Тридцать сребреников в наследство

Глава 65

Костя Васильев с детства увлекался физикой и химией, разрываясь между этими двумя привязанностями, и в результате выбрал компромисс — Военмех. В мечтах он видел себя конструктором-ракетчиком, в идеале — создателем нового вида ракетного топлива. Действительность оказалась гораздо грубее и примитивнее. Тупой профессор, научные взгляды которого в запале юношеского максимализма Костя неосторожно покритиковал, поставил между ним и мечтой непреодолимую преграду.

Отслужив срочную, Костя попытался было восстановиться, но профессор за это время никуда не делся, и перспектива выглядела весьма туманно. В университет без экзаменов его не взяли. Вот тут-то о себе напомнила бабушка, которая предложила оплатить учебу в институте по ее собственному выбору. Костя пытался спорить, но безуспешно. Сдался и подал документы в Балтийский институт туризма, поскольку у бабули в перспективе были какие-то интересы в туристическом бизнесе и ей нужен был карманный специалист. Причем, все думали, что так захотел он сам.

От туристического бизнеса и от института в целом Костю просто тошнило. Ему не нравилось все. В принципе, его учебу могла оплатить и мать, которая неплохо зарабатывала. На худой конец, можно было поднапрячься и поступить на химфак университета, пусть даже на вечернее отделение, все лучше, чем крепостная зависимость. Но это означало бы испортить отношения с бабкой, чего в семье боялись, как чумы. А бабуля этим с удовольствием пользовалась, без конца забавляясь со своим завещанием.

Летом его терпение все же лопнуло. Он сел на электричку и поехал в Требнево с намерением серьезно поговорить с бабушкой. Попытаться объяснить, что рабский труд непроизводителен. Что в качестве специалиста по новейшим технологиям он ей пригодится гораздо больше. Заранее о своем визите он предупреждать не стал.

От жары все попрятались кто куда. Охранник вяло кивнул ему из сторожки, где работал кондиционер, и нырнул обратно. Костя поднялся на крыльцо и вдруг услышал доносящиеся из бабушкиного кабинета голоса. Он остановился у открытого на веранду окна и прислушался.

Буквально через пару секунд Костя понял, что бабка занята своей любимой игрой — составлением завещания. Насколько ему было известно, последний раз в опале пребывал Валерий, поскольку бабка пронюхала о его шалостях на стороне. Не то чтобы она была такой поборницей добродетели, просто это послужило поводом. Косте захотелось послушать, кто на этот раз впал в немилость — всегда лучше знать, чем не знать. Но то, что прозвучало, заставило тихонько отступить.

На цыпочках, чтобы не услышали, Костя спустился с крыльца, прячась за кустами, вышел на «выгон», перелез через ограду и пешком отправился на станцию.

В голове гудело, как от хорошей порции спиртного. Бабка собирается оставить весь свой бизнес его матери! Это же бешеные деньжищи. А матери, на минуточку, почти шестьдесят. Он — ее единственный наследник.

Костя обхватил голову руками и сладко застонал. О таком он даже и не мечтал. Но тут же пришла мысль, похожая на ведро ледяной воды.

Где гарантия, что бабка не передумает? Последний раз она меняла завещание месяца два назад.

Он впал в тупую депрессию, поскольку был стопроцентно уверен, что бабуля завещание изменит, и при этом боялся сделать лишнее движение — а вдруг все-таки нет? Значит, придется терпеть ненавистный институт. И неважно, что наследница — мать. Скажет, раз не можешь сына воспитать правильно, то и делом руководить не сможешь, только и всего.

За две недели до бабкиного юбилея позвонила Вероника.

И дернуло же его связаться с этой дурой. Она еще на своей собственной свадьбе строила ему глазки, выглядывая из-под фаты. На дне рождения матери уселась рядом, подкладывала на тарелку салатики и прижималась коленкой. Он делал вид, что не заметил, но ее это только раззадорило. Такая уж она была — никогда не думала, а стоит ли добиваться желаемого. Если хочу, то умолкните трубы, умри все живое.

На Димин день рождения Костя не собирался, хотя его пригласили. Почему все-таки пошел — теперь уже и не вспомнить. Явился, что называется, к шапочному разбору. Большинство гостей разошлись, а виновник торжества выпал в осадок и похрапывал на диване. Алексей был один, без Марины, поэтому ничто не мешало ему по-павлиньи распустить хвост. Он вовсю обхаживал Веронику, и вот этого Костя вытерпеть не смог. Алексея он просто не выносил, от одного вида этой смазливой, самодовольной рожи его начинало трясти. Вероника ему была абсолютно не нужна, но допустить, чтобы она досталась этому павиану?! Чтобы он еще больше гордился собой?

Улучив минутку, Костя вышел за Вероникой на кухню и без лишних слов притиснул ее к холодильнику.

— Подожди, — жарко зашептала Вероника, с готовностью прижимаясь к нему. — Сейчас я всех выпровожу, ты тоже сделаешь вид, что уходишь, а потом вернешься.

— А Дима? — удивился Костя.

— Что Дима? — презрительно фыркнула Вероника, откидывая с лица длинную светлую прядь. — Он в полном отрубе и до утра не очухается, гарантирую.

Так и вышло. Они с Алексеем, хмурым и недовольным, дошли вместе до угла и разошлись в разные стороны. Костя сделал круг по проходным дворам и вернулся. Вероника, уже не в платье, а в прозрачном халатике, под которым абсолютно ничего не было, встретила его у двери и утащила в свою комнату.