Не всё проклятие, что им кажется (СИ)

Глава 31

Как бы я ни спешила, лорд Мартерийский оказался куда быстрее, и именно он первым ворвался в комнату, где Лист, сидя на кровати, совершенно спокойно разговаривал с Диром. Двое мужчин одарили нашу компанию одинаково недоумёнными взглядами… что теперь делать я не знала, ведь спешили мы сюда с определённой целью — спасать, а спасать было некого.

— Вы Дир? — задал очевидный вопрос лорд Вериан. — Лорд Мартерийский. Надеюсь, вы разъясните нам некоторые моменты?

— Я знаю вас, лорд Вериан, кто же не знает главу Департамента, — внимательно смотрел на Мартерийского Дир и решил представиться официально: — Лорд Диртан Лоуст из Горограда.

— Хмм… лорд Диртан Лоуст… неожиданно… — задумчиво протянул Мартерийский, а я и этого сделать не могла, потому что от удивления и слова вымолвить не получалось.

— Простите меня, госпожа Сандр, — посмотрел на меня собственно лорд Лоуст, — я не хотел причинить вам боль…

— Я знаю, и не держу на вас зла, лорд Лоуст.

— Рассказывайте! — потребовал Мартерийский, окутывая стены комнаты заклинанием.

— Да, теперь я могу рассказать, вместе с Печатью, госпожа Сандр сняла с меня и все связывающие клятвы…

— Как вы это поняли? — тут же вцепился в него Мартерийский, бросив в мою сторону беглый взгляд.

— Я рассказал кое о чём господину Листу и не ощутил никакого воздействия, так что смело могу рассказать обо всём, что знаю сам.

— Ты понимаешь, что это значит, сияющая моя! — оглушительным шёпотом обратился ко мне Велдран, привлекая всеобщее внимание. — Теперь этот, — лёгкий кивок в сторону нахмурившегося Мартерийского, — тебя в свою унылую службу затянет, закроет в тёмной и пыльной каморке и будет тебе всех опасных личностей подсовывать, чтобы ты с них клятвы снимали, да информацию получала… эх, измельчало мужское племя, измельчало, вместо драгоценностей, преступников презентовать будет…

Испуганно вскинула взгляд на предмет обсуждения, на Мартерийского, то есть. Тот изучал меня каким-то слишком нехорошим взглядом, и почему-то мне показалось, что Велдран подал ему довольно неплохую идею… захотелось от души треснуть дракончика за его слишком болтливый язык. Где были мои мозги, когда я решила спасти это несчастное крылатое создание?

— Когда-то у меня была совершенно другая жизнь, был свой дом, семья, земли… — начал свой рассказ Дир. — На моих землях оказался маг, сильный маг, почти при смерти… он явно от кого-то убегал и его магия не могла исцелить его, резерв у него был почти пуст, а последние капли он потратил на то, чтобы сбить своих преследователей со следа… Жалость и сострадание проснулись во мне, и я, глупец, привёл его в свой дом, и мы сделали всё возможное, чтобы вытащить его из-за грани. Мои слуги следили за его состоянием днём и ночью, моя жена лично меняла его повязки, я доставал самые дорогие и действенные травы… Орион, так назвался он, когда спустя пару месяцев начал медленно идти на поправку, и яд, который был в его крови и который долгое время держал сознание мага на тонкой грани безумия потерял свою силу. Орион рассказал нам, что попался тёмным ведьмакам, от которых хотел спасти несколько девушек, украденных теми для жутких ритуалов, и ему чудом удалось сбежать… мало того, что и невинных ему не удалось спасти, так и самого едва не отправили за грань, и это настоящее чудо, что ему удалось наткнуться на меня, когда у него почти не оставалось и шанса. Орион был признателен за спасение своей жизни и очень сетовал, что не может никак отплатить за нашу доброту, ведь начни он использовать заклинания, те ведьмаки легко могли отследить магический след и прийти не только за ним, но и за нами… Мне, как человеку, далёкому от тонкостей магического искусства, всё показалось очень логичным и правильным, не вызвал никаких сомнений или тревог. Орион попросил остаться на некоторое время, чтобы набраться сил и продолжить своё дело по борьбе с тёмными магами. Я согласился, глупо было бы сначала спасти, а потом выгнать ещё не восстановившего силы Ориона на улицу, — Дир перевёл дыхание и прикрыл ненадолго глаза, видно было, что ему тяжело говорить как физически, так и морально. — Орион остался и по мере своих сил стал помогать. А потом… а потом я стал замечать, что моя жена, свет моего сердца, леди Миара, стала отдаляться от меня, предпочитая моё общество, обществу Ориона… — мужчина сцепил зубы, судорожно вздохнул, словно справляясь с нахлынувшей волной болезненных воспоминаний.

Могла представить себе, что произошло дальше, но и строить догадки не хотелось, если можно было услышать всё из первых уст… Велдран настойчиво начал взбираться по моей ноге, и мне пришлось подхватить его на руки. Устал стоять? Так мог бы и присесть, судя по обычному поведению дракончика застенчивость и скромность явно были у него не в почёте, да он, наверное, и слов таких не знал.

— Сокровище моё, нам срочно нужно на улицу! — вот сейчас Велдран говорил так тихо, что я едва разбирала его слова.

— Зачем? — не хотела я никуда идти, мне тут очень интересно было… а потом подумала, что вдруг дракончику по нужде нужно, нет, ну мало ли…

Тяжело вздохнула и, извинившись перед присутствующими, попыталась выйти в коридор. Только когда защитное заклинание Мартерийского развеялось, мы вышли. Лист, прихрамывая, поспешил за нами, Мартерийский вновь окутал помещение магической сетью и остался наедине с Диром, и с окончанием истории жизни наёмника, а я осталась за дверью без информации и всё по вине некоторых чешуйчатых, бодро вздёрнувших хвост и засеменивших по коридору на улицу.

— А ты всё так на четырёх и бегаешь, сокровище повелителей небес? — оценил танцующую походку дракончика Лист, у которого хвост довольно азартно ходил из стороны в сторону… не у Листа, конечно, у дракончика.

— Нет, я, конечно, всегда подозревал, что ты с головой не совсем дружишь, но не настолько же... Ты как себе представляешь мой безудержный полёт в этих крысиных норах? Да я же даже крылья, как следует не смогу раскрыть, чтобы не снести эту хибару до основания! — величественно заявил Велдран, даже не оборачиваясь в нашу сторону и шустро перебирая лапками к центральному входу Дома.

— Действительно, Велдран, а я ведь ни разу не видела, чтобы ты летал… честно говоря, я, вообще, никогда не видела драконов в небе.

— Скоро увидишь, моё сокровище, обещаю тебе! А ещё обещаю, что мы даже полетаем на них!

— Правда? — с восторгом уточнила я.

— Да чего там хорошего! Ветер в лицо, чешуя холодная, да ещё эти роговые наросты, так и норовят одежду испортить, — недовольно пробурчал Лист, немного морщась при каждом шаге.

— Вам в постели надо было остаться, чтобы рана вновь кровоточит не начала, — неодобрительно покачала головой на такую ненужную активность.

— Я не оставлю вас одну, — упрямо поджал губы Лист, и на его лице отразилась непоколебимая уверенность не только в своих словах, но и в своих поступках.

Дракончик замер возле ворот, через которые входило пятеро мужчин, одетых довольно непривычно для наших мест: длинные камзолы, застёгнутые на все пуговицы, с воротником-стойкой, оканчивались куда ниже колен, широкие ремни, не на талии, а ниже, почти на бёдрах, к которым были приторочены по обе стороны клинки… довольно узкие штаны, заправленные в мягкие кожаные сапоги, которые скрывались под полами камзола. Вся одежда была серого цвета… Ладные фигуры, подтянутые и прямые, словно тетива, сосредоточенные лица, внимательные взгляды… я интуитивно спряталась за плечо Листа, который и сам выступил вперёд, закрывая меня собой.

Взгляды пятёрки неспешно прошлись по нашей парочке и сосредоточились на золотом чуде, а потом эти пятеро слаженно припали на одно колено, вот так, прямо посреди двора, в пыль и торжественно произнесли:

— Приветствуем Великого Дракона, сердце и душу каждого, имеющего крылья. Мы прибыли по вашему зову, Великий Дракон, и готовы подчиниться каждому вашему слову. Как нам и было велено, наше отбытие из Поднебесной прошло в полном безмолвии, род Графитовых чтит истоки и понимает серьёзность происходящего.

— Великий Дракон доволен послушанием и никогда не забудет отзывчивость и верность Графитовых, — глубоким голосом, полным силы и могущества, ответил… наш Велдран, а потом недовольно добавил привычным тоном: — Чего так долго?

— Простите, Великий, немного сбились с курса. Ведущая нить резко переместилась в сторону Неприступных, потом и вовсе исчезла на время, и только после этого мы могли чётко следовать к цели, нить установилась и более не сбивалась, — ответил один из мужчин в сером, низко склоняя в голову.

Велдран задумчиво потоптал лапками землю, потом посмотрел на меня:

— Слушай, сокровище моё, это они направление потеряли, когда нас теми бумажками в горы закинуло, — на этих словах пятёрка Графитовых слаженно посмотрела на меня какими-то чересчур пронзительными взглядами, а я и вовсе спряталась за спину зеленоглазого наёмника, тут как-то безопаснее было, уж слишком те взгляды странные… да и всё происходящее, тоже как-то настораживало, а уж почтительное обращение мужчин в сером к Велдрану, то есть к Великом Дракону и вовсе не сияло радужными перспективами.

Велдрана же, напротив, всё, что происходило, нисколько не смущало, и он принялся вышагивать перед коленопреклонёнными мужчинами, словно главнокомандующий перед своим воинством.

— Так, вставайте, — скомандовал он, и драконы из рода Графитовых послушно поднялись, — Значит так, тут скоро будет так жарко, что пламя Алых покажется лёгким дуновением ветерка. Займите позиции поблизости, и чтобы ни единой чешуйкой не отсвечивали! Есть тут одна личность, гордо самоуверенная такая, сразу узнаёте, ему помощь потребуется, маг он не слабый, но вам не чета. Прикроете его.

Мне стало жутко интересно, о ком это так красочно отзывается дракончик. Словно почувствовав моё любопытство, Лист повернул голову в мою сторону и прошептал одними губами:

— Мартерийский.

В самом деле, несложно было и догадаться. Всё, снимаю проклятия и домой, отдыхать и восстанавливаться, а то уже очевидного не понимаю.

— Да, вот эти двое, — теперь Велдран кивнул на нас с Листом, — пользуются особым покровительством и расположением Великого Дракона, моим, то есть, и их жизнь приравнивается к жизни Правителя Поднебесной.

Сердце бешено забилось под пронзительными взглядами мужчин из рода Графитовых, я даже почувствовала лёгкое вмешательство в свою ауру, словно её считывали…

— А вот этого не нужно, — мотнул головой мой защитник, Лист который, видимо, также почувствовал чрезмерное любопытство Графитовых.

— Приносим извинения, но так мы сможем лучше обеспечить вашу безопасность и безопасность вашей дамы, — слегка наклонил голову один из мужчин.

— Всё, разбегайтесь и будьте предельно внимательны! — отослал Велдран только что прибывших драконов, которых я-то толком и рассмотреть не успела.

Пятеро мужчин безмолвно исчезли за воротами, будто и не было никого.

— Они не привлекут ненужного внимания? — задумчиво смотрел вслед исчезнувшим Графитовым Лист.

— А ты как думаешь, Листочек? — ехидненько так ответил вопросом на вопрос дракончик. — Успокойся, они лучшие в своём деле, ведь добрались сюда с Поднебесной и ни одного их взмаха крыла не увидели, в противном случае всё это королевство уже гудело бы о драконах в небе. Графитовые лучше всех владеют магией отвода глаз и невидимости, так что теперь вы под такой защитой, которая не у каждого правителя имеется.

— Зачем нам такая защита? — испуг в голосе не удалось скрыть, а ещё рука судорожно вцепилась в пояс наёмника, так и не отходившего от меня, поэтому и разговаривать мне приходилось из-за его спины.

— Пусть будет! Мне, для моей сияющей ничего не жалко, — величественно ответил дракончик, и тут совершенно не вовремя проснулась моя сообразительность: такая защита нужна при одном случае — в случае смертельной угрозы…

Нет, ну всё правильно. По нашему… по моему следу идут артериары, и при их последнем нападении, не будь рядом лорда Мартерийского, Листа, Оруша, мы бы с Линой и Таром ни в жизнь бы не отбились от ночного нападения… Это нападение было не только попыткой предотвратить моё появление в Доме Наслаждений Зеленя, но и местью за их порушенные планы… а ещё последователям Тёмного Бога не помещает энергия, моя энергия…

Вечные, помогите мне выбраться из этой передряги живой, я уже молчу про свою целостность, раны заживут, а вот из-за грани вернутся невозможно.

— Интересно, лорд Мартерийский уже закончил разговор? — задумчиво, словно находясь в каком-то тумане, пробормотала я и направилась обратно в Дом. — Хочу поскорее закончить здесь.

В этом не было ни единого слова лжи. Во мне теплилась слабая надежда, что едва я исчезну из поля зрения артериаров и перестану ломать им планы, к моей персоне потеряют интерес. А я вернусь в Чистолист и буду сидеть там тихо-тихо, максимум «дурной глаз» снимать, да порчу наведённую на чьё-то хозяйство исходящей завистью соседкой, чтоб на оплату домика хватило да на хлеб. И всё! Никаких больше сомнительных заказов, способных свести в могилу быстрее, чем солнце пройдёт свой дневной путь.

— Мои глаза не изменяют мне? Элития, счастье моё недолговечное, ты ли это? — голос, который я всеми силами старалась забыть, ударил мне в спину, заставив застыть на месте.

Это называется удачей и везением? Это божественное благословение во всей красе? Да это просто издевательство!

Танариэль! Будь ты проклят, эльфийский ублюдок! За какой бездной тебя принесло сюда? Хотя, глупый вопрос, зачем он здесь и дураку ясно…

— Лорд Танариэль, безгранично рада вас видеть в месте, столь красноречиво говорящем о вашей истинной сути, — храбро развернулась я к тому, кто сломал мою жизнь.

Всё так же красив, всё так же совершенен.

Сейчас я не одна, у меня есть друзья и поддержка, я с достоинством перенесу эту встречу.

— Леди Элития, видя вас здесь, могу подумать о том же, — отвесил мне эльф издевательский поклон, а у двух его сопровождающих заскользили ядовито-понимающие ухмылки.

Ясно, Танариэль никогда не желал держать язык за зубами, нарочно выставляя напоказ свои победы.

— Вы совершенно правы, высокородный Танариэль. Здесь я раскрываю свои способности, щедро отсыпанные мне Вечными, — улыбнулась я, и плавной походкой подошла к Листу, с нахмуренным лицом изучая трёх эльфов, в зелёных глазах загорался костёр неприязни… что было странно, ведь, по сути, эти эльфы его сородичи, в них так же течёт кровь Перворождённых.

Рука зеленоглазого наёмника легко легла на мою талию, и в ясных, голубых глазах Танариэля застывает какое-то удивление, смещённое… нет, не с желанием, с похотью… Она всегда присутствовала в нём, просто раньше я этого не понимала, его чувства относились лишь к плотским утехам, не затрагивая душевных струн.

— Как я посмотрю, Элития, твои вкусы значительно испортились… связалась с этой… грязью, — будто выплёвывает последнее слово эльф с волосами цвета лунного серебра и показательно морщиться.

— Иногда в ней можно найти истинные сокровища, — сражаясь со своим воспитанием, и тем, что позволительно делать леди, а что нет, я легко провела кончиками пальцев по щеке Листа, осторожно повторяя изгиб едва видимой линии шрама, обжигаясь о кожу мужчины. Рваный вздох мужчины ясно даёт понять, что даже такая мимолётная нежность очень остро действует на него… а я… вместо смущения и стыда за непозволительное поведение, чувствую какой-то упоительный восторг от его реакции.

— Поверь мне, этот ущербный и вполовину не так хорошо, как я. С ним ты только потеряешь время, в надежде найти то удовольствие, которое мог бы подарить тебе я, — низким, соблазнительным голосом пропел Танариэль, и в следующий момент Лист оказался около него, впечатывая в лицо прекрасного Перворождённого свой кулак.

Раздался хруст, из носа лунноволосого эльфа брызнула кровь, и стало отчётливо ясно, что идеальной красотой Танариэлю больше никогда не блистать.

Следующий чётко выверенный удар Листа отправил Танариэля на землю, но двое сопровождающих эльфов слаженно вытащили клинки и направили их на наёмника.

— Листочек! Бей ушастых! — раздался неожиданный крик Велдрана, до этого момента тихонько подкрадывающегося к эльфам со спины и сейчас атаковавшего одного из них пламенем в то самое место, которое чуть ниже поясницы.

Пусть Лист и был ранен, судя по всему, это ему нисколько не мешало двигаться и сражаться, даже без своего клинка, оставленного в комнате. А появившейся на главном дворе Орущ и вовсе решил исход такой короткой, но яркой схватки в нашу пользу.

— Я много пропустил? — спросил мощный орк, недоумённо оглядывая двор и разворачиваясь во всю ширину своих могучих плеч.

— Господин Штырх, — радостно просияла в ответ, — рада, что воздействие заклинания прошло. Я побоялась давать вам более сильные зелья, не в силах предугадать вашу реакцию на них…

— Не стоило беспокоиться, — отвесил мне изящный поклон Оруш, довольно сверкнув багряным взглядом и умудряясь удерживать одной рукой подпаленного дракончиком эльфа, на весу удерживать, стоит отметить.

Вокруг меня, куда ни плюнь, все личности с неизмеримым количеством талантов. Один, раненный, без страха и упрёка в драку ввязывается против троих одновременно, второй, вообще, с эльфом, зажатым в кулаке, поклоны отвешивает…

— А что тут происходит?

Мартерийский! Без него-то куда, в самом деле! Ну, Юрку, ну, спасибо тебе!

Раньше моя жизнь была куда более размеренной и… скучно-предсказуемой…

— Не буду мешать вашей беседе, — милостиво кивнула всем и сразу, — не задерживайтесь. Я хотела бы приступить к своим прямым обязанностям, как можно скорее.

Смотреть на Танариэля, пытавшегося встать с земли желания у меня никакого не было. Мне хотелось высказать ему много чего: бросить в лицо справедливые упрёки; спросить, почему он так поступил со мной… но я сдержалась. С высоко поднятой головой я возвращалась в Дом, заглянула в кухню и, найдя под удивлёнными взглядами кухарок кувшины с вином, приготовленные для посетителей сего чудесного заведения, щедро плеснула себе в кубок хмельного напитка.

Ужасный день, просто ужасный… а ведь он ещё не закончился.