Право выжить. Исход.

Глава 15: Гроза

Я почувствовал, как от слов Доктора по телу разливается волна облегчения. Все же, будем держаться вместе! Это хорошо, а то я уже мысленно подготовил себя к походу в одиночку, хотя здравый смысл и подсказывал, что соваться в джунгли одному не стоит. Как говорится — вместе веселее! Ну и безопаснее, само собой.

— Одумайтесь, Константин Павлович! — схватился за голову Дед. — Вам тяжелее всех придется. Не дай бог, что-нибудь в дороге случится, вы же первый и свалитесь!

— Во всяком случае, свалюсь я там, где сам того захочу, — ответил Доктор и твердо добавил: — Я за себя решил.

Я посмотрел на Сашу, и она ответила мне робкой улыбкой. А ведь хорошая девушка, добрая, открытая и к тому же красивая. Волосы у нее густые, лицо овальное, с правильными чертами. Только подбородок чуть выступает, но это ее совсем не портит, даже наоборот, придает какую-то изюминку. Фигура у нее спортивная, а если присмотреться, то и грудь ничего. Размера, эдак, второго…

Тьфу ты, занесло! И о чем я только думаю? Машу уже забыл? Моча в голову ударила?! В общем, Саша мне понравилась, в отличие от своей подруги, которая была полной ее противоположностью. Худенькая, маленькая тихоня. Мышка, одним словом. Правда мордашка у нее смазливая, если присмотреться.

Семен меня, кстати, опять удивил. Сидит сейчас рядом с двумя, молодыми и привлекательными девушками, глушит себе чай потихоньку и хоть бы раз на них взглянул! Вроде бы нормальный мужик средних лет, а реакции ноль!

Интересно даже, это он так хорошо притворяется, или девочки ему совсем по барабану? И если первое просто подозрительно, то второе уже хороший повод задуматься о безопасной дистанции. Особенно по ночам.

— Когда выдвигаться будем? — Недовольный голос Деда оторвал меня от размышлений. Обращался он ко всем, но ответил я.

— Для начала надо собрать и распределить наши пожитки, затем отдохнуть, как следует. Ну, а выходить по любому с самого утра нужно, чтобы побольше светлого времени урвать.

Все было ясно и предельно понятно. Вопросов никто задавать не стал и как только чай был допит, мы сразу же принялись за работу.

Это только кажется, что собраться в поход на несколько дней просто. Бери все что надо, суй в рюкзак и в путь! Однако на деле все куда сложнее!

Лично мне, во время прогулки по тоннелям рюкзак всю спину отбил. А ведь шел я пару часов от силы, да и груз там был ерундовый. Теперь же нас ожидает по-настоящему длительный поход, и нести предстоит несоизмеримо больше!

Все необходимое мы стаскивали в центр платформы. В первую очередь туда перекочевали запасы еды и воды. Взяли все, а это четыре коробки сушек с сухариками, мешок булок, канистра с водой плюс то, что осталось от запасов покойной Натальи.

Вышло много. Очень много! Но оставлять хоть что-нибудь было жалко. Не ясно ведь, где мы будем брать еду в дальнейшем.

Возможно, это глупо, и мы прекрасно обойдемся дарами леса. Будем стрелять зайцев да корешки с ягодками собирать! Не знаю, правда, не сожрет ли местный заяц нас самих, и не траванемся ли мы незнакомыми плодами. Во всяком случае, ставить подобные эксперименты на себе я точно не стану. Увольте!

Помимо еды, у нас было еще много других вещей. Чайник, куртки, ботинки, фонарики, пара топоров и ломов, ведра и еще множество всякой житейской мелочи, без которой ни один цивилизованный человек не протянет и дня.

Казалось бы, зачем все это надо? Хватило бы и того, что на нас надето, а уж кухонная утварь в домах точно найдется. Но Дед уперся рогом и с пеной у рта отстаивал каждую рубаху.

— Это же одежда! — вбивал он в наши глупые головы. — Кто ее шить потом будет, а? А обувь-то, обувь! Вот износите ботинки и что потом? Босиком пойдете? Если рубаху сшить еще как-то можно, то ботинки тебе кто сладит? Хорошая обувь, она всегда в цене будет!

И так далее, и по каждой мелочи. Была бы возможность он, наверное, и поезд бы с собой прихватил, на запчасти.

Хотя, правда, конечно, на его стороне. Образ жизни, навязанный нам так называемой цивилизацией, делает нас весьма невнимательными к такому, казалось бы, естественному процессу, как производство. Надо обувь? Иди в обувной магазин! Износилась рубашка? Всевозможные бутики к вашим услугам! И при этом редко кто задумывается, откуда все это в магазинах берется.

Вот и сейчас. Из всех нас только Дед сообразил, что одежда важна ничуть не меньше еды и воды. Просто понадобится она нам не сразу. Кроме того, в будущем одежду и обувь можно будет обменять на ту же еду и воду, если останутся те, у кого выменивать, конечно…

Работа кипела. Сбор пожитков занял на удивление много времени, но часа через два, основная масса груза все-таки была собрана, и оставалось ее только распределить. Девушки вместе с Доктором ушли в вагон, как он выразился на лекцию, оставив нас разбираться с этой проблемой своими силами.

— Дааа… — задумчиво протянул Дед, глядя снизу-вверх на собранную нами кучу вещей.

— Многовато как-то, — почесывая затылок, посетовал Игнат.

Мы с Семой промолчали. Кучка и вправду получилась знатная! На своем горбу все это утащить будет ой как непросто!

— Носилки нужны, — сказал Дед, и мы дружно закивали, поддерживая его идею.

Вооружившись топорами, Дед с Игнатом отправились наверх нарубить сучьев и веток для будущих носилок. Мы же с Семой остались внизу. Я приказал ему стеречь вещи, а сам тихонько подкрался к вагону и стал подслушивать, о чем таком важном Доктор читает лекции девочкам.

По правде говоря, я был абсолютно уверен, что он просто травит байки о своей бурной молодости, и каково же было мое удивление, когда я эти байки услышал! Анатомия. Оказывается, все это время Доктор обучал первых в этом мире врачей.

С этого момента, мое уважение к старому врачу возросло многократно. Будучи человеком преклонного возраста и к тому же весьма нужной профессии, он вполне мог потребовать к себе особого отношения и повышенного внимания. Но вместо этого, решил безвозмездно передать свои знания следующему поколению.

Не менее мудрым шагом было выбрать в ученики именно девушек. В этом суровом мире мужчины всегда будут при деле. Защита и добыча еды ляжет на наши плечи, оставляя женщинам, если они, конечно, не специалисты по выживанию, самую грязную работу. Человека же, обладающего познаниями в медицине, никто в прачки да поварихи не определит.

Ко всему прочему, судя по широкой улыбке старика, сам процесс обучения доставлял ему огромное удовольствие. Вот так, трех зайцев одним выстрелом и убил! Я не стал им мешать и тихо вернулся к Семену.

А тот стоял, засунув руки в карманы, и с интересом наблюдал за спускающимся по эскалатору Дедом. Промокший насквозь, он тяжело ступал по ступеням, держа в каждой руке по большому пожарному ведру, которые, судя по раскрасневшемуся лицу старика, были отнюдь не пусты. Даже отсюда я хорошо различал его тяжелое дыхание.

— Чего уставились? Помогайте! — прикрикнул он, спустившись, наконец, вниз. — Уроню ведь сейчас…

Мы с Семой подбежали к нему и подхватили каждый по одному ведру. Облегченно вздохнув, Дед распрямился, размял плечи и направился к сваленным в кучу вещам.

— Сейчас переливать будем, — сообщил он нам, вытаскивая из кучи канистру.

— А Игнат где? — осведомился я, приблизившись к старику.

Ведро я держал на весу, крепко сжимая дужку обеими руками. Сема поставил свое ведро рядом со мной и отошел в сторонку, как бы демонстрируя, что в процессе переливания он участвовать не собирается.

— Ветки для носилок готовит, — ответил Дед.

— Сюда понесет?

— Нет, наверху их собирать будем.

Дед отвинтил пробку и поставил канистру передо мной. Затем он вытащил из груды одежды рубашку, сложил ее в два слоя и аккуратно приложил к отверстию.

— Хоть немного отфильтруем, — пояснил он и скомандовал: — Лей!

И я стал переливать воду. Медленно и аккуратно, стараясь не пролить ни капли. Канистру, чайник и бутылки удалось наполнить доверху, а оставшейся водой мы с Семой быстро умылись, по очереди помогая друг другу. Дед от умывания воздержался, но ему и не надо, помылся уже!

— Льет? — спросил я, кивнув на эскалатор.

— Как из ведра! — Кивнул головой старик.

— Хоть с водой проблем не будем.

— Это да!

Он поежился и громко чихнул.

— Пойду-ка я, что ли, опять поставлю.

Дед взялся за опустившие ведра, но я перехватил их и потянул к себе.

— Хватит с тебя! Переоделся бы лучше да обсушился, а то заболеешь, и Доктор на тебе будет девочек учить. Я схожу.

— Девочек я и сам много чему научить могу, — усмехнулся тот, но ведра отпустил. — И не жалко тебе одежду мочить?

— Я уже почти неделю не мылся, да и одежду постирать не помешает. Совмещу полезное с приятным!

— Ну, давай!

Наверху бушевала гроза! Я понял это еще на лестнице, которая представляла собой самый настоящий водопад. Вода пенилась, стекая по ступенькам, и исчезала в решетках канализации. Даже не знаю, куда она там дальше девалась. Ведь по сути канализации уже нет. Точнее есть, но не здесь, а там. В мире, откуда мы пришли. А может все-таки здесь? Было бы неплохо! А то этим дождиком нас и без моря затопит.

Промок я мгновенно. Дождь даже не лил, а стоял сплошной стеной. Мощные порывы ветра били мне в спину, и мне приходилось прилагать немало усилий, чтобы устоять на ногах. А ведь это еще под прикрытием деревьев! Не будь их, меня бы, наверное, просто-напросто сдуло. Я попытался представить, что сейчас творится с морем и еще раз порадовался, что мы туда не пойдем.

Все небо было затянуто тучами, отчего оно стало черным как ночью. Я запрокинул голову, стараясь разглядеть в этом черном океане хотя-бы намек на просвет. Дождь нещадно хлестал меня по лицу, заставляя щурить глаза. Ни солнца, ни неба я не обнаружил, зато отчетливо увидел, как ветер гнет верхушки деревьев. Казалось, еще чуть-чуть, и они сломаются, не выдержав его чудовищного напора.

Полыхнула молния, прочертив в небе зигзаг. Спустя секунду раскатисто ударил гром. Ну и погодка! В самый раз фильм ужасов снимать. Про зомби, например. Вновь полыхнула молния, на сей раз ее разряд пошел горизонтально вниз и ударил куда-то в лес. Довольно близко, кстати. Так близко, что я отчетливо различил с той стороны шипение и треск.

Мне очень захотелось кинуть ведра и спуститься вниз в теплое и сухое метро. Я с трудом пересилил этот порыв и направился к деревьям, с веток которых толстыми струями стекала вода. Установив ведра, я закрепил их, вдавив поглубже в грязь. Отошел, посмотрел. Ведра стояли крепко.

Ну что ж, полезное дело сделал, осталось приятное! Я быстро стащил с себя одежду и огляделся в поисках чего-нибудь тяжелого, чем можно было ее прижать. Неподалеку от меня лежало бревно. Точнее целый ворох бревен, которые, судя по всему, натаскал Игнат. А сам-то он, кстати, где?

Поблизости я его не видел. Сходить поискать что ли? Да ну, черт с ним. Мужик он взрослый, сильный и вроде не совсем глупый, к тому же вооружен. Не пропадет!

Одежду я запихал под бревно, после чего стал усиленно растирать себя руками, стараясь смыть слой пота и грязи. Эх, мыла бы еще не помешало, но и так сойдет. Все же душ без мыла лучше, чем мыло без душа!

Ветер крепчал с каждой минутой, и мне все трудно было устоять на одном месте. Я яростно тер кожу, от холода покрывшуюся мурашками, мыл засаленные волосы. Вскоре я так замерз, что у меня зуб на зуб не попадал. Я понял, что если пробуду здесь еще немного, то простуда мне будет гарантирована.

Быстро сполоснув одежду, я начал было одеваться, но остановился, сообразив, что внизу по любому придется все это снимать. Послав к чертям этику, я свернул одежду в узел и пошел как есть, в одних труселях.

У входа в метро я наконец-то увидел Игната. Он двигался мне на встречу, и был одет точно так же, как и я, то бишь в трусах поверх костюма Адама. На плече у него покоились два топора. Их он придерживал правой рукой, а левой прижимал к себе ком мокрой одежды.

— Ккак тебе ддуш? — стуча зубами спросил я, когда мы вместе стали спускаться по лестнице.

— Оффигеть, — ответил он, также выбивая зубами дробь, — ддавно хотелось, помыться.

— Это точно, — согласился я, и мы понимающе переглянулись.

Босые ноги шлепали по мокрым ступеням. Чвяк, чвяк, чвяк…

— Я там бревна видел, это ты натаскал?

Игнат кивнул.

— Я.

— В одиночку?

— А чего там носить? Делов-то!

— Быстро просто.

— Ну, так рубить и не пришлось почти, — пожал он плечами. — Ураган за меня всю работу сделал.

— Кстати, как думаешь, нас не затопит?

— Если и затопит, то не сразу.

— Значит, успеем сбежать?

— Однозначно.

У меня отлегло от сердца, и я зашагал быстрее.

Внизу горел костер. Это еще при спуске было понятно, по дыму, что веял над нашими головами. Возле огня, закутавшись в куртку и с кружкой горячего чая, восседал Дед.

— С легким паром! — шуточно отсалютовал он нам кружкой. — Присаживайтесь!

Мы с радостью воспользовались приглашением.

— Дрова откуда? — спросил я, грея руки у самого огня.

— У Семена запас был, — ответил Дед, прихлебывая из чашки. — Но это последние, так что ловите момент!

Вещи мы разложили на прямо пол, поближе к костру, затем приняли из рук невесть откуда взявшегося Семы по кружке чая и с наслаждением стали ловить этот самый момент.

— Ну и погодка, — завел разговор Игнат. — Часа два уже льет, а утихать и не собирается!

— Если так и дальше пойдет, — наклонил голову Дед. — То скоро там будут болота и нам придется ждать, пока земля высохнет.

Я не вмешивался в их разговор, молча наблюдая за тем, как горит костер. Не то, чтобы я из солидарности предоставил старшим слово, просто лень было отрываться от теплого чая и созерцания огня. Очень уж умиротворяющее состояние.

— Дай бог, чтобы болото не стало озером, — продолжал говорить Игнат. — Лодки-то у нас с собой нет!

— А ты тогда плот смастеришь, — усмехнулся Дед. — Бревна то уже собрал!

— Труд надо разделять поровну, — покачал головой Игнат. — Раз я бревна таскал, то плот пусть кто-то другой делает.

— Самый молодой и сильный? — предложил Дед.

— Самый молодой и сильный! — согласился Игнат.

Они выразительно посмотрели на меня, а я лишь вяло отмахнулся.

— Ну, вас в баню с вашим плотом. Так гребите!

— Да, в баню было бы неплохо! — тоскливо вздохнул Дед. — Да где ж ее сейчас возьмешь!

Медленно тянулось время. Наши кружки давно опустели, а одежда успела высохнуть. Но мы не замечали этого, продолжая сидеть возле угасающего огня и тихо говорить о пустяках под шум бушующей наверху грозы.

Дождь не проходил целых четыре дня подряд. Первые два дня он лил с прежней силой. На третий день небо все еще оставалось черным, но ветер слега поутих и уже не грозил вырвать весь лес с корнями.

Время от времени мы выходили, чтобы набрать воду, хотя все найденные емкости уже были заполнены. Когда переливать воду стало некуда, Саша подала идею устроить большую стирку. Сема как настоящий волшебник, достал из кармана большой кусок желтого хозяйственного мыла и торжественно вручил его нам.

Мыло, как оказалось, он еще раньше взял в подсобке, и нам оставалось лишь благодарить небеса, что он сообразил это сделать. Заходить туда сейчас никто бы, наверное, не отважился.

Несмотря на слова Игната, электричество пока не пропало. Видимо расход был куда меньше планового. Однако я заметил, что свет ламп заметно потускнел, а значит аккумуляторы скоро прикажут долго жить.

Лишь на четвертый день, ближе к полудню, в погоде, наконец, наметились улучшения. Небо начало светлеть, а дождь слабел с каждой минутой. Это была последняя возможность, чтобы помыться. Доктор и Сема от душа отказались, ограничившись обливанием из ведра, а вот девушки засобирались наверх.

Мы с Дедом и Игнатом отправились вместе с ними, охранять. Выстроившись в подобие треугольника, мы отвернулись от девушек и стали ждать. Минут пять я разглядывал деревья перед собой, и отчаянно боролся с желанием оглянуться. Потом, все же не выдержал и украдкой бросил взгляд через плечо.

Это движение не осталось незамеченным, и в спину мне полетел ботинок. Кое-как увернувшись, я вновь уставился на деревья, но сзади еще долго не утихал возмущенный ропот.

До самого вечера обе девушки демонстративно меня игнорировали, а на все попытки извиниться лишь возмущенно хмыкали и спешили отойти подальше.

— Ну и как, стоило оно того? — спросил Дед, насмотревшись на мои мучения.

— Не знаю, — пожал я плечами и не без горечи добавил: — и это самое обидное.

Глаза старика удивленно округлились.

— Неужели ничего не видел?

— Совершенно!

— А ты им об это сказать не пробовал?

— А чем я, по-твоему, весь день занимаюсь? — посетовал я. — И слушать не хотят! Неужели я это заслужил?

Дед от души рассмеялся и похлопал меня по плечу.

— Заслужил! И скажу тебе на будущее, когда в следующий раз соберешься подглядывать за девками, знай — попадаться нельзя!

Ближе к вечеру, когда я уже совсем отчаялся заслужить прощение, ко мне подошла Саша и без слов отвесила увесистый подзатыльник.

— Знаешь, за что? — спросила она.

— Знаю, — ответил я, потирая голову. Рука у девушки оказалась на удивление тяжелой.

— Не делай так больше!

Я поднял руки вверх, в примирительном жесте.

— Не буду!

— Тогда прощаем. Но теперь ты наш должник!

Ввязываться в споры по поводу того, кто там чей должник, я не стал. Разобрались и ладно! А вообще, это скорее они мне должны, за спасение от Петиной банды. Хоть в благодарность за это могли бы простить!

Впрочем, может, поэтому и простили.