Тридцать сребреников в наследство

Глава 35

— Да не вопи ты, сделай милость! — поморщился Никита. — Сейчас трубка лопнет. Не пойму, чего ты от меня хочешь?

— Кит, ты там что, спишь, что ли? — возмутилась Света. — Я уже пять минут объясняю. Дядя Валера уехал в Москву, Викина мать тоже куда-то запропастилась. Вика позвонила и попросила три вечера подержать у нас Артура. Они с Машкой хорошо ладят.

— И что?

— Да то! Короче, когда Виктория приедет после спектакля за Артуром, не вздумай ее ни о чем спрашивать!

— О чем спрашивать?

Он действительно никак не мог взять в толк, чего от него хочет Света. С утра ему пришлось побегать по городу, потом поругался с начальницей и долго выяснял, кто утащил с его стола чистые бланки и куда исчезло Ведро. Бланки наконец нашлись, Ведро тоже, и только он налил в него дрянной растворимый кофе, чтобы пару минут передохнуть, раздался звонок.

— Ты что, издеваешься? — Света рассердилась не на шутку. — Я говорю, не вздумай спрашивать ее, зачем она вытащила Илью на Московский вокзал.

Чтобы подразнить ее, Никита хотел спросить почему, но благоразумно воздержался. Тем более Света продолжала сама:

— Мало ты уже нарисовался со всех сторон. Теперь еще не хватало только, чтобы он узнал, что ты знаешь.

— Кто он-то? — для порядка уточнил Никита.

— Слушай, иди ты в задницу! — совсем рассвирепела Света и отключилась.

Он немного посмеялся, допил кофе и понял, что совершенно не смешно. И чего ему вздумалось дразнить Светку? Дело-то и правда серьезное. Сколько ни придуривайся, не отмахнешься. Все равно что голову в песок совать по-страусиному.

Заперев Ведро в столе, Никита взял телефонный справочник и принялся за поиски театра с пошлым и претенциозным названием «Храм Мельпомены». Ничего подобного не нашлось. В «09» тоже удивились. «А такой есть?» — скептически спросила телефонистка. Пришлось искать в интернете.

«Храм» обнаружился на чудовищно оформленной авангардно-театральной страничке. Любителям андеграунда сообщалось, что сегодня идет спектакль «Райская птица» с Викторией Гвариули в главной роли. Предлагалось бронировать билеты по телефону.

Никита подумал, что вряд ли он останется на улице, если подъедет к самому началу спектакля. Выйдя из офиса, купил три гвоздички и поехал на Выборгскую сторону.

«Храм Мельпомены» располагался в здании бывшего заводского клуба. Уже и завода-то в помине не было, а в холле по-прежнему красовалась скульптура рабочего неопределенной специальности. Похоже, убрать ее можно было только вместе с несущей стеной. Поэтому интерьер «Храма» производил несколько странное впечатление: белые колонны, роспись на древнегреческие темы — и мрачный пролетарий.

Зрителей действительно оказалось не слишком много. Кассирша, зевая, читала журнал. Увидев Никиту, она то ли обрадовалась, то ли удивилась и потребовала за билет в партере девяносто рублей. Денег было жаль, но Никита упрямо тряхнул головой: ну и пусть!

Устроившись в неудобном откидном кресле, он в который раз спросил себя: ну и что же, собственно, происходит? Зачем его сюда принесло? То сидел квашней, то вдруг попер танком на буфет. Что-то доказать Светке? Или самому себе?

Взвизгнула музыка, рывками поднялся синий бархатный занавес. Из-за кулис выплыло нечто. Из разноцветного тряпичного свертка торчали пучки оранжевых перьев. По ним Никита опознал Викторию — «райскую птицу». Пузырящиеся пластиковые конструкции кислотных оттенков по всей сцене, видимо, обозначали рай.

Минут пятнадцать Никита честно пытался вникнуть в смысл действа, но в конце концов сдался. Невнятные фигуры в развевающихся лохмотьях носились взад-вперед и завывали что-то глубокомысленное. Мигал свет, раздавался грохот, падали сверху какие-то разноцветные кубы и пирамиды. Публика в зале экзальтированно ахала.

Ночью Никита спал плохо, и теперь его клонило в сон, но музыка била по ушам. Голова стала противно неметь, словно отсиженная нога. Очень хотелось уйти, но он упрямо сидел, даже в антракте не пошел в фойе.

Наконец спектакль дополз до финала и артисты вышли на поклон. Аплодировали сдержанно, но отдельные крики «браво» все-таки раздавались. Никитины гвоздики поникли, он слегка встряхнул их и направился за кулисы разыскивать апартаменты Виктории.

Странно, но его никто не остановил. Поплутав минут пять, он уткнулся в обшарпанную дверь с табличкой «В.Гвариули».

— Да-а-у? — кокетливо донеслось в ответ на Никитин стук.

Виктория курила, сидя перед зеркалом, кое-как запахнув махровый халат. Кругом валялись детали костюма райской птицы.

— Ой, кто это? — ненатурально удивилась Виктория. — Никита? Вот уж кого не ожидала увидеть. Ты один, без Светы? Мы ведь на ты, да?

Никита не помнил, чтобы они с Викторией пили на брудершафт, но возражать не стал. Какая, собственно, разница!

— Был недалеко по делам, — вдохновенно врал он, растягивая рот до ушей. — Решил посмотреть, как ты играешь. Тем более все равно поедешь к нам за Артуром, заодно подвезу.

— Прекрасно. А то Валерик мне свою машину не дает. Даже когда уезжает. Боится, что разобью. А ты, наверно, рублей сто за билет заплатил, да? — Виктория сделала вид, что нюхает гвоздики. — Позвонил бы, я бы вышла, так провела. Ну и как, понравилось?

— Концептуально, — кивнул Никита, зная, что в это слово свободно и безопасно можно вложить абсолютно все.

— Я переоденусь, — Виктория встала и потянула конец пояса.

— Я, пожалуй, в машине подожду, — поспешно поднялся Никита. — Опель у входа.

— Как хочешь, — усмехнулась она.

Сидя в машине, Никита все никак не мог решить, с чего начать, а когда Виктория не слишком грациозно плюхнулась рядом, вдруг понял: ва-банк!

— Вика, — начал он, глядя строго перед собой, на дорогу, — я хотел тебя кое о чем спросить.

— Ну, спрашивай, спрашивай!

Она отчаянно кокетничала, и ее грузинский акцент рос от звука к звуку.

— Так уж вышло, что я узнал о ваших с Ильей отношениях. Совершенно случайно.

— И что? — спросила Виктория — быстро, сухо и совсем без акцента. — Будешь читать мораль? Боженька не разрешает грешить?

— Лично мне, в общем-то, без разницы. Ваши грехи — ваше дело. Просто Илья, похоже, не сказал ментам, что ты назначила ему свидание именно в то время, когда с Зоей произошел несчастный случай. Или это совпадение?

— Ты и об этом знаешь? — Виктория судорожно защелкала зажигалкой, пытаясь прикурить сигарету. — Значит, Илья не сказал ментам, но сказал тебе?

— Не мне, а Кириллу Федоровичу.

— Видишь ли, дорогой Никита, — сощурилась Виктория, — похоже, он не сказал, что на самом деле я не назначала ему свидания.

— То есть?

— То есть это он назначил мне свидание. В тот день вечером спектакля не было, зато была репетиция. А на репетиции я телефон выключаю. На проходной мне сказали, что звонил Илья и просил приехать в девять вечера к Московскому вокзалу. Я жутко разозлилась, не хватало только, чтобы Валерику доложили. Приехала, не успела и слова сказать, а он на меня как начал орать, зачем я сообщения на телефон посылаю, ему от начальника попало. А я ничего ему не посылала. Короче, Никита, мы с ним так поругались! И я решила, что пора кончать. Толку с него, как от кота на пашне. Глупый, жадный, и в постели тоже никакой. Да и опасно, тем более теперь. Ну, сам понимаешь, когда бабка померла. Слушай, а чего ты об этом заговорил? Или?..

— Тебе интересно, не собираюсь ли я тебя шантажировать? — хмыкнул Никита. — Не собираюсь. Напряги мозги, райская птица. Если ты тут ни при чем, значит, кто-то позаботился о том, чтобы Ильи не было дома. А если кому-то было выгодно убрать Зою, то точно так же выгодно убрать и твоего Валерика. Если, конечно, это не он сам.

Почему-то он сразу и безоговорочно поверил Виктории. Может быть, потому, что и сам когда-то вместе с приятелями проделывал такую штуку. Писали записку однокласснице, якобы от имени мальчика, назначали свидание. А мальчику — соответственно от этой девочки. А потом хихикали за углом, глядя, как они выясняют, кто же кого пригласил. Тем более, все это так легко проверить.

Виктория словно услышала его последнюю мысль.

— Ты с ума сошел? — зашипела она. — Валерка в тот день в театре был. Все время на людях. Если ты думаешь, что взрыв у Зои кто-то подстроил, то он никак не мог этого сделать. Или что, у нас целое преступное сообщество? Кстати, ты-то чего переживаешь? Тебя каким боком это касается?

Никите показалось, что Виктория сейчас на него набросится. Она даже как будто в размерах увеличилась.

— Если ты такая дура, то замолчи и послушай! — резко оборвал он ее. Виктория ошарашенно захлопала глазами. — Может быть, конечно, это я дурак и ты сейчас качественно крахмалишь мне мозги. Но если ты не врешь, то очень скоро очередь дойдет и до твоего мужа. Или ты не поняла?

Виктория, которая, похоже, действительно в запале сначала не обратила внимания на эти его слова, испуганно прижала к губам ладонь.

— Что же делать-то? — невнятно прошептала она. — Надо же что-то делать!

Никита не стал говорить, что для него этот вопрос тоже весьма актуален. Оставшуюся часть пути ехали молча. Виктория обхватила себя руками и покачивалась в такт своим невеселым мыслям. А Никита думал о том, что если Валерий действительно не имеет к взрыву отношения, остаются двое. Алексей, который разбирается в проводке, и… Кирилл Федорович, что было бы совершенно неприятно.