Не всё проклятие, что им кажется (СИ)

Глава 16

Дальнейший путь прошёл в молчание, каждый погрузился в свои мысли. Я и Тар, то и дело бросали задумчивые взгляды на Оруша, который откровенно наслаждался свободой, ветром, ходьбой и ничуть не отставал от размеренного хода лошадей.

— На месте, — обрадовал нас Тар, спешиваясь перед небольшим домиком, выглядевшим откровенно плачевно.

Последнее пристанище на пути за грань. Стало обидно за девушек, которых выкинули сюда, словно ненужные и испорченные вещи. По сути, так и было, чтобы не говорила матушка Сиртинь о помощи и заботе, она продавала девушек как товар. И вот сейчас эти «поломанные игрушки» нашли своё место на свалке, иначе и не скажешь. В самом деле, зачем тратить дополнительные деньги на достойное содержание уже бывших работниц.

В этом домике всё было иначе, не так, как в Славске: всего лишь пара лекарей, даже не целителей, и пара сиделок, призванных облегчить последние дни больных, но никак не помочь.

Девушки располагались в трёх комнатах на плотно сдвинутых лежанках, буквально одна на одной. Стало не по себе, но и права судить у меня не было. Воздух был просто пропитан болезнью и сладковатым привкусом приближающейся смерти, оседая липкой паутиной на коже.

Тар довольно быстро уладил все формальности с лекарями, предъявив письмо матушки, и вскоре я осталась наедине с умирающими девушками.

На что я рассчитывала, приезжая сюда и забирая время у подвергшихся проклятию в Зелене, которого и так у них оставалось немного? Мне не давала покоя одна мысль, которая назойливо крутилась в голове, и которая настойчиво гнала меня сюда: три места — два проклятия и одна болезнь.

Почему болезнь? Нелогично как-то и совершенно не укладывалась в общую картину. Откуда она взялась? Если вспыхнула само по себе, то почему эта вспышка совпала с проклятиями? Почему так ко времени? Предположим, проклятия — это не только способ устрашения и демонстрации силы и возможностей неизвестных личностей, угрожающих матушке Сиртинь, но имеет место ещё и цель — энергия и сила, которые проклятия высасывают из своих жертв и … их же кто-то получает? Или нет? Склонна всё-таки предположить, что куда-то эта прорва энергии уходит. Куда? Да куда угодно — в магические накопители, в артефакты, на ритуалы… множество вариантов, но полностью отсутствует тот вариант, что такая прорва энергии останется бесхозной. Логика настойчиво указывала на то, что происходит куда более серьёзные вещи, чем просто запугивания несогласных, но думать об этом мне сейчас категорически не хотелось. Решила при первом же удобном случае посоветоваться с Велдраном, он подаёт дельные идеи, несмотря на свой невыносимый характер.

Накидывать на комнату полог тишины побоялась — помощь Велдрана мне сейчас не нужна, а так… мало ли что пойдёт не так, поэтому не будем лишний раз испытывать Судьбу.

Беглый взгляд на девушек ясности не внёс, их аур почти не было видно, но это говорило лишь о том, что передо мной действительно умирающие, с последней каплей жизненных сил. Никаких явных следов злонамеренной магии или проклятий я не увидела.

Неужели я зря сюда сунулась и возомнила о себе невесть что? Почувствовала себя королевским дознавателем? Что я здесь планировала обнаружить? В душе закипала злость на свою самоуверенность и глупость. Захотелось разнюхать какой-то заговор или раскрыть страшную тайну? Дура!

Для очистки совести не спеша прошла по всем комнатам, рассеяно скользя взглядом по некогда красивым девушкам. Не зря Элиза называет своих работниц «куколками», она в самом деле берёт к себе самых ярких и привлекательных молодых особ.

В самом углу лежала в прошлом роскошная брюнетка, но даже сейчас болезнь не до конца съела её красоту и взгляд, хоть и замутнённый болью, был вполне осмысленным и острым.

— Кто ты? Ты пришла помочь? — её шёпот был еле слышен, пришлось подойти ближе.

— К сожалению, не в моих силах вам помочь, — расстроенно покачала головой, не вправе давать ей даже тень надежды.

— Зачем тогда ты здесь? Или ты из тех, кто испытывает удовольствие, наслаждаясь чужими мучениями?

Меня передёрнуло от этих слов и стало так мерзко на душе, что захотелось развернуться и выскочить из этого места, но я упорно продолжала стоять и смотреть, не находя весомой причины для этого даже для себя.

— Нет, я не из таких людей. Меня наняла ваша хозяйка для помощи с приключившейся с бедой.

— И как? Помогла? — горькая ухмылка скривила её губы.

— В Славске — да… — тихо произнесла я.

— А нам уже никто не поможет, — сделала правильные выводы брюнетка и устало прикрыла глаза, словно окончательно принимая безысходность своего положения и смиряясь с ним.

Это движение настолько задело что-то глубоко внутри меня, что сама удивилась своей возникшей и непоколебимой: я обязана помочь этим девушкам, ещё не знаю как, но я помогу, сделаю для этого всё возможное и невозможное.

Думай, госпожа маг, думай. Если всё-таки моё первое предположение было верно и здесь имеет место проклятие, то почему его никто не определил и почему я не вижу его нити на девушках?

Значит так, начнём с самого элементарного — какие есть способы наложения проклятий? Словесно — это раз, при непосредственном контакте — это два, через проклятые предметы — это три. Есть ещё варианты передачи родовых проклятий, а также проклятые дома, места… но здесь точно не это. Остаются первые три варианты. Что это даёт? Ни-че-го!

— Милая, как тебя зовут? — пришлось повысить голос, дабы привлечь внимание брюнетки.

— Кариша…

— Кариша, вспомни, пожалуйста, что происходило до того, как у вас обнаружили болезнь?

Девушка вновь прикрыла глаза, словно погрузилась в сон, но я терпеливо ждала и дождалась.

— Ничего особенного, всё, как всегда. Проснулись мы к обеду, спать-то мы поздно ложимся, почти под утро, вот и наше утро наступает намного позже, чем у всех. Потом поели, поболтали, делами своими позанимались, а тут и лекари пришли на осмотр, тут-то всё и обнаружилось.

Она права, ничего необычного или странного.

— Глупость, наверное, но… — Кариша замялась, явно не решаясь продолжить, и я ободряюще улыбнулась ей, всем своим видом стараясь показать, что готова выслушать любую глупость: — на обед были какие-то странные ягоды, очень вкусные, но никто так и не смог вспомнить их название, вроде и знакомые, а вроде и не похожи. Мы ещё радовались, что матушка специально для нас заказала такие вкусности… дорогие, наверное.

— Ягоды были очень сладкие? — смутное подозрение поселилось внутри.

— Да, я таких никогда не ела, настолько вкусные, словами не передать, а ещё они были крупные и всем досталось ровно по одной, вот поэтому мы и решили, что они наверняка немалых денег стоят.

Посмотрите только, какая предупредительность, чтобы всем досталось ровно по одной.

— Внутри этих ягод была небольшая мягкая косточка? — у меня начали зарождаться нехорошие подозрения.

— Да, — едва заметно кивнула она на мои слова, — Рона ещё её раскусила, а там внутри сок и малюсенькое зёрнышко, тоже вкусное, кисленькое такое, вот мы и съели всё подчистую.

Я в ужасе схватилась за голову. Ещё бы всё не съели, более чем уверена, что на этих ягодах было заклинание принуждающие доесть их до последней крошки после первого же взгляда на них. И именно в этих крошечных зёрнышках и скрывалось проклятие и вовсе не больны девушки — они прокляты «Мёртвой плотью». Мерзкое проклятие, заставляет гнить человека изнутри и, что намного хуже, так просто его не снять. Я встречала упоминания о нём в исторических хрониках, страшная была история.

Была в своё время на задворках герцогства Гороград деревенька Скальная, почти у подножья Неприступных. Обычная такая деревенька, с одной её стороны горы, с другой — лес. Жили не то чтобы в достатке, но и не впроголодь. Глушь ещё та, правда. Поселилось там семейство оборотней, из куньих, эти-то домовитые и хозяйственные, а девушки у них просто красавицы. Что выгнало их из собственных земель и почему осели они в Горограде, а не в Зверьграде, что на границе с территориями оборотней, неизвестно, но и дело не в этом. Поселилось, значит, это семейство в Скальной — муж, жена и две дочери, дивные красавицы. Вот и начали парни местные на юных куниц заглядываться, а сын старосты деревенского даже сватов заслал. Только не учли они одного, что девушки из рода куниц сами себе всегда суженых выбирали, а не наоборот, вот и дали посланцам с гостинцами от ворот поворот. Жених обиды такой не стерпел и решил отомстить. Подговорил он своих дружков, и заловили они молоденьких куниц в лесу, когда те за ягодами пошли. Не помогла девушкам ни ловкость, ни сила, ни изворотливость оборотническая, словили их, и попользовали дружки жениха несостоявшегося по очереди, а сын старосты первый везде был. Отец нашёл своих дочерей только под утро следующего дня, и это были не его красавицы, а два поруганных и жутко выглядевших хладных тела. Нет беды хуже для родителя, чем смерть собственного ребёнка, тем более такая. Отец словно с ума сошёл, взвыл и бросился в деревню, да по запаху успел только двоих найти, прежде чем его крестьяне самого на вилы подняли. Жена его исчезла в тот же день и тела двух дочерей с собой забрала и не искал их не кто — были чужие и нет чужих, кому какое дело. Только с того дня все ягоды стали в окрестностях чудо как хороши: сочные, вкусные, сладкие… ешь-ешь и наесться невозможно. Да неспроста всё это, беда приключилась со всеми, кто ягодами этими лакомился и неважно было взрослый-то, али ребёнок, проклятие «Мёртвой плоти» не делало различий, как и мать-куница, жестоко отомстившая за страшную смерть своих дочерей и мужа. Чего там накрутила оборотница неизвестно, но как только её месть свершилась — вымерло всё село, так и ягоды в той местности стали самые обычные.

Бороться с этой заразой можно. Первым делом нужно вывести предмет с привязанным к нему проклятием из организма, сложность была в том, что эта гадость намертво переплеталась с жизненными нитями изнутри и выцарапать его оттуда было практически невозможно.

— Кариша, ты жить хочешь?

— Глупый вопрос, госпожа, конечно, хочу, — девушка посмотрела на меня, как на дуру и я была с ней в чём-то согласна.

— У меня есть одна мысль, как можно вам помочь, но это лишь предположение, и я не могу гарантировать положительный результат.

— Лучше уж такой шанс, чем никакого, — в её глазах появился проблеск слабой надежды.

— Вот и чудненько, значит, попробуем. Скоро вернусь.

Выйдя из комнаты, повертела головой по сторонам, в поисках лекарей, но в зоне видимости никого не было, только в одной из комнат слышался приглушённый разговор. Направилась туда я не прогадала. Оба лекаря и сиделки были тут и пили чай. При моём появлении синхронно вскинули головы и уставились одинаково любопытными взглядами.

— Ну что скажете, госпожа Сандр? Есть какие-то идеи? — иронично протянул один из них, довольно пожилой мужчина с умным, но каким-то уставшим, взглядом карих глаз.

— Есть кое-какие соображения, — вполне серьёзно заявила в ответ, стараясь не обращать внимания на его тон.

— Неужели появился способ излечить больных чёрной болезнью? — насмешливо протянул второй, более молодой и нагловатый представитель славой Гильдии лекарей. — Вы слышали это, господин Тарен? Мы станем свидетелями чуда.

Две женщины, те, которые сиделки, тут же разразились угодливым хихиканьем на его слова.

Так, здесь всё понятно — этот молодой и не в меру наглый определённо звезда у местных дам, а женщины тут явно не для того, чтобы заниматься своими прямыми служебными обязанностями и облегчать страдания больных, а потому что работа не особо пыльная, платит матушка Сиртинь щедро и спроса никакого с них не будет, приглядывают-то они за обречёнными, без малейшего шанса на поправку, и жалоб, соответственно, за ненадлежащий уход ни от кого не последует. Для себя решила, что если здесь и можно с кем-то разговаривать, то только с господином Тареном.

Намеренно проигнорировав слова молодого лекаря и противный смех сиделок обратилась непосредственно к Тарену.

— Господин Тарен, вы слышали когда-нибудь и проклятие «Мёртвой плоти»? — склонила я голову набок, с любопытством следя за его реакцией.

— Да, слышал, это одно из старых проклятий, и о нём давно ничего не было слышно, да и в те времена его-то нечасто накладывали, сил-то оно требует немерено, — удивлённо вскинул он брови на мой вопрос. — Тут либо сильная ведьма нужна, либо талантливый проклятийник, а о них уже лет триста-четыреста ничего не слышно, были, да перевелись все. Вы сейчас пытаетесь намекнуть, что у девочек может быть это проклятие? Маловероятно, даже невозможно! — категорично закончил он свою речь.

И столько в его словах было снисхождения и пренебрежения, недоверия и насмешки, что мне сразу расхотелось быть любезной и что-либо вообще им объяснять, только зря время потрачу.

Они ведь абсолютно уверены в своей правоте, а меня и вовсе не расценивают, как серьёзного собеседника. Припёрлась тут какая-то девица и чушь несёт почтенным господам, от дел важных отвлекает.

— И ещё, если мне не изменяет память, в истории не было ни единого случая, когда это проклятие удалось бы снять, — снисходительно уточнил господин Тарен, явно желая побольнее уязвить меня.

— Всё верно, господин Тарен, но моё предположение мы всё-таки проверим.

— Напрасная трата времени и сил, — хмыкнул он в ответ, всем видом демонстрируя, что он думает по поводу моих слов и предположений. Да плевать он на них хотел.

— Ничего, значит, потратим, — мило улыбнулась в ответ. В мою пользу говорили весомые аргументы в виде писем матушки Сиртинь — мои распоряжения будут выполнять, как миленькие, таков её наказ. — Мне необходима пустая комната с кроватью или чем-то, куда можно будет уложить пациента. Туда следует перенести девушку по имени Кариша, и чуть позже мне понадобится помощь сиделок.

— Вы собираетесь проводить какие-то эксперименты? — тут же встрепенулся молодой лекарь. — Учтите, мы немедленно сообщим в Совет Магов.

— Всё в рамках моей практики, если вы что-то понимаете в снятие проклятий и тёмного воздействия, то милости прошу, можете находиться при мне неотступно, — хмыкнула я на эту грозу. Вот гадёныш плешивый, пугать он меня вздумал… ладно, мужчина был далеко не плешивым, но гадом отменным.

— С удовольствием воспользуюсь вашим разрешением, — с вызовом во взгляде заявил он.

В ответ я лишь пожала плечами. Да пожалуйста, мне не жалко. Его право. Могу даже больше сказать, в чём-то я его понимала. Мне бы тоже не понравилось, если бы кто-то заявился на мою территорию и начал умничать, но принять его позицию категорически не могла. Сейчас речь шла о жизни людей и все свои принципы вместе с гордостью можно на время задвинуть куда подальше. Если окажусь права я, мы спасём девушек, если же нет, то я безоговорочно стерплю все их издёвки и злорадство, непременно последующие за моим возможным фиаско, но и не проверить свою догадку я просто не могла.

Мои распоряжения… нет, их не бросились выполнять сразу… лекари и сиделки показательно медленно и неохотно покидали комнату, то и дело бросая на меня недовольные взгляды, особенно старались женщины. К их разочарованию такие взгляды на меня не действовали. Дверь, дружно покинувшей комнату сплочённый коллектив, оставил открытой. Да и ладно. Замерла на минуту, переводя дыхание и вознося молитвы всем известным Богам сразу, искренне надеясь, что моя задумка сработает. Уверенным шагом подошла к окну, поставила свою бесценную сумку на подоконник и выудила из неё обычный порошок для прочистки желудка, слабительное, проще говоря. Взяв с буфета чистую чашку, плеснула в неё уже остывший чай. А теперь, развернуться спиной к двери, так, чтобы никакой любопытный нос ничего не разнюхал, и добавить пару капель своей крови в чай. Вот она — моя надежда на удачу. По-простецки засунув палец в рот, стала прикидывать сможет ли это сработать. В теории должно. Если моя кровь уничтожает проклятия, то и сейчас она должна разрушить эту связь изнутри, а слабительное просто выведет зёрнышко наружу. Вот и весь секрет. Но это лишь мои предположения, как оно получится на самом деле одним Вечным известно. Подумала-подумала и добавила ещё пару капель крови в чашку… так, на всякий случай, чтобы уж точно наверняка.

— Всё готово, госпожа маг, — кто-то из сиделок позвал меня из коридора, даже лично зайти не удосужились, а ещё переживала, что они разнюхивать что-то будут… вот я наивная.

Усмехнувшись на такое явное пренебрежительное отношение, повесила сумку на плечо, с ней я теперь ни за что на свете не расстанусь и, подхватив чашку с чаем и пакетик с порошком, отправилась на голос.

Комнатка, которую выделили для моих безумных и противозаконных экспериментов, была совсем крошечная — узкая кровать и стул, вот и всё убранство, ещё был небольшой пятачок свободного пространства, на котором и собрались все желающие проследить за моим провалом… ну, по их мнению. Хотя где-то внутри точил зубки и мой червячок неуверенности, который я старательно игнорировала, впрочем, как и волны недовольства, злорадства и неприятия, исходящие от окружающих. Рада мне здесь была лишь одна Кариша, и ей же я постаралась ободряюще ей улыбнуться.

Место было катастрофически мало, не развернёшься, поэтому я с чистой совестью всучила всё, что было у меня в руках молодому и наглому лекарю:

— Это слабительное, это чай, разводите.

Боятся мне было нечего, кровь он никак не унюхает в чае, а порошок сделан на основе листьев сенны и коры крушины, их все знахари и аптекари используют. Вот и пусть пробует, мне не жалко.

Недоверчивый лекарь тут же сунул туда свой длинный нос, даже щепотку порошка растёр между пальцами, понюхал и на язык попробовал. Лицо его разочарованно вытянулось, я же в душе торжествовала. Ну-ну, господа лекари, я ещё полюбуюсь на ваши физиономии, когда у меня получится вытащить девочек из-за грани.

Лекарь развёл порошок и вернул мне чашку. Со всем возможным удобством разместившись на единственном стуле, благосклонно приняла её, поблагодарив пренебрежительным кивком, так мой младший брат Мартэль всегда обращался со слугами, он их и за людей-то не считал.

Прикрыла глаза, стараясь отрешиться от окружающего мира, и воззвала к своей силе, открываясь ей: «Привет, моя хорошая. Помоги мне. Давай поработаем вместе. Не для себя прошу, для других, помоги исправить причинённое зло. Давай вместе сделаем это мир чуть лучше. Ты и я». Привычная и такая родная волна тепла разошлась по телу, собираясь на кончиках пальцев, словно чувствуя, словно зная, куда и как нужно. Постаралась мысленно отпустить её и направить в чашку, которую зажимала в ладонях. Никогда такого не делала, но хотелось верить, что у меня получилось. Как же хотелось верить, что все будут жить.

— Кариша, это нужно выпить, — я аккуратно приподняла её голову и поднесла чашку к потрескавшимся губам, — Пей, нужно выпить всё, до дна.

Кариша послушно выпила насыщенный моей магией и кровью чай.

— Вот и умница, — я непроизвольно погладила её по волосам, будто успокаивая маленького ребёнка. — Скоро начнёт действовать, и мы посмотрим, получилось или нет.

— Вы вправду рассчитываете, что слабительное поможет вылечить «чёрную болезнь»? — едко поинтересовался всё тот же молодой и неугомонный лекарь, а его старший коллега лишь смотрел задумчиво, но никак не комментировал мои действия, и на том спасибо.

— Уважаемый, — я опять всучила ему чашку, уже пустую, пусть он хоть на что-то сгодится, — я практикующий маг и ваша пациентка выпила не просто слабительное. Для анализа мне нужно будет весь материал, так что подготовьте соответствующую тару. Позовёте меня, когда средство даст эффект.

Неспешно с высоко поднятой головой я вышла из комнаты и, гордо неся себя по коридорам, распахнула входную дверь, впуская свежий воздух. Как же хорошо, словно дверь в другой мир открыла. За моей спиной был мир, полный безнадёжности, обречённости и боли, а перед моими глазами раскинулся совершенно другой мир — полный жизни, ярких красок и чувств.

— Что там, Рия? Твои мысли подтвердились? — крикнула Лина, которая настолько удобно расположилась под деревом на мягкой траве, что даже не поднялась навстречу, лишь рукой помахала приглашающе.

Место для ожидания она и впрямь выбрала преотличное, тень от деревьев очень удачно защищала от солнечных лучей, стелясь по траве, которая выглядела настолько привлекательной, что я без раздумий приземлилась рядом с лисичкой.

— Пока не знаю, Лина, сейчас немного подождём и узнаем точно. Как здесь ребята? Поладили? — кивнула я на Тара с Орушем, что-то увлечённо обсуждающих около лошадей.

— Похоже на то, — подтвердила она, задумчиво пожёвывая травинку и не спуская глаз с оборотня. — Знаешь, Рия, я, кажется, в него влюбилась… и боюсь этого.

Я не стала напоминать ей, что она всё ещё под «Стазисом» и пока не может испытывать чистых эмоций, без влияния проклятия, и просто переносит имеющиеся чувства на новый объект.

Поэтому сказала я совершенно другое:

— Давай сегодня вечером попробуем снять с тебя проклятие.

— Потерплю, Рия, потерплю ещё. Ты же опять магию применяла, бледная вся, так ты никогда не восстановишься.

— Когда-нибудь точно приду в норму, — доставая очередное восстанавливающее из сумки, равнодушно пожала плечами в ответ.

— Угробишь ты себя раньше, уж прости за грубость, — неодобрительно покачала головой она на флакончик в моих руках.

— Ничего, всё нормально, — на миг прикрыла глаза, и на такой же миг была готова согласиться с ней. Внутри меня нашёл себе укромный уголочек страх не справиться со всем этим, не справиться не потому, что не хватит знаний, с этим Велдран поможет, у него их хоть отбавляй, а потому что не хватит сил. — Всё будет хорошо, Лин.

— У кого-то точно будет, — буркнула она в ответ.

— У нас, Лина, у нас.

Закончив эти непонятные препирания, мы замолчали, а я задумалась, стоит ли рассказать о своих подозрениях или нет? С одной стороны — сейчас Лина и Тар самые близкие мне люди, а с другой стороны — не втяну ли я их в огромные проблемы? Если умолчать, не осудят ли они тогда за недоверие? Представив себя на их месте, подумала, что мне было бы обидно. Как же сложно решить, как лучше для другого, если не знаешь, как лучше для себя.

— Ладно, Лин, это всё мелочи. Скажи мне лучше вот что. Вы же с Таром общаетесь более тесно… — она с интересом посмотрела на меня и неуверенно кивнула, будто опасаясь моего осуждения. — У тебя же сложилось о нём какое-то мнение? Что он из себя представляет?

— Ты же не имеешь на него никаких видов? — озадаченно уточнила она, заставив рассмеяться на её необоснованные тревоги.

— Лина, ну какие к Вечным, планы? Тар, несомненно, привлекательный мужчина, но он не мой герой, да и не ищу я никого, не нужно мне это, — и к собственному удивлению поняла, что говорю чистейшую правду, даже непонятные волнения при воспоминании Леора исчезли, да и не вспоминается он совсем.

Судя по глазам лисички, она и так это знала, но не спросить не могла:

— Тар он верный и надёжный, если нанялся, то жизнь отдаст за господина, но работу свою выполнит. Не предаст, не обманет, да и не в волчьем это характере. Это мы, лисьи, ещё можем поюлить и поизворачиваться, туману нагнать, кружев наплести, но и мы с близкими признаём только полное доверие и честность.

Я мысленно похвалила себя за решение рассказать им обо всём. Настораживало только, что Тар находился на службе у матушки Сиртинь и её роль во всём этом была не ясна. Да, её девочки пострадали, да, она несёт убытки и старается спасти всех, кого можно, но ведь это может быть и продуманным ходом, или обманкой, или… да кто его знает чем ещё. Я никогда не была сильна ни в интригах, ни в тайнах, ни в заговорах, а складывающаяся ситуация даже моему неискушённому уму совершенно не нравилась и настораживала.

— Жаль, что не получится выкупить его контракт, денег у нас не хватит, а довериться ему нужно, — тяжело вздохнула, как же всё непросто.

— Ты думаешь, могут быть проблемы от Элизы? — сразу уловила мою мысль Лина.

— Не знаю, — честно призналась я и вот это неопределённость бесила больше всего.

Велдран на моей талии не подавал признаков жизни, а мне как никогда была нужна сейчас его поддержка и совет. Подумала, что о нём рассказать тоже стоит. Снова посмотрела на Оруша с Таром, орку, скорее всего, придётся присоединиться к нашей дружной компании. Да, решено, сегодня же поговорю со всеми, только сначала возьму с них клятву о неразглашении... для безопасности.

Как только эта мысль сформировалась окончательно, стало намного спокойнее. Словно решение проблемы уже было найдено, да и самой проблемы как таковой не было, а я сама себя накрутила, видя страшные события и связи там, где их нет. Окончательно определившись со своими дальнейшими действиями, я почувствовала прилив сил и энергии, будто уже разделила давивший на меня груз предположений на всех, и стало легче.

Хотелось действовать и, словно вторя моим мыслям, из домика показалась сиделка. Вот и отлично.