Что посеешь

К машине они шли молча.

Хотя она давно ждала прорыва, Ванья ощутила лишь стресс, когда он наконец наступил. Сейчас нельзя допустить ни единой ошибки. У них двое подозреваемых, о которых известно, что они вооружены, и которые прежде не останавливались перед убийством.

Она собрала всех в самом большом конференц-зале полицейского управления — всех, кроме Урсулы, которую попросила подготовить две технические группы для тщательного обыска двух имеющихся адресов. Ванья распорядилась выдать бронежилеты и обеспечить каждого автоматами MP5 в качестве дополнительного вооружения. Начальник Полицейского региона Юг быстро прислал подкрепление в виде четырех патрульных экипажей. Он был готов предоставить ей дополнительные ресурсы, но Ванья не хотела слишком большую группу. Чем больше людей задействовано, тем выше риск недоразумений, ошибок и нескоординированных решений.

Этому она тоже научилась у Торкеля.

Лучше качество, чем количество.

Она встала перед специально вызванными полицейскими в форме, пока Билли проецировал на стену черно-белые паспортные фотографии пары. Всех поразило, какие они молодые. Ванья не могла не задуматься о том, как все могло пойти так ужасно наперекосяк. Что произошло. Нельзя просто так взять и застрелить пять человек менее чем за две недели. Но ответ на этот вопрос подождет. Сейчас главное — остановить их как можно скорее.

— Расмус Грёнвалль — предполагаемый стрелок. Двадцать два года. Юлия Линде, двадцать семь. Ребекка Грёнвалль, старшая сестра Расмуса, погибшая в автобусной аварии в 2011 году, была близкой подругой Линде. Они знали друг друга с начальных классов. Линде учится в Йёнчёпинге, но не появлялась там уже две недели.

Она кивнула Билли, и тот вывел на стену карту Карлсхамна. Ванья повернулась к ней и продолжила, указывая пальцем.

— Насколько нам известно, она живет у матери на Чэльвэген. Расмус живет у отца на Хагалундсвэген. Мы надеемся взять их там. Тихо и спокойно. Никакой стрельбы, никаких агрессивных действий. Никакого Дикого Запада.

Все в зале показали, что поняли. Полицейские в форме выглядели сосредоточенными; она специально запросила опытных сотрудников с большим стажем.

— У нас объявлен розыск синего «Пассата» 2004 года с регистрационным номером BRY332, который использовался при расстрелах. Так что присматривайте и за ним тоже.

Билли переключил на изображение автомобиля. Ванья чувствовала уверенность. У них было одно большое преимущество: пара не могла знать, как близко полиция подобралась к их задержанию. Что их идентифицировали — и их, и их машину.

— И еще одно, — сказала она. — Будь добр, верни первое фото, — обратилась она к Билли и обернулась к стене, когда пара снова появилась на экране за ее спиной. — Эти снимки сделаны несколько лет назад, сейчас у Линде фиолетовые волосы.

И она разделила полицейских в форме на две группы.

Карлос получил командование одной из них, которая отправилась на Чэльвэген. Билли, Ванья и оставшиеся полицейские направились к дому Расмуса. Планировалось нанести удар по обоим адресам одновременно. Обе технические группы Урсулы должны были стоять наготове и ждать сигнала к обыску жилищ.

Это был хороший план.

Теперь оставалось только, чтобы он сработал.

===

Ванья и Билли стояли на некотором расстоянии и наблюдали за серым одноэтажным домом на Хагалундсвэген. В том, что должно было быть кухней, горел свет. Внутри двигался мужчина средних лет. В подъездной дорожке стоял белый «Вольво» довольно старой модели. Быстрая проверка показала, что он, как и «Пассат», зарегистрирован на имя Томаса Грёнвалля. Стало быть, дома, по всей вероятности, был он. Но рядом находился и гараж, где мог стоять «Пассат», так что Расмус вполне мог быть в доме.

Ванья расставила двоих полицейских в подъездной дорожке, с обзором на машину и гараж, а двоих других послала с тыльной стороны дома — на случай, если там есть еще один выход.

— Вы готовы? — спросила она в рацию.

— Мы на месте. Скажи когда, и мы начинаем, — ответил Карлос.

— Сейчас, — сказала Ванья и двинулась к дому. Она решила не штурмовать дом, раз отец был дома, и позвонила в дверь. Несколько настойчивых нажатий на кнопку звонка. Наконец открыл мужчина, которого они видели через окно. Он вытирал руки кухонным полотенцем, но вздрогнул и побледнел, увидев ее коллег с автоматами. Ванья показала удостоверение.

— Расмус Грёнвалль. Он здесь? — спросила Ванья, заглядывая в коридор за спиной мужчины, который, если это было возможно, побледнел еще сильнее.

— Нет, его нет дома. Что случилось? — обеспокоенно спросил мужчина. Ванья теперь узнала в нем Томаса Грёнвалля.

— Имеет ли он доступ к синему «Пассату» 2004 года, зарегистрированному на твое имя?

— Да, он… ему нельзя иметь собственность, поэтому машина записана на меня. С ним что-то случилось?

— Можно войти? — сказала Ванья и протиснулась мимо него в прихожую. Томас сделал было попытку запротестовать. — Мы войдем в любом случае, нравится тебе это или нет, я просто хотела вежливо спросить, — пояснила она и прошла дальше в дом. Томас сдался, отступил и пропустил остальных. Ванья кивнула, и они рассредоточились по дому. Томас подошел к ней, провожая полицейских взглядом, встревоженный и разгневанный.

— Расскажи мне, что происходит, — потребовал он. — Почему вы здесь?

— Нам нужно поговорить с твоим сыном, потому что твой «Пассат» был замечен в связи с преступлением.

— Что? Каким преступлением? — Он, казалось, испытал облегчение от того, что с сыном ничего не случилось, но явно все еще не понимал, зачем они пришли. Что совершенно понятно, но Ванья не собиралась сейчас его просвещать. По крайней мере, не прямо сейчас.

— Ты знаешь Юлию Линде? — спросила она вместо этого.

— Э-э… да… она была лучшей подругой Ребекки. Ребекка — моя дочь, она…

— Мы знаем про Ребекку, — оборвала его Ванья.

— Я не видел Юлию целую вечность… Не понимаю…

— Ее видели вместе с Расмусом, так что есть ли у тебя идея, где они могут быть?

— Нет, когда я пришел домой, он оставил записку, что уехал в поход с палаткой. Я позвонил ему, но телефон был выключен.

Один из полицейских в форме вернулся, покачал головой и встал рядом с Ваньей, которая повернулась к Билли.

— Позвони Урсуле, скажи, что можно приезжать сюда. — Она снова обратилась к Томасу. — Если хочешь помочь сыну, лучше расскажи мне, где, по-твоему, он может быть.

— Во что он, по-вашему, замешан?

Ванья посмотрела на него, пытаясь быстро решить. Станет ли он более сговорчивым или менее, если узнает, в чем они подозревают Расмуса. Она решила сказать правду.

— Это расследование убийства.

Томас рассмеялся, словно это было совершенно невозможно, и, казалось, даже расслабился. Правильное решение, подумала Ванья. Он поможет, хотя бы для того, чтобы доказать, как сильно они ошибаются.

— Если он действительно в лесу с палаткой, то есть только одно место, которое мне приходит в голову. Леса у Хёгахульта.

— Почему именно там?

— Это был лес моего отца, у него там была маленькая избушка, где Расмус проводил много времени. Пока эта баба не выманила все у моего отца.

Билли, только что закончивший разговор с Урсулой, быстро обернулся и посмотрел Томасу прямо в глаза.

— Подожди, твоего отца случайно не звали Таге Андерссон?

— Да, я взял фамилию жены, когда мы поженились.

Билли быстро перелистал свой блокнот, нашел нужное и повернулся к Ванье.

— Тот лес, который Анжелика Карлссон продала компании «Сёдра Скугсэгарна»… прежним владельцем был Таге Андерссон.

— Он покончил с собой после этого, — ровным тоном сказал Томас. — Не хотел жить без леса и избушки.

Наконец Анжелика вписалась в общую картину. Если у Ваньи и оставались хоть малейшие сомнения в том, что они на верном пути, теперь они окончательно развеялись.

Это были Расмус и Юлия.

Теперь они знали, кто это, и, надо надеяться, где они.

===

Расмус расставил несколько старых пустых бутылок перед небольшим холмом.

Юлия с трудом представляла, как ей когда-нибудь позволят делать что-то кроме как просто смотреть на них. Они целую вечность разбирали устройство оружия и его основные функции.

Затвор, предохранитель, магазин, рукоятка перезарядки.

Она просила его научить ее стрелять, но он усадил ее за парту.

— Ладно, сколько мы будем этим заниматься?

— Это ничем не отличается от любых других инструментов и механизмов, — серьезно сказал он, глядя на нее. — Если хочешь овладеть чем-то, нужно понимать, как оно работает.

— Это твой дедушка говорил?

— Да.

— Но я и так знаю, как оно работает. Патрон внутрь, прицелиться, нажать на спуск, патрон наружу. Мне не на Олимпиаду, я просто хочу научиться стрелять.

— Ладно, — сказал он с легким раздражением. Она видела, что он разочарован тем, что она не оценила дедушкину мудрость.

Расмус установил оптический прицел и протянул ей винтовку. В ней была какая-то тяжесть. Не в самом оружии, а в том, чтобы держать его, быть вооруженной. Иметь власть, способность, возможность дать сдачи, постоять за себя. Вот бы она знала, что делать, когда была младше, слабее. Столько плохого, чего вообще не должно было случиться. Думать так не имело смысла, она это понимала, оставалось довольствоваться тем, что теперь она хотя бы может отомстить за то, чего нельзя было предотвратить.

— Вставь патрон, — сказал Расмус, и она сделала, как он велел, — как ей самой казалось, ловко и быстро.

— Начнем лежа, так проще всего, — продолжил он, и она снова послушалась. Легла в кустарник, локти в землю, приклад плотно к плечу, глаз у прицела.

— Постарайся лечь как можно удобнее, — сказал он, опустившись на колени рядом с ней. — Прицелься и дыши ровно, не дергай спуск, а плавно нажимай на спусковой крючок, медленно выдыхая.

Она поймала в перекрестье самую большую коричневую бутылку и продолжала дышать как можно ровнее, но при каждом вдохе винтовка чуть приподнималась, и она теряла прицел. Она закрыла глаза на несколько секунд, сделала более глубокий вдох и сосредоточилась на бутылке. Спокойный вдох. На выдохе она дождалась момента, когда цель оказалась в прицеле, и нажала на спуск.

Выстрел эхом разнесся между деревьями. Несколько птиц в испуге поднялись на крыло.

Мимо. Юлия разочарованно потерла плечо. Отдача оказалась сильнее, чем она предполагала. Приклад больно ударил в плечо, и она была уверена, что у нее останется огромный синяк.

— Почему я не попала? — спросила она с разочарованием в голосе.

— Потому что это был твой первый выстрел из винтовки.

— А сколько раз надо выстрелить, чтобы начать попадать?

— Это зависит от многого, но давай попробуй еще раз. Ты напряглась всем телом в момент выстрела, а расслабить нужно все, кроме пальца.

Она перезарядила винтовку и легла в позицию. Ей пришла в голову одна мысль. Она прильнула к прицелу, размеренно дыша, и представила, что там, у холма, сидит Макке Ровелль. Король 9-го «Б». Или даже лучше — Ларс Юханссон. Генеральная репетиция. Она надеялась достаточно быстро освоить винтовку, чтобы именно ей достался он. Ей очень понравилось смотреть те записи, что Расмус снимал из машины, она пересматривала их по нескольку раз, но Бернта и Филипа ей хотелось бы убить самой. Око за око. Каждый из них уничтожил частицу ее, превратил в ту, кем она не хотела быть.

Теперь она забирала свою жизнь обратно.

Кусочек за кусочком. Выстрел за выстрелом.

Да, пусть это будет Ларс Юханссон. Ларс Юханссон и его… Она оборвала свои мысли. Фокус. Концентрация. Тихое дыхание, только палец.

Она нажала на спуск. Грохот выстрела и звон разбитого стекла слились в один хлопок.

— Ни фига себе! — восхищенно протянул Расмус.

Приятное тепло разлилось по телу. Она справится. Она попала уже со второго раза. В маленькую бутылку. Юханссон — большой. Она передернула затвор и дослала новый патрон в патронник.