Золото Дракона: в 40 разгорится пламя

Глава 4.

Иногда кажется, что обидные слова – это самое тяжёлое испытание. Но я была не согласна.

Настоящее испытание – это тишина.

Та, в которой слышно, как ты дышишь, как живёшь, о чём думаешь. Так легко не выдержать её и начать заполнять смущённым лепетом, случайными фразами, которые скажут о тебе куда больше, чем ты хотел бы.

В прогреве, когда всё уже сказано, важна именно она – тишина. Не долгая, но точная. Тут главное – чувствовать грань.

И король её чувствовал.

Мой супруг появился ровно в тот момент, когда мои нервы начали сдавать.

Его шаги звонко разносились по зале: торопливые и взволнованные. Я стояла, не шелохнувшись, кожей ощущая, как он разгневанно остановился подле меня и поклонился королю.

Никто не ожидал, что покорная Кира выкинет такой фортель… Сюрприз!

– Мой король! – протянул мужчина завораживающим голосом.

– Лэйр Дреханн Кзарр’талинн’Рахар, ваша супруга обвиняет вас в осквернении клятвы…

– Что?.. – глухо переспросил он. Слегка повернув голову, я заметила, как его кадык нервно дёрнулся. – Да как ты посмела?! – не сдержавшись, он обернулся ко мне, требуя ответа.

– Смею, – холодно обронила я, не поворачиваясь к нему, продолжая смотреть прямо на короля, – я называю вещи своими именами. Лэйр сам себя сделал клятвоотступником. И теперь, как от свидетеля его обещания, я требую от вас, ваше величество… взыскания.

– Замолчи! Ты не понимаешь, что творишь! – зашипел супруг, хватая меня за локти и разворачивая к себе лицом, в то время как король откинулся на спинку трона, и на его губах мелькнула почти невидимая опасная улыбка. Настроился на зрелище, паразит!

– Двадцать лет назад вы клялись Тёмной Сестре, взяв в свидетели короля, что после того, как я отрекусь от своей магии и предназначения, вы примете меня в свой род и во веки будете заботиться обо мне. Прошло только двадцать лет, а вы, уже забыв о клятве, с разрешения его величества пробуете выкинуть меня на улицу, забрав имя и обещанную заботу, и думаете, что я буду молчать? – зло усмехнулась я, отчего он ошарашенно отшатнулся. – Я призываю в свидетели Тёмную Сестру, раз у её тёмных детей не осталось чести! – выкрикнула я, пропуская удар собственного сердца.

Громкий смех короля заставил меня обернуться.

– Мне надоела ваша истерика, лэйра Кзарр’талинн’Рахар, – поднялся он с трона, – как вы смеете беспокоить Великую Тёмную?! Вы – презренная смертная!

– Я – арвина богов! И для меня не имеет значения, обращаться к Тёмной или Светлой Сестре. Они меня услышат, – выплюнула, не прогибаясь под его тяжёлым взглядом, при этом моля Бессмертную заразу, что притащила меня сюда, откликнуться. Я специально выбрала это время, чтобы наступила её пора. Да и представление вышло знатное, уверена, ей понравилось…

И она откликнулась, когда я уже почти уверилась, что проиграла.

Мой супруг зашипел от боли, хватаясь за руку, и, что самое неожиданное, король недоумённо схватился за руку, закатывая рубашку.

Божественные печати отступников загорелись на их руках. Ненависть плескалась в глазах мужчин, когда они подняли на меня взгляд. И если от супруга мне было ни горячо, ни холодно, – сам, паразит, напросился, – то та удушающая ненависть, что клубилась в глазах короля, искренне пугала. Мне срочно хотелось бежать, прятаться, чтобы он никогда меня больше не видел.

– Богиня вас услышала… Что дальше? – рыкнул он.

Мне было страшно, но я убеждала себя стоять ровно и не вздумать бежать. Он ведь зверь, слабость – худшее решение!

Пока на них божественные печати, подтверждающие моё право, меня никто не тронет и пальцем. С богиней шутки плохи, они это знают. На их руках – смертельные удавки, которые быстро отправят их души к ней в чертоги.

– Так что? Я слушаю вас, лэйра, – презрительно выплюнул король. – Не хотите разводиться? Хорошо! Лэйр – ваш!

– Нет! Он мне не нужен, – отвергла я щедрое предложение, удивив их в очередной раз. – Я требую развода! Но разводиться мы будем по правилам тёмных! – заключила, отступив на шаг. – На дворе – ночь, не буду больше задерживать ваше внимание! – низко поклонившись королю, я даже не взглянула в сторону супруга и, не дожидаясь королевского позволения, постаралась как можно быстрее покинуть приёмную залу.

Стоило дверям за мной закрыться, как громкий рык сотряс своды зала, напоминая, что я только что дерзко бросила вызов не только супругу, но и королю драконов.

Я внутренне дрожала, удивляясь своей дерзости, но покидала дворец, так же плавно покачивая бёдрами, как и когда пришла.

«Луна, ты – молодец! – уговаривала я себя. – Ты действовала правильно! Публика хочет зрелища, и ты ей его предоставила!»

Из того варева знаний, что кипело в моей голове, я точно понимала, что богиня – самый главный зритель. С её лёгкой руки я оказалась в этом мире, по её же воле могу исчезнуть в любой момент, так значит, нужно её не разочаровать!

А драконы… пока они меня не тронут, а к тому моменту, как освободятся от печати, глядишь, доктора и вытащат меня из глюка…

Коляска одиноко поджидала меня около стен дворца и тут же тронулась, подъезжая ко мне, стоило мне спуститься по ступеням.

– Домой, – устало велела я, забираясь внутрь, и тут же засыпая.

Мне снились тени, длинные, густые, что отплясывали вокруг моей тонкой фигуры. Я не знала, бояться ли их и бежать или, наоборот, сдаться в их заманчивый плен. И не успела определиться, как меня разбудил кучер. Мы вернулись в поместье.

Поднявшись в покои, я устало кинула взгляд на Лару, которая ждала меня, обеспокоенно глядя в окно.

– Как прошло? – подскочила она, помогая скинуть тесное платье.

– Как я и задумала. Вот только, кажется, план у меня – дерьмо… Ну да ладно, другого-то нет! Завтра нужно перебрать мою одежду. Берём самую сносную и переезжаем в столицу, а то что это мы здесь чахнем? Будем покорять тёмных! – решительно заявила я, падая на постель.

Я увидела мелькнувшее удивление во взгляде Лары и довольно улыбнулась. Я умею удивлять! Создавать именно тот контент, который от меня ждут.

С этой мыслью я вновь провалилась в темноту, обойдясь в этот раз без сновидений.

***

На следующее утро я грустно покачала головой, перебирая наряды Киры, что безбожно устарели, отбирая самые интересные, а после схватилась за украшения. Нет ничего лучше для женского сердца, чем блеск камней… Вот только я была вынуждена признать, что могу забрать с собой всего парочку украшений. Мой супруг то ли был предусмотрителен, то ли – жаден, и предоставил в моё пользование родовые украшения Кзарр’талинн’Рахар, а они предполагали возвращение в род. Я могла забрать только те, которые были подарены лично мне, что я и сделала, а после рванула в столицу.

К моей радости, Лара согласилась поехать со мной. Хоть она и догадывалась, что я всё же разведусь с Дэйром, а значит, уже и не буду её госпожой.

Я с жадностью смотрела по сторонам, впитывая обстановку Эш’Кара. Вчера я была поглощена мыслями, настраивая себя, а сегодня оживляла картинку, которая досталась мне от Киры.

Столица жила своей особенной жизнью. Оживлённые, залитые ярким светом и шумные до головокружения улицы сплетались с узкими вымощенными тёмным камнем улочками, где мог протиснуться только человек, но никак не транспорт. Воздух казался плотным от запахов – горячего теста, пряностей, лёгкой гари от печей, работающих в мастерских, и пыли, поднимающейся от колёс.

Помимо изящных колясок и гружёных телег то тут, то там мелькали первые магомобили, за рулём которых сидели гордые маги. Они двигались быстрее и увереннее, зачастую лихо перестраиваясь, что создавало ажиотаж. Вслед им неслись не только проклятия, но и томные женские вздохи.

Рынок гремел голосами и смехом – торговцы выкрикивали цены, поднимая над прилавками мерцающие амулеты, свитки, корзины с диковинными фруктами, а ремесленники выставляли прямо на улицу магические фонари и тонко выгравированные украшения. По крышам и шпилям неторопливо скользили воздушные посыльные – парящие диски с письменами и печатями.

Драконья столица днём была похожа на громадный пестрый шумный улей, в котором кипела жизнь, и он мне уже нравился! Уверена, что могла бы найти здесь для себя место!

Постепенно оставив позади суету города, мы заехали в фешенебельный район, где парков было больше, чем домов, пели птицы, и даже кое-где проскакивали олени. Именно здесь был городской особняк, принадлежащий лично Дэйру, и я, как его супруга, могла на него претендовать, что и собиралась сделать.

Тёмные разводятся редко и не с криками и угрозами, а с ядом в бокале, но если не получилось, тогда в ход идут бухгалтера и юристы, которые вытрясут душу и деньги. Каждая уважающая себя тёмная знает: деньги делят до последней копейки!