Право выжить. Исход.

Глава 29: Дракон

Рассказывал Дед долго, и делал это весьма мастерски. Где-то сократил, немножко приукрасил, а про что-то и вовсе умолчал. Рассказ получился яркий, живой и на удивление занимательный! Мы с Сашей слушали, раскрыв рты, а когда Дед закончил, я был готов ему аплодировать.

— Вот оно, значит, как было… — восхищенно протянул Батя. — Интересно!

Мы вновь налили себе чаю и стали отвечать на многочисленные вопросы командующего. Сначала говорили все, но потом разговор плавно перешел в диалог двух ветеранов.

Они вспоминали ушедшую молодость, давно отгремевшие бои, сетовали на старую и новую власть, шутили. Всплыли имена, после произнесения которых, по большей части следовало: «Помянем!». Хорошо еще, что поминали чаем, а то день для них закончился бы, даже не начавшись.

Беседу прервал стук. Дверь скрипнула и из-за нее показалась голова Василия.

— Не помешал?

— Заходи, Василий! — пригласил дед Иван. — Как там Юра?

— С ним все будет хорошо! — ответил Василий, оказавшись в комнате целиком. — Доктор ваш просто кудесник!

Это он уже нам.

Не знаю почему, но меня разобрала гордость. Так, наверное, чувствует себя ребенок, когда его отца называют героем. Вроде бы сам не при делах, но приятно.

— Это хорошо! — кивнул Василию Батя, и предложил: — Чай будешь?

— Нет, я по делу вообще-то.

— Послушаем.

— Мы тут с мужиками посоветовались, — осторожно начал Василий, — и решили, что раз уж «Варановские» сами договор нарушили, то может нам и сегодня в рейд съездить?

— Еще не факт, что они его нарушали, — возразил Батя, — может, Рубцов этот, дезертировал.

— Но ведь делегацию-то они не пустили. Факт налицо! А у нас такой магазинчик на примете есть, со столовой, баром и винно-водочным отделом.

— Неужто, все в одном? — не поверил я.

— Не все, но близко. На разных сторонах улицы, рукой подать. Одним выстрелом трех зайцев убить можно!

Командующий нахмурился и задумчиво стал барабанить пальцами по столу. Сейчас в его голове явно происходила борьба. С одной стороны, договор еще не аннулирован, но с другой, первыми его нарушили не они. А если отбросить все красивые слова, то можно выразиться проще: жаба дралась с порядочностью.

Мы молча ждали результата этого сражения. Жаба, по всей видимости, одержала полную и безоговорочную победу, поскольку Батя, хлопнув ладонью по столу, разрешил:

— Езжайте!

— А гостей наших взять можно? — заулыбался Василий. — Нам бы прикрытие не помешало!

— Это ты у них спрашивай, — пожал плечами старик. — Лично я против ничего не имею.

Василий переадресовал свой вопрос:

— Поедете?

— Половина добычи нам! — нагло заявил Дед.

Василий только рот раскрыл от удивления.

— Пятая часть! — перехватил инициативу Батя.

— Треть, — покачал головой Дед, — охрана, погрузка и транспортировка.

— Грузовик наш и людей на погрузку хватает, — возразил Батя. — Четверть!

— По рукам, — неожиданно легко согласила Дед. — Четверть.

Удивительно даже, что он так легко согласился на компромисс. Я-то ждал, что он с пеной у рта станет бороться за каждый процент.

— На вас зачистка территории и охрана во время погрузки и транспортировки, — подвел итоги командующий.

— Идет!

Старики пожали друг другу руки, скрепляя договор, и мы засобиралась уходить. Время уже почти обеденное, а еще на вылазку эту ехать надо. Эх, я так надеялся посетить местную столовую, а тут…

— Перед тем как ехать, свози их на крышу, — попросил Василия Батя, — с моего разрешения.

— Свожу, — кивнул тот.

Из квартиры ветерана он сразу же повел нас наверх. Шли не спеша, поэтому на последний этаж добрались, даже не запыхавшись. Только Дед стал прихрамывать на правую ногу, но не сильно.

Саша шла рядом со мной, и я как бы невзначай взял ее за руку. Ее тонкие пальчики крепко стиснули мою ладонь, а на губах девушки появилась довольная улыбка. Ждала, значит. Может потому и напросилась с нами, чтобы побыть рядом со мной.

У двери, ведущей на крышу, на кухонной табуретке восседал охранник. Молодой паренек лет двадцати, высокий и худой как жердь. Его широкое, бледное лицо было испещрено веснушками.

Так как оружия при охраннике не было, напрашивался вывод, что функцию он выполняет чисто декоративную. Заворачивает, небось, желающих полюбоваться видом с высоты. В руках он держал книгу и все его внимание было сосредоточено на ней.

Мы остановились рядом и поскольку никакой реакции не последовало, Василий громко кашлянул.

— Куда идете? — вяло спросил парень, не отрываясь от чтения.

— Сам как будто не знаешь, — недовольно буркнул Василий. — На крышу мы идем, по поручению командующего. Открывай, давай!

Охранник медленно положил книгу на пол, предварительно заложив страницу полоской ткани и не торопясь полез в карман за ключами. Лишь после того, как ключ оказался у него в руке, он соизволил подняться. Звякнул метал, заскрежетал замок. Парень потянул на себя дверь и та со скрипом распахнулась.

— Прошу, — сказал он, делая шаг в сторону. — Будете идти обратно, стучите три раза.

— Знаю, — буркнул Василий, первым проходя в проем.

Похоже, охранника он знал хорошо и за что-то сильно недолюбливал. Однако я решил не лезть в чужие отношения и от вопросов воздержался.

Миновав дверь, мы оказались на узкой лестнице и двинулись по ней вверх. Сзади послышался скрип закрываемой двери и скрежет замка.

На крыше оказалось на удивление хорошо. Тепло, но не так жарко, как внизу. Легкий ветерок обдавал нас прохладой и запахом моря, который снизу совершенно не ощущался.

Стоило мне переступить порог, как под ноги кинулась рыжая молния и, с требовательным «мяу», стала тереться о штанину.

— Ааа, Матроскин! — обрадовался Василий, присаживаясь на корточки и нежно поглаживая кота. — Не кормили тебе еще? Ну, знал бы, что приду, принес бы чего, извиняй уж!

Внимательно выслушав эту речь, мохнатый зверь разочарованно протянул «мииу!» и двинулся прочь.

На Матроскина он, кстати, походил мало. Рыжий, пушистый и брюхатый. Кошка это вообще-то, а никакой не кот, да к тому же в положении.

— А почему Матроскин? — полюбопытствовал я.

— Потому, что на крыше живет! — пояснил Василий. — Мы ему всем домом еду носим. Общественный любимец.

Мы свернули налево и оказались в импровизированном коридоре. Слева от нас шла стена надстройки, а справа тянулся подвешенный зачем-то брезент.

Ограда, наверное, подумал я, на ходу разглядывая брезент. Вот только от кого?

— Дверь на крышу всегда на замке? — спросил Дед.

— Всегда, — не оборачиваясь подтвердил Василий. — От нежелательных гостей страхуемся, как снизу, так и сверху.

— Понятно.

А мне вот непонятно. Но уточнить, что он имел в виду, и какие гости могут прийти сверху, я не успел, так как в этот момент мы подошли к краю крыши.

— Ух-ты… — прошептала над моим ухом Саша.

— Обалдеть можно, — только и сумел вымолвить я.

— Мяу! — согласился с нами Матроскин, запрыгивая на парапет.

Дед промолчал, но по лицо было видно, что и его пробрало.

— Пробирает, да? — довольно спросил Василий. Судя по всему, он ждал от нас именно такой реакции.

Мы стояли, раскрыв рты, и смотрели на открывающийся с крыши вид. Огромное пространство сплошь покрыто зелеными лесами уходило на много километров вперед. Посреди этого океана зелени виднелись голубоватые отблески рек и озер, а на горизонте, словно титаны, замерли два огромных дерева. Сверху, над этим великолепием простиралось ярко-голубое небо, без единого облачка.

Чувство было такое, словно я попал в сказку или мультфильм Диснея, настолько все было нереально красочным и ярким. Подавшись вперед, я оперся руками о парапет, и вдохнул полной грудью. На какой-то момент я ощутил себя птицей, парящей в небесах, и представил, как лечу над этим бесконечным лесом вдаль, к деревьям гигантам.

— Вот бы еще оттуда взглянуть, — раздался сзади голос Василия, вмиг обрывая мой мысленный полет.

Я посмотрел на него удивленно, но тут же понял, о чем речь. Позади нас возвышался дом «Варановских».

— Посмотрим еще! — уверенно сказал Дед. — Вот выбьем оттуда этих пауков и посмотрим!

— Сказать легко, — вздохнул Василий, — а вот сделать намного сложнее!

— Главный говорил, у вас тут емкость стоит, в которую дождевая вода собирается, — вспомнил о цели нашего визита Дед, — хотелось бы посмотреть.

— Так вот же она, — улыбнулся наш гид, пнув брезент, который я поначалу принял за ограду. — Вернее одна из них, у нас на каждый подъезд по одной.

Я присмотрелся. Брезента крепился небольшими крючками на толстую металлическую цепь, туго натянутую между двумя массивными столбами. Столбы располагались впритык к парапету и явно были установлены тут совсем недавно.

Каждый такой столб имел в высоту около трех метров, а брезент крепился к нему почти у самой верхушки, так что, даже подпрыгнув, я не смог за него заглянуть.

Зато Матроскин смог. Без особых усилий, кот ловко запрыгнул с парапета на столб, чуть не свалившись при этом внутрь. Однако пушистый зверек, растопырив когтистые лапы, все же сохранил равновесие. Сел и стал довольно чесать себя за ухом. Шерсть с него при этом летела туда, где по идее находится вода.

— Фильтры там хоть есть? — озабоченно спросил я, — припомнив, как во время умывания проглотил немного воды.

— Есть, — кивнул Василий, — самодельные, правда.

— Это как?

— Да просто марля в несколько слоев, — объяснил он, показывая руками, как выглядит этот бутерброд.

Ну, хоть что-то. Надеюсь, глистов во мне от этой водички не разведется. Впрочем, чего гадать, вот схожу в туалет и будет видно. Правда, после недели проведенной на сухарях, сомневаюсь, что мой желудок можно еще чем-то удивить. Закаленный он.

— Интересная конструкция, — похвалил Дед, с увлечением разглядывая импровизированную емкость. — Ветром не сдувает?

— Как видите, — пожал плечами Василий. — Три урагана уже выдержали!

— Три? — удивился я.

— Ага. Льет регулярно! Сегодня вот, тоже намечается.

Я с сомнением посмотрел на безукоризненно чистое небо, но не стал спорить. Все-таки Василий с самого начала на поверхности живет, а мы не так давно из норы вылезли. Раз говорит, что намечается, значит намечается.

Ему виднее!

— Тут перепады температуры, — продолжал объяснять Василий. — Днем жарко, а ночью холодно, вот из-за этого, наверное, и погода такая капризная.

— Как вас еще не смыло то, с такой погодой, — хмыкнул Дед.

— Бетон держит крепко, а вот асфальт не очень. Дорога уже начинает портиться, поэтому-то мы и торопимся все нужное из округи вывезти.

Я вспомнил трещины на асфальте, которые приметил сразу, как мы вошли на островок. Если такие разрушения прошли меньше чем за две недели, то, что будет через год? Тогда, наверное, джипы нам очень кстати придутся. А может лучше вездеход поискать? Будем по грязи на нем плавать. Хотя нет, грязи тут не будет, она ж на таком солнцепеке высыхает моментально.

— А банду Татарина отсюда видно? — спросил я.

— И про них уже знаете? — вскинул брови Василий.

— А как же! — осклабился Дед. — Мы все знаем!

Василий повел нас обратно к двери, после чего мы по кругу обошли надстройку, вновь оказавшись у парапета. Прошлись вдоль него шагов пятьдесят и остановились у очередной брезентовой емкости.

— Вон там, — сказал Василий, указывая пальцем вниз, — правда, вид отсюда не самый лучший.

Я посмотрел в указанном направлении и увидел лагерь. Слева, метрах в трехстах от дома находилась огороженная забором строительная площадка. Дома там еще не было, только фундамент залить успели. Посреди стройки стояли вагончики на колесах, вокруг которых сновали люди. С такого расстояния лагерь выглядел, как копошащийся муравейник.

Вокруг лагеря был насыпан высокий земляной холм, а перед холмом еще тянулся ров. Серьезно они подготовились к штурму, нечего сказать.

— Далеко, — разочарованно вздохнул я, — бинокль бы.

— Нету, — покачал головой Василий.

— Держи, — сказала Саша, протягивая мне прибор.

А Сашка молодец! Никто не додумался, а она взяла!

Я поднес бинокль к глазам и навел его на лагерь. Теперь люди уже не были похожи на муравьев, а их движения приобрели осмысленность. Одни обстругивали ветки и небольшие бревна, делая из них колья, другие таскали уже готовые колья к насыпи, а третьи вбивали их в землю.

За этим процессом наблюдала охрана, а командовал всем крупный, грузный мужик. Голоса его я, разумеется, с такого расстояния не слышал, но он настолько активно жестикулировал, что и без слов все становилось понятно.

Я не торопясь осмотрел всю территорию лагеря. Ничего интересного не увидел. Просто люди, просто работают. Потом стал осматривать остальную территорию бывшей стройки: кучи песка, большие упаковки с кирпичами на поддонах, разный строительный мусор. Это все расположилось вдоль забора, а ближе к лагерю замерли три металлические туши: экскаватор, бульдозер, самосвал.

Мне вспомнился встреченный нами посреди леса кран. Не сюда ли он случайно направлялся? И что, интересно, стало с его водителем, добрался или нет?

— Дед, как думаешь, получится бульдозером деревья валить? — спросил я, не отрываясь от бинокля.

— Понятия не имею, — ответил старик. — Никогда бульдозерами не интересовался. Думаю, можно.

— Можно, можно! — подтвердил Василий с нетерпением в голосе. — Им во время пожара полосу безопасности в лесу делают.

— Откуда знаешь? — поинтересовался я, оборачиваясь.

— Читать надо больше! — ответил Василий. — А вообще, я три года на стройке отбатрачил, доводилось и бульдозером управлять. Мощная машина, скажу я вам! А почему интересуешься?

— Да так, мыслишка одна появилась, — неопределенно ответил я, возвращаясь к наблюдению.

Спустя несколько минут, Василий похлопал меня по плечу.

— Скоро свои наблюдения закончишь? Вечер ждать не будет, ехать надо!

Напоследок, я еще раз быстро осмотрел территорию вокруг лагеря и вернул бинокль Саше.

— Можно уходить.

Мы уже шли в сторону надстройки, когда Саша указала пальцем на небо и восхищенно произнесла:

— Глядите, птица!

— Где? — завертел головой Василий, эта новость его явно не обрадовала.

— Да вон же, — ответила девушка, показывая куда-то влево.

После нескольких секунд напряженного вглядывания, я таки разглядел там черную точку. Птица летела к нам, быстро увеличиваюсь в размерах.

— Уходим, живо! — приказал Василий. — Это хищник!

Голос у него был настолько испуганным, что мы воздержались от вопросов, и молча ломанулись к выходу.

Василий бежал впереди, поэтому оказался у надстройки первым. Он распахнул дверь, отступая в сторону, чтобы пропустить бегущую следом Сашу, но девушка обежала его, не замедляя скорости, и свернула влево, исчезнув за углом.

— Куда?! — заорал ей вслед Василий. — Вернись сейчас же!

Мысленно чертыхаясь, я рванул вслед за девушкой, а оказавшись за углом, обнаружил причину ее столь странного поведения. Матроскин. Кошка сидела все там же, на столбе и игнорировал попытки девушки сманить ее вниз.

— Уходим, — сказал я, хватая ее за руку, — она сама о себе позаботится!

— Не позаботится! — ответила она, вырывая руку. — Она же глупая совсем! Кис, кис, кис…

Глупая, глупая! А нам из-за ее глупости помирать, теперь? Не знаю, что за птичка там наверху, но явно не голубь!

— Тащи ее сюда! — потребовал Василий, выглядывая из-за угла.

И тут нас накрыла тень. С жутким воем «птица» пролетела над нами, и скрылась за домом «Варановских». Ее появление было столь неожиданным, а полет настолько стремительным, что я успел разглядеть лишь очертания силуэта.

Матроскин с не менее жутким «мяяууу» смахнул со столба и пулей помчался прочь. Только его и видели. Саша растерянно проводила взглядом кота, и с виноватым видом повернулась ко мне.

Я открыл уже, было рот, собираясь ее отчитать, но в этот момент тварь вернулась. Она появилась молниеносно, так что я даже слова вымолвить не успел. Просто кинулся на землю, подмяв под себя растерявшуюся девушку.

Острые когти промелькнули в метре над нашими головами и тварь полетела дальше, делая разворот для новой атаки. Вот же невезуха! Вышли свежим воздухом подышать, на окрестности полюбоваться и на тебе! А самое обидное, что я опять не взял с собой дробовик, да и не только я. У Василия вроде пистолет есть, у меня тоже, но Дед с Сашей пришли безоружными. Вот тебе и последствия жизни в комфорте!

— Ползи к двери, — скомандовал я, прижимаясь к стенке надстройки, — я прикрою!

Пистолет уже был у меня в руке, так что оставалось лишь направить его туда, откуда должна была появиться птица. Хотя какая уж тут птица? Размах крыльев метров десять, пасть такая, что меня заглотит разом, а вместо перьев чешуя. Птеродактиль, по сравнению с этой птичкой, просто ангелок. Нет, это не птица, это уже дракон какой-то! Только огня из пасти не хватает.

А дракон оказался умнее, чем я думал и застал меня врасплох, вновь появившись со спины. От неминуемой гибели меня спасло лишь чудо, потому что в этот момент я пригнул голову, стараясь заглянуть за угол. Стальные когти, чиркнули по стене, обдавая нас с Сашей бетонной крошкой.

Девушка вжалась в пол, а дракон, с разочарованным воплем, полетел на новый круг. Умудренный опытом, я сместился правее и лег на спину, целясь туда, откуда только что прилетал дракон. Он не заставил себя ждать и, растопырив когти, спикировал прямо на меня.

Просто стрелять в такую махину, было совершенно бесполезно, поэтому я не стал зря переводить патроны, а тщательно прицелился в голову. Моей целью было не убить тварь, а отпугнуть или хотя бы ненадолго оглушить. Хотя бы на пару секунд, этого времени будет достаточно, чтобы Саша добралась до спасительной двери.

Выстрел. Отдача. Пистолет подкинуло, и пуля прошла выше, чем я планировал, но главное, что в голову я все же попал, пусть не в глаз, а лишь в верхушку черепа. Дракон махнул головой, на мгновение, потеряв ко мне интерес, и я воспользовался этим, чтобы откатиться в сторону.

Когти скользнули там, где я только что был, оставив в бетоне три глубокие борозды. Ух, везет пока! Перевернувшись на живот, я успел сделать по удаляющейся твари еще несколько выстрелов и, кажется, даже попал разок.

На то, чтобы описать полный круг, у дракона уходит около десяти секунд, а Саша уже почти доползла до поворота. Поэтому, я крикнул ей: «Беги!», а сам вновь приготовился встречать летающую тварь.

Когда дракон показался в поле зрения, Саша уже успела добежать до спасительного угла, и нырнула за него.

По телу прокатилась волна облегчения, а в голове звенела мысль: «Спасена!». Появилось навязчивое желание встать в полный рост и рассмеяться. Однако стоило лишь твари разинуть пасть, назвать это клювом просто язык не поворачивается, как всякое желание смеяться улетучилось.

Да, Саша спаслась. А я?

Тварь летела прямо на меня, и уже явно приготовилась терзать мою плоть своими могучими лапами. Я прицелился, понимая, что все бесполезно, что спастись не получится, что это смерть. Странно, но страха не было, то есть вообще не было, ни чуть-чуть! Просто тупое безразличие.

Время для меня замедлилось. Полет дракона уже не был столь стремительным, наоборот, тварь словно издевалась, оттягивая неизбежный конец.

Сзади раздались выстрелы. Это Дед с Василием вышли из-за угла и поливали тварь сразу из двух стволов. Та, поначалу, не обращала на них внимания, но затем дернулась, замотала головой, словно отмахиваясь от назойливых мух, и изменила траекторию полета.

Это был шанс, и я им воспользовался. Перекатился на живот, рывком подобрал под себя ноги и рванул из такого положения, как олимпийский спортсмен. Может даже рекорд, какой поставил. Шутка ли, за секунду пробежать десять метров!

Я пролетел мимо своих спасителей и заскочил в дверь, где на шею мне тут же кинулась Саша, да так крепко стиснула объятия, что я почувствовал, как захрустели ребра.

Спастись от гигантского, летающего хищника, чтобы умереть от объятий любимой девушки. Вот это будет номер! Хотя, как ни крути, а такая смерть намного приятнее.

Дед с Василием не стали задерживаться и заскочили в проем вслед за мной. Дверь с шумом захлопнулась, отсекая нас от летающего монстра. Не теряя времени, мы заспешили вниз. Сомневаюсь, что даже такое чудовище могло разворотить надстройку, но к чему рисковать?

Снаружи раздался истошный вопль, полный ярости и разочарования. Поняла тварюга, что добыча ускользнула! Что-то с силой ударило в стену надстройки, и на нас посыпалась кирпичная крошка.

Добравшись до двери, Василий принялся барабанить в нее изо всех сил, однако охранник с той стороны и не думал открывать. Прошла, казалось, целая вечность, прежде чем он соизволил отпереть замок. Мы дружно навалились на дверь, отшвыривая парня в сторону, и всей толпой проскочили внутрь.