Тридцать сребреников в наследство

Глава 42

А что они вообще об Алексее знают? Банковский охранник, так?

Света осторожно разузнала у родственников, с бору, что называется, по сосенке.

Покойный отец Алексея был конструктором в «ящике», разрабатывал какие-то высокоточные оборонные технологии. Сам он проучился полтора года в техническом вузе, но ушел. Потом армия, десантные войска. После дембеля устроился в банк. Вот, собственно, и все, что о нем знали. Конечно, Марине наверняка было известно больше, но расспрашивать ее о муже было бы слишком неосторожно.

Никита поехал в институт, помахал издали своими вишневыми корочками, разболтал девочек в деканате и узнал кое-что интересное. Оказывается, ушел Алексей со второго курса не вполне добровольно. У молодой преподавательницы, с которой он завел роман, из квартиры пропали дорогие украшения. Все улики были исключительно против Алексея. Дело решили мирно, он сознался, украденное вернул, но из института вынужден был уйти. После армии пытался восстановиться, но безуспешно. Потом Алексей женился — об этом рассказал его бывший однокурсник, который там же заканчивал аспирантуру. Женился более чем выгодно, на вдове известного писателя, которая была старше нового супруга лет на десять. И очень скоро с ней развелся. Подробностей аспирант не знал, но слышал, что развод получился довольно некрасивый, да и вообще, вся эта история была, что называется, с душком.

Жена Никитиного друга Ольга Погодина писала детективы и на этой почве имела в питерских литературных и окололитературных кругах некоторые связи. Никита приехал в гости и попросил помочь.

— Ник, ты вляпался в детективу, — в упор глядя на него, хмыкнула Ольга, невысокая полноватая шатенка. — Я тебе помогу, но исключительно любовью за любовь.

— Это как? — испугался Никита.

— Во дурак! — фыркнула Ольга. — Нужен ты мне! Это значит, я узнаю про твою писательскую вдову, а ты разрешаешь мне использовать твой сюжет по моему усмотрению.

— Давай хотя бы доживем до его окончания.

— Не обязательно. Можно и в процессе.

Была у Ольги такая слабость: все интересное, что случалось с ее близкими и не очень близкими знакомыми, вставлять в очередную книжку, основательно изуродовав сюжетную линию. Впрочем, изуродовав не до полной неузнаваемости, потому что знакомые как раз себя узнавали и нередко обижались. Насколько Никите было известно, не так давно она сама влипла в криминальную историю и теперь с азартом охотничьего терьера ваяла роман про себя.

Сделав пару-тройку звонков, Ольга сварила кофе, разлила по чашкам и поставила одну перед Никитой.

— Ну вот, Никитос, — сказала она, — слушай. Дело давнее, но шумели о нем громко. Был такой писателишка Артем Губанов, в начале девяностых очень модный. Писал забойные боевики, с мистикой, с фантастикой, с эротикой на грани порнухи, со скачками во времени. Короче, всего поманеньку. Огромные тиражи, деньги греб лопатой. Женился на какой-то там модели, суперкрасавице. Но жадный был — жуть. Женушка терпела, терпела, потом завела молодого красивого любовника. А потом Губанов немножечко умер. Знаешь, как в анекдоте. Почему, мол, умер? Да грибов поел. А почему весь в синяках? Да грибы есть не хотел.

— Что, действительно отравили? — удивился Никита.

— Точно утверждать, разумеется, нельзя, но... Отравление некачественными консервами. С кем не бывает. Любовник на вдове срочно женился. Но она при Губанове наголодалась и принялась с бешеной энергией денежки тратить. А мальчик сам по себе никто, охранник, ему это не понравилось. Решил так же срочно развестись и через суд чего-нибудь отсудить, пока не поздно. Но не вышло. Имущество-то добрачное, а стало быть, разделу не подлежит. Удалось ему только половину четырехкомнатной квартиры отхватить, поскольку вдова его по какой-то сложной дурости к себе прописала.

— Очень мило, — Никита в задумчивости сделал большой глоток, обжегся, закашлялся. — Как говорил чукча, тенденция, однако.

— Умираю от любопытства, — застонала Ольга. — Расскажи!

— Потом.

— Какой ты, Ник, противный! Ну хоть намекни. Я сюжет обдумаю.

— Может, и конец сочинишь? Хотелось бы знать заранее, разоблачу ли я геройски злодея или примерю деревянный смокинг.

— Все так серьезно? — в голосе Ольги смешались тревога и охотничий азарт. — Правда?

— Хотелось бы верить, что я преувеличиваю.

Ему все-таки удалось отбиться от ее приставаний. В общем и целом, Ольга Никите нравилась, но он не мог не признавать, что временами ее заносит и тогда она начинает воспринимать жизнь как сборник потенциальных сюжетов, не слишком заботясь о том, что за ними стоят живые люди.

— Ладно, Ник, — вздохнула Ольга, смекнув, что больше из него вытянуть ничего не удастся. — Будем надеяться на лучшее. Что всем злодеям достанется на орехи, а ты получишь… орден. Или хотя бы не получишь по башке.

— И на том спасибо, — поставив чашку на блюдце, он встал и направился в прихожую. — А еще спасибо за помощь и за кофе.

— Не за что. Так я на тебя рассчитываю.

Кивнув неопределенно, — понимай как хочешь! — Никита вышел из квартиры. Лифт где-то потерялся, и он начал медленно спускаться по лестнице.

То, что узнала Ольга, совершенно гармонично вписывалось в общую картину. Интересно, а с Мариной Алексей познакомился, уже зная о ее богатенькой бабушке? Или это был для него приятный сюрприз?

Ну что же, поработаем еще частным детективом.