Герберт Ефремов. Исполненный долг

КРАТКОЕ СОДЕРЖАНИЕ КНИГИ В ВОПРОСАХ И ОТВЕТАХ

Книгу о выдающемся советском и российском ракетостроителе, разработчике целого ряда программ, ставших на сегодня легендарными, показалось интересным начать с ряда вопросов, заданных конструктору, а впоследствии и одному из основных исполнителей как колоссальных оригинальных программ, направленных на укрепление обороноспособности страны, так и задач по освоению космического пространства. Оба этих комплекса задач были новейшими в своих областях науки и техники, подчас не имевшими ни технических, ни исторических примеров, требовавшими незаурядного и изощрённого стратегического мышления.

Вот эти вопросы и ответы уважаемого героя настоящей книги:

— Герберт Александрович, по ряду публикаций в СМИ вы как истинный ракетчик-атомщик имеете твёрдые представления о роли и месте в мире ядерного оружия (ЯО). В чём их смысл?

— 16 июля 1945 года в США был взорван первый в мире ядерный заряд. А в 1953 году сначала в СССР, а в 1954 году и в США были испытаны первые термоядерные бомбы. Эти устройства, продолжавшие теоретические находки физиков, на практике подтвердили невероятные разрушительные мощности ядерных зарядов — до десятков миллионов тонн тротила в эквиваленте. Чудовищные бомбардировки американцами японских городов Хиросима и Нагасаки «сработали», к сожалению, по мирным жителям. Разрушительная мощь зарядов там была не нужна: города эти почти не имели каменных зданий и сооружений.

Мои представления о роли и месте в мире ядерного оружия сводятся к необходимости признания неуничтожимо-сти этих устройств только в качестве разрушающих мощностей для материальных ценностей и физических объектов при полном запрете даже понимания ядерного оружия как средства уничтожения людей. Такое понимание уже практикуется в ряде случаев, когда удары по материальным объектам производятся мощным неядерным оружием с предварительным уведомлением о необходимости вывода с объекта людей.

Единственный, считающийся основой ядерной политики в мире, Договор о нераспространении ядерного оружия (ДНЯО-68), одобренный Генассамблеей ООН, по моему убеждению, является «обманкой», а его основная шестая статья о добросовестном стремлении ядерных государств к сокращению ядерного оружия, полностью была опровергнута самими учредителями этого договора — США и СССР: сначала в гонке по постановке на боевое дежурство по 1000 межконтинентальных баллистических ракет (МБР) к 1972 году, а затем по развёртыванию на МБР по 11 тысяч боеголовок с каждой стороны к 1980 году.

Требуется выработка новых договорённостей в части сдерживающих принципов ЯО для рассмотрения реформируемого Совета безопасности ООН.

— Вы проработали на одном предприятии (ОКБ-52, ЦКБМ, НПО машиностроения, АО «ВПК «НПО машиностроения») более шестидесяти пяти лет. Не бывало ли вам скучно?

— После окончания школы при выборе вуза меня привлекло объявление Ленинградского ордена Красного Знамени военно-механического института, в котором был обозначен конструкторский факультет. Наивно полагая, что это работа творческая, я туда и подался. На деле конструкторский факультет, обозначавшийся в институте как факультет «А», оказался факультетом ракетным. Бурное развитие ракетной техники, а также распределение в КБ неистового искателя сложных инженерных задач Владимира Николаевича Челомея и определили мою насыщенную и непрерывно творческую судьбу. Пришлось пройти путь инженера-конструктора, став проектантом, а затем и системным проектантом, главным конструктором тематического направления, и, наконец, генеральным конструктором и генеральным директором большой головной ракетной организации — НПО машиностроения. Такой путь обеспечил мой постоянный рост и инженерное развитие.

— Как бы вы могли пояснить, почему в советское время конструкторам удавалось, в том числе и в вашем КБ, создавать невиданные в мире образцы ракет, космических систем в кратчайшие сроки — три-четыре года, а сейчас на подобные разработки уходят десятилетия?

— В период пятидесятых и шестидесятых годов двадцатого века создание новейших систем оружия, таких как ракетный комплекс с крылатой ракетой П-5, комплекс У Р-100, комплекс с ракетой-носителем У Р-500К, действительно создавались за три с половиной — четыре года, но даже в советское время ракетные комплексы, борющиеся со средствами ПВО и ПРО противника, такие, например, как комплекс с крылатой ракетой «Гранит», требовали установки на борт ракет и в системы управления носителей мощной вычислительной техники с обеспечением решения сложных задач путём разработки комплексных алгоритмов и программно-математического обеспечения. Разработка таких комплексов занимала от восьми до двенадцати лет. К сожалению, в современных условиях «зачаточного» капитализма в России пришлось сталкиваться также с факторами дезорганизации производства. Эти негативные факторы предстоит преодолеть в ближайшие годы.

— Генеральный конструктор академик В. Н. Челомей руководил КБ 40 лет, вы с ним проработали 28 лет в теснейшем контакте. Что вы можете сказать об этом человеке?

— В двух словах о Владимире Николаевиче Челомее, с которым я проработал около тридцати лет в самом тесном творческом контакте, можно сказать, что это была уникальная фигура в конструкторском и академическом мире. Он был полностью отдан работе, являлся патриотом своей страны, а его успехи, вместе с коллективом ОКБ-52 — ЦКБМ и огромной кооперацией, были представлены в ответах на угрозы обороноспособности нашей Родины со стороны США. Хочется отметить, что все работы, выполненные под руководством В. Н. Челомея и отмеченные самыми высокими премиями и наградами, были исключительно новаторскими, весомыми для государства и разнообразными по тематике.

О Владимире Николаевиче в настоящей книге имеется особый раздел, написанный мною.

— Вам довелось вырабатывать эффективные ответы на угрозы и вызовы со стороны США и НАТО национальной безопасности Родины. Что вы можете сказать по этому поводу?

— Угрозы со стороны США и НАТО были самые серьёзные. Все они прежде всего касались ядерного стратегического оружия. Поэтому и вырабатываемые ответы потребовали полного напряжения творческих сил и изобретательности как генерального конструктора предприятия, так и ведущих специалистов по направлениям и функционалам. Эффективность найденных решений неоднократно признавалась высшим государственным и военным руководством США. При этом решения ОКБ Челомея всегда носили новаторский и оригинальный характер, в то же время будучи экономически обоснованы и сравнительно выгодны для страны.

Этого вопроса автор касается в различных разделах настоящей книги.

— В отличие от В. Н. Челомея, который все сорок лет проработал в едином советском пространстве, вам выпало испытание ощутить мощный перелом эпох, переход от социализма к капитализму. Как вы оцениваете этот перелом?

— К свалившемуся неожиданно катастрофическому для плановой экономики страны переходу к либерально-рыночному, с оттенками капитализма, строю пришлось приспосабливаться с большими трудностями и потерями. Главной трудностью была и остаётся неготовность управленцев к оценкам внутренних рынков, особенно в части гражданской продукции, отсутствие деловых людей-менеджеров.

Сегодня требуются огромные усилия предприятия для преодоления этих трудностей.

— Герберт Александрович, как вы оцениваете соотношение и значение «оружейных» и космических работ в тематике вашего КБ?

— В разнообразной тематике работ головного предприятия оборонной отрасли страны ОКБ-52 — ЦКБМ — НПОмаш всегда наиболее звучными в связи с открытостью в СМИ были работы по космическим системам. Особенно это касалось пилотируемых станций «Алмаз», транспортного корабля снабжения (ТКС), многоразового возвращаемого аппарата для доставки экипажа из трёх человек. Однако главными работами, для которых и предназначалось КБ Челомея, всегда были ракетные системы, составлявшие основу ядерного щита страны. Это касалось как работ с крылатыми ракетами, так и работ по межконтинентальным баллистическим ракетам, носившим обозначение «УР» — универсальные ракеты: УР-200, УР-500, УР-100К (У), УР-100Н с модификацией УР-100Н УТТХ.

Оригинальность работ ракетных направлений придавала особое значение выдающемуся вкладу коллектива ОКБ в дело защиты Родины.

— Вы прошли подготовку в стенах Военмеха в пятидесятые годы. Как вы оцениваете достаточность полученных знаний в своём вузе для дальнейшей практической работы?

— Ленинградский ордена Красного Знамени Военно-механический институт (Военмех), который мне довелось окончить в 1956 году по факультету «Ракетостроение» (факультет «А»), обеспечил, на мой взгляд, отличную подготовку инженеров-ракетчиков и учёных в этой области, начиная с обучения простейшим технологиям производства и завершая основами организации крупных проектов. Всё, что преподавалось нам в институте, сослужило свою службу. Особое значение имели курсовые и преддипломные практики на передовых предприятиях оборонной промышленности страны. Мне довелось проходить практику на знаменитых Златоустовском оружейном заводе, «Южмашзаводе» в Днепропетровске и в НПО имени Лавочкина (город Химки Московской области). После окончания института я работал в КБ Владимира Николаевича Челомея, используя все знания, которые дал нам родной Военмех, хотя я оказался в авиационно-ракетном конструкторском бюро.

— Академик Н. А. Доллежаль всегда называл себя конструктором. Вы неоднократно подчёркивали, что самое главное ваше звание — инженер. Поясните, пожалуйста, ваше понимание значения этого слова.

— По моему личному опыту, а также по работе с инженерами смежных предприятий, могу сделать простой вывод: многое в будущем пути инженера зависело и зависит от накала творческой составляющей инженерной работы. Весь мой путь инженера, проектанта, системного проектанта, главного и генерального конструктора, несмотря на постепенное превалирование организационной и корпоративной составляющей работы, постоянно опирался на творческую суть инженерной практики.

Конечно, постоянно находиться на гребне инженерного творчества дано не всем инженерам. Но готовность предоставить эту возможность в советских вузах была гарантирована.

— В вашем конструкторском деле, в области сложных и больших ракетных и космических систем, характер труда руководителя работ носит индивидуально-коллективный характер. Что вы можете сказать о работе с вашими ближайшими коллегами?

— Мне повезло. В течение более шести десятков лет я работал с пятью поколениями инженеров и учёных. Первое поколение среди них относилось к авиационным конструкторам «короля истребителей» Поликарпова, начинавших работы ещё в тридцатые годы и увлечённых в сороковые годы ракетными работами коллег В. Н. Челомея. Все последующие годы мои товарищи и коллеги, наполнившие структуры ОКБ-52 — ЦКБМ — НПО машиностроения и продолжающие пополнять инженерные ряды, вместе со специалистами обширной кооперации составляют единый сплочённый многоцелевой коллектив, способный вырабатывать новейшие ответы на вызовы и угрозы суверенитету страны. С выдающимися конструкторами, расчётчиками, испытателями и производственниками, десятки которых отмечены высокими государственными наградами, читателям предоставлена возможность познакомиться в настоящей книге.

— В нашей стране, да и во всём мире известны достижения совместного предприятия «БраМос». В частности, сверхзвуковая крылатая ракета, имеющая то же название. В чём суть и особенности этого проекта?

— Суть проекта «БраМос» — совместной организации НПО машиностроения и Организации оборонных исследований и разработок (DRDO) Минобороны Республики Индии заключается в том, что мы были пионерами совместной разработки ракетной техники, а не продажи готовых ракет. Такое партнёрство при ведущем вкладе российской стороны, получившей возможность использовать задел по ракетной системе «Оникс-Яхонт», быстро дало положительный результат. Проект оказался выгодным как для индийской стороны, осваивавшей новую технику и технологии, так и для российской стороны, получившей возможность сохранить головное предприятие НПО машиностроения с его кооперацией, а также завершить создание вариантов оперативно-тактических ракет для российского ВМФ.

Результаты этой работы общеизвестны — они получили высокую оценку руководства России и Индии.

— Герберт Александрович, вы были инициатором заявки на присвоение городу Реутову, в котором с 1955 года размещено трижды орденоносное НПО машиностроения, статуса наукограда. Как вы оцениваете успех этого мероприятия?

— Полученный по указу президента РФ статус «Наукограда Российской Федерации» по аэрокосмическому направлению работ буквально через полтора года был изменён по инициативе А. Л. Кудрина законом, полностью сломавшим первоначальный замысел. Вместо предоставления значительных финансовых средств предприятию, определяющему научно-производственную работу в городе, с расширением производства гражданской продукции и продукции двойного назначения, с соответствующим увеличением налогов всех уровней, новый закон все средства, предоставляемые из бюджета страны, перенаправил в коммунальное хозяйство города, не допустив ни одного рубля для работы НПО машиностроения. Поэтому считаю, что от идеи наукоградов по всей стране мало что осталось.

— В ваших публикациях было неоднократно высказано особое мнение по ряду затратных оборонных программ, названных вами «химерами». Поясните, пожалуйста, смысл этих ваших оценок.

— Под термином «химеры» в своих публикациях я подразумевал огромные по своим финансовым затратам проекты, в основание которых закладывались эфемерные, ложные силы, ошибочные цели.

Американский «Шаттл» и российский «Буран» не имели ясных целей и задач. После огромных затрат оба эти проекта были закрыты.

Другой затратной «химерой» является противоракетная система ПРО Москвы. Система эта очень дорогая, открытая к доработкам в любую сторону и совершенно бесполезная. Известно, что США располагают более чем одиннадцатью тысячами боеголовок, а названная система в состоянии перехватить их около сотни. До сих пор вокруг Москвы стоят памятники непродуманности этой системы. А разговоры о создании и даже финансирование новых систем ПРО продолжаются.

Ещё одной крайне затратной «химерой» было создание по решению Совета обороны СССР от 1969 года сразу восьми новых комплексов стратегических ракет (шести для РВСН и двух для флота). Предполагалось, что число их сократится после этапа эскизного проектирования. Но все они были испытаны и развёрнуты. Для каждого комплекса была создана своя специализированная эксплуатационная база. Каждому комплексу сопутствовало своё, отличное от других, обучение личного состава. Теперь большинства этих комплексов нет — остались лишь два: Р36М2 и наша УР-100Н УТТХ. К чему было такое колоссальное распыление денег?

Потенциально опасной «химерой» являются проекты в области противокосмической обороны. Когда-то это было американской идеей, но вскоре они поняли, что несколько ядерных взрывов в космосе способны вывести из строя все космические системы, будучи безопасными для жителей Земли. Но у нас всё время находятся всё новые и новые горячие головы, которые предлагают разработать и испытать такую систему.

Такие примеры можно долго продолжать.

Нельзя, чтобы государственные программы вооружений готовили келейно, а грамотных экспертов заменили зависимыми общественными учреждениями и странными аналитическими центрами.

Необходимо создание авторитетной государственной комиссии, способной грамотно принимать ответственные выверенные решения.

— Являясь длительное время профессором МГТУ имени Н. Э. Баумана и имея большой опыт работы с молодыми специалистами, инженерами и учёными, как вы оцениваете качество подготовки современных выпускников вузов?

— В различных вузах России подготовка инженеров и специалистов сильно разнится. Это заметно по поступающим в НПО машиностроения выпускникам. Так, молодые специалисты из МГТУ имени Н. Э. Баумана, Физтеха, МАИ и ряда других вузов вполне готовы к сложным работам. Этому способствует глубокое освоение выпускниками прикладной математики, информатики, других предметов. В то же время выпускников расплодившихся ранее неизвестных вузов и факультетов, приходящих на работу в наше НПО, обычно приходится обучать заново.

— Как вы относитесь к предложенной при вашем участии новой системе образования, названной отраслевым факультетом (Аэрокосмический факультет), основанной на самом тесном взаимодействии образовательного учреждения и предприятия?

— Качество подготовки специалистов в ведущих вузах Москвы удовлетворительное. Подготовка необходимых для НПО машиностроения молодых специалистов на Аэрокосмическом факультете МГТУ имени Н. Э. Баумана при нашем предприятии обеспечивается сочетанием общей подготовки профессорами и преподавателями университета, а специальные дисциплины преподаются высококвалифицированными опытными работниками по всей основной тематике наших работ. В настоящее время в рядах НПО машиностроения работают более трёхсот выпускников Аэрокосмического факультета, занимая должности вплоть до заместителя генерального конструктора и заместителя генерального директора.

— Можете ли вы кратко оценить влияние вашей семьи на вашу работу?

— В моей жизни и работе роль семьи является определяющей. Главой семьи всегда была бессменная супруга Ирина Сергеевна, благодаря которой достигнуты успехи всеми членами семьи, включая внуков.

— Вот уже тридцать лет Россия находится на капиталистическом пути развития. Что вы можете сказать о достижениях «нового» капитализма в России? Каковы цели экономики РФ?

— Капитализм в России состоялся только в банковской системе и в сфере топливно-энергетического комплекса. В оборонной промышленности капитализма ещё нет. Он наступит тогда, когда будет освоена капитализация накопленной интеллектуальной собственности.

— Вы познакомились с президентом РФ В. В. Путиным после вашего выступления на митинге в его поддержку в марте 2000 года в Нижнем Новгороде и неоднократно по-деловому общались с ним. В чём особенности и сила этого государственного деятеля России?

— Отличие президента Российской Федерации и Верховного главнокомандующего Вооруженными силами Российской Федерации Владимира Владимировича Путина от своих предшественников на посту главы государства Н. С. Хрущёва, Ю. В. Андропова, К. У. Черненко, М. С. Горбачёва, Б. Н. Ельцина заключается в том, что он обеспечил переход в отечественных оборонных доктринах и программах от простого арифметического так называемого паритета к учёту главным образом фактора качества вооружения. По существу, являясь аналитиком по своей профессии, Владимир Владимирович Путин осуществляет суворовский подход: «Воюют не числом, а умением!». Это по-суворовски, по-путински!

— Как вы, Герберт Александрович, оцениваете сегодня, в начале третьего десятилетия XXI века, основные задачи НПО машиностроения?

— Мне представляется, что перед руководством и коллективом АО «ВПК «НПО машиностроения» сегодня стоят две основные задачи: первая — организационно-финансовая: необходимо резко поднять рыночную капитализацию корпорации за счёт реальной оценки архивов и заделов предприятия. Вторая — стратегическая: продолжая многолетние традиции НПО машиностроения, необходимо категорически исключить из подхода к работе сотрудников проектных подразделений и научно-технических отделов заявлений типа «это сделать невозможно» или «это фантастика следующего века», но действовать при решении задач по-суворовски и по-путински, исходя из принципа «побеждай не числом (горой стандартного оружия), а инженерной изобретательностью и дальновидностью, инженерными знаниями и умением».

— Известен интерес к вашей профессии со стороны недружественных спецслужб. Были ли у вас приключения, связанные с этим?

— Приключений в обычном понимании этого слова у нас не случалось. Однако важным было решение, согласованное с КГБ СССР, по допуску на территорию НПО машиностроения иностранных граждан, естественно, под контролем с нашей стороны, для ознакомления с уникальной стендовой базой, то же касалось и работ по военно-техническому сотрудничеству. При этом сохранение гостайны в закрытых корпусах и на площадках предприятия было надёжно обеспечено.

— Как вы оцениваете санкции США, регулярно накладываемые на НПО машиностроения?

— Успешно занимаясь разработкой систем противодействия американским угрозам сначала СССР, а теперь РФ, полагаю, что введение американских санкций является свидетельством признания наших успехов.

Что касается приписываемых нам нарушений, якобы в распространении по миру оружия массового поражения, то в отношении НПО машиностроения это является очевидной выдумкой.

— В чём вы видите цели и задачи этой, созданной с вашим непосредственным участием, книги?

— Главной задачей готовящегося издания я вижу доведение до молодого поколения инженеров, ученых и специалистов, особенно в возрасте до сорока лет, обстановки и действий руководства НПО машиностроения на переломе общественно-политического строя при переходе от плановой к рыночной капиталистической экономике.

Эта задача мне представляется крайне важной в связи с тем, что мало быть квалифицированным специалистом в области техники — необходимо также понимать, как устроена современная экономика, насколько необходима творческая инициатива и повышенная ответственность каждого, кто носит высокое звание инженера и ученого.