Трактирные шалости

Глава 9

В мутноватой коровьей молочной сыворотке неаппетитными клочками плавали взвеси — они были отчётливо видны и немало настораживали.

— Ну что за день? — вздохнула я. — Не с той ноги, что ли, встала?

Илоша напрочь отказалась меня слушать и заперлась в комнате. Мстислав снова уснул, едва я вышла на кухню за перекусом. Вернулась, а он посапывает, лёжа на здоровом боку. Ещё и хлебные дрожжи, видать, не подходят для создания кефира. Неужели меня обманули местные советчицы? Я всего-то спросила рецепт, соскучилась по фруктовым йогуртам и молодым сырам. Но в этом плане была полным профаном. Когда в шаговой доступности есть все виды молочных продуктов, не особо интересуешься технологией их создания с нуля, как здесь. Поэтому мне сейчас приходилось экспериментировать на свой страх и риск, а ещё кошелёк.

Так, ладно. Значит, сегодня откроюсь, но меню будет чуть более скромное. Потому что без Илоны мне на кухне тяжеловато справляться. В последнее время я так сильно привыкла к моей молоденькой помощнице, что совершенно не отдавала себе в этом отчёта до сегодняшнего дня.

Принялась за тесто и заодно поставила воду на паровую баню. В прошлой жизни я вынуждено следила за своим внешним видом, чтобы не потерять то единственное, что у меня осталось после всех моих жизненных неудач, — стройная фигура. Филе и рыба на пару, приготовленные с овощами в виде рулетов, могут быть очень даже вкусными, а не только полезными и низкокалорийными. Хотя здесь, с таким объёмом физического труда, можно о подобном сильно не переживать, но в этот раз я решила убить сразу двух зайцев: приготовить картофель и овощи на решётке над паровой баней вместе с копчёной рыбой. Где-то я подобное видела, и сейчас пазл собрался воедино. При такой подаче рыба станет полноценным блюдом, а не только закуской к напиткам.

Не знаю, сколько прошло времени, — я настолько увлеклась процессом, — не заметила появления Илочки в кухне.

— Прости, — проронила она тихонько, а я сосредоточено посмотрела в её сторону, совершенно никого не замечая, было сложно переключить мозги, когда предо мной стоял ряд тарелок.

В этот самый миг я закончила раскладывание картошки, рыбы и кусков репы, приступила к сервировке укропом и базиликом.

— Ничего.

Я махнула рукой.

— Помощь нужна? — Илона быстро очутилась у меня прямо за спиной.

— Уже нет, лучше расскажи мне, что у вас там стряслось.

— Выгонишь меня?

От жалобной интонации её голоса в глазах защипало. Сделала глубокий вдох, успокаивая ритм дыхания, прежде чем обернуться со словами:

— Иди сюда.

Распростёрла объятья к рыжей девчушке, ниже меня на полторы головы. Наверняка будет такая же рослая, как и Болъиван.

— Так что произошло? — мягко напомнила я, едва Илона с облегчением приобняла меня и уложила голову в сгибе моего локтя.

— Долгая история, я не знаю всего, — помощница не желала делиться горестями. — Меня по дому гоняли без продыху, маму тоже. Но в последние дни я всё чаще стала замечать злость, стоящую в глазах Рогнеды, едва она смотрела в нашу сторону. Поэтому, ты уж прости, но я не могу считать их обоих хорошими людьми. Маму прогнали на болота незадолго до рассвета. Но я об этом узнала аж к вечеру, когда было поздно.

Девочка судорожно вздохнула. Видно было, как ей тяжко даётся это признание.

— Болота — это так страшно, да?

— Ужасно. Топи, леса дремучие. Я до последнего буду надеяться, что маме моей удалось сделать крюк и обогнуть те места по краю, обосноваться в другой деревушке. Вот вырасту, поеду на разведку, поищу её. А пока позволь пожить здесь ещё немного, а? Я обещаю, больше обзываться не буду.

— Ила-Ила, — я вздохнула, пряча улыбку, — твоя обида, может быть, и праведна, но страдаешь от неё именно ты сама, а не те люди, которые причинили тебе зло. Помни об этом и не причиняй ещё больший вред самой себе.

Зачем я это сказала? Казалось бы, давала совет ей, а на самом деле самой себе, потому что перед глазами тотчас всплыл образ бывшего мужа и моей дочери. Мы сидели за столом. И очередной разговор на повышенных тонах, казалось, начался сам собой. Столько непонимания, обид, недоверия и всего вместе взятого.

Эх…

— Обещаю, не буду злиться на них, чтобы самой не страдать.

Илона кивнула, прежде чем разомкнуть объятья.

— А ты, я смотрю, рыбу приготовила на обед?

— До купцов я тот раз и не дошла, а хлебные дрожжи меня подвели, кефир не удался. Я бы пышек испекла. Да с сахаром он очень вкусный.

— Молочную бражку имеешь в виду? — Илоша прошла к столу и кисло скривилась на результаты моих трудов, наполовину скрытые марлей в деревянной миске. — Да, закваска нужна другая. Надо у Ялики спросить. Она подскажет. Я рецепт повторить не смогу, да и не стану, ещё отравимся ненароком.

— Хорошо. — Я вернулась к сервировке и переменила тему. — Скажи, а что ты можешь рассказать про всяких обитателях местных лесов?

Начала издалека в надежде вывести разговор к нужной теме.

— Волки, белки, выдры и бобры, ты об этом? — спросила Илона с усмешкой. — Или хочешь узнать что-то конкретное?

— А как насчёт ежей?

После этого слова моя помощница насторожилась.

— Неужто о лесных хочешь узнать?

— Получается, обычные ежи не водятся? — пришла к выводу я.

— Водятся, но вряд ли они тебе будут интересны. Говори, ты где-то видела маленького человека, отдалённо похожего на ёжика?

— Ты тоже видела?

— Нет, но многое слышала о них со слов других людей.

— Которые их видели, — кивнула я.

— Нет, они их не видели, но передавали слухи и легенды. А вот тут её голос перешёл на шёпот — Одно плохо, видеть их могут одарённые люди, те, кто умеет колдовать, понимаешь?

— Глупости, вовсе я не умею.

— Есть такое поверье в народе, что ведьмы бывают добрые и злые, как духи леса. Некоторые из них выходят к людям и клянутся в верности главе рода, охраняют дома этих везунчиков и по хозяйству помогают. Но если род прервался или случилась какая другая напасть, домовые уходят обратно в лес.

— Так тот ёжик, который брёл за тобой и повизгивал, он — домовой? — тихонько спросила я.

— А ты его видела? — Илона позабылась и повысила голос. — Правда?!

— Да…

— Ой, как хорошо.

— Чем же?

— Ёжик — это добрый дух леса. Во всяком случае, вреда он не принесёт, а если явится к нам, оставь ему блюдце с молоком, вдруг захочет жить с нами и оберегать наш дом, а?

Я громко вздохнула. Что-что, а подобного исхода разговора я совершенно не ожидала. Они с Мстиславом сговорились, что ли? Хотя вряд ли. Скорее всё дело в местных легендах и поверьях.

— Что ж, ладно, — сдалась я, помечая в уме новую задачу, выделить отдельную тарелку для молочной приманки. Одно непонятно — что делать, если молоко скиснет и начнёт вонять, когда его никто не выпьет, а?

Как назло, в этот самый миг я бросила взгляд в миску с прокисшей бражкой и увидела внутри чёрные хлопья на дне, а на поверхности на миг показались чьи-то глаза.

Вздрогнула и присмотрелась внимательнее.

Нет. Просто фантазия, или усталость сказывалась.

Помотала головой, намереваясь выйти на улицу, чтобы хлебнуть свежего воздуха и прочистить мозги. От мыслительного переутомления и не такое мерещится. Правда, обычно по краям зрения, а не в фокусе.

А вдруг не показалось? Я остановилась в дверях кухни.

— Илочка, я выйду на улицу ненадолго, просмотри за хлебом, чтобы не пригорела корочка, скоро вернусь, заодно табличку поменяю и покричу немного, зазывая народ.

На мою просьбу последовал лаконичный ответ:

— Хорошо.