Тени тебя

34

Колокольчик над дверью звякнул, и я с трудом подавила стон, когда в кафе вошла Дженис Пибоди. Я надеялась, что после нашей перепалки о том, как она говорила о Роане, мне не придется видеть ее еще несколько недель. Но торжествующая улыбка на ее лице ясно давала понять: мое время вышло, и этот визит приятным не будет.

Кафе сегодня не пустовало ни на минуту. Я не винила людей за любопытство — это естественная реакция. Но вот за то, что они смотрели на меня, как на зверушку в зоопарке, винила.

С самого утра и до обеда поток не иссякал. Люди заходили за кофе или десертом, а потом откровенно пялились на меня, пока я работала. Хотелось натянуть чудовищную маску к Хэллоуину и заорать «бу!».

К счастью, спустя час после обеда все стихло. Пришли мои постоянные — Джонси и Элси, а Зик закончил смену. Я снова могла дышать.

До этого момента.

Дженис уверенно зашагала к стойке, улыбаясь, как кошка, добравшаяся до сливок:

— Аспен. Или ты предпочитаешь Тара?

Я вздрогнула от звука своего старого имени. Всего два коротких слога — а желудок уже свело, и воспоминания грозили нахлынуть.

Я сделала все, чтобы на лице не дрогнул ни один мускул:

— Что вам приготовить, мисс Пибоди?

На ее лице промелькнуло раздражение:

— Мне просто интересно, не стыдно ли тебе за то, что ты столько лет врала нам всем.

Джонси медленно поднялся со своего стула:

— Дженис…

Я подняла руку, показывая, что справлюсь сама:

— Я не врала ни одному из вас.

Брови Дженис сдвинулись:

— Ты соврала о своем имени. О том, откуда ты. О том, чем занималась.

— У меня есть действительные водительские права на имя Аспен Барлоу. Не ложь. Я никогда прямо не отвечала на вопрос, откуда я, — просто уходила от темы. Тоже не ложь. И если только вы не были в том доме, где за мной гнались с чертовым ножом и в итоге пырнули, то я бы на вашем месте вообще заткнулась и это тоже не ложь.

Челюсть Дженис отвисла.

Джонси начал медленно хлопать.

Я выдохнула:

— А теперь вы можете выйти и больше никогда сюда не возвращаться.

Щеки Дженис вспыхнули:

— Ты не можешь меня выгнать. Это кафе тебе не принадлежит.

— Нет, не принадлежит. Но я управляющая, и Сью дала мне право не впускать кого сочту нужным. А это вы и вся мерзость, что постоянно льется из вашего рта.

— Ну я такого…

— Заткнись, женщина, — рявкнул Джонси. — И давай, вали отсюда.

Дженис злобно уставилась на него:

— Твоя семья больше не будет желанными гостями в моем заведении, когда приедет в город.

— Они и не хотят у тебя останавливаться. Грей достала им скидку в Peaks. Так что будут жить в роскоши, а не разбираться с твоими пересоленными яйцами.

— Я не пересаливаю яйца, — возмутилась Дженис.

Джонси махнул ей к двери:

— Может, вместе со здравым смыслом ты еще и вкус теряешь в своем возрасте.

На это она даже не попыталась что-то ответить — просто вылетела за дверь.

Взгляд Элси метался от двери к Джонси, потом ко мне и обратно. Челюсть отвисла, глаза расширились:

— Это было…

— Сплошная чушь, — проворчал Джонси и повернулся ко мне. — Ты в порядке, дорогая?

Я открыла рот, но слова не шли.

Он подошел ближе:

— Ты дрожишь. Может, присядешь?

Элси вскочила и поспешила ко мне:

— Пойдем.

Я покачала головой:

— Я не грущу, — тихо сказала я. — И не боюсь.

Джонси внимательно посмотрел на меня:

— А что тогда?

— Я зла, — пробормотала я.

Он расхохотался:

— Вот это мне по душе. Эта женщина еще та штучка.

— Самое мягкое выражение века, — проворчала я.

Губы Элси дрогнули:

— Тебе воды принести?

— Нет, мне нужен глоток виски.

Она улыбнулась:

— Вот это я поддерживаю. Может, устроим вечер в городе?

Я вздохнула, облокотившись на стойку:

— Может, когда все немного уляжется. Прости за весь этот цирк.

Она отмахнулась:

— Да ладно тебе, это самое захватывающее событие за всю мою неделю.

Я усмехнулась:

— Жаль, что я лишила тебя развлечения.

Джонси фыркнул:

— Без этой сплетницы как-нибудь обойдусь. Однажды она оглянется и поймет, что у нее в мире не осталось ни одного друга.

Элси нахмурилась:

— Грустно.

— Да, — согласилась я. — Но пока она не начнет ощущать последствия своего поведения, она никогда не изменится.

В глазах Элси что-то промелькнуло:

— В наше время люди редко чувствуют последствия.

Я пристально посмотрела на нее. Не первый раз мне казалось, что Элси прошла через многое. Это были мелкие оговорки, тени в глазах. Но я никогда не спрашивала. Из опыта знала — так только отпугнешь.

— Знаете, что нам сейчас нужно? — сказала я.

Седые кустистые брови Джонси поползли вверх:

— Что же?

— Маффины с двойным шоколадом и арахисовым маслом — за счет заведения.

Он заулыбался, похлопав себя по животу:

— Я никогда не скажу «нет».

Я посмотрела на Элси. Она заставила себя улыбнуться, прогоняя тени:

— Я обожаю шоколад.

Разложив маффины для всех нас, я вернула их за их столики. Мы болтали, пока я убирала со столов, перехватывая по кусочку между делом. Джонси рассказывал одну историю за другой о своем детстве в Сидар-Ридж: как они с друзьями угнали лодку покататься, как украсили туалетной бумагой дом директора школы.

Я упрекающе посмотрела на него:

— А я и не знала, что ты был таким хулиганом.

— Это секрет долголетия, — с обаятельной улыбкой ответил он.

Я фыркнула:

— Это секрет, как выкручиваться из любой ситуации.

Колокольчик над дверью снова звякнул, и офицер Смит просунул голову:

— Можно воспользоваться вашим туалетом? Кофе, что вы мне дали, оказался слишком хорош.

Я махнула рукой:

— Конечно. В конце коридора.

Он исчез, и я направилась обратно к стойке, но колокольчик снова зазвенел. Я обернулась, чтобы поприветствовать вошедшего — и почувствовала, как кровь отхлынула от лица.

— Здравствуй, Тара, — произнес мужчина.

Он был лет на десять старше меня, его темные волосы теперь посеребрились на висках, но забыть его лицо я бы не смогла никогда. Его фото печатали под статьями одну за другой. Теми, что сомневались, того ли человека нашли копы. Теми, что ставили под сомнение мое психическое состояние. А хуже всего — теми, что называли меня манипуляторшей, завидующей счастью сестры.

— Убирайся, — прохрипела я.

Орэн Рэндал только усмехнулся:

— Не слишком дружелюбный способ поприветствовать старого друга, не находишь?

В памяти вспыхнули образы: он, выкрикивающий омерзительные вопросы, пока я бежала из зала суда к полицейской машине. Он, поджидающий у моего офиса, у моего дома. Не дающий мне ни минуты покоя. Рассказывающий всем, кто готов слушать, где я живу, где работаю, где провожу время.

Дыхание сбилось, тело вспомнило это ощущение — постоянно оглядываться через плечо. Не чувствовать себя в безопасности нигде.

— Убирайся, или я всажу в тебя электрошокер и отправлю за решетку, — прорычала я.

Глаза Орэна блеснули:

— Не в первый раз ты пытаешься разрушить жизнь мужчине, да?

И тут за спиной Орэна выросла внушительная фигура Роана. Я даже не услышала, как он вошел.

— Отойди от нее, пока я не вырвал тебе позвоночник через нос.