Судный день после дедлайна

Глава 17. Предэкзаменационная паника

В Академии «Вершина Дракона» существовало лишь три силы, способные заставить студентов забыть о сне, еде и инстинкте самосохранения:

обещание внезапной проверки от Декана Бюрократуса,

слухи о бесплатной раздаче жареных овец в рыцарских панцирях в столовой и

официальное объявление о предстоящем экзамене.

Объявление появилось утром. Приколотое к Главной Доске Объявлений серебряным кинжалом, который, по слухам, некогда принадлежал дракону, сдавшему все экзамены с первого раза (и с тех пор от скуки занимавшемуся только тем, что прикалывал объявления на доски) вновьприколотое извещение радовало своей белоснежностью. Текст был краток, как удар молнии, и столь же элегантен. В Объявлении значилось:

«ВНИМАНИЕ! Экзамен по курсу «Прикладное применение разрушительного потенциала».

Формат: Творческая демонстрация.

Дата: через 5 дней.

Примечание: Студентам рекомендуется проявить фантазию, но воздержаться от непоправимых изменений ландшафта, временных парадоксов и создания новых, враждебных разуму, форм жизни.

Рекомендация не является обязательной, но крайне желательна.

Декан Оникс Бюрократус.»

По академии пронёсся коллективный стон, в котором смешались ужас, отчаяние и предвкушение. «Творческая демонстрация» была худшим кошмаром перфекционистов и последней надеждой прокрастинаторов. Как можно оценить то, что не поддаётся критериям? Как подготовиться к тому, что требует спонтанности?

Серафина, узнав новость одной из первых, провела десять минут в полной неподвижности, уставившись в стену. Её мозг, великий архитектор планов и расписаний, столкнулся с концепцией «творчества» и дал сбой, похожий на попытку засунуть океан в аквариум с помощью черпака. Затем она пришла в себя и с криком «Время — ресурс!» ринулась в библиотеку, сметая на своём пути все, что попалось. Попались два первокурсника, статуя основателя академии, которая и так уже стояла криво после инцидента с самовозрастающим золотым комом и чей-то фиолетовый хвостик.

Игнис же отреагировал иначе. Услышав новость, он медленно допил свой утренний чай (который на самом деле был вчерашним, но он пока не нашёл времени его выбросить), лёг на пол и уставился в потолок. Его разум, обычно напоминавший уютную, но безумно заваленную комнату, внезапно стал похож на пустыню. Да, именно так: превратился в абсолютно пустую, выжженную солнцем пустыню, где единственной мыслью был маленький, засохший кактус с табличкой «ЗДЕСЬ БЫЛА ИДЕЯ, НО ОНА УПОЛЗЛА».

Спарк, носился у него на животе и трепетал так, что с него сыпались искры, как с новогодней хлопушки.

— Экзамен! Через пять дней! Творческая демонстрация! Ты же ничего не умеешь! Ты умеешь только жечь, ломать и чихать! Нас вышвырнут из Академии! Мы будем жить под мостом! Под мостом будут сквозняки! Мы умрём от воспаления лёгких!

— Может, пронесёт? — без особой, впрочем, на то надежды пробормотал Игнис. — Может, они забудут?

— ЗАБУДУТ ПРО ЭКЗАМЕН? — взвизгнул Спарк. — Декан Бюрократус скорее забудет собственное имя! Но он точно помнит, что 300 лет назад студент по имени Аргиск не сдал вовремя форму 7-Б! Декан! Забудет!!! ПРО ЭКЗАМЕН!!!! Нет уж, Декан помнит ВСЁ! Мы обречены!

Тем временем по академии прокатилась волна самой отчаянной и абсурдной подготовки за всю её историю.

В Зале Огненных Искусств студенты пытались придать своим струям пламени форму цветов, животных и абстрактных понятий. Один дракон, переусердствовав, создал огненную копию библиотеки, которая тут же начала требовать у всех присутствующих читательские билеты.

В Саду Камней земные драконы так же пытались ваять из гранита нечто «творческое». Большинство их творений напоминало либо бесформенные глыбы, либо, в лучшем случае, чуть более или чуть менее унылые бесформенные глыбы.

Витязь из облаков, дракон ветров, пытался создать торнадо в виде спирали ДНК, но в итоге у него получился лишь очень злой и ооооочень запутанный воздушный змей.

А Серафина писала. Она заполняла свитки планами, запасными планами, планами на случай провала основных планов и планами по эвакуации академии на случай, если все предыдущие планы провалятся. Её логово напоминало штаб во время войны, где вместо карт сражений были графики, диаграммы и списки приоритетов.

Но все же она нашла время и навестила Игниса вечером, застав его в той же позе — лежащим на полу. Спарк к тому времени уже выдохся и тихонько тлел, как прогоревшая лучина.

— Игнис! — её голос прозвучал как выстрел в тишине его комнаты. — Я проанализировала ситуацию. У нас есть 120 часов. Я разбила их на циклы по 4 часа: сон, теория, практика, приём пищи. Расписание висит на стене.

Игнис медленно повернул голову и посмотрел на огромный свиток, который она прикрепила к его двери. Он был испещрён линиями, стрелочками и пометками настолько мелкими, что их можно было разглядеть только в микроскоп.

— Я… я, наверное, сначала посплю, — сказал он. — Чтобы набраться сил. Для начала.

— Сон запланирован с 23:00 до 05:00! Сейчас 18:37! — отчеканила Серафина. — До сна — теория! Я принесла конспекты по всем ключевым дисциплинам! Мы начинаем с основ фокусировки магических потоков!

Она протянула ему пачку пергаментов весом с небольшого телёнка. Игнис посмотрел на них, и его пустынный внутренний мир мгновенно наполнился стаей диких кабанов, которые носились туда-сюда с паническим визгом.

— Может, я просто что-нибудь придумаю в последний момент? — слабо предложил он. — Как обычно…

— «Как обычно» — это сжечь пол-королевства или устроить дипломатический скандал! — напомнила ему Серафина. — Нам нужно нечто контролируемое! Измеримое! А главное эстетически приемлемое!

— А если я выжгу на стене красивый узор? — оживился Игнис.

— Это не «разрушительный потенциал»! Это «декоративно-прикладное искусство»! — вздохнула она. — Тебе нужно показать мощь, Игнис! Мощь, которую можно… направить.

Серафина посмотрела на него, и в её глазах читалась не только привычная решимость, но и тень сомнения. Она, архитектор порядка, пыталась построить мост в страну хаоса. И начинала понимать, что у этой страны свои, весьма своеобразные, законы физики.

— Ладно, — сдалась она. — Сегодня ты отдыхаешь. Но завтра… завтра мы начинаем по-настоящему. Согласно расписанию.

Она ушла, оставив его наедине с горой конспектов и тихо пощёлкивающим от напряжения Спарком.

Игнис вздохнул и снова уставился в потолок. «Творческая демонстрация». Звучало так, будто от него ждали, что он устроит перформанс. Танец с пламенем. Симфонию разрушения. А он… он был тем, кто всегда опаздывал даже на собственное выступление, не говоря уже про репетицию.

Игнис закрыл глаза. Через пять дней ему предстояло выйти перед всей академией и показать… что? Кем он был? Безалаберным прокрастинатором? Или тем, в ком эта безалаберность была лишь обратной стороной чего-то большего?

Пока он размышлял об этом, в его голове, как первая капля дождя в пустыне, упала крошечная, ни на что не похожая идея. Она была слишком мала и призрачна, чтобы её разглядеть. Но она была. И это уже было начало.