Я как-то подслушал откровения одного человека. Человек этот не то, чтобы даже скрывался, а хвастался. Он говорил: «Я очень не люблю типаж демонстративного мужчинки-собственника. Когда ему удается (обычно ненадолго) охмурить доверчивую барышню, он тут же распускает хвост в сторону общественности, начинает говорить во множественном числе и употреблять в повседневной речи дурацкие прозвища: «Мы вчера с моей милой Лялечкой ходили в кино». Находясь в большой компании, он обращается к своей пассии используя те же самые клички, но на два тона выше, чтоб слышали все вокруг: «Пусик, передай мне активированный уголь!». Как только он видит в радиусе десяти метров другого мужчину, рука его тут же ложится предмету собственности на талию или плечо, прижимая ее поближе. При звуках музыки он первым выхватывает свою барышню из-за стола — не с целью продемонстрировать грациозность движений, а единственно лишь, чтобы это не сделал кто-то другой.
Я обожаю злить таких индючков, заводя в их присутствии куртуазные беседы с их частной собственностью, галантно улыбаясь, подливая шампанское, легко касаясь руки чуть выше запястья. Чем больше ненависти и ярости в этот момент нарисовано на лице рабовладельца — тем слаще нектар, омывающий изнутри все мое естество. Идеальное развитие событий — когда разгневанный хозяйчик начинает подскакивать ко мне в кулуарах или даже прямо в салоне, брызжа слюной, размахивать руками и метать молнии из глаз. Искушение довести его парой острых словечек до рукоприкладства, чтобы потом на законном основании отправить одним ударом в глубокий нокдаун, столь велико, что, боюсь, однажды я так и сделаю».
У хорошего писателя Виктора Конецкого, в рассказе «Невезучий Альфонс», есть такое место: «Через столик сидела прекрасная женщина со старым генерал-майором медицинской службы. Всегда, когда видишь молодую женщину с пожилым толстым мужчиной, становится обидно.
И сразу замечаешь, как некрасиво он ест, как коротки его пальцы и как жадно он смотрит на денежную мелочь, хотя ест он красиво, пальцы у него не короче ваших, а смотрит он, естественно, не на мелочь.
От женщины, сидевшей с генералом, пахло духами и туманами. Уверен, что в сумочке её лежал томик Блока, и на ночь она перечитывала стихи о Прекрасной Даме».
Цитируя Конецкого, я думал о том, как я толст. И похож, если не на индюка, то на крота.
Я представлял, как мою спутницу лапают за запястье, говорят ей сальности в ухо.
Только мигни она — в бубен! В табло! Нет, всё-таки — в бубен!
Причём без особых разговоров.
Тут уж неважно, чем дело кончится.
Хоть я в этом вопросе сторонник Председателя Мао — «пусть расцветают все цветы». Меня не раздражают другие люди, кроме тех случаев, когда они убивают и мучают друг друга.
При этом очень интересно это универсальное чувство ненависти у мужчин. Почти биологическое, настоянное на гормонах чувство. Хороший повод к размышлениям, за что и тому незнакомому человеку.
Извините, если кого обидел.
26 августа 2013