Колдун при дворе его величества.

Глава 24. Битва в Чёрном Бору

Поляна взорвалась хаосом.

Наёмники Лиэлоса выпустили залп из луков, но печенеги уже рассыпались веером, прикрываясь щитами. Стрелы звякнули о дерево и металл. Никто не упал.

— Вперёд! — заревел Бурай, и степняки ринулись в атаку.

Алёша размахивал палицей, сметая врагов как кегли. Илья Муромец, более сдержанный, методично укладывал противников ударами меча. Фома с его наёмниками атаковали с фланга.

Но всё это было лишь фоном. Настоящая битва разворачивалась между Аракано и Лиэлосом.

Магистр метнул волну тёмной энергии. Эльф создал щит, отразил атаку. Контратаковал огненным копьём. Лиэлос уклонился, ответил ледяными стрелами.

— Ты вырос, ученик! — кричал Магистр, плетя заклинания. — Но всё равно слаб!

— Проверим! — Аракано прочертил сложную руну в воздухе.

Она вспыхнула, превратившись в цепи чистой магии. Они обвились вокруг Лиэлоса, стягивая, как тогда у Синей горы.

Но Магистр был готов. Он произнёс слово на древнем языке, и цепи разорвались.

— Этот трюк дважды не сработает! — он взмахнул посохом, и земля под ногами Аракано вздыбилась.

Эльф перекатился в сторону, едва избежав каменных шипов, вырвавшихся из земли. Встал, уже готовя новое заклинание…

И увидел, что Всеслав пытается подкрасться к Лиэлосу сбоку.

— Всеслав, нет! — крикнул он.

Поздно. Магистр почувствовал волхва, обернулся и метнул тёмный луч.

Всеслав попытался защититься, но магия Лиэлоса была слишком сильной. Луч пробил его защиту и швырнул в дерево. Волхв рухнул без сознания.

— Всеслав! — Аракано метнулся к другу.

— Он жив, — насмешливо сказал Лиэлос. — Пока. Но если ты не отдашь кольцо…

— Отдам тебе смерть! — прорычал эльф и метнул самое мощное заклинание, какое только знал.

Огненный шар размером с телегу полетел в Магистра. Лиэлос еле успел создать защиту. Взрыв был таким мощным, что ударная волна повалила половину сражающихся.

Когда дым рассеялся, Магистр стоял на одном колене, его защитный барьер дымился и трещал.

— Сильно, — признал он. — Но недостаточно.

Он поднялся, опираясь на посох. Кровь текла из носа, но в глазах по-прежнему горел безумный огонь.

— Ты выбрал неправильную сторону, Аракано. Эти смертные… — он презрительно обвёл взглядом поле боя, — они ничто. Пыль. Через сто лет все умрут. Их дети умрут. Их внуки умрут. Только мы, маги, можем претендовать на бессмертие. На истинное величие!

— Они не пыль, — Аракано медленно подошёл ближе. — Они живые. Они чувствуют, любят, надеются. А ты… ты уже мёртв внутри. Просто ещё не осознал.

— Философствуешь? — Лиэлос рассмеялся. — Жалкий гуманизм. Слабость.

— Нет, — эльф покачал головой. — Сила. Они дают мне силу. Друзья, за которых стоит сражаться. За что ты сражаешься, наставник? За власть? За контроль? Это пустота.

— Хватит болтать! — Магистр взмахнул посохом, и из-под земли начали подниматься фигуры.

Скелеты. Десятки скелетов, вооружённых ржавым оружием.

— Некромантия? — Аракано сжал кулаки. — Ты пал так низко?

— Я использую все доступные инструменты! — Лиэлос направил скелетов в атаку. — В отличие от тебя, с твоими жалкими моральными принципами!

Мертвяки накатили волной. Печенеги и русские отбивались, но их было мало. Слишком мало.

— Аракано! — крикнул Добрыня, отрубая руку скелету. — Делай что-нибудь!

Эльф закрыл глаза, сосредотачиваясь. Нужно заклинание массового изгнания. Сложное, требующее много энергии. Но другого выхода нет.

Он начал читать. Древние слова силы, которые учил годами. Руны появлялись в воздухе, сплетаясь в сложный узор.

Лиэлос почувствовал опасность:

— Нет! Я не позволю!

Он метнул тёмный луч, целясь прервать заклинание.

Но Никита был быстрее. Стрела охотника перехватила луч в воздухе, рассеяв его.

— Продолжай! — крикнул он Аракано. — Я прикрою!

Эльф кивнул и продолжил читать. Узор рос, становясь всё сложнее.

Лиэлос метал заклинание за заклинанием, но каждое перехватывалось — то Никитой, то Бураем, то Алёшей, который просто подставлял своё массивное тело.

— Вы… вы все… — Магистр задыхался от ярости. — Я вас всех уничтожу!

— Попробуй! — Алёша размахнулся палицей и метнул её.

Оружие полетело с такой силой, что просвистело в воздухе. Лиэлос попытался уклониться, но палица всё равно задела его по плечу. Магистр закричал от боли и упал.

— Есть! — радостно заорал богатырь. — Попал!

В этот момент Аракано закончил заклинание. Узор вспыхнул ослепительным белым светом и расширился, охватив всю поляну.

— ИЗЫДИ! — крикнул эльф, вкладывая в слово всю силу.

Скелеты начали рассыпаться. Сначала по одному, потом десятками. Через минуту от мертвецкой армии не осталось ничего, кроме костей, разбросанных по земле.

Лиэлос с трудом поднялся, держась за раненое плечо:

— Ты… как ты посмел…

— Я посмел, потому что ты неправ, — Аракано подошёл к нему, кинжал наготове. — Смертные не слабость. Они сила. И ты это узнаешь. Сейчас.

Магистр попятился:

— Подожди. Мы можем договориться. Я отдам тебе свои части Ключа. Ты отдашь мне свои. Мы разойдёмся мирно.

— Лжёшь.

— Нет! Правда! — в голосе Лиэлоса впервые прозвучали нотки страха. — Послушай, Аракано. Я твой наставник. Я учил тебя. У нас… у нас была связь!

— Была, — согласился эльф. — До того, как я узнал правду. До того, как ты признался, что манипулировал мной с самого начала.

— Я делал это ради высшей цели!

— Нет. Ты делал это ради себя. — Аракано поднял кинжал. — И теперь заплатишь цену.

Он замахнулся…

И не смог ударить.

Рука замерла в воздухе. Не магия. Просто… не мог.

Всё-таки это был его наставник. Человек, который учил его магии, хвалил, поддерживал. Пусть всё было ложью, но воспоминания остались.

— Не можешь, — прошептал Лиэлос, и улыбка вернулась на его лицо. — Я так и знал. Ты слишком слаб. Слишком человечен.

— Да, — кивнул Аракано, опуская кинжал. — Слишком человечен, чтобы убить тебя. Но не слишком слаб, чтобы остановить.

Он прочертил руну в воздухе. Ту же руну изгнания, что использовал у Синей горы.

Лиэлос понял и попытался бежать, но Добрыня преградил путь. Магистр попытался телепортироваться, но Всеслав, очнувшийся от удара, создал антимагическое поле.

Руна вспыхнула, окутывая Лиэлоса.

— Нет! Только не снова! — заорал Магистр. — Аракано, я проклинаю тебя! Я вернусь! И когда вернусь…

Свет поглотил его. С громким треском портала Лиэлос исчез.

На поляне воцарилась тишина.

Наёмники Магистра, лишившись хозяина, побросали оружие и сдались. Печенеги связали их, русские охраняли.

Аракано опустился на землю, чувствуя, как последние силы покидают его. Дважды за месяц использовать руну изгнания — это было на грани возможного.

— Ты цел? — Добрыня присел рядом.

— Цел. Просто устал. Очень устал.

— Победили?

— На время, — эльф посмотрел на небо. Оно начинало темнеть — близился вечер. — Он вернётся. Через годы, но вернётся. Всегда возвращается.

— Тогда будем готовы, — дружинник помог ему подняться. — В следующий раз тоже победим.

— Надеюсь.

Всеслав подошёл, держась за голову:

— Что случилось? Я помню луч, потом темнота…

— Лиэлос тебя вырубил, — объяснил Аракано. — Но ты очнулся вовремя и помог изгнать его.

— Хорошо, — волхв улыбнулся. — Значит, я всё-таки полезен.

— Очень полезен.

Они начали собираться. Раненых было немало — трое печенегов, двое русских, один из наёмников Фомы. Но мёртвых, к счастью, не было.

— Везёт нам, — заметил Никита, перевязывая царапину на руке.

— Не везёт, — возразил Бурай. — Мы сильны. Вместе сильны.

— И это правда, — согласился Аракано.

Фома подошёл с кошелем:

— Кстати, у наёмников Лиэлоса нашёл интересное. — Он высыпал содержимое на землю.

Золото. Много золота. И… кольцо. Ещё одна часть Ключа.

— Он носил её с собой? — удивился Всеслав. — Глупо.

— Самоуверенно, — поправил эльф, поднимая кольцо. — Он думал, что легко победит. Недооценил нас.

Теперь у них было четыре части. У Лиэлоса — две (если он не потерял их при изгнании). Оставалась одна неизвестная.

— Где последняя часть? — спросил Добрыня.

— На Перекрёстке Душ, — ответил Аракано. — В мире духов. Туда нужен проводник.

— Водяница?

— Да. Придётся навестить старушку. Снова.

— Это будет весело, — саркастически заметил Никита. — Она же любит брать плату.

— Справимся, — эльф спрятал кольцо в сумку. — Как-нибудь справимся.

Обратный путь занял две недели. Раненые замедляли движение, да и погода испортилась — пошёл снег, дороги размыло.

Но настроение было хорошим. Они победили. Получили ещё одну часть Ключа. Лиэлос изгнан (опять). Всё складывалось неплохо.

— Знаешь, что странно? — сказал Всеслав, когда они ехали по заснеженному лесу.

— Что?

— Полгода назад ты был потерянным магом, ищущим путь домой. А сейчас возглавляешь армию друзей, сражаешься со своим наставником, ищешь древние артефакты. Жизнь круто повернулась.

Аракано задумался:

— Да. Повернулась. И знаешь что? Мне это нравится.

— Правда?

— Правда. Раньше я жил в башне, изучал книги, проводил эксперименты. Скучно. Предсказуемо. А здесь… — он обвёл рукой заснеженный лес, товарищей, едущих рядом. — Здесь интересно. Опасно, но интересно.

— Значит, больше не хочешь домой?

— Хочу, — честно ответил эльф. — Иногда. Скучаю по родному миру. Но… — он улыбнулся. — Но здесь у меня есть то, чего не было там. Настоящие друзья.

Всеслав хлопнул его по плечу:

— И у нас есть настоящий колдун. Чудаковатый, но надёжный.

— Эй! Я не чудаковатый!

— Ты варишь зелья из слюны троллей и разговариваешь с водяными духами. Это определение чудаковатости.

— Это называется магия!

— Чудаковатая магия.

Аракано хотел возразить, но рассмеялся. Пусть чудаковатая. Какая разница?

В Киев вернулись в начале зимы. Город встретил их снегопадом и колокольным звоном — князь Владимир устроил торжественную встречу.

— Вернулись! — он обнял Добрыню. — Живые! И с артефактом!

— С двумя артефактами, — уточнил Аракано, показывая кольца. — Лиэлос одно потерял.

— Отлично! Значит, теперь у нас четыре, у него две?

— Если он их не потерял при изгнании. Но скорее всего, сохранил. Лиэлос осторожен.

— Тогда остаётся одна часть?

— Да. В мире духов. Завтра поеду к Водянице, попрошу о помощи.

— Один? — нахмурился князь.

— Нет, — вмешался Всеслав. — Я с ним. И Добрыня, наверное, тоже.

— Конечно, — кивнул дружинник. — Куда он без меня.

— И я, — добавил Никита. — А то заскучаю.

Аракано посмотрел на них — на волхва, дружинника, охотника — и почувствовал тепло в груди.

— Спасибо, — тихо сказал он.

— Не за что, — Добрыня похлопал его по спине. — Мы же друзья. Друзья в беду не бросают.

— Даже если эта беда — поход в мир духов к злой водяной ведьме? — уточнил эльф.

— Даже тогда, — засмеялся дружинник.

Князь Владимир распорядился устроить пир в честь возвращения героев. Весь вечер в тереме звучала музыка, лилось вино, пелись песни.

Алёша опять танцевал (и опять был смешон). Илья Муромец рассказывал байки о северных приключениях (большая часть выдумана). Фома считал прибыль от продажи трофейного золота (и был очень доволен).

А Аракано сидел у окна, смотрел на заснеженный Киев и думал о будущем.

Впереди был поход к Водянице. Потом — мир духов и Перекрёсток Душ. Потом — последняя часть Ключа.

А потом… что потом?

Вернётся ли Лиэлос? Несомненно. Через годы, но вернётся.

Будет ли готов Аракано встретить его? Неизвестно.

Но одно он знал точно — теперь он не один. У него есть друзья, союзники, цель.

И это делало будущее менее страшным.

— О чём задумался? — Странник, появившийся из ниоткуда, сел рядом.

— О будущем, — ответил эльф. — О том, что будет дальше.

— А дальше будет интересно, — хранитель врат улыбнулся. — Могу гарантировать.

— Откуда знаешь?

— Потому что с тобой всегда интересно, — Странник подмигнул. — Ты притягиваешь приключения, как мёд мух.

— Не самое приятное сравнение.

— Зато честное.

Они посидели в молчании, наблюдая за весельем.

— Знаешь, — наконец сказал Аракано, — полгода назад я бы всё отдал, чтобы вернуться домой. А сейчас… сейчас не уверен, что хочу уезжать.

— Потому что здесь твой новый дом, — кивнул Странник. — Это нормально. Дом — не место рождения. Дом — место, где тебя ждут.

— Мудро.

— Я старый. Мне положено быть мудрым.

Аракано рассмеялся. Да, всё правильно. Здесь его ждут. Здесь его дом.

По крайней мере, на время.

А что будет потом — покажет время.