Возвращение наследника (Рейн 9)

Глава 19

— Откуда вам все это известно? — не выдержал я. — Вы же подводные люди, а не демоны.

— Не только подводные, — отозвалась она спокойно, — наш народ может жить и на суше. Что касается изучения хаотических воздействий, то это было моей работой. Благодаря исследованию того, как происходит перерождение манифестаций Хаоса, я вошла в высший совет магов нашего королевства и получила титул старшего магистра.

И когда успела? Выглядела она моей ровесницей…

Заметив мой удивленный взгляд, она понимающе кивнула.

— Внешний облик души не обязан соответствовать тому, который был у тела перед смертью. На самом деле, когда Падальщица разбила мою душу, я была уже старухой. Падальщица любила убивать сильных магов — возраст жертвы ее не заботил. Но душе, в отличие от тела, совсем не сложно вернуть себе молодость — достаточно лишь этого пожелать.

Ну… так-то логично. Если есть возможность снова выглядеть молодой и красивой, пусть даже после смерти, то почему нет?

Два других призрака между тем уставились на девушку с благоговением.

— Старший магистр Санун? — воскликнул тот из них, которого я прежде посчитал старшим. — Это и в самом деле вы?

Девушка кивнула.

— Я учился на ваших трактатах! Ваше имя — в мое время оно уже стало легендой!

— А в мое вам поставили памятник, — добавил третий призрак, прежде молчавший. — А еще считалось, что вы пропали без вести в самой Бездне, во время последней экспедиции. Никто и не подозревал, что вас принесли в жертву Падальщице.

Вот она, обманчивость внешности призраков: самая юная на вид оказалась самой старой. Я мысленно покачал головой и вновь задумался о возвращении. Хотя, возможно, древняя магичка подскажет что-то полезное?

— Старший магистр Санун, — обратился я к ней. — Вы, как понимаю, опытный и знающий маг, и теория вам должна быть хорошо знакома. Подскажите, каким образом я могу нащупать нить, соединяющую мою душу с телом. Какие вообще есть варианты?

Санун задумалась.

— Связь между душой и телом, если тело еще живо, обычно ощущается инстинктивно, — произнесла она медленно. — То, что вы, господин, эту связь не чувствуете, говорит о сильных помехах. Возможно, дело в том, что мы находимся в Бездне — месте, одновременно сопричастном нашему миру и отдаленном от него… Нужно найти иную связующую нить. Скажем, предмет, который до сих пор принадлежит миру смертных.

Я посмотрел на браслет на запястье. На обычный призыв Кащи не отозвался, но под определение описанного Санун двойственного предмета браслет подходил.

Магичка проследила за моим взглядом.

— Что это?

— Материальная форма моего Теневого Компаньона. Вернее, его призрачная копия.

Санун подлетела ближе и наклонилась, изучая браслет. Ее пальцы коснулись призрачного серебра.

— Теневой Компаньон, — повторила она задумчиво и выпрямилась. — В мое время никто из магов не мог похвастаться подобным спутником, но я знаю, что прежде такое бывало. Как получилось, что вы превратили его в украшение?

Я пожал плечами.

— Я не превращал. Но ему, чтобы постоянно забирать мою магию, требовалось находиться рядом, а мне не хотелось, чтобы он маячил на виду у людей. В итоге мы договорились на такой вариант.

— То есть ваш Теневой Компаньон сам изменил форму, — проговорила она. — Как любопытно.

— Почему?

— Потому что я не слышала, чтобы они были на подобное способны. Правда, я жила очень давно… Что ж, вам нужно не звать Компаньона сюда, а сосредоточиться на браслете. Представьте его материальную форму во всех деталях и ощущениях.

Я прикрыл глаза и напряг память. Попытался представить вес браслета, настолько привычного, что обычно его присутствие я не ощущал. Под пальцами — слабое тепло серебра, нагретого моим телом. Рифленый узор на металле и его гладкость… И где-то далеко, словно на другом конце бесконечного коридора, я почувствовал отклик. Слабое эхо металлического звука.

Удерживая эту хрупкую связь, я открыл глаза и посмотрел на призраков.

— Вы ведь привязаны ко мне? Если я сейчас вернусь в тело, вы последуете за мной?

— Да, — коротко ответила Санун.

Я кивнул, вновь закрыл глаза и шагнул, но не ногами, а всем призрачным телом. К металлическому звуку добавились ровное дыхание и биение сердца. Они стали громче, заполнили все — а потом я разом ощутил толчок и навалившуюся тяжесть. Дернулся — и резко сел на кровати.

Несколько мгновений все ощущения казались невыносимо острыми: воздух царапал горло, одежда натирала кожу, как наждак, кровь билась в висках, будто стремясь вырваться из тела. Даже слабый свет луны, проникавший сквозь щель в занавесках, казался слишком ярким.

Но вот, постепенно, болезненная острота всех чувств пошла на убыль.

Итак, в тело я вернулся. Хорошо — а то я уже начал беспокоиться, что и впрямь застряну в Бездне.

Встав с кровати, я подошел к окну и отдернул шторы. Судя по положению луны, с момента, когда я лег, прошло часа два. Мелькнула мысль позвать Теагана и сходить проверить портал в башне точки воздуха — если моя версия верна, он должен был вновь начать работать.

Но нет, это вполне могло подождать до утра. То, что осколки душ прервали сон мне, не повод портить его кому-то другому. Да и у меня еще оставалось время выспаться.

С этой мыслью я вернулся в кровать, надеясь, что больше никто никуда меня этой ночью не выдернет.

Выдернули меня, к счастью, только утром — обычным стуком в дверь, как я и ожидал. Умывшись и одевшись, первым делом я отправился к Теагану.

— Судя по выражению твоего лица, есть новости, — прокомментировал он, едва меня увидев, и когда я кивнул, без напоминаний активировал руны от подслушивания.

— Этой ночью осколки демонических душ затащили меня к себе в Бездну, — начал я, — в виде призрака…

Теаган открыл рот. Закрыл. Встряхнул головой.

— Продолжай, — произнес сдавленным голосом.

Остальную часть рассказа он выслушал в напряженном молчании, перебив только однажды, когда я в первый раз упомянул о манифестации Хаоса, и попросил повторить ее описание еще раз, со всеми деталями.

— Тебя не удивляет, что слуги Восставшего из Бездны, эти его укрепления, сражаются с порождениями Хаоса? — спросил я, закончив рассказ о битве между ними.

Теаган ответил не сразу.

— Восставший ведь охраняет врата миров, верно? — проговорил он наконец. — Так было сказано в той молитве, которую ты читал. Если Бездна и есть такие врата, то увиденное тобой ожидаемо.

— Знаешь, меня начинает волновать отсутствие Восставшего, — сказал я задумчиво. — Если эти укрепления в Бездне перестанут подпитываться его силой и исчезнут, то манифестации Хаоса прорвутся в наш мир целиком, и… я не уверен, что человечество выживет. Пресветлая Хейма спускалась в наш мир совсем недавно — конечно, недавно по божественным меркам, — и она все еще не восстановила силы. Даже если она вновь придет нам на помощь, этого может оказаться недостаточно.

Теаган на мгновение поджал губы.

— Волноваться из-за пропажи бога демонов, — проговорил он мрачно. — Ты говоришь дикие вещи, Рейн, и хуже всего то, что в них есть смысл… Ладно, рассказывай дальше.

— Так вот, второй момент, — сказал я, закончив объяснять, как мне удалось вернуться в свое тело, — момент, касающийся людей, что жили здесь до появления наших предков. Откуда они взялись?

Теаган молчал, хмурясь.

— Ересь, да? — уточнил я.

— Естественно. — Он вздохнул. — Сама идея о существовании неких двоякодышащих древних людей, да еще и мирно уживающихся с демонами, — чистая ересь…

— Кстати, я могу их тебе показать… наверное.

— Наверное?

— Не уверен, что получится. Подожди, сейчас попробую.

Я привычно сдвинул зрение, чтобы видеть слои этера, и позвал призраков. Ну как позвал — отправил мысленный призыв к ним куда-то в пустоту внутри себя, поскольку до сих пор не понял, как именно они ко мне привязаны.

Несколько мгновений ничего не происходило. Потом призраки действительно возникли передо мной, но Теаган их пока не замечал.

— Можете ли вы стать видимыми для других людей? — спросил я у них. Магистр Санун кивнула.

— Если вы, господин, наполните нас силой, наше присутствие в материальном мире станет более явным.

— Тогда берите, сколько нужно, — я пожал плечами. Как отдавать призракам силу я не знал, но вариант просто «дать разрешение» срабатывал с Кащи, мог сработать и с ними.

— Хорошо, господин. — Магистр Санун склонила голову, а потом все три фигуры начали наливаться светом и плотностью.

Теаган громко втянул в себя воздух, и я повернулся к нему. Вот теперь он их видел — смотрел он прямо на призраков широко раскрытыми глазами.

Призраки поклонились и нестройным хором проговорили приветствие, но Теаган так и продолжал молча смотреть на их сияющие полупрозрачные фигуры. Потом, будто очнувшись, потряс головой.

— Я не понимаю, что они говорят, — произнес он, повернувшись ко мне. — И ни слова не понял, когда ты к ним обращался.

Я моргнул. А, ну да, точно. Это только для меня переход с одного языка на другой не ощущался.

— Видишь, они выглядят как самые обычные люди, — сказал я Теагану. — И мое чутье на ложь во время их объяснения тоже молчало, так что о себе они говорили правду.

Больше про ересь Теаган не упоминал. Несколько долгих мгновений он рассматривал призраков, потом склонил голову в молчаливом приветствии.

— Церковь много раз посылала экспедиции в Бездну, но почти всегда дело кончалось гибелью людей, — произнес он. — Если выживал и возвращался хотя бы один, экспедицию считали удачной. Насколько я понимаю, магистр Санун обладает знаниями, которые мы долгие годы безрезультатно пытались получить. Рейн, если сегодня ты согласишься послужить переводчиком между магистром и Сестрами, которые изучают Бездну, это принесет много пользы.

— То есть нужно расспросить магистра Санун обо всех ее исследованиях? — уточнил я и после кивка Теагана добавил. — Ладно.

Понятно было, что вчера древняя магичка рассказала мне лишь малую часть того, что знала.

Когда я перевел ей предложение Теагана, она согласилась без колебаний, но все же добавила:

— Надеюсь, это пойдет на пользу отношениям между Империей Хеймы и моим народом.

— Конечно, — согласился я. — Я за этим прослежу.

И мысленно продолжил: «Если только ваш народ еще существует».

А потом, вспомнив, о чем еще хотел сказать, обратился к Теагану:

— Проверь точку воздуха — если мое предположение верно, портал должен снова работать.

Реакция старших Сестер оказалась куда менее сдержанной, чем у да-вира. Он к странностям уже почти привык, а вот для них все это было еще внове.

Трое Сестер, занимавшихся исследованиями Бездны, к своему вызову отнеслись спокойно. Мол, мало ли какая блажь пришла в голову инспектирующему их орден старшему иерарху. К распоряжению молчать обо всем, что узнают, тоже. А вот сама встреча с призраком их потрясла. Еще большим потрясением стала новость, что призрак принадлежал человеку, жившему за несколько тысяч лет до прибытия сюда наших предков. Ересь, но при этом факт, подтвержденный самим да-виром. Известие, что я откуда-то знаю язык этого древнего исчезнувшего народа, они восприняли уже со смирением, устав поражаться.

Вопросов они задавали много, начиная с того, как снаряжались экспедиции, какие защиты использовались, как долго тергены оставались в Бездне, и заканчивая тем, каким образом все участники охраняли себя от одержимости, поскольку демоническая скверна пропитывала разрывы Бездны и зачастую представляла куда большую опасность, чем даже населявшие ее твари. Ну и, конечно, они спрашивали обо всем, что магистр Санун успела узнать о самой Бездне.

Столько говорить мне еще не приходилось, потому неудивительно, что к вечеру я охрип. А вот Сестры, похоже, уходить на отдых и не думали, а когда я заикнулся о позднем времени и сне, принялись упрашивать перевести для магистра Санун их «еще один маленький вопрос», который незаметно перетек в вопрос следующий, столь же маленький, но тоже крайне необходимый…

Мы были на четвертом «маленьком» вопросе, «честное слово, самом последнем! Пожалуйста, господин аль-Ифрит, мы вас очень-очень просим!», когда в покоях, отведенных для разговора с призраком, появился Теаган. Под его пристальным взглядом энтузиазм Сестер несколько увял и четвертый «маленький» вопрос действительно оказался последним.

Когда они ушли — но не раньше, чем вытащили из меня обещание продолжить еще и завтра переводить разговор с древней магичкой — Теаган закрыл дверь и сел напротив.

— Я тут расспросил дежурных Братьев и Сестер и выяснил, что ты ничего не ел уже вторые сутки — с тех пор, как вернулся из подземного храма павшей богини. Только, — тут он бросил взгляд на кувшин и стаканы на столе, — только пил воду.

Я моргнул. И правда. Пока он не сказал, я об этом вовсе не думал.

— Да как-то не хочется. В смысле, есть не хочется. — Я пожал плечами.

— Не хочется? Ты ведь понимаешь, что это ненормально? — Теаган нахмурился.

— Ну, — я покосился на все еще активированные руны от подслушивания на стенах и двери. — Возможно, что и нормально. Понимаешь, там, в храме Лунной Девы, когда я вырвал у нее нити расколотых демонических душ, я их… случайно съел.

— Съел… Съел души⁈ — растерянно повторил Теаган.

— Нет-нет, не сами души, — я махнул рукой. — Только нити. Но переел. Думал, прямо там и лопну, но обошлось. Однако на обычную еду меня теперь совсем не тянет.

— И… что? Теперь ты так и будешь питаться душами… то есть нитями душ?

— Нет, конечно! Это же случайно вышло. Думаю, когда прилив энергии от них пройдет, я вернусь к обычной еде.

— И когда?

— Ну, — я пожал плечами. — Может, через неделю?

Теаган несколько раз глубоко вздохнул, явно пытаясь взять себя в руки.

— Ладно, — проговорил он. — Ладно. Объелся нитей душ, с кем не бывает… Вот только, если эту твою странность заметил я, заметят и остальные. Поэтому я распоряжусь, чтобы еду тебе все же приносили. Хотя бы делай вид, что ешь.