7 крестражей Маши Вороновой. Часть 2

Глава 5

Вход в святилище мне не понравился. Мрачно, холодно, темно. Нет, светильники были, но того света, который они давали, катастрофически не хватало. А у меня возникло двоякое впечатление: это святилище должно быть местом поклонения и паломничества, оно было местом поклонения и паломничества, но возникало ощущение, что мы идём по какой-то пещере и неизвестно, не ждёт ли нас в конце пути монстр. Ещё единственное желание — это перекусить. Ну не достигла я еще того уровня развития, чтобы полностью отказаться от еды. Разумеется, подобный дискомфорт переносился относительно легко, к тому же утешало меня только то, что не я одна испытывала определённое неудобство. И Хэй Юэ, и Сой Фанг, и даже госпожа Ма Ша настороженно осматривались, ища какой-либо подвох. Мимо нас проходили люди, и им ничего странным не казалось. Кто-то, как и мы, шел небольшими группками, переговариваясь и даже смеясь. В них совершенно ничего не указывало на то, что еще недавно они находились в религиозном экстазе и сейчас буквально идут загадывать желания богу. В тусклом свете я заметила пару девушек в довольно дорогих одеждах и с украшениями, на стоимость которых обычная семья может жить лет десять - судя по всему, барышни из какой-то влиятельной семьи. Странно, что без телохранителей. Девушки шептались, оглядывались, но испуганными не выглядели, возможно, местные, которые уже не раз ходили этой дорогой. Чуть в стороне мужчина в выбеленном временем халате делал несколько шагов, а потом опускался на колени и истово молился, потом вставал, делал несколько шагов и снова опускался на колени для молитвы. Пару раз мимо нас пробежали стайки детей, один мальчишка даже задел меня и, обернувшись, испуганно охнул и принялся извиняться. Я лишь улыбнулась и жестом отпустила его дальше.

— Та бабка у входа, — не выдержала в какой-то момент настороженной тишины между нами госпожа Ма Ша, — сказала, что после того, как мы пройдём коридор, мы окажемся в святилище у алтаря, где надо загадать желание.

— Она не сказала, насколько длинен коридор? Или как долго идти? — уточнила я и подошла к стене, проведя рукой по холодному камню. Влажный. Выпуклый и неровный, ощущаемый настоящим, живым. Скорее всего, это место создано в естественной пещере, и по какой-то неведомой мне причине ни жрица, ни последователи не озадачились украшением или даже приведением в порядок. Так что это действительно просто коридор к пещере. Возможно, именно в этом и был смысл — сохранение природного и естественного, тогда это весьма продуманная концепция.

— Нет, конечно, — отмахнулась госпожа Ма Ша. — Да я и не спрашивала её про длину коридора, честно говоря.

— Даже удивительно, что ты решила уделить ей внимание, — усмехнулась Хэй Юэ. — Если я не ошибаюсь, в твоём концепте мира она даже не персонаж, а просто абзац на странице или даже меньше, недостойный своего имени.

— Что ты понимаешь, — мгновенно завелась госпожа Ма Ша. — Именно у таких неписей, — слово прозвучало резко и неожиданно чуждо, словно ему не место в нашем мире, — всегда есть интересные побочные квесты, выполняя которые, можно найти легендарное сокровище.

Я потерла переносицу, не совсем понимая, что за мешанина в голове этой женщины.

— Ну и как насчёт легендарного сокровища? — подначила ее Хэй Юэ. — Уже получила?

— Пока нет, — призналась госпожа Ма Ша. — Да и квеста старая перечница мне не выдала.

— Что хоть такое эти твои квесты? — попросила разъяснения Сой Фанг. Госпожа Ма Ша буквально просияла:

— Я тебе сейчас всё-всё расскажу. Итак, квест — это…

К её дальнейший болтовне я прислушивалась вполуха, наверное, уже привыкнув к весьма необычному восприятию мира Пришлой, как называл её Лис. Надо сказать, это прозвище весьма подходило.

Когда мы почти подошли к святилищу, я невольно зажмурилась. Если в этом узком коридоре света не хватало, то огромная пещера, в которой находился алтарь, была светом просто залита. Сотни, а то и тысячи свечей располагались буквально повсюду, оставляя только тонкую дорожку, по которой мог пройти один человек. Дорожка вела к огромному каменному постаменту, украшенному лентами и цветами. Люди приходили по этой дорожке, останавливались у алтаря, долго-долго молились, а потом снова уходили по дороге куда-то в темноту. Мы стояли чуть в стороне, пропуская одного человека за другим, и никак не могли решиться. Над нами довлело чувство опасности. Первой не выдержала Хэй Юэ. Вот она стоит рядом с нами, а вот уже идёт по тропинке к алтарю. Я не знаю, о чём она молилась и чего желала, но на её лице в этот момент было отчаянное ожидание чуда, настолько сильное, какое не у каждого ребёнка можно увидеть в детстве. За ней потянулась Сой Фанг, задержавшаяся буквально на пару ударов сердца, а затем и госпожа Ма Ша, которая, закончив загадывать желание, с насмешливой ухмылкой обернулась на меня. Кажется, я догадывалась, что именно она загадала, и планировала сделать всё, чтобы её желание не исполнилось.

Когда спина госпожи Ма Ша исчезла в темноте, я наконец собралась с мыслями и направилась к алтарю. Буквально на первом же шаге по спине пробежали мурашки, словно на меня были направлены тысячи глаз. Я невольно обернулась, но разглядеть, кто же смотрит на меня, не смогла. Так что мне оставалось дойти до алтаря и неожиданно растерянно замереть. Как оказалось, я не знаю, чего хочу. Попросить силу? Разумеется, я хотела быть сильнее, но то, что будет дано, может быть и отнято. Я хотела располагать своей собственной, которую никто не сможет изменить. Пожелать здоровья? Раньше для меня это действительно было актуально, но сейчас я здорова и могу культивировать бессмертие. А значит, по сравнению с обычными людьми я уже здоровее многих. Богатство и слава меня не прельщали, впрочем, как и власть. Возможно, я была излишне самоуверенна, но тем не менее в моей голове власть и слава шли рядом с силой, а значит, этого я могу добиться и сама. В итоге я не придумала ничего лучше, как пожелать Мин Шу исцеления от всех его недугов. Ну и мимоходом изгнать госпожу Ма Ша из тела Юлань и развеять этот осколок её души так, чтобы её не нашли за десять перерождений ни в одном из миров.

Загадав желание, я по той же узкой тропе среди бесконечного количества горящих свечей прошла вперёд, упёршись в дверь, которую, не раздумывая, толкнула и оказалась на Центральной площади, где всё ещё шумел фестиваль, и выкрики людей, продающих уличную еду, смешивались со звуками танцев дракона. Чуть в стороне меня ждали мои спутницы.

— Что-то ты долго, — возмутилась госпожа Ма Ша, а я просто пожала плечами и вопросительно посмотрела на Сой Фанг и Хэй Юэ.

— Мы выходили одна за другой практически сразу, — ответила на невысказанный вопрос Сой Фанг. — А тебя пришлось подождать. Я помню, что ты шла за мной, но между мной и тобой вышло ещё несколько человек, а тебя всё не было, так что мы даже начали волноваться.

А вот это было действительно интересно. Я действительно шла за Сой Фанг, и между нами людей не было, так что остаётся вопросом, где были все эти люди до момента, когда вышли, и что именно представляет собой выход из святилища Бога, а скорее всего, какая-то сложная пространственная формация. И мне было очень хорошо известно, что в использовании такие формации могут давать сбои, особенно если нет постоянного источника подпитки. Хотя, возможно, в данном случае подпиткой является энергия Бога и энергия веры в его могущество, которая преобразуется в ци. В конце концов, демонические практики преобразовывают в ци боль и страх, возможно, здесь работает по такому же принципу.

В итоге в отсутствии какой-либо информации мне оставалось лишь отложить свои тревоги и просто повеселиться на празднике.

Неожиданно долго нас задержали безуспешные попытки бумажным сачком выловить маленькую золотую рыбку. Довольный старик с козлиной бородкой, так популярной у всех старцев, пытающихся походить на великого учителя, только успевал подсовывать и подсовывать нам полупрозрачные бумажные сачки, а мерзкая рыба с выпученными глазами, чья крайняя цена в аукционный день — пара медяков, неспешно помахивая плавниками, скользила по воде от одного бортика до другого и, казалось, насмехалась над любыми нашими попытками. Мы на нее полный золотой таэль извели! Будды и все демоны, настолько униженной я себя никогда не чувствовала! А во всем виновата госпожа Ма Ша! Это ей понадобилась рыбка, словно это последнее, что она получит в своей жизни. Возможно, так оно будет, но я не понимала одного: почему мы в очередной раз пошли у нее на поводу?

Когда основательница демонического культа не смогла поймать рыбку, возможно, после сотой попытки, ее подвинула раззадоренная Сой Фанг, положив начало цепочке “дай покажу, как надо”.

— Сестрицы, — раздался за спиной детский голосок, когда Хэй Юэ уже была готова испепелить и рыбу, и мерзкого старикашку. Девочка в простом, но чистеньком платье стояла чуть в стороне, явно понимая, что к раззадоренным девицам в дорогой одежде подходить стоит весьма осторожно. В глазах ребёнка теплилась ожидание, которое уже просто не могло уместиться в детском тельце.

— Можно Мин-Мин сыграет? — указала девочка на себя и умоляюще сложила руки. — Всего один раз. Правда-правда.

У нас хватило совести пропустить ребёнка, чему хитрый старик рад точно не был, понимая, что раззадоренные девушки сейчас остынут и, задавшись логичным вопросом «а зачем нам вообще это надо?», просто уйдут развлекаться в другое место. Тем более Хэй Юэ хотела фонарик в виде лотоса, который был призом за отгадывание всех тринадцати загадок. Причем, судя по очереди, которая протекала мимо ларька с лампой-лотосом, загадки были не из простых, иначе кто-то из молодых ученых уже бы получил желанный многими приз. Впрочем, прежде чем уйти, мы, не сговариваясь, решили посмотреть на то, как еще у кого-то не получается выловить распроклятую рыбу, исключительно для того, чтобы выровнять собственное самомнение. В конце концов, никто из нас не использовал ци, и гипотетическое соревнование с девочкой выглядело относительно честным.

Девочка, присев у таза, взяла в руки сачок, прищурилась, а потом одним резким движением подцепила рыбку, которая от шока ещё сильнее выпучила глаза. Под наш довольный хохот. Пусть не от наших рук, но возмездие таки настигло мерзкого старикашку! Ну и лупоглазую рыбу тоже.

— Держи, — протянула я малявке завалявшийся в кошельке серебряный таэль, — купишь себе сладостей.

Глаза девочки расширились, а потом в них буквально заблестели монетки.

— Это тебе, добрая сестрица! — и мне в руки впихнули дешёвую пиалу с рыбкой, которая смотрела на меня в некотором шоке. Еще бы, пять попыток назад я пообещала, что поджарю ее с красным перцем и съем на ужин. После чего плавать в своем тазу рыбка стала куда шустрее. У меня возникло нехорошее подозрение, что эта рыбка может быть несколько умнее, чем обычно думают о рыбах.

— Спасибо, — улыбнулась я, принимая пиалку, а малышка уже исчезла где-то в толпе.

— Это моя жертва, — предупредила я, поймав заинтересованные взгляды спутниц. Кажется, их планы на рыбку уже тоже носили исключительно гастрономический характер. Надо не забыть занести ее в гостиницу, чтобы потом еще немного погулять.

Обратно в гостиницу мы вернулись под утро. Когда мы уже поднимались по ступенькам в свои комнаты, я вдруг заметила, что одна из горничных гостиницы убирает комнату, расположенную рядом с моей. Если я не ошибаюсь, там жил купец, который оказался в этом городе транзитом. Разумом я прекрасно понимала, что, скорее всего, купец просто уехал по своим делам, тем более если изначально не собирался здесь надолго задерживаться, но в голове крутился разговор с Мин Шу. Кажется, я становлюсь слишком подозрительной и буквально в каждом событии, имеющем вполне нормальную подоплёку, начинаю видеть признаки грядущих проблем. Окончательно решив про себя, что в самое ближайшее время мы покинем этот гостеприимный город, я направилась к себе. Плошка с золотой рыбкой стояла на низеньком столике у окна. Освоившаяся в новом, пусть и не самом большом месте, рыбка все так же лениво шевелила плавниками и изредка выпускала пару пузырьков воздуха, разевая круглый рот. До меня же только сейчас начинало доходить, что ее еще чем-то кормить надо. В кольцо хранения живое существо не уберешь, а специального кольца для духовных животных у меня нет. Возможно, есть у Хэй Юэ или Сой Фанг, но я бы на это не надеялась. Мои спутницы, как и я, не обладали духовными животными, да и среди членов обеих сект сыскать призывателя было сложно. Мечники, как правило, полагаются на собственный меч, а не на питомцев. Возможно, в городе можно будет найти подобное, хотя я не сильно бы на это надеялась - как я поняла, данный город не обладал защитой какой-либо секты и жил весьма обособленно, так что и товары для культиваторов были здесь редкостью.

Я же, сев возле столика с медным зеркалом, принялась вытаскивать шпильки и расчесывать волосы. Это занятие тоже сродни медитации, позволяет отключиться от всего мира и сосредоточиться на чем-то столь банальном, что мозг перестает работать. Зато когда ритуал расчесывания волос заканчивается, разум оказывается очищен от наносной шелухи.

Но уснуть мне удалось с большим трудом. Благовония в курильнице не успокаивали, а раздражали, тонкий шелк постельного белья казался грубым, словно под него насыпали сена или соломы, а еще мне постоянно слышалось непонятное шуршание, и я никак не могла избавиться от ощущения, что на меня, как и в пещере с алтарем, смотрят десятки и сотни глаз.

Наконец я провалилась в неглубокий сон, который даже сном не ощущался. Мне казалось, что я просто лежу с закрытыми глазами, и это обостряет все чувства. Я словно со стороны увидела, как в темноте комнаты загораются красные точки, которых с каждым ударом сердца становится всё больше и больше. Неожиданно стало тяжело дышать, словно меня укутали чем-то очень тёплым и тяжёлым. А в голове гудело. Я попыталась вырваться из этого непроходящего кошмара, но не смогла. В какой-то момент я поняла, что с меня окончательно слетел сон. В темноте я попыталась сесть, но не смогла, не смогла поднять руку, вообще пошевелиться как-то иначе, чем слегка подвигав рукой, даже закричать не получилось, рот оказался чем-то залеплен. Я было попробовала усилить себя ци, но тут же покрылась холодным потом, поняв, что то, чем я была опутана, блокирует поток ци, делая меня даже слабее, чем обычного человека. Я завозилась сильнее, пытаясь вырваться. Сердце колотилось в груди, напоминая барабан, в который бьет младенец, то быстро и часто, грозя прорвать мембрану, то изредка, едва-едва. Я пыталась выровнять дыхание, но паника накрывала с головой. Чем больше я пыталась разорвать путы, тем меньше это у меня получалось, и тем сильнее накрывала паника. Мысль о том, что я так и останусь в этой темноте, беспомощная и бессильная, заставила меня вздрогнуть. Я почувствовала, как по щеке скатилась слеза беспомощной ярости. Я не могла выбраться и не могла не сопротивляться. На какой-то момент я смогла подавить панику и прислушаться к тому, что происходит снаружи. Шум, который был слышен едва-едва, напомнил мне звуки боя, а значит, не всё потеряно. Эта мысль придала мне сил. Но вдруг все звуки, которые я слышала снаружи, прекратились. Тишина давила, но прежде чем я успела свалиться в панику по второму кругу, раздался треск…