Трактирные шалости

Глава 20

Горы Атбе-Буши, отделённые от кочевых племён Аджузии шумной и быстрой рекой Хайту, хорошо видны издалека. Их высокие пики словно пронзают небо и теряются в молочно-белых облаках, безмятежно плывущих по небосводу.

Вечерело. В воздухе пахло морозной свежестью, и казалось, будто зимние холода уже близко, хотя осень была только в середине своего пути.

Золотистый лес окружал малочисленный разведывательный лагерь, разбитый на опушке недалеко от хижины местного шамана. Ураганный ветер, случившийся по ту сторону хребта, добрался и до этих мест, но его сила была вполовину от той, которая обрушилась на маленькую неприметную деревеньку, выстроенную на побережье одного из притоков Хайту.

Горная вода из снежных шапок стекала в низину настоящими каскадами водопадов и ручьями наполняла маленькое озеро. Эти земли не так давно, всего лишь столетие назад, принадлежали хайтарам. И хан Арслан не забывал напоминать об этом каждому полководцу, с которым встречался в последнее время, чтобы исполнить задуманное.

Один из них сейчас стоял подле правителя, преклонив колено.

— Ветер повалил деревья и разбросал шатры и провизию в разные стороны, несколько лошадей травмированы, — отчитывался Торсан, приближённый полководец хана Арслана. Его тёмно-карие глаза, спрятанные под кустистыми чёрными бровями, источали непоколебимую решимость.

Седовласый и длиннобородый старожитель приподнял правое веко и с ленцой дослушал рассказ о мелочах, не стоящих его внимания.

— Погода гневается не на нас, — заключил он, приподняв с колена дрожащий перст, украшенный золотым изумрудным кольцом. Качнув им в воздухе, он указал в сторону горного хребта, словно желая наказать тех, кто живёт по ту сторону естественной преграды.

Недавнюю непогоду хан пережидал в хижине шамана и только сейчас вернулся обратно, чтобы воочию узреть силу стихии, прошедшей по его лагерю, словно молот по наковальне.

— На восстановление шатров уйдёт время, но ваш будет готов уже скоро, — заверил полководец.

— Всему своё время, — хрипло вымолвил хан Арслан. — Я умею терпеливо ждать. Главное, чтобы результат не подвёл мои ожидания.

Несмотря на свой возраст, он был крайне амбициозен и непримирим. Те, кто ему не нравился, быстро оказывались надетыми на пики, и их изувеченные тела гнили на каждой развилке каждой дороги в назидание остальным. Но вместе с тем он был щедр со своими приближёнными и одаривал золотом преданных людей, чтобы они и дальше оставались таковыми.

Ведь он знал цену безропотного послушания. За всю свою долгую жизнь Арслан не раз переживал покушение на свою жизнь многочисленными врагами, которых он заимел из-за жёсткого нрава и чудовищных решений, принятых безо всякой на то нужды. И теперь, когда давняя мечта была близка к осуществлению, терпеливое ожидание стало для него лёгкой задачей. Его душу грела мысль о будущем, которое неминуемо приближалось. Будущее, в котором всем воздастся по заслугам.

Замесив тесто на сдобу, я почти потеряла счёт времени — мой мозг был занят совершенно другой работой, и память не утруждала себя ненужными воспоминаниями, поэтому появление в трактире той самой бабули-торговки стало для меня маленькой неожиданностью.

— Приятно видеть людей, занятых работой, — усмехнулась она. — Что? Неужто забыла об уговоре?

Я быстро справилась со своим лицом и улыбнулась гостье.

— Что вы, просто увлеклась, — кивнула в сторону стола, где месила тесто.

— А, понимаю. — Она обернулась назад и позвала: — Заноси и будешь свободен, Гоша.

Я невольно вздрогнула, потому что мне послышалось в конце совершенно другое слово.

Так, не дело это — думать о подобном во время работы. Гоша подошёл и поставил туесок на свободное от муки место на столе.

— Илочка, помоги, а? — Я нашла взглядом мою помощницу и заметила её позади, возле полок со специями. Ступка с перетёртым в пудру сахаром стояла в стороне.

— Что-то я корицу не найду.

— И не надо пока, распределим тесто на варенье и пудру, а если останется, тогда уже корицу сделаем.

— А можно всё вместе, — предложила она. Я в ответ округлила глаза.

— Сколько, думаешь, это всё великолепие будет стоить?

— Но для себя-то можно я одну сделаю? Она состряпала такой жалобный-жалобный взгляд.

— Можно-можно, — согласилась я.

— Ты кто? — В дверях кухни показался Мстислав. Он строго воззрился на Гошу, а тот чуть язык не проглотил от неожиданности, открыл и закрыл рот, стоя рядом со мной.

— Да внук это мой, а вот ты кто? — Брови бабули взметнулись вверх. — Что-то я не припомню тебя среди здешних жильцов.

Дружинник посмотрел мне прямо в глаза, будто спрашивал, можно ли представиться, но я отрицательно покачала головой. Нет уж, не нужны мне лишние слухи.

— А я тут недавно, — он поднял руку и почесал затылок. — Голоден как зверь, накормишь, хозяюшка?

Молодец, ловко перевёл тему. Но наша гостья не повелась на этот трюк:

— Так ежели ты поесть пришёл, то чего на кухню лезешь, а?

— В зале никого, вот я и лезу. И вообще, хватит лясы точить, еда будет сегодня или нет?

Мы с Илошей фыркнули на один манер. Да уж, мастерски строит из себя барина. Бабуля кисло скривилась и в этот раз уже допытываться не стала. Лишь ворчливо мне посочувствовала:

— Ладно уж, пойдём мы с Гошей, а ты как булочки продашь, позже вернёшь остатки, если не всё варенье пригодится. Я тебе доверяю.

— А…

— Доверяю тебе, говорю, — она мне улыбнулась, — используй по своему разумению. Позже сочтёмся.

Вот и поговорили. Я же хотела её про нечисть расспросить. Ну, во всяком случае, когда она придёт за деньгами, может тогда удастся что-нибудь выведать?

Кивнув, я продолжила месить тесто, а Илоша поняла меня без лишних слов, достала тарелку и зачерпнула остатки вчерашнего рагу. Ох уж этот Мстислав! Вечно не вовремя влезает.

Какое-то время мы с Илочкой просто лепили ватрушки и почти не разговаривали, но вот Слава наконец показался опять. Принёс тарелку. Пустую.

— Я ж утром поесть не успел. К тебе поднялся, поговорить. Вернулся, а Илона меня прогнала коптильню чинить.

Мне оставалось лишь изумлённо вскинуть брови.

— И как?

— Всё готово, хотел узнать, есть на чём опробовать-то?

— Погодите, но почему я ничего не слышала? — опомнилась я. На улице было тихо, так, ветер шумел, да половицы поскрипывали, ставни постукивали наверху.

— Я ему сказала коптильню за углом выложить, — пояснила хитрая помощница. — Так ведь и сделал?

— Так и сделал, — вопросил за ней дружинник и даже голос, похоже, перекривлял.

Вот уж два сапога пара.

— Нет, не нужно было, — непроизвольно вздохнула, понимая, что работа проделана зря, — во всяком случае сейчас точно нечего коптить. Но за помощь благодарю.

Нахмурившись, Мстислав поставил тарелку возле рукомойника и собирался выйти из кухни, остановился и посмотрел на меня странно. Будто ждал ответа.

Я лишь пожала плечами и отрицательно покачала головой, мол, занята — не поговорить при Илоше. А он губы поджал, вышел расстроенный. Да что ему нужно от меня? М?

Ох…