Тени тебя

11

РОАН

Эти зеленые глаза отпечатались в памяти — с тем самым жарким огоньком в глубине. Я сжал и разжал кулаки, пытаясь вытряхнуть из головы этот образ.

Без толку.

Что-то подсказывало: взгляд Аспен и ее ягодные губы будут крутиться в моём сознании снова и снова, как заевшая пленка.

Я почти поцеловал ее. Почти сократил расстояние между нами, чтобы наконец попробовать ее на вкус.

Я хрустнул шеей, будто это могло изгнать из тела это нарастающее желание. Похоть мной не управляла. Никогда не управляла.

Если я чувствовал, что это начинает закипать, я просто уезжал. Подальше от Сидар-Ридж. Без имен. Без нежных прикосновений. Только то, чего мы оба хотели.

Но с каждым годом такие порывы накрывали меня все реже. Может, потому что я сам стал чувствовать ту же пустоту, что и они. А может, потому что стал слишком стар для всего этого дерьма.

И все же теперь я начинал бояться, что совершил роковую ошибку, отказавшись от тех случайных встреч. Ошибку, из-за которой губы Аспен казались куда более притягательными, чем следовало бы.

Я перешел улицу, позволяя холодному ветру ударить в лицо. Мне нужно было сбить с себя её наваждение.

Вывеска «Автомастерская Эла» манила меня. Самого Эла здесь не появлялось уже два поколения, но имя так и осталось. Было достаточно холодно, чтобы все боксы держали закрытыми, поэтому я направился прямо в офис.

Колокольчик звякнул, когда я открыл дверь, и вскоре из-за рабочих постов показалась голова парня. Ему едва ли было больше восемнадцати, и глаза у него заметно расширились, когда он увидел меня.

Я стиснул зубы, удерживая ругательство.

— Вам помочь? — голос парня дрогнул.

— Джим, — только и сказал я в ответ.

Парень метнулся прочь. Через пару секунд появился Джим, вытирая руки о тряпку:

— Любишь ты до полусмерти пугать моих ребят?

Я только хмыкнул.

Джим покачал головой, но уголки губ у него дрогнули:

— Кажется, любишь. Чем могу помочь? Твоего пикапа снаружи не видно.

— У тебя сейчас универсал Аспен Барлоу?

В глазах Джима мелькнуло удивление:

— Да, ковыряемся с этой развалюхой. Чудо, что она до сих пор нигде не застряла.

На челюсти заиграла жилка:

— Примерно сколько нужно, чтобы привести ее в порядок и сделать безопасной?

Удивление сменилось любопытством:

— Еще не закончил, но думаю, к финалу выйдет тысяч шесть. Шины тоже пора менять.

Жилка на щеке задергалась сильнее:

— Я хочу оплатить большую часть. Сможешь придумать правдоподобную историю, в которую она поверит?

Джим откинулся на стойку и несколько секунд внимательно изучал меня:

— Она тебе кто?

Вот он — вопрос на миллион.

— Одна из лучших подруг Грей. Хорошая женщина. Трудится не покладая рук. Ей ни к чему все это дерьмо, когда на руках маленькая девочка.

Похоже, это был правильный ответ, потому что Джим коротко кивнул:

— Скажу, что все оказалось не так плохо, как выглядело. И если она даст мне день-другой, чтобы вписать ее в график, сделаю скидку.

Я низко проворчал в знак согласия:

— А шины? — все знали, что они стоят чертовски дорого.

— Скажу, что достал их с разбитой машины. Почти даром достались.

— Надеюсь, ты умеешь хорошо врать, — буркнул я.

Джим рассмеялся:

— Продам как надо.

— Тогда скажи, сколько я тебе буду должен, когда закончишь.

— Обязательно.

Я развернулся, чтобы уйти, но Джим меня остановил:

— Ты хороший человек, Роан.

Острая боль пронзила грудь. Я не обернулся. Не смог.

Я не был хорошим человеком. Я врал своим братьям и сестрам. Отрезал себя от семьи, потому что так было проще. Но, может быть, я мог хотя бы чуть-чуть уравновесить весы, помогая Аспен. Даже если она об этом никогда не узнает.

— Сегодня вечером пойдешь с нами выпить? — спросила Минди с ноткой надежды в голосе, задержавшись возле моего стола.

С рабочего места позади раздался грубый смешок:

— Ты разве еще не поняла? Роан никогда не появляется на этих посиделках.

Зубы сзади заныли, когда я сжал челюсти. Ненавидел это чертово офисное пространство — слишком много любопытных глаз и ушей.

Я сосредоточился на бумагах перед собой. Как только их отправлю, сразу свалю отсюда.

Но взгляд в спину чувствовался слишком явно. Я поднял глаза.

Минди стояла надо мной с нервной улыбкой и надеждой в глазах:

— Будет весело. Обещаю.

Я с трудом сдержал желание поерзать на стуле:

— Не по мне такое.

За спиной тут же фыркнули:

— А что тогда тебе по душе? Конфеты у младенцев отнимать? — не удержался Оскар.

Я проигнорировал его и вернулся к бумагам. Но чувствовал, что Минди так и не сдвинулась с места.

— Мы могли бы заняться чем-то другим…

— Роан, ко мне в кабинет, — раздался громкий голос.

Никогда в жизни я не был так рад, что меня зовет начальник. Не хотел быть грубым, но мне не было ни малейшего дела ни до Минди, ни до кого-то еще из коллег. Я поднялся из-за стола и быстро прошел через ряды рабочих мест, не встречаясь глазами ни с кем.

Роб оторвался от ноутбука:

— Закрой дверь.

Я тут же насторожился. Это было не в его духе. Наш офис охраны дикой природы обычно не отличался формальностью и секретностью. Я тихо закрыл дверь и сел.

— Поступил вызов. Убитое животное. Олень. Хочу, чтобы ты посмотрел.

Я нахмурился:

— Охотник бросил тушу?

Роб покачал головой:

— Не тот случай. Похоже, кто-то изрезал его в клочья. И это точно не охотничьи раны.

Моя челюсть напряглась:

— Где?

— Тропа Норт-Ридж, примерно километр от начала. Пришлось сообщить Ло, это его участок. Сказал, встретит тебя там.

— Кто сообщил?

— Турист. Сначала подумал, что это нападение животного. Просто хотел предупредить, что туша почти на самой тропе, чтобы другие не столкнулись с хищником.

— Может быть пума, — предположил я.

— Может. Но турист прислал фото. Раны слишком ровные для зубов и когтей.

У меня в животе неприятно засосало, но я коротко кивнул и поднялся.

— Хочешь взять с собой Минди или Оскара? — спросил Роб.

Я только посмотрел на него.

Он усмехнулся:

— Ладно-ладно. Удачи. Позвони, как будут новости.

Я вышел в общий зал и направился к своему столу. Минди все еще стояла рядом.

— Вызов? — спросила она.

— Ага.

— Что случилось?

— Мертвый олень.

Оскар прищурился:

— Из-за мёртвых оленей нас не вызывают.

Я лишь пожал плечами, надевая куртку.

— Я могла бы поехать с тобой, — предложила Минди. — У меня сейчас всё равно ничего нет.

— Обойдусь, — отрезал я.

Оскар расхохотался, и Минди злобно сверкнула на него глазами. Я воспользовался моментом и быстро улизнул к ресепшену, а оттуда — на парковку. Воздух потеплел, но куртка всё ещё была нужна. Забравшись в пикап, я завёл двигатель.

Добраться до начала тропы было недолго — наш участок находился за городом. На гравийной стоянке никого не было, но ждать я не стал. Какое-то глухое беспокойство осело внутри, и я должен был на него ответить.

Схватив рюкзак, я вылез из машины и пошёл по тропе. Тишина гор окутала меня, постепенно гася ту самую звериную энергию, что будто текла у меня в костях. Я позволил этой тишине успокаивать — ее нарушал лишь шорох сосен да редкое птичье пение.

Квадрицепсы запекло, когда я взбирался на крутой подъем. Это жжение я принял с благодарностью — оно напоминало, что я жив. Настоящий. Человек.

Пятнадцати минут хватило, чтобы дойти до мертвого оленя. Он лежал, наполовину съехав с тропы, шея вывернута под неестественным углом. Желудок скрутило от этой картины. Какая пустая трата жизни.

Я не осуждал охоту, если мясо шло в дело. Но к тем, кто убивает ради «очков» на воображаемой шкале, у меня не было ни малейшего уважения. Однако это был не тот случай. Здесь было что-то гораздо мрачнее.

— Что думаешь? — позвал Ло со стороны тропы.

Я не поднялся и не обернулся, просто продолжал изучать тушу. Роб был прав — это сделали не когти зверя. Слишком точные порезы. Слишком чистые.

— Это сделал человек, не животное.

Ло выругался и присел рядом, рассматривая тело:

— Определенно нож.

Он быстро набрал сообщение:

— Вызвал криминалистов.

— Отлично, — я поднялся.

Ло тоже выпрямился, оглядываясь по сторонам:

— Видел, ты вчера ушел сразу после Аспен.

Я напрягся. Это был явно наводящий вопрос.

Когда я не ответил, Ло бросил на меня взгляд, приподняв брови.

Я уставился в лес:

— У нее машина барахлит. Я поехал за ней следом.

— Молодец. Похоже, вы с ней хорошо ладите.

— Это что, чаепитие со сплетнями? — рявкнул я. Обычно Ло не лез с расспросами, особенно когда речь шла о женщинах. Сам он терпеть не мог подобных вопросов — слишком уж много скелетов у него в шкафу.

Ло вскинул руки:

— Просто любопытно. Аспен — хорошая женщина. Ты мог бы найти и похуже.

— Хочешь, я начну спрашивать о твоих романах?

В глазах Ло сразу опустились заслонки, и я почувствовал себя мудаком.

Я прокашлялся и снова повернулся к туше. Не знаю, что это говорит о нас, но с кровью и смертью мы всегда справлялись лучше, чем с чувствами.

— Что думаешь?

Ло проследил за моим взглядом и снова осмотрел место.

— Вот эти следы?

Он указал на шею косули, и я кивнул.

— Они неуверенные, будто тот, кто это делал, все еще не решался. — Он показал на середину тела. — А эти — глубже, увереннее.

Он поднял глаза и встретился со мной взглядом:

— Наш парень привыкает убивать.