Право выжить. Исход.

Глава 28: За чашкой чая

Девушка быстро разровняла волосы, оправила одежду и скорчила мне рожицу.

— Пошли уже!

Поднявшись на один этаж вверх, мы постучали в уже знакомую дверь. В прихожей нас вновь встретили двое охранников, но уже других.

— К Бате? — спросил один из них, судя по всему, старший. — К нему сейчас нельзя, совещание.

— Ну, тогда мы подождем, — покладисто согласился Дед, пристроившись у стенки, — он нас к двенадцати звал, затянулась ваше совещание.

И правда, на его часах уже было двадцать минут первого, опоздали мы. Зазавтракались и заболтались.

Ждать пришлось недолго. Дверь открылась минут через пять и из нее по очереди стали выходить советники. Нас узнали, стали улыбаться и здороваться, а мужчины вдобавок с интересом косились на Сашу. Я, конечно, понимаю, что ничего необычного в этих взглядах нет, банальное любопытство, но все равно потихоньку начал звереть. Ревность взыграла.

Одной из последних выходила Нина Федоровна. Она приветливо нам улыбнулась, поздоровалась:

— Здравствуйте, мои дорогие!

— Здравствуйте, Нина Федоровна.

— Можно просто Нина, — улыбнулась женщина, — не очень люблю официальности. Договорились?

Мы согласно покивали и она продолжила:

— Как выспались?

Обращалась она ко всем нам, но смотрела больше на меня, видно запомнила, как Дед вчера назвал меня старшим. Что ж, никто его за язык не тянул, пусть теперь стоит в сторонке и скромно молчит. Я злорадно покосился в его сторону и ответил:

— Очень хорошо спали, Нина, спасибо.

— Вы сейчас к деду Ивану пойдете?

— Верно.

— Зайдете потом ко мне, оформиться. Ладно?

— Ну, мы вообще-то еще не обсуждали…

— Все равно заходите, временно оформлю. Мы на совещании решили вас поселить на какое-то время, Юре нужен медицинский уход и лучше, чем Константин Павлович никто его не окажет.

Я задумался. С одной стороны это конечно хорошо, будет время чтобы осмотреться получше, обдумать все и принять решение без спешки. Но с другой стороны это подразумевало, что нам придется взять на себя какую-то работу. Задаром тут кормить нас никто не будет. Доктор с девочками понятно дело, в лазарет пойдут, а остальных куда? Не на штурм ли обители «Варановских»? Этот вопрос я и задал своей собеседнице.

— Всех пристроим по специальности, — улыбнулась Нина, — а в силовики никого не гонят. Только по желанию, да и-то не всех берут. Это же большая ответственность! За себя, за оружие, да и вообще…

Тут она демонстративно развела руками, подразумевая, похоже, всю общину разом.

— Так что вы приходите.

— Все сразу? — уточнил я.

— Можно и все, а вообще… — она полезла в сумку, и достала оттуда стопку каких-то бумаг. — Вот, бланки с вопросами, пусть все заполнят, а потом кто-нибудь один принесет. Хорошо?

— Хорошо, — ответил я. Сложил листки пополам и засунул в нагрудный карман.

— Тогда до встречи?

— До встречи!

Она вышла на лестницу и заторопилась вниз. А мы вновь сдали оружие охране и прошли в комнату.

Со вчерашнего дня, ну или с сегодняшней ночи, тут ничего не изменилось, разве что лампа со стола исчезла, а свет теперь поступал из распахнутых настежь окон. Дед Иван сидел за столом и увлеченно разглядывал лежащую перед ним бумагу. На ней, как мне показалось, была нарисована то ли схема, то ли чертеж. Когда мы вошли, командующий поднял глаза и приветливо улыбнулся.

— Заходите, заходите! Присаживайтесь. Вы уж извините, что не встаю — артрит совсем замучил!

Мы расселись.

— Это ничего, что нас так много? — спросил я, слегка кивнув на Сашу.

— Ничего, ничего, — замахал руками Батя, — чем больше людей, тем лучше!

Он посмотрел на дверь и громко позвал:

— Дмитрий!

Вошел охранник.

— Дмитрий, сообрази-ка нам чаю, пожалуйста, да побольше. А лучше сразу самовар поставь!

Потом он повернулся к нам:

— Вы уже завтракали?

Мы с Дедом хором ответили: «Да!», а Саша: «Нет!». Притом ее «нет» было громче нашего «да» раза в три.

— И булочек еще принеси, — улыбнулся Батя.

Дмитрий кивнул и удалился выполнять поручение, а дед Иван, постучав пальцем по бумаге, подтолкнул ее к нам.

Это и правда оказалась схема, распечатанная в формате A4, а точнее план с подробным изображением двух домов. Не трудно было догадаться, каких именно.

Дед хотел было притянуть листок к себе, но я его остановил, и со словами: «Старшой смотрит первым!», взял в руки и принялся изучать.

План был двухмерный и охватывал оба здания и всю прилегающую к ним территорию. Дом «Выживших», как оказалось, был не прямой, а имел форму буквы Г. С соседней многоэтажкой он сливался в букву П, а в месте стыка их разделял их лишь узкий проезд во двор.

Так, а вот и подъезд, где мы живем. Всего их пять, как и говорил Батя, а у «Варановских» только два, но оно и понятно, дом-то у них вверх вытянут, а не вширь, как наш. К тому же, как мне кажется, квартиры там намного просторнее! Под схемой и с обеих сторон от нее стояли пометки с цифрами и обозначениями. Разбираться в них я не стал и протянул листок Деду.

— Что-нибудь понял? — ехидно спросил тот, забирая у меня бумагу.

— Все я понял, или сомневаешься в компетенции старшего?

— Ну что ты! Просто на обороте все пометки расшифровываются, — продемонстрировал он мне, — но тебе же оно, конечно, не надо, ты ведь мастер, все и так знаешь!

Я промолчал, мысленно обругав себя дураком. Глянул что дали, а про оборот не подумал. На невнимательности Дед меня на уже второй раз ловит, кстати. Но вздыхать уже поздно. Не простить же схему обратно, в самом деле! Засмеет…

От необходимости отвечать меня спас Дмитрий. Он вернулся с большим подносом, на котором стоял самовар, четыре чашки и тарелка с булочками. Расставив все это перед нами, он взял поднос подмышку и молча удалился.

— У вас всегда по утрам булочки? — спросил я, радуясь возможности сменить тему разговора.

— Второй раз только, — ответил Батя, наливая себе чаю. — Мы склад с мукой недавно взяли, специалисты имеются, а печку соорудить было не сложно. На заднем дворе стоит.

— То есть люди у вас снаружи работают? — спросил Дед, отрываясь от схемы.

— А как же! — удивился вопросу Батя. — Готовка, стирка, все там.

— И твари не беспокоят?

— Днем они сюда не суются, а вечером у нас комендантский час. После девяти часов на улице только вооруженная охрана.

Батя взял с тарелки булочку, слегка надкусил ее и с шумом запил из чашки горячим напитком.

— А ночью мы жжем костры, — продолжил дед Иван, — звери огня боятся, так что близко не подходят.

Сказав это, дед Иван уже всерьез принялся за еду. А я, воспользовавшись паузой, налил в кружку чай и протянул ее Саше. Та поблагодарила и отдала мне свою, пустую. Дед было сунулся к самовару, но я вежливо оттеснил его, вновь напомнив, кто из нас старший. Он побурчал что-то себе в бороду, но уступил.

По правде говоря, пора бы уже прекращать этот цирк, но сдержаться не получается. Стоит лишь вспомнить, как он назвал меня старшим, так сразу и подмывает ткнуть ему этим в нос. Кажется, во мне проснулся синдром хронической вредности…

Вновь наполнив чашку, я переселил себя, и протянул ее Деду. Тот принял чай, как ни в чем не бывало. Даже поблагодарил.

Когда чай был разлит, а тарелка с булочками магическим образом переместилась к Саше, Батя вновь взял слово.

— Схему я вам неспроста дал, на ней виден недостаток нашей обороны и мне интересно, заметили вы его или нет.

Дед пододвинул ко мне листок со схемой. Я посмотрел на него вопросительно, а он прихлебнул из чашки и приглашающе кивнул.

— Давай, Старшой, начинай.

Ну, гад! Это я ему еще припомню…

Листок я все же взял. Положил перед собой и стал внимательно изучать, стараясь отыскать изъян, о котором говорил Батя.

— Два недостатка вижу, — начал я, отрываясь от бумаги, — во-первых, одна часть дома, слишком близко к «Варановским», а во-вторых, у вас очень большая площадь, которую требуется охранять, для этого надо много людей.

— Это тоже проблема, — согласно кивнул Батя, — но не самая главная.

Я вновь склонился над схемой, стараясь сообразить, в чем же суть, но понять не так и не смог.

— Вы зажаты между двумя группировками, — подал голос Дед, после минутной тишины. — Люди Варанова с одной стороны, банда Татарина с другой.

— Верно, — довольно улыбнулся Батя.

Дед посмотрел на меня с нескрываемым превосходством. Ну, вот откуда он об этом узнал? Поболтать, что ли с кем успел? В конце концов, мог бы, и поделиться сведеньями. Словно не замечая моего возмущения, он принялся объяснять:

— Ты на карте пометку видишь? Кружочек такой, с буквой «Т» внутри.

Такой знак там действительно был.

— А теперь глянь на оборот, — продолжил Дед, убедившись, что я нашел то, что искал.

С обратной стороны, лист был исписан карандашом. Слева нарисованы значки, справа — расшифровка. Я быстро отыскал искомый символ и прочитал:

— Банда Татарина. Численность двадцать пять человек, вооружены преимущественно холодным оружием. Возможно, имеют два ружья и пистолет.

— Вот так! Учись, Старшой!

И снова он меня уел. По всем пунктам уел. Говорил ведь про оборот, а я все равно не заглянул. Лоханулся. Ну да, все правильно — лохов учить положено. Так что пять ему с плюсом, а мне поделом.

— Они из Татарстана что ли? — спросила Саша, уминая последнюю булку. — Татары эти ваши?

— Да нет, узбеки вроде. Там стройка, шла, гастарбайтеры в вагончиках жили. Вот они и есть банда Татарина.

— А почему Татарина, раз они узбеки? — удивилась Саша.

— Потому, что главный у них, бригадир, Татарином называется.

— То есть, главный из Татарстана, а остальные узбеки? — влез я.

— Он грузин вообще-то.

Тут я совсем запутался.

— Ничего не понимаю. Значит, он грузин, но называет себя Татарином?

— Ага.

— Почему?

Батя руками развел.

— Иди и спроси у него сам.

— А договориться вы с этими «татарами» вы не пробовали? — спросил Дед.

— Пробовали, конечно! — ответил командующий, прихлебывая чай. — Даже к себе звали, но они упертые! Не хотят, чтобы ими командовали и все тут.

— А союз равных заключить? — предложил я. — Взаимопомощь и все такое.

— Да что толку с тех союзов? — поморщился Батя. — С «Варановскими» вот, договор был и что? Слова пустые, болтовня.

Мы промолчали, а Батя продолжил:

— Войны у нас нет, и друг к другу мы не лезем, но доверять им нельзя. Отвернешься, на мгновение забудешься, а они тебе нож в спину и всунут! Такой народ.

Мне показалось или в его голосе послышалось неприязнь? Он часом не расист? По правде говоря, я совсем не понимаю, неужели так сложно прийти к компромиссу? Ну, жили бы эти «татары» в сторонке, ну не слушались бы Батю и весь совет в целом, и что? Неужели это так важно?

Чувствую, что не все тут так просто. Я этих «татар», которые узбеки и грузины, понять вообще-то могу. Гастарбайтеров у нас и за людей-то не всегда считают. Дешевые чернорабочие без прав, но с уймой обязанностей. А тут бац, катастрофа и вокруг них оказался совсем новый мир. Опасный, но зато свободный! А потом приходят люди, предлагают от этой свободы отказаться, а взамен полы у них мести и туалеты чинить. Может я, конечно, немного сгущаю краски, но, в целом, так оно и есть.

Нас вон, тоже запрячь хотят в кандалы коммунистические. А хочется нам? Нет, нам спокойствия хочется. Чтобы над головой никто не стоял и как жить не указывал. Да уж, независимость, как наркотик, раз попробовал — потом не откажешься. Батя же этого явно не понимает. А может и понимает, но принимать точно не хочет.

— Они на вас нападали? — спросил я, оставив эти мысли при себе.

— Всерьез нет. Бывало, конечно, что подерутся с кем, бабу прижмут или украдут что-нибудь. Но пока все решалось миром.

— А если захватить? — выдвинул идею Дед. — Оружия у вас явно побольше будет, да и людей тоже.

— Думал я об этом, — ответил Батя, складывая пальцы в замок, — но они слишком хорошо укрепились. Мы и так много людей потеряли, пока с «Варановскими» бодались. Не готов я к новым потерям, не стоит оно того…

— Ну, а если в осаду взять и голодом сморить? — не сдавался Дед. И с чего это он такой кровожадный?

— Не выйдет. Еды у них хватает, а с водой тут проблем нет. Дождь часть льет.

— Кстати, насчет воды, — вспомнил я, — откуда она в трубах-то?

— А у нас сантехник толковый есть, он предложил на крыше емкости соорудить и подвести их к трубопроводу. Во время дождя емкости наполняются, и если не слишком налегать, то воды вполне хватает на несколько дней.

— А потом что?

— А потом опять дождь.

— Любопытно, — заинтересовался Дед, — а поподробнее про эту систему нельзя?

— Вам лучше самим посмотреть, чем мои рассказы слушать, — ответил Батя. — Пусть Василий вас сводит потом, с моего разрешения.

Дед согласно кивнул, хотя видно было, что идти он хочет не потом, а прямо сейчас.

— Делегацию к Варановским посылали уже? — вспомнил я.

— Ходили с утра.

— И как?

— Ничего, — помотал головой дед Иван. — Не открыли даже. Полчаса люди под дверью ждали, да так и ушли ни с чем.

— Да уж, — протянул Дед. — И что делать думаете?

— А что нам остается? — вздохнул Батя. — Ждать.

— На штурм, значит, не пойдете? — уточнил я.

— Они с двух сторон зажаты, — напомнил мне Дед, — что бы с одной стороны хватку усилить, с другой ее придется ослабить.

— Верно, — подтвердил командующий, — да и оружия у нас маловато для штурма.

— Люди не поймут, — дошла, наконец, до меня вся сложность ситуации, — они обвинят вас в слабости и потребуют смену власти.

— Революция, — вздохнул дед Иван. — Тем более, есть у нас любитель раскачивать лодку, оппозицией себя кличут…

Если все произойдет именно так, то к власти традиционно придут те, кто кричит громче и обещает больше. Ну, а что за этим последует и так понятно. Новая власть изменит тут все в корне. Заберет оружие у тех, кто владеет им сейчас, и отдаст другим, более слабым, но зато послушным. Тем, кто ботинки лизать не гнушается. Дальше будет новый договор с «Варановым», а уж он-то своего не упустит! Урвет кусок пожирнее.

— Да, ситуация печальная, — сказал я, — не пойму только, зачем вы нам все это рассказываете?

— Потому, что хочу попросить помощи, — не стал увиливать Батя.

— Помощи какого рода? — нахмурился я. Не думает ли он, что мы кинемся за них воевать?

— Помочь найти выход из сложившейся ситуации, — ответил старик.

— Каким образом?

Дед Иван вздохнул, сетуя на мою непонятливость, и принялся объяснять:

— Представь себе весы. Сейчас на них равное количество груза и, стало быть, они находятся в равновесии. Если же на одну чашу положить дополнительный груз, то это равновесие нарушится.

— Хотите сказать, что мы и есть этот дополнительный груз?

— Как-то так.

— Все равно не понимаю, как мы можем вам помочь.

— Присоединяться к нам, вы не хотите это я уже понял. Но в таком случае, у вас есть то, чего нет у нас.

— И что же?

— Мобильность.

— Значит, вы хотите нас куда-то направить?

— Направить я и своих могу, — покачал головой Батя. — От вас требуется другое, действовать от своего имени, как четвертая сторона! Понимаешь? Союзная, но независимая сторона.

— Понимаю, — кивнул я.

Я действительно понял, что он имеет в виду. «Выжившие» сейчас просто физически не могут повлиять на сложившуюся ситуацию. Дипломатия результатов не приносит, а для решения проблемы военным путем не хватает сил. Тупик. В математике, чтобы решить подобную задачу, обычно вводят дополнительную переменную, способную привести к разным решениям при подстановке ее в разные части уравнения. Именно такой переменной, по мнению командующего, мы и являемся.

— Я знаю, как вам помочь, — внезапно заявила Саша.

Мы разом посмотрели на нее.

— И как же? — усмехнулся Дед. Всерьез ее слова он явно не воспринимал.

— Очень просто, — ответила девушка. — Рядом с городом расположена сеть военных складов, мы можем туда съездить и привезти оружие!

— Увы, все не так просто, девочка, — невесело улыбнулся дед Иван. — Местоположение таких складов — военная тайна! Их точного расположения никто из нас не знает.

— А я знаю! Мой папа военный, и он часто брал меня с собой. Совсем недалеко отсюда как раз есть один склад, сразу за городом. Мы туда месяц назад ездили, там и оружие, и машины и вообще много чего.

Батя на мгновение замер, обдумывая ее слова, потом глянул на нас с Дедом, словно ожидая подтверждения.

— Ее отец и правда военный, — подтвердил Дед, — она нам про него уже давно рассказывала, да и выучка у нее совсем не гражданская.

Я ограничился кивком.

Тут Батя оживился, подскочил со стула, забыв про свой артрит, и принялся нарезать круги по комнате, усиленно о чем-то размышляя. Через пару минут он резко остановился и подошел к Саше.

— Место на карте показать сможешь?

Та неуверенно кивнула.

— Попробую.

Самовар был сдвинут в сторону, а на стол легла карта города и его окрестностей.

— Мы сейчас тут, — сказал Батя, ткнув пальцем точку на карте. — Где приблизительно должен быть склад?

С задумчивым видом, Саша разглядывать карту. Ее губы шевелились, а палец чертил какой-то маршрут по улицам города.

— Здесь, — ответила она, когда палец оказался за пределами городской черты.

— Точно?

Саша уверенно кивнула.

— Да.

— Тогда ничего не выйдет, — разочарованно заявил Батя.

— Почему это? — хором спросили мы.

— Потому, что в той стороне сейчас лес!

Ох уж этот лес…

— Но ведь там могло что-нибудь сохраниться! — не сдавалась Саша. — Нельзя же все бросать, даже не попробовав!

Но Батя лишь головой покачал.

— Проблема не в том, что там есть, а в том, как туда добраться! — пояснил он. — Идти далеко, дороги нет, а в лесу полно всякой чертовщины.

— Можно попытаться, — упрямо заявила Саша.

— Ну, даже если у нас и получится дойти, — уступил Батя, — дальше-то что? Волочить оружие назад на спине, когда за каждым деревом может поджидать волк? А ты хоть знаешь, сколько оно весит? Один автомат с нормальным боекомплектом, это восемь — девять килограмм. Один! А что нам один? Нам пятьдесят надо! А еще пулеметы, гранаты, взрывчатка…

— Можно пойти большой группой, — уже не так решительно предложила Саша, — тогда получится унести больше.

— Слишком рискованно, — отмахнулся Батя. — Я не стану обменивать десять человек на десять автоматов, которых, к тому же, возможно и нет. Да и дом охранять надо. Нельзя ослаблять караулы!

— Может, ты другой склад знаешь? — спросил я у приунывшей девушки.

— Знаю, но этот ближе всего.

Она вновь взяла карту и почти сразу указала на новую точку.

— Да это же километрах в двадцати от города, — удивился я, — и к тому же с противоположной от нас стороны.

— Далековато, — кивнул Дед.

— Да хоть под носом, все равно не достать, — совсем расстроился Батя, — это же прямо в море!

Мда, а я про море и думать уже забыл! Как, впрочем, и про огромные деревья и даже про Машу.

— Не повезло, — развел руками Дед. — Но идея была хорошей.

Вот так, план угас, даже не успев толком сформироваться. Мы сидели, расстроенные и молча, допивали чай.

— Ладно уж, чего грустить, — сказал командующий, занимая свое место за столом, — лучше расскажите, что с вами приключилось!

Дед откашлялся, оставил чашку и сел поудобнее.

— Дааа, — протянул он, поглаживая бороду. — Занятная с нами история приключилась!

И он принялся рассказывать.