Не всё проклятие, что им кажется (СИ)

Глава 9

За три месяца до… Герцогство Гороград. Четыре перехода до Драконьих гор. Лист.

Дорога лениво тянулась через лесистые холмы. На удивление разъезженная, она, то петляла между холмами, поросшими молодым подлеском, то взбиралась на вершины небольших возвышенностей, откуда в хорошую погоду уже можно было увидеть чёрные и невообразимо огромные клыки Драконьих гор.

К сожалению, с погодой не везло уже четвёртый день. Противно моросящий дождь липкой пеленой покрыл всё пространство вокруг. Куда ни кинь взгляд, кругом одна сырость да слякоть. Горизонт был плотно затянут болезненной серостью и промозглым туманом. Так в этом году начиналось лето в северном герцогстве, расположенном в предгорьях Драконьего хребта.

Лист зябко поёжился и постарался поплотнее запахнуть полы длинного кожаного плаща, стараясь хоть как-то сохранить остатки тепла, стремительно тающего под напором сырости и хмари.

Лошадь шла тяжело. Копыта глубоко и с хлюпаньем погружались в грязь, с мерзким чавканьем выбираясь оттуда, чтобы в который раз снова нырнуть в мерзкую жижу. Влажная морда лошадки уныло понурилась, периодически отфыркиваясь по сторонам липкими брызгами.

Было мерзко.

Лист с унынием перевёл взгляд на низкое, тяжёлое небо. Радости оно не прибавляло. Серые, с чёрными прожилками тучи плотно висели над размокшим миром, орошая его мелким и мерзким дождём, капли которого с невообразимым упорством пробирались в самые недоступные места, обжигая тело ледяной влагой.

С глубокой тоской он хлюпнул носом и, сбрасывая с себя уныние, огляделся.

Третий день пейзаж не хотел меняться: холмы, прогалины, ложбины, подлески. Два раза пересекал мелкие речушки, в которых пополнял запас воды, и поил лошадь. Словно её вокруг и так не хватало.

Он мрачно усмехнулся.

А что он, собственно, хотел? Дальше будет только хуже. Земли тут такие. Невообразимо высокие горы, что лежат в четырёх конных переходах, цепляют на свои вершины слишком много туч, которые от бессильной злобы и проливают на эту землю бесчисленное количество дождей.

Дня через два начнёт подмораживать, и по утрам на всём будет лежать иней. Чем ближе к горам, тем холоднее. Благо тёплой одеждой его снабдили.

Лист отвлёкся от созерцания пейзажа и в который раз перебрал в уме все свои припасы, силясь понять, что он мог забыть.

Тёплые штаны, рубаха и короткая приталенная куртка, подбитая мехом, подвешены в скатке позади седла. Надевать их сейчас, в дождливых землях, не имело смысла. В мокрой одежде в горах смерть.

Крепкие сапоги с высоким голенищем и особой подошвой, обработанные горным народом, лёгкие и прочные, небоящиеся воды, — проверял два раза — уже на нём.

Поножи, наручи и нагрудник из толстой телячьей коже также надеты. Земли хоть и мирные, но всё-таки расслабляться не стоит. Всякое бывало.

Полуторный меч бессмертного народа, память об отце, больше похожий на саблю, приторочен слева от седла. Тёмно-зеленая рукоять и круглое навершие мрачно отливало холодом небесного металла, что когда-то давным-давно упал с неба на земли его народа. Справа на поясе длинный кинжал, на груди в особых кармашках два метательных ножа. Вроде и мелочь, но однажды очень пригодились.

Лицо тронула лёгкая тень улыбки, Лист вспомнил обстоятельства из использования. Тогда кроме них у него ничего и не было.

За спиной — составной лук из священного ясеня и рогов озёрного оленя. То, что досталось ему от Совета Мудрых до того, как его пинком под зад вышибли из рода как бастарда.

Два десятка обычных, до боли привычных стрел в тулье с зелёным оперением — цвет его рода. И столько же стрел, которые ему совсем не нравились — тёмные, налитые непонятной злобной силой, да пара кинжалов, обжигающих незримым огнём. Всё это было подарком от Бофоса, ими ему и предстояло работать за хребтом.

В седельной сумке уютно расположилась всякая походная мелочь и амулет, который он должен оставить после себя.

Скромно, но со вкусом.

Лист усмехнулся: бывало и хуже, намного хуже. После того как его отец погиб в схватке с клыкастыми, а мать ушла вслед за ним, не перенеся горечи утраты, у него всё полетело в Бездну.

Драка с сыном Верховного из-за той, чьё лицо уже стало теряться в чертогах памяти, которая отвернулась от него на Совете… изгнание…

Лист вздрогнул — лошадка оступилась и, пройдя ещё пару шагов, замерла на месте, как вкопанная.

«Не о том думаешь!» — выругался он мысленно и поморщился, вынырнув из воспоминаний и силясь рассмотреть, что происходит впереди на дороге.

— Да чтоб вас гоблины задрали! — непроизвольно сорвалось с его уст, когда он рассмотрел четыре силуэта, появившиеся словно из ниоткуда, но уверенно и нагло перегородивших ему путь.

— Здрав будь, путник! — молвил один из четвёрки, стоявший на шаг ближе к нему, чем остальные: — Далеко путь держишь? — заросшее грязной щетиной лицо расползлось в гадкой ухмылке.

Лист отметил непринуждённость поз, какую-то обманчивую расслабленность в движениях и два арбалета, смотревшие остриями болтов в его грудь.

— Туда. — буркнул он в ответ, кивнув за спины стоявшим.

Шансов было мало. Точнее их не было вообще.

«Домечтался, дурак» — выругал он себя.

Спросивший его наигранно посмотрел назад и в недоумении повернул к Листу голову:

— Так там же ничего нет!

— Уверен? — холодно поинтересовался Лист, прикидывая свои шансы, которых по-прежнему не было.

— Там только смерть. — Бородач покосился на своих замерших соратников, которые не сводили с Листа напряжённых взглядов: — Но есть варианты!

— Да неужели? — Лист переводил внимательный взгляд с одного разбойника на другого, пытаясь понять, откуда начнётся атака: — И какие же?

— Первый вариант — ты снимаешь всё сам, слезаешь с коня и идёшь дальше по своим делам. — бородатая рожа расползлась в мерзкой кривозубой улыбке: — Второй вариант — мы тратим своё драгоценное время и снимаем всё сами, но после этого ты уже никуда не идёшь. Как тебе?

— Негусто. — Лист сплюнул, нарочито изображая на лице уныние. Он уже спланировал свои дальнейшие действия и пытался ещё немного потянуть время.

— Ну так как? — наглая немытая рожа похлопала топорищем по ладони.

— А не пошли бы вы лесом! — Лист молниеносно выдернул ноги из стремени и рухнул с коня, пытаясь одновременно уйти из-под стрел арбалетов и укрыться за крупом лошади. Рука рванулась к рукояти меча.

Над ним просвистело. Краем сознания Лист отметил, что уж больно свист знакомый и явно непохож на полёт арбалетных болтов.

Выдернув меч и сделав перекат, он взревел, вскочил на ноги, готовый к бою и… замер в недоумении.

Все четверо нападавших валялись в нелепых позах, разбросав конечности. У каждого из тела торчало по несколько стрел у которых былиодо боли знакомое оперение.

С мрачным лицом Лист убрал меч в ножны и, ожидая продолжения, стал непринуждённо очищать одежду от налипшей грязи.

Голос за спиной прозвучал неожиданно, хоть Лист и готовился к этому. Ни одна травинка не шелохнулась под подошедшим к нему.

— Здравствуй, брат! Смотрю у тебя неприятности. — голос был насмешливым и, как всегда, надменным.

— И тебе долгих лет жизни, Лотаниэль. — не упустил возможности поиздеваться над долгоживущим Лист: — Мир людей скоротечен и оттого суетен. От этого в этом мире и все проблемы… — всё также не оборачиваясь, Лист погладил по мокрой морде лошади, пытаясь её успокоить. Бока животного вздрагивали, похоже, что кобыла не привыкла к таким неожиданностям от непонятных двуногих уродцев:

— Какая нужда привела тебя из Священного леса в эти края? — вопрос был участливый, но и с подковыркой.

— Неужели ты заговорил речами отца? — Эльф сделал вид, что не услышал вопроса Листа. — Не слишком ли поздно из твоего рта вылетают мудрые речи?

— Как говорят люди — «Лучше поздно, чем никогда». — буркнул Лист в ответ. — Ты не ответил мне…

— Тебе виднее, ты лучше понимаешь людей. — насмешка в голосе стала более явной. — Ведь так?

— Ты не ответил. — Лист, наконец-таки соизволил обернуться.

Перед ним стоял типичный представитель эльфийского народа. Вернее, так: перед ним стоял эльф с большой буквы. Высокий, стройный. Его длинные белоснежные волосы, казалось, не знали ни дождя, ни грязи. Пристальный взгляд изумрудных глаз скрывал в себе тайны вечности. Лицо с правильными чертами и до тошноты надменное. Противная для Листа лёгкая улыбка с налётом превосходства не сходила с чересчур правильного лица эльфа. Руки аж чесались от желания поправить его немного, обухом топора. Хотя сын Правителя эльфов и должен быть таким, наверное.

— Дела, дела… — с фальшивой озабоченностью промолвил Лотаниэль. — Шли мимо, а тут разведчик докладывает, что эльфа хотят убить и ограбить. Пришлось вмешаться…

— Если ты не в курсе, а ты в курсе, что наполовину я ещё и человек. — Лист впился взглядом в лицо Лотаниэля.

— У всех свои недостатки. — эльф наконец-то убрал надменность со своего лица, и казалось даже, что он немного расслабился. — Присядем? — вопросительно кивнул он на относительно чистый холмик, покрытый зелёной травой. — Нам есть, о чём поведать друг другу.

— Уверен? — Лист продолжал стоять, как столб, не спеша принимать приглашение.

— Уверен, уверен. — пробурчал Лотаниэль. — Не знаю, что расскажешь мне ты, но моя информация тебе точно не будет лишней. — лицо эльфа под конец фразы всё-таки обрело серьёзность: — Собственно, поэтому мы и тут.

Спустя полчаса чистокровный эльф и полукровка, удобно расположившись на примеченном ранее холмике, делились новостями. На чистом покрывале перед ними стояли кувшины и была разложена скудная походная еда.

Лошадь Листа, стреноженная и рассёдланная, аппетитно обдирала зелёную травку, укоризненно поглядывая на хозяина, который не ценит её бедненькую и заставляет в такую погоду шляться по незнакомым и опасным местам.

— Дела плохи, брат. — начал Лотаниэль. — Старейшины говорят, что мир начал меняться. А это, как ты знаешь, не к добру.

— Мир постоянно меняется. — возразил Лист. — Тебе ли это не знать?

— То суета. — отмахнулся Лотаниэль. — Грядут большие, очень большие перемены. Старейшины не ошибаются. Именно поэтому мы и здесь.

— Много вас? — Лист огляделся. Вокруг не было ни души, что и стоило ожидать.

— Шестнадцать братьев. Мы передовой отряд разведки. — Лотаниэль отхлебнул из кувшина. — Что делать и что разведывать и сами не знаем…

— Как так? — Лист удивился. Внутри начало зарождаться нехорошее предчувствие.

— А вот так. — Лотаниэль усмехнулся. — Собираем всю информацию, что попадётся, держим уши и глаза открытыми. Срок — полмесяца. Идём к перевалу.

— Давай сначала и по порядку. — Лист неуважительно перебил когда-то лучшего друга и с интересом воззрился на него.

— Слушай. — эльф пожал плечами. — Дела такие. На наши земли с востока стали нападать полуволки. И не так, как раньше — набежали, пограбили и обратно. Нет. Целенаправленно оттесняют нас вглубь леса, сжигая и захватывая селенья. Поговаривают, что среди них видели и тварей из Мёртвой Топи, а это уже невообразимо. Слишком организовано. Что кто-то ими управляет поняли всё. Паучья роща под угрозой. Если ничего не делать, людские города Зверск и Пушень будут отрезаны и там начнётся резня. Сам знаешь, кругом леса и людям тогда не спастись.

— С каких это пор жизни людей стали волновать Старейшин? — снова перебил его Лист.

— С этих самых. — огрызнулся Лотаниэль. — Сам должен понимать, что в такой ситуации мы друг без друга не протянем долго.

— Извини. — Лист поднял в примирительном жесте обе руки. — Продолжай.

— Ага. — эльф отхлебнул из кувшина. — По дороге на Вышень неоднократно замечены отряды разбойников. И что странно — действуют избирательно. Нападают только на королевские и герцогские караваны и, невиданное дело, отряды военных… Там неспокойно. Солдаты меньше чем двумя десятками, уже отказываются ехать из Лирны в Вышень. Когда такое видели? А к северо-западу от дороги Дивнолесье, наша Цитадель. Слишком близко. И воинов там считай нет, всё на границах. Понимаешь, к чему я веду?

— Ещё как. — Лист в уме представил карту. Если оборотни, разбойники и прочая нечисть отрежет дорогу между Паучьей рощей и Дивнолесьем, эльфов просто запрут в лесных цитаделях и перебьют. М-да, давненько такого не было. Он усмехнулся: — И что, старейшины ограничиваются только разведкой?

— Не только. — лицо Лотаниэля помрачнело. — Воины перевозят свои семьи в Дивнолесье. Эльфы покидают границы.

Челюсть у Листа отпала… он с удивлением посмотрел на Лотаниэля.

— Что пялишься? — с каким-то безразличием поинтересовался тот у него. — За последний месяц восемь наших поселений под корень. Никто не спасся. Такого не было лет триста как.

— А как же люди? — Лист вернул челюсть на место. В груди стал разливаться холодок препоганейшего предчувствия.

— А что люди? — Лотаниэль брезгливо поморщился. — Городских глав мы предупредили, на что они ответили, что их непобедимые войска обезопасят их от любой угрозы. Безумцы. Они же лес не знают, не знают, что происходит, они же, вообще, ничего не знают…

— Я всегда замечал в тебе эту излишнюю любовь к людям. — усмехнулся Лист.

— Да чтоб ты в болоте сгинул, — выругался на него Лотаниэль, — сам знаешь, что не всё нужно есть, что кладут тебе в рот. Это я про старейшин, если что.

— Извини, извини. Продолжай. — приложив усилия, Лист спрятал улыбку.

— А этого мало? — удивился эльф.

— Ну, это не крах мира, — возразил Лист, — тем более если проблемы на востоке, что вы делаете на западе.

Лотаниэль усмехнулся этим словам.

— В этом-то всё и дело. Ходят слухи и, собственно, их и надо нам проверить, что в драконьих землях неспокойно.

— В смысле? — Лист насторожился, так и застыв с кувшином.

— Говорят, их жрецы задумали провести какой-то древний ритуал, который якобы заставит содрогнуться весь мир.

— Откуда знаешь? — у Листа, в который раз за разговор по позвоночнику пополз холодок.

— Я же эльф. — совсем нелогично ответил Лотаниэль. — Собственно, мы идём к перевалу, разведать, что и как…

Лист молчал, переваривая полученную информацию. Молчал и Лотаниэль.

Отпив-таки из кувшина, Лист пристально посмотрел на бывшего друга.

— Это не всё, как я понимаю?

— Правильно понимаешь. — усмехнулся тот в ответ. — Есть ещё люди.

— А что с ними? — осторожно поинтересовался Лист.

Лотаниэль тяжело вздохнул и пояснил:

— Старейшины предрекли — на юге появится маг невиданной силы. Ну, как бы она уже есть, просто не в курсе, какой силой обладает.

— Как так? — искренне удивился Лист.

— Люди… — Лотаниэль философски пожал плечами. — Что с них взять…

— И? — Лист вопросительно воззрился на друга.

— Она главное звено всей этой непонятной цепочки событий. Старейшины отправили к ней Невидимых, со строгим указом наблюдать, ждать и ни во что не вмешиваться. Только в самом крайнем случае, если она поступает правильно — помочь. Если нет, то она угроза и… ну ты понял.

— Узнаю эльфов. — вздохнул Лист.

— Нет, ты не понимаешь. — Лотаниэль покосился на него. — Всё зависит от неё. Она будет в центре происходящего, всё завязано на ней, и от того, как она будет поступать, какие выборы делать, зависит судьба всех нас.

— Невесело… — задумчиво пробормотал Лист, — и как зовут эту красавицу?

— Никто не знает. — легко пожал плечами Лотаниэль, словно его это и не волновало. — Говорят, её отметят Боги и на неё укажет амулет…

Оба опять ненадолго замолчали. Каждый думал о своём.

Наконец-то Лотаниэль посмотрел на Листа и, прищурившись, поинтересовался:

— Брат. А ты так и не сказал, что сам забыл в этих краях?

— Сейчас расскажу. — тяжело вздохнул Лист, предчувствую, но ещё до конца не осознавая, глубину той Бездны, в которую он рухнул, принимая заказ от Бофоса. — Думаю, вы мне поможете.

Как только мы подъехали к Дому Наслаждения с красноречивым названием «Сладкий дурман» и соответствующей картинкой на вывеске, нам на встречу высыпались все, кто находился внутри.

Кстати, само здание мне очень понравилось, этакий двухэтажный особняк зажиточного горожанина, классические линии, высокие окна, всё смотрелось очень гармонично, да и цвет, нежно-кремовый, в сочетании с темно-золотым радовал своей сочетаемостью. Даже и не скажешь, что это бордель, если бы не вывеска. Вообще, странно, что такое здание располагалось в непосредственной близости от тракта, я ожидала увидеть что-то более простое.

Эх, знал бы мой отец, по каким местам меня судьба носит, сам бы выгнал из дома, да ещё бы и отречение от рода провёл.

Лично меня нисколько не волновал тот факт, что дочь герцога собирается провести время в Доме Наслаждений, мой врождённый аристократизм и вбиваемые с детства нормы морали и правила поведения благополучно молчали. Меня вёл интерес. Мне было безумно любопытно оказаться там, внутри, куда ни одна приличная леди не войдёт под страхом смерти и куда так стремятся все мужчины независимо от возраста и положения. Этот интерес я собиралась удовлетворить сполна, другого случая может и не представиться.

— С возвращением, матушка! — от встречающей толпы отделился крепкий мужчина и слегка поклонился в знак приветствия. — Какие будут распоряжения?

— Оставь этот официоз, Леор, тут все свои. Это госпожа Сандр, маг, она поможет нам с нашей проблемой, и Лина, её помощница. Разместить на верхнем этаже с максимальными удобствами. Всё, что бы ни попросили, предоставить сразу же. — развернувшись ко мне, Элиза уточнила — А что делать с Таром? Целителей может приставить к нему?

— Не нужно. Зачем лишний раз вмешиваться магией. Время есть, и к вечеру, самое позднее к ночи, он сам придёт в себя. Просто устройте его с комфортом, и пусть за ним кто-то присматривает.

— Я присмотрю. — тут же с готовностью отозвалась Лина.

Я лишь покачала головой.

— Тебе бы самой не мешало привести себя в порядок и отдохнуть от безумной ночи.

— Быстренько со всем справлюсь и к Тару, поесть и отдохнуть я и возле него смогу. — заупрямилась она.

Пусть делает, как знает. Оставалось лишь гадать, что у неё происходит в голове и насколько там всё серьёзно, и не будет ли это её очередной ошибкой.

— Хорошо, Лина. Делай, как считаешь нужным. — сдалась я под её напором.

— Рия, я тебе нужна? — было видно, что Элизе не терпится заняться делами.

— Нет, всё в порядке. Мне нужен короткий отдых, ванна, что-нибудь перекусить и человек, который покажет, где находятся подвергшиеся заклятию. Чем быстрее я увижу их, тем лучше.

— Конечно. — кивнула Элиза на мои запросы: — Леор, распорядись. И знаешь что, пришли ко мне господина Рейвика и Стального, а сам потом поступаешь в полное распоряжение Рии, пока мы будем здесь.

Мужчина лишь согласно склонил голову и, слегка улыбнувшись, словно был доволен сказанными словами, обратился ко мне.

— Госпожа Сандр, прошу за мной. Я главный управляющий матушки Сиртинь, можете смело обращаться ко мне по всем вопросам.

— Очень приятно, господин Леор.

Действительно было приятно, он чем-то располагал к себе. Неужели за эту пару суматошных дней мне встретился первый достойный человек?

Я кинула взгляд на Лину с Таром, лисичка ни на шаг не отходила от своего оборотня, а к ним уже спешили слуги, чтобы помочь перенести его в дом.

— Идёмте, уважаемая госпожа, а покажу вам ваши комнаты. У нас всегда наготове пара гостевых для особых гостей. Надеюсь, вы останетесь довольны. — отвлёк меня господин Леор от созерцания суетящейся Лины.

— Я не привередлива, господин Леор, уверена, что предложенные комнаты окажутся выше всяких похвал. И как часто у вас бывают особые гости? — поинтересовалась я с целью поддержать разговор.

— Довольно часто, — улыбнулся он в ответ, — у нас часто останавливаются торговые Мастера, да и представители других Гильдий тоже нередкие гости. Этот Дом предоставляет услуги не только как Дом Наслаждений, но и как гостевой дом. У нас даже есть специальный зал для переговоров и заключения сделок, над ним поработали лучшие маги, специально из Совета вызывали.

— Да вы что? Никогда бы не подумала. — искренне удивилась я. — Мне почему-то казалось, что такие Дома предназначены только для одного…

Произнеся эту фразу, я почувствовала, как жар смущения опалил мои щёки. Как бы мне ни хотелось казаться свободной в мыслях и словах, к сожалению, это было не так. Все разговоры на тему близости между мужчиной и женщиной, даже просто намёк на это, сразу вводили меня в состояние застенчивости и робости, так было раньше и, по всей видимости, осталось и по сегодняшний день. А ведь я думала, что избавилась от этого, приобретя печальный опыт отношений с Танариэлем, перешагнула эту ложную черту стеснительности. Оказывается — нет.

Господин Леор тактично сделал вид, что не заметил моего предательского румянца. Какой всё-таки прекрасный мужчина, он располагал к себе всё больше и больше, даже несмотря на заурядную внешность, даже на заурядную, а скорее ничем не примечательную, вызывал симпатию. Он был среднего роста, крепкого телосложения, каштановые волосы, слегка не достававшие до плеч, были тщательно зачёсаны назад, открывая низкий лоб, грубоватые черты лица и глаза, светло-орехового цвета, в которых светился незаурядный ум. Но я чувствовала, что начинаю испытывать к нему симпатию, не как к мужчине, а как к близкому родственнику или старому другу.

— Возможно, вы ещё не раз удивитесь и, надеюсь, это будут приятные впечатления. Я пришлю к вам слуг, они обо всём позаботятся, и через час я буду в вашем распоряжении.

Откланявшись, он стремительно удалился по коридору. Я даже и не заметила, когда мы успели зайти в дом и подняться по лестнице. С досады прикусила губу, я ведь хотела всё подробно рассмотреть, а в итоге ничего и не увидела.

Что мне мешает быстро освежиться и отправиться знакомиться с внутренним убранством Дома? Вот именно, что ничего. Значит, так и сделаю.

Представляю вашему вниманию господина Леора