Право выжить. Исход.

Эпилог

С неба падали редкие капли дождя. Несколько человек, опустив головы, замерли над аккуратной прямоугольной ямой, вырытой на опушке леса. Тишина.

— Он был лучшим, — грустно сказал дед Иван, — верным, надежным, точным. Хорошим другом и боевым товарищем!

Раздался общий вздох сочувствия.

— И вот его не стало! — продолжил Батя. — Мы вынесли его на руках из гущи боя, надеялись спасти, но его земной путь был окончен!

Старик утер скупую слезу, с трудом присел на колени и водрузил руку на искореженный металл.

— Детский сад, — тихо фыркнул я, и тут же получил болезненный удар локтем в бок.

— Тихо ты! — прошептала мне на ухо Саша. — Он был к нему очень привязан!

— Здорово, конечно, и я могу смириться с силлогоманией, но хоронить пулемет, это уже чересчур! Что дальше? Отпевать его станем?

Саша вновь ткнула меня локтем, да так, что дух перехватило, а из глаз покатились слезы. И поэтому, когда Батя посмотрел на нас, первым что он увидел, были мои слезящиеся глаза и перекошенный рот.

— Не плачь, Антон! — сказал старик, поднимаясь на ноги. — Я знаю, что все мы ему обязаны, но ты мужчина и не должен плакать!

Я вытер глаза под ехидной ухмылкой Деда, а Батя тем временем продолжал свою речь. Минут через двадцать, он сказал последнее «Земля пухом!» и бросил в «могилу» горсть влажной земли. Мы по очереди сделали тоже самое, после чего Семен с Игнатом взялись за лопаты.

От леса до дома Деда было рукой подать и два ветерана не торопясь направились туда. Поминать. А если по существу, то просто водку пьянствовать. Честно говоря, у меня закралось подозрение, что весь этот спектакль был затеян, исключительно с одной этой целью — нажраться. Но говорить о своей догадке я не решился, очень уж у Саши локти острые…

Я хромал, опираясь на палку. Левая рука была согнута в локте и примотана к боку. Саша помогла мне спуститься с холма и осторожно, придерживая мою руку, повела по тропе. Перед нами шла Вера. Она то и дело бросала через плечо нетерпеливые взгляды.

— Иди вперед, я догоню, — сказал я Саше.

Она посмотрела на меня недоверчиво.

— Дойдешь?

— Дойду, дойду. Не волнуйся!

— Ну ладно.

Девушка отпустила меня, догнала подругу, и они быстро зашагали вперед. Я остановился и подождал, пока меня нагонит Доктор.

— Долго мне еще так ходить? — спросил я, потрясая перед его носом палкой.

— Тяжелые раны долго заживают! — ответил он. — А ты всего-то неделю ходишь!

— Да, но они зажили уже на второй день! И я целую неделю обманываю свою девушку, притворяясь калекой! Да она меня с ложечки кормит!

— Нашел, на что жаловаться, — засмеялся Доктор. Меня захлестнуло негодование, а он продолжил: — Пойми же, Антон, о твоих способностях никто не знает и для всех будет шоком, если смертельно раненный человек на следующий же день станет бегать, как ни в чем не бывало!

— Так уже и смертельно, — скептически покачала я головой.

— Зря смеешься! Выстрел перебил бедренную артерию, когда тебя принесли ко мне, в твоем теле практически не осталось крови! Как ты вообще выжил, ума не приложу.

— Пусть так, но может пора уже все им рассказать? — не сдавался я.

— Ни в коем случае! Это всех шокирует! У Ивана серьезные проблемы с сердцем. Ты хочешь, чтобы он рядом со своим пулеметом лег?

Я обреченно вздохнул.

— И сколько мне так еще ходить?

Доктор задумчиво нахмурил лоб.

— Ну, недельки три — четыре…

Я застонал.

— Да ладно, шучу! — улыбнулся старик. — Денька через три руку освободим, а палку можешь завтра бросать. Только хромать для приличия не забывай!

— Саша будет возражать.

— На меня свалишь. Скажи, что я велел больше двигаться, чтобы кровь не застаивалась.

От его слов у меня прямо гора с плеч свалилась. После ранения я очнулся уже тут, в «Орешкино», в окружении друзей. Спал я около суток, а когда проснулся, был совершенно здоров. И все бы ничего, но Доктор заставил изображать из себя больного. Два дня не разрешал вставать с кровати, а потом примотал мне руку, сунул палку и велел хромать. Изверг!

В той войне мы победили. Со слов Деда, я упокоил до четверти всех людей Варанова, пока вытаскивал наших из лазарета. Только на моих гранатах восемь человек подорвалось! Поэтому, когда во двор вкатил танк, а в бой пошли до зубов вооруженные солдаты и без того деморализованный противник позорно бежал.

Бандиты разбежались по всему городу и обещали в будущем еще доставить нам хлопот. Сам Варанов с остатками своего гарнизона, заперся в доме, собираясь, по-видимому, стоять насмерть. Но не судьба. Прапорщик, через громкоговоритель пообещал прощение всем бандитам кроме Варанова, если они сдадутся, и пригрозил в противном случае расстрелять дом из танка. Они сдались. Вытолкали своего бывшего босса на улицу и побросали оружие.

Прапорщик сдержал обещание. Варанова арестовали, а его подельников торжественно простили. После чего поставили их к стенке и расстреляли на месте. Прощенными.

Варанову, как зачинщику, выпала участь похуже. Казнь выдумывали коллективно, и каждую версию обязательно до него доносили. Говорят, что через пару дней он на коленях умолял охрану его застрелить.

Как ни жаль, но ни одна из идей так и не была реализована. На четвертый день, Варанова вывели на возведенный перед казармой постамент и тогда я увидел его в первый и в последний раз. Маленький пухлый человек, с залысиной и дрожащими губами. Его вздернули рядом с головой дракона, и эта смерть была намного лучше расправы, которую уготовили для него «Выжившие».

Были и потери. Егор умер, прикрывая людей до самого конца. Саша сказала, что он остался даже после того, как все оказались в безопасности. Он ждал меня.

Несколько «Выживших» и один из людей Татарина погибли в решающем сражении, еще несколько человек умерло, пытаясь вырваться из подвала. Из солдат не пострадал никто, спасли бронежилеты и выучка.

Имущество «Варановских» разделили поровну. Военные забрали себе продовольствие, и теперь у них стало много еды! Татарин вернул себе генератор, топливо и забрал часть трофейного оружия. «Выжившие» получили в подарок от военных два больших грузовика, с помощью которых не один день перевозили имущество и людей в свой новый дом.

Уехали не все. Некоторые из «Выживших» не захотели покидать свои квартиры, но большинству терять уже было нечего. Татарин и его люди тоже перебрались в деревню, но не стали селиться вместе со всеми, а выбрали себе самый дальний уголок. Что ж, независимость — это их выбор.

Деревня оказалась довольно большой и совершенно безлюдной! Дед не стал объяснять этот факт, но заверил нас, что опустела она задолго до катастрофы. А еще тут был лес. Не чужой, а наш, с Земли. За лесом находилось большое озеро, и в нем была рыба. Много рыбы!

Мы выжили. У нас есть оружие, электричество, крепкая крыша над головой, еда и вода. Уверенность в завтрашнем дне!

На развилке мы остановились. Доктору нужно было идти налево, а мне прямо.

— Знаешь, Антон, я рад, что все наконец-то закончилось, — признался старик.

Дунул ветерок, принося с собой свежий запах леса, и я с наслаждением вдохнул его полной грудью.

Закончилось? Ну, нет! Все только начинается! Ведь вокруг нас целый мир, и в нем есть столько нового и неизведанного. Кто знает, что преподнесет нам завтрашний день, какие опасности и приключения ждут нас в будущем?

Я улыбнулся Доктору, кивнул ему на прощание и медленно побрел домой.