Только не читайте эту книгу!

Глава 8. Когда правила диктует писатель…

Мадам Сатен работает в издательстве «Художественная литература» двадцать пять лет. И двадцать из них – ассистентом главы издательства, месье Блонделя. Стоит ли говорить, что ей довелось пережить немало бурь! Но, откровенно говоря, сегодня утром даже эта массивная дама трепещет, слыша, как ее патрон снова рвет и мечет. Сомнений нет: так лютовать ему еще не доводилось за всю долгую карьеру.

Мадам Сатен умеет оставаться незаметной: она никогда не станет вмешиваться в чужие дела, и особенно – в дела руководителя, если только он сам ее об этом не попросит. Но сейчас трудно не услышать, что именно привело месье Блонделя в такую ярость: его вопли доносятся аж до лифтов.

– Что за чушь! В голове не укладывается. Так оскорбить меня, крупнейшего издателя Парижа. Да что Парижа, всей Франции! Это я публикую лучших авторов, это я открыл величайшие таланты! А этот господин Рон Нейриго, видите ли, не желает доверить мне свою рукопись. Да что это за бред?

Господин Блондель ругается по телефону – об этом мадам Сатен легко догадывается по паузам, с которыми чередуются негодующие возгласы ее начальника. Сказать по правде, ей жаль его собеседника – как только еще не оглох!

Наконец издатель слегка смиряет свой гнев:

– Разумеется, вы примете его условия. Пусть клепает свою книжку где хочет, хоть у черта на куличках, если ему так заблагорассудится. А мы обеспечим ей рекламу и продажи. Это самый успешный бестселлер этого года, а то и последнего десятка лет. Такими доходами не разбрасываются. Но, ей-богу, этот Рон Нейриго – самый большой чудак из всех писателей, которые мне встречались.

Снова пауза, а потом мадам Сатен слышит последний ответ патрона:

– Нет, я не читал его книгу. Еще не успел. Да и нужды нет, все вокруг и так твердят мне, что она отлично пойдет. Хотя, конечно, надо будет собраться и прочесть, да. Должен же я понять, чем он так цепляет читателей.