Не всё проклятие, что им кажется (СИ)

Глава 29

Лист

Зеленоглазый наёмник задумчиво смотрел в окно комнаты, столь щедро выделенной ему и лорду Вериану Мартерийскому. Бросив свои вещи в угол, он немигающим взглядом уставился на танцующие под нежную музыку ветра листья на деревьях, да так и не пошевелился с того момента. Его мысли, подобно листьям, кружились в причудливом хороводе, и Лист пытался выстроить их хоть в каком-то порядке для ясности картины. Потому как то, что происходило вокруг его прекрасной лианэль, заставляло его бессильно сжимать кулаки, не зная в чью наглую морду их впечатать. А ещё присутствие Мартерийского, чтоб ему навеки в бездне сгинуть, без всяких зазрений совести тянущего свои руки к его Рии! Именно к его!

А ведь он, Лист, заинтересовал Рию, точно заинтересовал! Он постоянно ловил на себе её осторожный и любопытный взгляд, и это, бесспорно, льстило ему. Лист знал, что хорош, что его внешность привлекает женщин, но знать, что он нравится той единственной, ради которой бьётся его сердце, просто лишало рассудка, оставляя лишь чувства, зашкаливающие в своей многогранности и сложности: здесь переплелись и щемящая нежность, и безусловное восхищение, и трепетное любование, и безудержная страсть, и дикое желание, и первые робкие ростки всеобъемлющей и всепоглощающей любви… Довольная улыбка сама по себе расползлась на не менее довольном лице мужчине.

Встряхнув головой, словно силясь избавиться от навязчивых мыслей и образа девушки, наёмник призвал всю свою стойкость и выдержку, пытаясь сосредоточиться на совершенно других вопросах: что происходит и чем это грозит?

Даже не вдаваясь в подробности, было ясно, что перспективы самые безрадостные — культ Артера, это вам не банда головорезов, бесчинствующих на дороге! А то, что они охотятся на его лианэль, так и вовсе самый паршивый из возможных сценариев.

Если собрать в одно целое всю имеющегося у него информацию, получалась такая картина — Бофос нанимает его похитить ларец, в котором находится Великий Дракон, по сути, магическая сущность с божественным началом, то есть нехилый такой источник энергии, так необходимый адептам культа для их тёмных делишек… далее, если вспомнить все слова Лотаниэля, то опять-таки неспроста повылазили все тёмные твари из своих нор, если предположить, что кто-то ими управляет, то ненасытный голод этих кровожадных созданий тоже может сыграть на руку — тварям нужна лишь плоть, а вот энергию смерти при необходимых умениях так же можно собрать в накопители, мерзкие и отвратительные, да и энергия эта будет отталкивающей и омерзительной, отрицающей всё живое, но она будет и будет в немалом количестве… и Рия с её даром снимать проклятия, которые артериары также используют для получения необходимой им энергии, ломает их планы и поэтому вполне логично, что её хотят убить… Хотя нет, не убить, а забрать вместе с мелким чешуйчатым… что же такого есть в его лианэль, о чём он не знает, но что нужно проклятым приспешникам Тёмного бога?

Да лысого им дохлого гоблина, а не его единственную! Костьми ляжет, но убережёт её от всех бед и опасностей!

Сперва ему нужно начистоту поговорить с Мартерийским, и рассказать о своём задании и о Бофосе, возможно это именно та ниточка, которая даст возможность начать распутывать весь этот гнилой клубок… а желание разукрасить смазливую морду главы Департамента нужно пока засунуть куда подальше, не до этого сейчас. Да и о возможных последствиях такой откровенности он пока тоже думать не будет.

Наведя хоть какой-то порядок в своих мыслях и мало-мальски определившись с первоначальным планом, Лист довольно растянулся на кровати. Последние дни выдались беспокойными, и отдых не помешал бы, не бессмертный же он всё-таки, несмотря на кровь Перворождённых ему перерыв тоже требуется.

Но вместо удовольствия от мягкой кровати наёмник почувствовал необъяснимую тревогу, даже панику, накрывающую подобно горному обвалу и погребающему всё под своей тяжестью. Неприятное, гадкое чувство неизбежных неприятностей сжимало в тугой узел всё внутри, тугими лентами страха сдавливая горло, не давая не то что слово вымолвить, а просто вздох сделать. Лист заполошно подорвался с кровати, дико озираясь по сторонам и не находя той опасности, в предчувствии которой ледяной ужас сковывал не только сердце, но и душу… душа! Что-то нехорошее приключилось с его лианэль! Его Рия в опасности!

Выскочив из комнаты в коридор, словно все демоны бездны гнались за ним, Лист посмотрел сначала в одну сторону, потом в другую, но за какой именно дверью разместили девушек он не знал. Понадеялся на безопасность места, где всегда шныряет куча народа, и позволил на секунду себе расслабиться! Идиот! Безмозглый дурак! Правильно его мелкий чешуйчатый вечно распекает вдоль о поперёк… точно!

— Мелкий! Мелкий, ты где?! — хотел своим криком переполошить весь Дом Лист, но вместо этого из горла вырвались лишь какие-то сипы, но и они были услышаны.

— Ты чего, полукровка? — с искренним беспокойством на сонной мордочке дракончик высунулся из-за двери чуть дальше по коридору.

— Рия где? — всё ещё силился Лист перейти на грозный рык, но это у него никак не выходило.

— Да к проклятым, вроде, пошла, а ты чего так всполошился? — сонливость уступила место настороженности.

— С ней что-то случилось!

— Да с чего ты взял? Она совсем недавно ушла, где-то здесь должна быть, что за паника, Листочек? — заразительно зевнул Велдран, собираясь вновь отправиться на подушку, но резко замер, вскинул мордочку на бледного наёмника, на лице которого лихорадочной зеленью блестели глаза, и помотал головой, словно не веря своей догадке: — Да быть такого не может! Нет! Только не говори, что моя драгоценная твоя…

— Где она, мелкий?! Не выводи меня, я и так на грани! — к Листу в один момент вернулся голос, а предчувствие неотвратимой беды и вовсе захлестнуло с головой, да так, что ему на стену опереться пришлось.

— Да чтоб моя сокровищница опустела! — ошарашенно выдал Велдран. — Лианэль у полукровки! Это ж что такое в мире-то твориться… А скажи-ка мне, Листочек, батюшка у нас кто?

— Мелкий! — рыкнул наёмник, цепко ухватывая за крыло беспечно подобравшегося к нему вплотную дракончика.

— Да говорю же, к проклятым пошла! Пусти меня, ушастый! Тут действовать надо, сокровище моё искать! Ох, ежели тебя так корёжит, точно девочка моя в беду попала! — запричитал Великий Дракон Поднебесной Империи, словно заботливая бабушка о внучке-непоседе, шустро перебирая лапками в сторону выхода. — Так, ты только в панику не впадай, а то знаю я вас… влюблённых… это ж как так угораздило-то? Видать, сильна, ох и сильна у тебя кровь твоих ушастых родичей, раз такое счастье тебе совершенно незаслуженно привалило!

— Почему это незаслуженно? — тут же обиделся Лист, в жизни не страдающий такой особенностью, но с появлением лианэль в его привычном существовании многое изменилось.

— Позже объясню! — бросил дракончик через плечо, замирая перед дверью, ведущей на улицу, и лапкой так ещё требовательно её пошкрябал. Лист моментально исполнил столь красноречивый намёк, и они выскочили во внутренний двор, оглядываясь по сторонам и пытаясь взглядом проникнуть в каждую щель между постройками и досками забора.

Велдран замер, прикрыл глаза, и едва различимые магические нити поискового заклинания устремились от него с единственной целью — найти Рию.

— Не получается! — в отчаянии взвыл дракончик, поворачиваясь к Листу, и в золотых озёрах глаз плескалась бездна испуга и страха, созвучная тем чувствам, что отражались и на лице наёмника.

Лист побледнел ещё сильнее, хотя, казалось, уж больше некуда, но внутреннее беспокойство лишь набирало обороты, мешая просчитать ситуацию и принять верное решение.

— Я сейчас, сейчас найдём… — забормотал полукровка, тот, кому запрещено было использовать умения эльфийской крови, но кто в последнее время этим пренебрегал. Да и плевать он хотел на все запреты и возможные наказания — для него сейчас существовала только его лианэль.

Мужчина прикрыл глаза и образ Рии тут же яркой картинкой вспыхнул в его голове, вспомнил то удовольствие, которое он испытал от мимолётного поцелуя, когда его губы прикоснулись к нежной коже девушки… и его сердце безошибочно указало путь.

Велдран едва успел уцепиться за спину наёмника, сорвавшегося с места и бегом направившегося куда-то за границы Дома, уверенно свернул за угол, потом рванул в сторону леса, того самого, что на границе с эльфийскими землями и который бы он обходил десятой дорогой, если бы не сложившиеся обстоятельства. Но сейчас Лист мчался туда так, словно от этого зависела его жизнь, по сути, это так и было.

Проскочив первые деревья, Лист, словно гончая, потерявшая след, закрутился на месте, непонимающим взглядом скользя по небольшой поляне, на которой ничего не было, но на которую его уверенно привела та самая связь, незримыми узами связавшая его до конца дней с Рией.

— Здесь? — спрыгнул на землю Велдран, тут же отскакивая в сторону, чтобы не попасть под ноги хаотично мечущегося по поляне наёмника.

— Нити истинных привели сюда! — выдохнул Лист, отчаянным жестом взъерошивая волосы.

— Успокойся, Лист, сейчас найдём. Истинность не ошибается… — без своего обычно ехидства сказал Велдран, даже как-то сочувствующе сказал, одновременно с этим подгребая под себя хвост, потому что пребывающий в панике наёмник совершенно не смотрел под ноги. — Замри, я сказал! — рявкнул он, видя напрасность своих предыдущих слов.

Лист послушно замер, бессильно сжимая и разжимая кулаки.

Велдран сосредоточился и магическая сеть, мерцающая золотистыми искорками, накрыла поляну, проявляя то, что было скрыто от всех чарами невидимости, развеявшимися под действием куда более могущественной силы — силы Великого Дракона.

Без раздумий Лист бросился в небольшой домик, приютившийся одной стороной на поляне, а второй скрываясь под тенью деревьев. Не останавливаясь, в едином стремлении увидеть Рию и убедиться, что с ней всё в порядке, Лист ворвался в домик, не заметив на своём пути ни двери, ни запоров её сдерживающих, за ним след в след спешил дракончик, рассыпая яростные искры и готовый поддержать полукровку в уничтожении любого, кто угрожает его сокровищу.

— Только не убивайте его! — вскрикнула связанная Рия, на щеке которой явственно проступал след от удара.

Словно кровавая пелена упала перед Листом, едва он увидел, в каком состоянии та, которую он должен был беречь даже от ветра и дождя… Не уследил. Его вина.

Наёмника уже было не остановить.

Хлёсткая пощёчина обожгла щёку, возвращая меня в реальность.

Мало того что голова болела от подлого удара, нанесённого со спины, так теперь ещё и половина лица, к которой от души приложились, горела огнём.

Резко открыла глаза. Как никак, я дочь герцога и любую опасность встречу лицом к лицу, даже если это будет последним, что я увижу в этой жизни.

— Дир?! Вы?!

Один из охранников матушки Сиртинь, так странно исчезнувший и не подававший о себе никаких вестей всё это время, сейчас возвышался надо мною с абсолютно бесстрастным лицом.

Одарив меня каким-то пустым и равнодушным взглядом, Дир прошёл мне за спину и проверил на прочность верёвки, туго стягивающие мои руки за спиной.

Смешно, право слово, это выглядело так, будто опытный наёмник опасался какую-то девчонку! Я, в принципе, ничего не могла ему противопоставить, ни в физическом плане, ни в магическом!

— Уважаемый Дир, будьте любезны объяснить, что происходит? — стараясь не показывать страха, ледяной изморозью поддёрнувшего всё внутри, ровно произнесла я, особо не надеясь на ответ.

Удостоверившись, что я действительно надёжно связана, мужчина вернулся на прежнее место и смерил меня уничтожающим взглядом:

— Маги… как же я ненавижу вас всех! Возомнившие о себе бог весть что и считающие всех прочих отребьем, недостойными иметь право на собственную жизнь, на собственные желания и цели, — зло выплюнул он мне эти слова в лицо, нагнувшись ко мне так, чтобы наши глаза были на одном уровне. — Ненавижу тебя и всю вашу братию!

Что удивительно, в холодном взгляде карих глаз мужчины действительно на самом дне плескалась ненависть и жажда убийства.

— Я понимаю, что наше знакомство не задалось с самого начала, но я не сделала вам ничего плохого! Ни с магией, ни без, — единственное, что мне оставалось — это тянуть время, в слабой надежде на спасение, потому что взгляд Дира обещал мне лишь смерть, а с моей нынешней удачей, даже она не будет милостивой.

Дир не ответил, лишь его рука резко взмыла вверх, чтобы отвесить мне ещё одну пощёчину, от которой слёзы сами по себе показались на глазах, как бы я ни силилась их удержать.

— Вы все одинаковые твари! — Дир отвернулся от меня, словно потеряв интерес, и подошёл к столу, на котором был разложены весьма примечательные предметы: кристалл, кинжал, пара флакончиков с зельем непонятного назначения…

Липкие щупальца страха медленно поползли по моей спине, давая в полной мере погрузиться в панику и представить грядущие ужасающие события… Да я же ничего ему не сделала! Вот, вообще, ничего! А за холодное отношение в Дивинии не убивают! А тут меня не просто убить собираются, а определённо какой-то ритуал мерзкий провести…

Леденящая душу догадка пронзила меня, подобно божественному озарению… а может, и вправду Юрку смилостивился над той, кого одарил своим благословением, и которая никак не может достойно соответствовать столь высокой чести… Я сделала то, что необходимо было сделать с самого начала — использовала свой дар и всмотрелась в ауру Дира, в которой ярким пламенем обречённости сияла активированная Печать полного подчинения!

Боги! Да он же отправит меня за грань не колеблясь!

Дир больше не принадлежит себе — его воля, его мысли, его поступки были полностью подчинены чужой воле, и именно хозяин Печати жаждет моей смерти! Ни этот наёмник, чья ненависть ко всем магам стала мне понятна, а тот маг, кто активировал Печать и получил в свои руки послушную марионетку с отточенными навыками хладнокровного убийцы, жаждет отправить меня за грань…

Но если Дир с такой ненавистью вещал о своих чувствах к магам, значит, его личность не до конца растворилась в желаниях создателя Печати…

— Дир! Дир, послушайте меня, — лихорадочно зашептала ему, хватаясь за иллюзорный шанс, — я могу вам помочь! Я могу снять Печать, под действием которой вы находитесь и чьему влиянию подчиняетесь… да, будет больно, очень больно, но я смогу избавить вас от Печати!

Мужчина словно окаменел от моих слов, развернулся ко мне, и на какое-то мгновение его лицо словно исказилось от боли, а в глазах появилось понимание… но это был лишь краткий миг, ничего не значащий, потому как через секунду на меня снова смотрели пустые глаза безвольной марионетки и Дир вернулся к своему занятию.

До него не достучаться, воля хозяина Печати слишком сильна, и мне оставалось лишь достойно встретить свою смерть…

Прикрыла глаза, и образы близких заскользили в памяти: матушка с отцом, братья, Лина, Святир, неугомонный дракончик, зеленоглазый наёмник…

Дверь с грохотом слетела с петель и тот самый зеленоглазый наёмник, чей образ только что был в моих мыслях, с горящими безумным пламенем глазами и совершенно диким выражением на бледном лице появился в комнате, за ним мельтешил не менее воинственно выглядевший Велдран.

Лист бросил на меня лишь мимолётный взгляд и вся его ярость нашла единственно верную цель — Дира, который сориентировался куда быстрее меня и с клинком в руках готов был встретить нежданных визитёров.

Даже в ночной схватке я не видела такой жажды убийства на лице Листа, тогда его вёл холодный рассудок, а сейчас он просто пылал яростной местью… Почему-то у меня не возникло ни малейшего сомнения в исходе поединка.

— Только не убивайте его! — пискнула я и сама подивилась звучанию своего голоса. Какой кошмар! Голос не уважаемого мага, мастера по снятию проклятий, а какой-то изнеженной барышни! Позор, просто позор.

— Ты зачем позволила себя похитить, драгоценная моя? — пыхтел дракончик над моими связанными руками, аккуратно перегрызая верёвки и возвращая мне свободу. — Или это был какой-то хитрый план?

Не ответила, засмотревшись на двух мужчин, сошедшихся в схватке не на жизнь, а на смерть!

Я могла понять Дира, сосредоточенно отбивающего сыплющиеся на него удары Листа, у него не было права выбора, но вот зеленоглазого наёмника, с какой-то безумной яростью наносившего удары, я не понимала. Неистовые мужские взгляды скрещивались похлеще клинков, едва ли не рассыпающих сверкающие искры при каждом ударе.

Лист, словно с цепи сорвался: рубящие удары неслись с неимоверной скоростью, заставляя Дира уйти в глухую оборону, а кисть зеленоглазого наёмника и вовсе будто жила сама по себе, отдельно от тела, она была едина с рукоятью клинка. Но как бы ни был хорош Лист, Дир не отставал от него в умении владеть клинком. Едва наш наёмник выставил правую ногу немного вперёд, перенося вес тела на неё и собираясь нанести явно сокрушительный удар, как Дир, поднырнув под его руку, оставил глубокий порез на ноге Листа и ушёл от ответного удара в плечо, отделавшись лёгкой царапиной.

В ужасе зажала себе рот ладошкой, чтобы не отвлечь своим криком того, кому и так не сладко приходится. Велдран, замерший подле меня, рассерженно зашипел, словно досадуя на оплошность Листа. Сам же Лист только сильнее сжал губы и, перенеся вес на левую ногу, перекинул клинок в левую же руку, чьё остриё упёрлось в горло не ожидавшего такого финта Дира.

— Не убивай! — крикнула я, судорожно оглядываясь в поисках чего-нибудь нужного… увидев ведро в углу, бросилась к нему, подхватила, и с размаха врезала им по затылку Дира.

— Льдинка… — то ли осуждающе, то ли одобрительно протянул Лист, переводя свой взгляд с рухнувшего на пол Дира на меня.

— Он под действие Печати полного подчинения…

— Он посмел причинить тебе боль! Он не заслуживает жизни, — тяжело дышал наёмник, чья кровь была щедро разбавлена кровью Перворождённых.

— Он не может нести ответственности за свои поступки, находясь в подчинении чужой воли, — настаивала я на своём, одновременно удивляясь странной формулировке вины Дира и подбирая верёвки, которые совсем недавно держали меня в своём плену, а теперь могли похвастаться разве что печальными разлохмаченными концами, пострадавшими от острых зубов Великого Дракона. — Его связать надо, а твою рану нужно перевязать и срочно возвращаться в Дом. Там должен быть лекарь…

— Ой, да чего ему будет с этой царапины, — беспечно заявил Велдран, окидывая Листа слишком пристальным взглядом.

— Я настаиваю, — проявила я лучшие черты родительского воспитания.

Лист покорно похромал к стулу и не спускал с меня своих невозможных глаз, следя не то, что за каждым движением, а буквально за каждым вздохом.

— Я всего лишь хочу вам помочь, уважаемый Лист, — поспешила заверить подозрительного наёмника в своих намерениях.

— Просто Лист, без «уважаемого». Вам тоже требуется помощь и целитель, госпожа Сандр… — и он это так произнёс… волнительно он это произнёс, вот как.

— Ерунда, у меня в сумке есть и мазь, и зелье, — отмахнулась я от такой мелочи, — за пару дней и следа не останется…

— Какие все переживательные… — недовольно пробурчал дракончик, до этого с каким-то исследовательским интересом шкрябал коготочками по груди бессознательного Дира, с таким же недовольным видом подошёл к нам, — Ну, чего тут, умираешь полностью или немного?

— Немного, — подтвердил Лист несерьёзность своей раны, пусть я и придерживалась совершенно другого мнения, но это мнение никого особо не интересовало.

— Драгоценная моя, видишь, ничего тут страшного, поумирает немного, а когда надоест заниматься столь неблагодарным трудом, вновь вернётся в ряды бравых наёмников, чтобы в очередной раз оказаться на грани, — беззаботно махнул лапкой Велдран и совершенно честными глазами уставился на меня. — Меня вот больше та личность бессознательная интересует… делать чего будем?

Все наглые заявление и вопросы не менее наглого чешуйчатого решила проигнорировать! Вот ещё! Он, значит, все мои волнения мимо пропускает, а я буду удовлетворять его любопытство? Обойдётся.

Под заинтересованными взглядами направилась к столу, взяла кинжал, предварительно попытавшись проверить его на наличие пакостных неожиданностей… ну, как смогла, так и проверила… тут я больше полагалась на чутьё Велдрана, если бы предметы на столе были опасны, он бы определённо начал бить тревогу, а раз сидел и недовольно сопел, значит, всё в порядке. Недрогнувшей рукой отхватила от своей рубашки приличный кусок ткани, лучше было бы от платья безусловно, но что имеем, то и имеем, и кое-как перетянула рану зеленоглазого наёмника… кровь остановить я тоже попыталась заклинанием, но предрасположенности, то есть дара, к этому виду магии у меня не было, но крови вроде уменьшилось…

— Ладно, этого неудачника ты спасла, — подвёл итоги моей деятельности Велдран, отличающийся неуёмным любопытством и жаждой деятельности, — со вторым что делать будем?

— Спасать, — просто ответила я, прекрасно понимая, что для снятия Печати мне понадобятся все силы, и на снятие проклятия с девушек может и не остаться ничего, да и времени восстановиться не так уж и много, так и до полного выгорания недалеко… — Будем снимать Печать, другого пути нет. Лист, подержите его…