью не растворился среди черноты.

Лунной Девы больше не было.

Кажется, я только что сделал то, что для смертного мага считалось в принципе невозможным.