Тридцать сребреников в наследство

Глава 67

Расставшись с Вероникой в саду, он отправился в деревню. Надо было срочно нейтрализовать сторожа. Найдя дом его сестры, Костя сказал, что Петрович просил передать: он придет помочь ей в огороде, если она выставит бутылку. Сестра торопливо закивала головой.

Петрович, как обычно по выходным, был уже в полсвиста. Он сидел на крыльце, глупо улыбался и разглядывал ползущего по дорожке навозного жука. Поздоровавшись, Костя сказал, что сестра просила помочь в огороде и обещала купить пузырек. Услышав о пузырьке, Петрович даже не поинтересовался, каким образом его немая сестра общалась с Костей, и поспешил в деревню.

Выждав немного, Костя пошел за ним. Как он и рассчитывал, Петрович, увидев пузырек, забыл об огороде и, к великой досаде сестры, плотно уселся за стол, очень быстро дойдя до нужной Косте кондиции. Забрать у него ключи от часовни теперь не составляло никакого труда.

В лесу он чуть не столкнулся с Никитой. Счастье, что издали увидел, сошел с дорожки и затаился. Да вот только поскользнулся на промоине, шумнул, чуть шорты не порвал. Полкан насторожился, заозирался, разве что не землю нюхать не начал.

Он что, следит за мной, подумал Костя, подходя к часовне и отпирая замок. И от досады даже не заметил, что оставил на крыльце грязный след. Открыв свечной ящик, он поставил на подсвечник девять больших свечей. Теперь надо было сделать так, чтобы они загорелись в нужное ему время. Белый фосфор вспыхивает на воздухе почти мгновенно. Костя немало помучился, рассчитывая, как быстро чистый неразбавленный алкалоид, представляющий собою густую маслянистую жидкость, полностью испарится и позволит кислороду вступить в реакцию с фосфором. Надо же было еще учесть температуру воздуха.

Вернувшись на дачу, Костя потихоньку забрался на чердак и занялся чучелом. Чтобы не возбуждать подозрений, все необходимое он привез в свой прошлый приезд и спрятал на чердаке, куда никто никогда не забирался. Установленная на столе свеча в нужное время должна была подпалить шнур, привязанный к торчащему из стола штырю. Тогда чучело, одетое в измазанную краской ночную рубашку, точную копию той, которую Костя видел у Вероники в шкафу, соскользнет вниз и повиснет, застопорившись узлом в кольце над окном.

В довершение всего Костя подбросил в будку Конрада маленький диктофон с многократной записью команды «пой» и погребальным колокольным звоном. Таймер диктофона он настроил так, чтобы тот включился примерно в середине ужина, после того, как яд окажется в Димином бокале, но до того, как в часовне зажгутся свечи. В довершение всего он пристроил в электрощит другой таймер, тот, который должен был ненадолго выключить в доме свет, и присоединился к остальным.

За ужином Костя нервничал. Дима чуть все не испортил, когда захотел сесть на другое место. Вероника испугалась, заорала, что хочет сидеть с ним. Только хуже сделала, обратив на себя внимание. Особенно Никиты, который и так не спускал с них глаз.

Свет погас, все завопили, начали вскакивать. Вероника проделала все с блеском, а он моментально поменял бокалы местами и хотел уже идти к щиту, чтобы убрать таймер, но тут влез Алексей. Электрик, твою мать! Не драться же с ним. Одна надежда была, что не поймет, зачем там какая-то коробочка присобачена.

Потом завыл Конрад, зазвонил колокол — все по сценарию. И свечи зажглись вовремя. Мистический антураж, который вместе с чучелом якобы должен был напугать беременную женщину аж до выкидыша. Но вот Никита во всю эту мистику верить не хотел, что-то соображал, да прикидывал. Да еще и Алексей, который явно лез на рожон. Кто, спрашивается, поспешил к щиту? А кто предложил пойти в часовню? Тут, правда, кстати вышло, не пришлось самому выступать с инициативой. Но все равно, эти два урода Костю активно бесили. А уж когда Алексей рванул на чердак — снимать мнимую Веронику, тут Костя едва успел его опередить.

Короче, переволновался так, что и про фальшивый флюс забыл, на нервной почве навалился на мороженое, будто с голодного острова прибыл. Как потом уже выяснилось, именно тогда Никита и начал что-то смекать.

Так или иначе, первая часть плана, в общем и целом, удалась. Вероника, сама того не ведая, отравила не мужа, а себя, а все подумали, что у нее от переживаний случился выкидыш. Ну представьте, все, как в легенде: собачий вой, колокола, свечи в часовне сами зажглись, грешки за собой известны. А тут еще и повешенное чучело в окровавленной рубашке.

Конечно, был в его схеме и такой вариант, что Вероника не умрет. Мало ли, успеют спасти. Тогда сказал бы ей, что она сама случайно перепутала бокал, и отложил бы ее на потом. Но Вероника умерла. И тем самым облегчила ему выполнение второй части плана. Потому что избавиться от надоедливой и надоевшей, впридачу беременной любовницы — это была далеко не главная, а напротив — второстепенная и вспомогательная задача.

Бабушка Фира. Самая старая в семье. Ну, и не слишком добродетельная, между нами, кто об этом не знает. Когда волнуется, сердечко покалывает. Неужели весь произошедший кошмар не заставит ее вспомнить о лекарствах?

Еще как заставил! Все слышали? Все запомнили? «Никита, будь добр, принеси мне валидол». Опять Никита, черт бы его побрал!

Бабка должна была умереть тогда, когда его в доме уже не будет. И желательно, чтобы времени прошло побольше. Конечно, гарантии, что все пойдет по плану, не было никакой, но, тем не менее, опять все вышло.