Не всё проклятие, что им кажется (СИ)

Глава 11

За два с половиной месяца до… Драконий перевал. Лист.

Бледный туман стелился над горной дорогой. Молочные непроглядные космы живыми сгустками обволакивали валуны, редкие чахлые деревца, заполняли расщелины и пытались скрыть от любопытных глаз отвесные скалы гор, нерушимо стоящих с обеих сторон дороги.

Контраст с тьмой был поразителен.

Безмолвие ночи, волчьего часа, когда всё живое замерло в ожидании далёкого рассвета, настораживало и пугало, навевая потустороннее.

Драконий перевал. Место, где и днём-то чувствуешь себя ничтожной песчинкой, а уж ночью… когда тьма властвует над безмолвными горами. Когда мёртвую тишину величественных скал нарушает только пронзительное карканье одинокого ворона, вестника смерти, или плотный удар воздуха от крыльев пролетающего филина. Ни одно существо в здравом рассудке не захочет оказаться в этом месте в такой час.

Однако семь безмолвных теней бесплотными призраками скользили по обеим сторонам дороги, огибая валуны, перелетая через узкие расщелины, стелясь над землёй демонами ночи из самой Бездны.

Не издавая ни единого звука, с запредельной для обычного человека скоростью, они стремились к Драконьему рубежу, к Тракту Древних, в неизведанный край огня. Они шли в те места, которыми пугают непослушных детей и про которые слагают страшные легенды в трактирах Горограда, да и всей Дивинии.

Обмениваясь только им понятными знаками, держа под постоянным контролем дорогу и отвесные скалы гор, шесть эльфов и один полукровка приближались к небольшому замку, чьи стены перегораживали путь, пресекая любые попытки непрошенных чужаков вступить на земли Драконьей Империи.

Замок был древним. Кто его строил и в какие времена уже давно кануло в небытие. Казалось, что замок был рождён самими горами, он выглядел таким же величественным и неприступным. Две сорокофутовые стены перекрывали горную дорогу спереди и сзади, концами примыкая к отвесным скалам гор, уходивших в небесную гладь на немыслимые высоты. По краям внешней и внутренней стены возвышались четыре башни, с которых в ясный день дорога просматривалась на три лиги, а то и больше.

Внутри, прилегая слева вплотную к горе, стоял донжон, высотой не уступающий башням. В нём располагались казармы гарнизона, хозяйственные помещения и, как говорят, подземелья для дурачков, коим хватило желание тайно проникнуть в Драконью империю.

Естественная узость перевала, высота стен и башен, сложенных из природного камня, закалённого в драконьем пламени, позволяла удерживать замок от любого количества сил противника.

Это в своё время почувствовал на себе один безрассудный герцог, решивший под влиянием вина и обаяния двух прекрасных леди захватить этот замок и славную победу посвятить тем самым леди.

Закончилось всё довольно прискорбно… для герцога. Потеряв под стенами Драконьего рубежа три сотни отборных воинов в бесплотных попытках захватить замок, он попал в плен и был повешен на смотровой площадке донжона в назидание остальным, желающих проявить неуместную доблесть.

Был ещё один случай овладеть замком. В этот раз попытались сделать с помощью хитрости.

Старожилы трактиров часто любят вспоминать ту историю:

«Да в то время бароны и графы плодились, как рожь в полях, только с мозгами сорняка, в отличие от благородной ржи. Так вот, один из представителей этого, несомненно, благородного сословия решил, что его гений стратегии и тактики равен Высшим, раздобыл где-то верительные грамоты и с отрядом полусотни воинов решил прикинуться послом. В замок его пустили. После этого горе полководец решил атаковать ворота донжона с целью сразу же завладеть сердцем замка.

В общем, бойня была знатная. Рой стрел с двух стен и четырёх башен выкосил отряд в считаные минуты. Барону повезло. Его, раненного в руку и в бедро, взяли в плен.

После допроса командир гарнизона приказал выгнать его пинками за стены замка, так как посчитал, что убивать убогих и недалёких умом не достойно воина.

Фокус заключался в том, что барона выперли из замка не в сторону герцогства Горограда, а в противоположную — на Тракт Древних, в Драконью Империю, где след героя вскоре и потерялся.»

На этом попытки овладеть перевалом в целом и замком в частности закончились, как и дураки.

Замок продолжал твёрдо и нерушимо охранять покой и неприкосновенность драконьих земель, являясь примером мощи и несокрушимости по обе стороны своих стен.

— Ты уверен, что тебе туда нужно? — голос Лотаниэля был напряжён. Эльфу было не по себе в горах, для него родной стихией был лес, на худой конец степь. Было видно, что сын Верховного не в своей тарелке, хоть и старается этого не показывать.

— Не уверен. — буркнул Лист, пожёвывая травинку.

Лотаниэль изумлённо покосился на него, но, увидев сосредоточенной лицо товарища, решил оставить свои мысли при себе.

— Что думаешь? — Лист не сводил напряжённого взгляда с замковых ворот. Казалось, скрип шестерёнок в его мозгу сейчас перебудит всех в округе: — И почему от отряда взял только половину?

— Меньше привлечём внимания малым количеством. На этой узкой тропке и троих много. Ты же не думаешь атаковать этот курятник? Если «да», то разницы нет, шесть или двенадцать… результат один.

— Прости, брат. Совсем человеком стал. — Лист перенёс взгляд на мрачные высокие башни, бойницы которых словно источали смерть для любого чужака, осмелившегося нарушить покой ночи.

— Знаешь что-то про замок?

Лотаниэль на мгновение задумался:

— Ну, то что его не взять, это всем известно. Даже эльфы на это не способны. Слишком всё правильно и хорошо. Гарнизон — тридцать воинов. Пятнадцать несут караул на стенах, пятнадцать отдыхают. Со ста футов в тебя полетит всё, что может летать. Есть дюжина латников на подхвате. Сам понимаешь, без вариантов. Под стенами крылатые понакопали от души, и рвы, и ямы с кольями… Чистый путь только по дороге. Это смерть, брат.

— Догадался. — Лист оглядывал замок. Его взгляд перемещался с башен на скалы и обратно. — М-да, задачка…

— Если долго осаждать, — продолжал Лотаниэль, — на помощь гарнизону придёт две сотни драконов, тяжёлые латники… и всё…

— Вырезать по-тихому? — Лист перевернулся на спину и обречённо уставился в чёрное небо. — Как мы умеем?

Лотаниэль усмехнулся. Причисление Листа к «нам» его слегка позабавило, учитывая то, что полукровка уже десяток лет слонялся сам по себе:

— Это можно. Только командир гарнизона каждые два часа отправляет почтового дракона и принимает оного с донесениями. Если происходит какая-то заминка — тракт перекрывают. Каждый кустик, каждый камень будет исследован и проверен. Как я понимаю, тебе это не надо?

— Нет, брат, этого точно не надо. — Лист задумчиво уставился на отвесную скалу, около которой и пролетали драконы. — Скажи, пожалуйста… — проникновенно начал он, но Лотаниэль, перехватив его взгляд, прервал его.

— Лист, ты дурак? — обеспокоенно спросил он. — Даже и не думай!

— У нас верёвок много? — проигнорировав реплику друга, поинтересовался Лист.

— Повеситься хватит. — Лотаниэль мрачно смотрел на товарища: — Скажи мне, что это не то, о чём я подумал.

— Мы провесим дорогу, брат, — бесшабашно улыбнулся Лист в ответ. — Над замком, по скале.

— Теперь я понимаю своего отца, — мрачно пробурчал Лотаниэль в ответ: — Когда он выпер тебя… Ты, часом, головой не стукался? Хотя о чём это я… Тебя по ней стукают каждую седмицу. И зачем я только опять с тобой связался?

— Если провесить дорогу на скале справа над башнями, да ещё и ночью, вряд ли кто-то её заметит. — начал Лист, напрочь проигнорировав бурчание Лотаниэля. — На фоне гор её не будет видно. Один человек… — тут Лист запнулся, оглядел Лотаниэля, потом себя и продолжил: — Один воин беспрепятственно может пробраться туда и обратно, не побеспокоив гарнизон замка. Так как?

— Вечные! — Лотаниэль сокрушённо посмотрел на него: — Брат, тебя люди испортили!

— Есть варианты? — Лист мрачно воззрился на эльфа.

— Как ты себе это представляешь? — эльф также мрачно уставился на него в ответ: — Рассказывай!

— Ага. — Лист облизал пересохшие губы. — Значит так. Сегодня наблюдаем, оцениваем, прикидываем. Ты отправляешь одного из второго отряда в ближайшее селение за верёвками. Дня ему хватит обернуться. Нужны железные крюки, много. Гномьи молотки для работы с камнем. С заходом солнца начинаем делать дорогу — ты и я. Остальные страхуют. Всё сделать одной ночи не хватит. Днём будем отдыхать, ночью работать. Время терпит. По окончании дороги я останусь там, а ты вернёшься и с отрядом отойдёшь в степь. Мне будет как вернуться. А вот у тебя будет проход в Драконью империю, о котором никто не знает. Как тебе такое? Гарнизон Драконьего рубежа без понятия, что у него под носом висит дорога для эльфов. Есть что сказать отцу и Совету…

Лицо Лотаниэля приобрело задумчивое выражение. Он явно уже в своих мыслях пожинал преференции и утопал в почестях. Для сына Верховного, отправленного в обычную разведку и по итогу преподнёсшего такой дар… это многого стоило, это и вправду был подарок судьбы для всего эльфийского народа и его по достоинству наградят за это.

— Лист, ты скотина… нет, ты даже хуже… — пробормотал он. — Люди тебя окончательно испортили.

— Учись. — улыбнулся Лист. Все смятения и переживания были написаны у Лотаниэля на лице, и Лист их прекрасно читал: — Ну так что, сделаем?

— Да провались ты в Бездну! — обречённо выдохнул Лотаниэль. — Сделаем!

С рассветом все скрылись среди валунов. Выставив наблюдателей, два будущих скалолаза предпочли спать, оставив право за дозорными будить их при возникновении любых непредвиденных обстоятельствах.

Перед сном Лотаниэль отправил двух воинов в ближайшее поселение под Горском для покупки гномьего снаряжения в виде верёвок, крючьев и малых молотков.

Остальные эльфы затаились. То, что предлагал Лист было настоящим безумием, но и одновременно с этим очень заманчиво.

Как думал Лотаниэль, полукровка опять пытается втянуть его в очередную авантюру, заманивая туда очень сладким пирогом в виде тайного прохода на земли чешуйчатых. Не за это ли его изгнали старейшины? Поводом-то послужила «не чистота» его крови, но что было истинными причинами? Вяло думал об этом истинный эльф, постепенно засыпая.

Лист же засыпал с лёгкой улыбкой на лице. Это вам не просиживать по трактирам, не хватать за юбки местных подавальщиц. Всё это давно надоело до тошноты. Он был воином, хоть и наполовину человеком, нет, не так — хоть и наполовину эльфом. Да какая разница. Он воин и должен делать то, что умеет и что ему нравится. Совесть как-то услужливо отсекла от благородных мыслей полукровки наличие гонорара и его размер.

С этими мыслями они и уснули. Впереди их ждала большая и опасная задача.

Подъём был тяжёлым, если не сказать, что очень тяжёлым.

К вечеру полил дождь, превратил скалы во что-то невообразимо скользкое. Ободранные пальцы каждую секунду норовили соскользнуть с опоры, отправив своего хозяина вниз на камни. Кисти рук ныли и порой пытались отняться. Израненные ступени болели не меньше. Подниматься в сапогах было нереально, поэтому они висели связкой за спиной. Каждый метр давался с неимоверным трудом. Промокшие и озябшие, не смевшие издать ни одного звука, Лист и Лотаниэль поднимались по скале вверх, сцепив зубы и моля Великих о помощи.

Через каждые три метра в скалу вбивались два крюка. Один для основной дороги, второй для страховки впереди идущего. Шум дождя помогал скрыть звук ударов малого молотка по крюкам, но стоило кому-то из них ошибиться и всё остальное уже будет не существенно.

Глаза заливало. Тело ежеминутно пробирал озноб, пытаясь сдёрнуть его со скалы.

Ниже сопел Лотаниэль. Вся спесь сына Верховного, похоже, осталась где-то внизу. Он постоянно отфыркивался и напряжённо следил за товарищем, страхуя каждое его движение.

Лист, сотни раз пожалевший о своей идеи, упорно лез вверх, двигаясь на одних рефлексах. Меч при каждом движении пытался отвесить подзатыльник стальной рукоятью. К нему, время от времени, присоединялся лук. Оружие висело за спиной, прихваченное верёвками, и норовило перевесить, сорвать хозяина и обрушить на камни.

Слева медленно проплывал настил башни. Лист отчётливо видел трёх стражников, бродящих по периметру башни и с усердием вглядывающихся в мокрую темень.

— Чего замер? — прошипел откуда-то снизу Лотаниэль. — Стражников никогда не видел?

— Тише, Лот. — свободной рукой Лист попытался смахнуть влагу с лица. — Скоро в горизонт пойдём.

— Да неужели. — саркастически заметили снизу: — Тебе не кажется, что твоя идея не очень хороша?

— Лот, ты считаешь, что проще было бы перебить весь гарнизон? — тяжело вздохнув, Лист полез дальше.

— Сейчас я считаю это отличной идеей. Ты пойми — я эльф, а не... а не… не пойми кто, в общем. Даже сравнить не с кем. — беззвучно выругался Лот.

Лист чуть улыбнулся. Самому казалось, что он слегка переусердствовал в своих идеях. Но делать было уже нечего, а признаваться в этом тем более он не собирался. Да и провесь они дорогу, подспорье было бы не только для всего эльфийского народа, но и для самого Листа в первую очередь.

Сколько говорили о богатствах Драконьей империи и не упомнить. Несправедливо, что крылатые сидят тут мало того, что безвылазно, так ещё и не пускают никого. А теперь Лист сможет время от времени заглядывать в такую ранее недоступную империю и приносить оттуда что-нибудь ценное и полезное, м-да… Очень заманчиво.

— Ты чего опять замер? — грозно прошипели снизу. — Хватит мечтать, полукровка!

Метр за метром, камень за камнем, только уже по горизонтали. Пальцы уже не свои, как руки и ноги. Под задницей проплывает замковый двор, патрулирующие стражи, отголоски команд, фраз.

Две бесшумные тени пробирались по отвесной скале, вбивая крюки и крепя веревки. Они продвигались на три фута выше башен, и любой стражник мог их заметить, стоило только поднять голову к небесам. Но тёмная ночь и проливной дождь были союзниками двум безумцам, вознамерившимся сделать то, что не придёт в голову ни одному здравомыслящему существу.

Вбив последний крюк перед спуском, Лист обернулся. Лотаниэль смотрел на него словно сумасшедший: губы плотно сжаты, глаза неестественно сверкают, руки непроизвольно сжимаются, словно обхватывают рукоять меча…

— Ты как? — от увиденного Лист непроизвольно вздрогнул.

— Иди в бездну… — прохрипел Лотаниэль в ответ: — Внизу, всё внизу.

Спуск был проще. Лист пролетал на свободном конце верёвки нужное расстояние, вбивал очередной крюк, крепил дорогу и так до самой земли.

Как только ноги коснулись земли, он не выдержал и распластался на мокрой почве, пытаясь вобрать её всем телом. Тело ныло, болело и отказывалось подчиняться. Пальцы саднили и кровоточили. Но это уже была территория Драконьей Империи. У них получилось! Лист слабо улыбнулся, даже порадоваться как следует сил не было.

Сверху зашуршало, и Лот, с натяжным стоном рухнул на него сверху, едва окончательно не добив.

— Лист, ты… ты... ты свинья. — выдохнул Лотаниэль и, скатившись с него, распластался рядом. — Так всегда, как встречаю тебя!

— Лот, мы это сделали! Ты представь только, мы это сделали! — Лист хлопнул друга по плечу. — Кому такое ещё в голову придёт? У нас есть тропка в земли драконов, с чем тебя и поздравляю.

— Иди ты в драконью задницу, — просипел тот в ответ. — Мой отец не слишком дальновиден. Тебя нужно было убить сразу.

— Жалеешь? — Лист принял сидячее положение.

— Совсем дурак? — вопросил Лотаниэль. — Покажите мне хоть одного эльфа побывавшего на землях драконов.

— Это да… — вздохнул Лист. — Таких дураков ещё не было…

Рядом фыркнуло, и на плечо опустилась тёплая рука:

— Стоит только с тобой связаться, Листиэль, сразу куда-то вляпаешься.

— Ты назвал меня истинным именем? — Лист напрягся, — Ты же знаешь, старейшины запретили.

— Пошли они в задницу, — Лотаниэль улыбнулся и продолжил: — После всего этого? — он патетически взмахнул рукой. — В задницу, в задницу!!!

— Вам виднее, Ваше Высочество, — грустно буркнул Лист в ответ.

Прозвучавшее в ночи имя, как и нахлынувшие воспоминания, принесли только горечь утраты и потерь.

Поднявшись на ноги, он хмуро посмотрел на друга:

— Когда будешь возвращаться?

— Зачем? — вопросом на вопрос ответил сын Верховного: — Дорога проложена. Следующей ночью переберутся разведчики, посмотрим, что тут, да как. Зря, что ли, корячились?

— Понятно. — Лист перевешивал оружие, приводил в порядок амуницию. — Так, если что, могу рассчитывать на помощь?

— Ага! — буркнул Лотаниэль. — Ни за что! Провались ты в бездну!

— Рия. Рия, просыпайся… — голос Лины неторопливо вытягивал меня из сна. — Целитель сказал пора тебя будить. Ри-и-я…

И от этого её протяжного «Ри-и-я» стало так тепло и уютно, словно я снова была маленькой, и в жизни меня ждало лишь что-то чудесное и волшебное. Захотелось ещё крепче зажмуриться, залезть под одеяло и продлить это бесконечно приятное ощущение.

— Рия, вставай, тут все на ушах стоят! — Лина перешла к более решительным действиям и начала стягивать с меня одеяло: — Ты сняла «Неукротимую ярость» сразу с пяти человек. Ну, правда, сама чуть за грань не ушла…

Непроизвольно поморщилась. Состояние немного улучшилось, то есть помирать прямо здесь и сейчас я уже не собиралась, но и до полноценного восстановления мне ещё было очень далеко.

— Не правда всё это, не верь. — буркнула из-под одеяла, потому как я в него крепко вцепилась и сдаваться без боя не собиралась: — Заклятие я снимала не сразу с пяти человек, а по очереди, да и умирать я точно не собиралась.

— Конечно. — прищурилась на меня помощница, а потом как рявкнет: — Да ты себя со стороны просто не видела. За мной этот, господин Леор, послал. Я, как сюда примчалась, как увидела твоё состояние… бледная, до синевы… нежить и то временами лучше выглядит… В общем, не пугай меня больше так.

Она порывисто обняла меня, а я смотрела на её яркие волосы и просто радовалась, что Богиня Судеб свела наши с ней дороги.

— Я тебя одну больше никуда не отпущу! — воинственно заявила она.

— Ну ты же с Таром была, мне показалось, что он тебе нравится.

— Да, нравится, ну и что? Может, и очень нравится, но этого ничего не меняет, — легко пожала плечами Лина. — Оборотни всегда были очень любвеобильны и не испытывают особо сильных привязанностей, только когда по-настоящему влюбляются или встречают свою пару. Но последнее сейчас происходит очень редко, это считай подарок Великих — встретить свою истинную пару. Как бы мне сильно ни нравился Тар, я не хочу становиться его любовницей.

— А вдруг он твоя пара? — осторожно заметила на её слова.

— Этого я не узнаю без своего зверя, а так как я не могу оборачиваться, то и гадать нечего. Но Тар на меня спокойно реагирует, значит, я точно не его судьба, иначе бы ни на миг не отходил и глаз бы не сводил.

— Лина, по-моему, он так и делает, — негромко рассмеялась на её воинственное заявление, — просто ты этого не замечаешь. И да, Лин, я теперь уже могу снять с тебя проклятие.

— Вот это новость, так новость. Но как? — удивление лисички не было наигранным, и она даже поддалась вперёд в ожидании подробностей.

Вместо ответа, сохранив таинственное выражение на лице, я решила осмотреться по сторонам.

На полу меня всё-таки не оставили, перенесли в одну из комнат.

Обои горчичного цвета с золотыми завитушками, огромная кровать из тёмного дерева с такими же завитушками на столбиках, на которой я сейчас и лежала, два кресла и небольшой столик. Вот и вся обстановка. А ведь и вправду, что ещё нужно, если в Дом Наслаждений идут с одной конкретной целью.

Всё, дальше уже падать некуда. Дочь герцога Древграда находится в одной из постелей борделя на Тракте…

Я непроизвольно захихикала, представляя себе, как бы изменилось лицо моего отца, узнай он об этом, а потом и вовсе расхохоталась.

Нервное, наверное.

Лина на меня странно посмотрела и осторожно спросила:

— Рия, ты в порядке?

— Если честно, то не совсем, но делать нечего, приходится мириться со сложившейся ситуацией, — сказала и тут же почувствовала волну тепла и одобрения, пришедшую от дракончика, опять безупречно изображающего мой пояс. — Сейчас вкратце расскажу, что ты пропустила.

Накинула на комнату полог тишины и быстренько пересказала Лине события последних часов, а они оказались на удивление насыщенными. В моей прошлой жизни и за год столько не происходило, а тут за пару часов столько наслоилось, что того и гляди погребут под собой. Единственно о чём умолчала, — о своей реакции на господина Леора. Ну не могу я так просто говорить о личном. И неизвестно, какое мнение сложиться у Велдрана и у Лины после моего откровения, а их отношение ко мне я очень ценила.

— Рыжулик, вот скажи мне, тебе срочно нужно снимать это проклятие или походишь ещё? — лениво протянул Велдран, переставший изображать из себя декоративный элемент сразу же, как комната стала безопасной для разговора, и теперь гордо восседающий посреди кровати на троне из подушек, специально для него сооружённый.

— Похожу ещё, привыкла как-то уже, — хмыкнула та в ответ.

— Но я ведь могу снять, теперь точно могу, — заупрямилась я в ответ.

— Ага, можешь, конечно, бесценная моя, кто ж спорит, — милостиво согласилось Великое Сокровище Драконов. — Только кто тебе позволит?

Последние слова он опять почти прошипел. Как я поняла, он срывается на шипение, когда чем-то сильно недоволен или испуган. Покинув своё царственное место, бодро взобрался мне на плечо, оттуда залез на голову и затих.

Мы с Линой недоумённо переглянулись, и я опасливо спросила:

— Могу ли я поинтересоваться, что ты делаешь у меня на голове?

— Можешь, сокровище моё, интересуйся, — благодушно раздалось сверху.

Линка смешно хрюкнула, стараясь сдержать уж слишком обидный смешок, а я насупилась. Даже обидно стало немного, мы его болезного, значит, спасали, а он ещё и издевается — мелкий крылатый засранец.

Велдран чутко уловил изменения моего эмоционального фона и поспешил повиниться:

— Прости, драгоценная моя, не хотел обидеть, клянусь своей сокровищницей. Блоки хочу поставить на твой ментальный дар. Ты им совсем не пользовалась? Он у тебя словно в спящем состоянии, — зачастил Велдран, чувствуя, что слегка переборщил в своей язвительности.

— Да, я им не пользуюсь, мне кажется, это подло внушать что-либо, да и подслушивать чужие мысли тоже чести не прибавляет. А ещё очень не хочется идти на службу тайной канцелярии, ведь все, у кого есть малейший дар магии разума автоматически попадают под их ведомство. Вот и решила забыть, что он у меня есть, стараюсь его не тревожить. Иногда использую для считывания эмоциональной окраски окружающих и то не всегда. Мне кажется, это не совсем правильным, — совершенно честно озвучила свои мысли.

— Далеко не все так думают, но и твоя позиция имеет право на существование. Всё! Готово! — дракончик так же ловко вернулся на свой мягкий трон.

— Точно? Я ничего не почувствовала, — как-то не вызывали у меня уверенности его слова.

— Нет, ну вот это прям обидно. Я тебя когда-нибудь обманывал или подводил? — я отрицательно качнула головой на его вполне справедливое возмущение. — Ну а с чего ты сейчас решила засомневаться?

— Извини, Велдран, ни в коем случае не хотела тебя обидеть, — я протянула к нему руку и в знак извинения начала поглаживать шейку.

Дракончик на это довольно зажмурился, и стало ясно, что все мои грехи прощены.

— А почему мне нельзя снимать проклятие с Лины именно сейчас?

— Можно, конечно, но тогда ты точно выйдешь из строя на долгое время и не сможешь помочь с «Неукротимой яростью», даже зелья тебе не помогут. У тебя просто не останется сил, а у них не останется времени. А наш рыжехвостик уже долго ходит со своим проклятием, так что сможет и ещё немного походить, правда ведь? — мелкий умник перевернулся на спину, подставляя свой животик под ласку.

Намёки я вполне понимаю, но только вот когда Линка успела стать «наш рыжехвостик»?

— Да без проблем, тем более что я никуда от Рии не собираюсь, в ближайшие пару лет так точно, — с полной уверенностью заявила моя, наверное, единственная подруга, удобнее устраиваясь на кровати. — Знаете, мне вдруг начала нравится такая жизнь, когда ни перед кем не отчитываешься, никому ничего не должен и никого не разочаровываешь.

Её слова один в один совпадали с моими мыслями.

— Вот закончим с этим заказом и отдохнём. Может, в Льдинск на недельку к морю махнём, — мечтательно протянула я.

— Никогда не видела моря, — с таким же мечтательным выражением отозвалась Лина.

— И я с вами! — с воодушевлением поддержал дракончик.

— А Повелители небес в отсутствии своей Великой ценности, что будут делать? — с удивлением спросила я. — Ты же утверждал, что тебя найдут в ближайшие дни.

— Да ну их. Сами виноваты, пусть поволнуются, им полезно будет. Это же надо допустить, чтобы на драконьих землях меня же и утащили, как последнюю безделушку какую-то. А мне с вами нравится, не скучно, и ещё мне кто-то пирожные задолжал, — беспечно отозвалась великая драконья ценность, откровенно млея под моей рукой, да ещё и лапкой так подёргивая.

Спорить с ними не видела никакого смысла, мне тоже всё нравилось:

— Вот и замечательно. Значит, пора возвращаться к работе, дабы заработать на все наши грандиозные планы. Велдран, ты же поможешь мне с остальными?

— Куда же я денусь. Мы уже с рыжуликом подобрали все необходимые зелья. Вон, на столике стоят, как стоят, так и пей. А «Исцеляющие слёзы» с собой возьми, выпьешь сразу перед началом работы с заклятием, у него максимальный эффект в первый час проявляется.

— Отлично. Идёмте. — я бодро подхватилась с кровати, и тут же вцепилась в резной столбик, пошатнувшись от накатившей слабости и резкости движений.

— Рия, ты точно уверена, что идти необходимо именно сейчас? — Лина и не думала скрывать своё беспокойство.

Мне и самой это не особо нравилось, но и выбора у меня не было.

— Справлюсь, иначе нельзя. Если в моих силах помочь этим людям, то я просто обязана это сделать, вне зависимости от контракта. Но мне бесконечно приятна твоя забота, — благодарно улыбнулась на её слова.

Слабость и вправду никуда не делась, но я возлагала большие надежды на зелья и на своё любопытство. Причиной всего был не только заключённый договор и моё сострадание, во мне проснулся исконно исследовательский интерес. Магия крови. Это же надо! Как же так произошло, что мы о ней не знаем, а то, что знаем, вывернуто буквально наизнанку. и ни один маг в здравом уме не обратится к ней, прекрасно осведомленный о кровавых ритуалах ведьм. Почему нет никакой информации о совершенно другой стороне этой медали, о той, которую мне так любезно перевернул Велдран?

Ведь о ней знают драконы, это неоспоримый и подтверждённый факт. Почему тогда нам ничего не известно? Или известно, но не всем? Или она у нас под запретом? Слишком много вопросов… стоит пока их оставить и отложить на время, вполне достаточно и текущих проблем. Определившись для себя, я медленно и уверенно направилась в сторону двери.

— Эй, меня подожди, сверкающая моя, — за спиной послышалась возня, потом цокот коготков по полу, и я ощутила уже привычную тяжесть дракончика на талии.

— Лин, тебе не стоит присутствовать, лучше тут обожди.

— Нет, я лучше тебя под дверью подожду, мне так спокойнее будет.

Запретить её, конечно, можно, но смысла ни в том, ни в другом я не видела, пусть поступает, как знает. Её забота прошлась теплом по сердцу.

— Вот и договорились. Пошли значит, раз готовы, — и с этими словами я уверенно вышла в коридор, где уже толпились и целители, и охранники, и господин Леор.

— Госпожа Сандр, как ваше самочувствие? — означенный господин, ловко завладев моей рукой и уже успел склониться в поцелуи.

Тягучее и сладкое удовольствие медленно распространялось по телу, вверх от места прикосновения губ Леора, уверенно и неотвратимо заполняя каждую клеточку тела.

Великие, какой потрясающий мужчина! Как я только могла назвать обычным, он же просто совершенство — красивый, уверенный, мужественный. Неужели ещё существуют такие мужчины, от одного взгляда на которых всё переворачивается внутри?

Господин Леор не спешил отпускать мою руку, а я смотрела на него и не могла наглядеться, теряя себя в его глазах.

Пусть всегда смотрит на меня так, пусть никогда не отпускает меня из этого сладкого плена. Как же я жила все эти годы без него? Вот же он, мой мужчина, стоит всего в шаге от меня…

— Госпожа Сандр! Госпожа!

Я недовольно обернулась к Лине, которая с непониманием и толикой укора смотрела на меня.

Да в чём дело! Я взрослая и самостоятельная женщина, не связанная обязательствами. Не настолько сильно я нарушаю приличия, для такого осуждающего взгляда.

— Ты что-то хотела?

— Я ничего, а вот вы хотели заняться тем, ради чего мы сюда приехали.

Подумать только — она мне указывает! Мне, аристократке и магу, указывает какая-то… какая-то… Гневные слова на тему её вмешательства и поведения уже готовы были сорваться с языка, но в ту же секунду почувствовала настолько сильную волну спокойствия и умиротворения от Велдрана, что возмущение на Лину развеялось само по себе. Вместе с ним притихли и неожиданно ярко вспыхнувшие чувства к господину Леору.

Я осторожно освободила свою руку из нежного плена, крепко сцепила их в замок, расправила плечи, выровнялась и, приняв самое безмятежное и отстранённое выражение лица, коротко ответила:

— Благодарю, господин Леор, всё чудесно. Спасибо, Лина, твоё напоминание более, чем своевременно. Идёмте, господа. Где оставшиеся подвергшиеся заклятию?

Леор окинул меня недоумённым взглядом, но промолчал, лишь указал направление. А мне как-то сразу так совестно стало за свои слова и холодность. Может, я его обидела? Сама не в состояние разобраться в своих чувствах, а отыгрываюсь на достойном человеке.

Комната, в которой размещались пострадавшие, находилось по соседству с первой.

Молча открыла, зашла и закрыла за собой дверь так же в тишине. Присутствующие не произнесли ни слова, хоть в коридоре и было целое столпотворение, видимо, прониклись моим профессионализмом.

Через пару минут комнату отрезал полог тишины. Всё, можно начинать.

— Велдран, делать всё так же, как и в первый раз? — привычно приласкала дракончика, снимая его со своей талии и опуская на пол.

— Да, теперь должно пойти проще. Схему ты поняла, блоки я поставил. Страховать я тебя всё равно буду, сокровище моё, так что не переживай.

Неприятный вкус от зелья ещё чувствовался на языке, когда я провела кинжалом по ладони.

Действительно, глядя на свою кровь никаких особо тревожащих и посторонних мыслей в голове не присутствовало.

Процесс повторился один в один, но не было этого состояния, подобного трансу, из которого меня постоянно вытягивал голос Велдрана. В этот раз всё происходило чётко и осознанно. Я с интересом наблюдала за поведением крови и за её воздействием на тёмные нити заклятия. Это ведь такой прорыв для меня. Мелкие проклятия, пожелания в спину, сглаз и порчу я и так могла снять, но ведь теперь я могу намного больше. Теперь я даже на смертельные и не снимаемые могу замахнуться… или не могу? Зато точно можно не переживать за своё будущее — без работы не останусь.

Последняя нить проклятия вспыхнула, и я довольно улыбнулась. Смогла даже сделать пару шагов и опуститься на ближайшую кровать. Всё хорошо. Я справилась, мы справились. Вот сейчас переведу дыхание, всего пару минут, пока слабость не пройдёт и обязательно поблагодарю дракончика, от всей души поблагодарю, если бы не он, этих людей можно было смело отправлять на кладбище в ближайшем будущем. Да и кровь надо бы остановить, вон уже, сколько натекло. Интересно, а сколько у меня её вообще? Течёт и течёт… как долго она собирается…

— Рия! Да чтоб тебе на золоте ни разу не спать! Очнись! — Велдран опять начал топтаться по мне со всем энтузиазмом огненной сущности. — Немедленно приходи в себя, иначе даже я не смогу тебя удержать.

Хотелось возразить ему, что на золоте и так спать не собираюсь, холодно и жёстко, но в одночасье всё стало безразлично. Было только интересно, а что будет, если соединить кровь и тьму? И как это будет называться? Кровавая Тьма? Кровь тёмная? Тьма крови?

Велдран всё так же продолжал бесноваться и шипеть, но меня это не волновало, абсолютно.

Определённо мне нравится название «Тьма крови». А что, если разработать своё заклинание, завязанное на крови? С ним же, вообще никто не сможет совладать! Со мной никто не сможет совладать! Я смогу стать величайшим магом! Я смогу…

Мои мысли оборвала дикая, обжигающая боль в ладонях, именно там, где были порезы. Не в силах сдержаться, я закричала, громко и отчаянно, руки горели так, словно их засунули в костёр и огонь, уже сожрав на своём пути кожу и плоть, добрался до костей. Вечные, как же больно, я ещё никогда в жизни не испытывала ничего подобного, ещё ни разу в жизни мне не было настолько больно.