Аллигат

Глава 17

Ольга спешила в книжную лавку, не забывая время от времени незаметно оглядываться и останавливаться у сияющих витрин. В их зеркальном отражении зорко присматривалась ко всем идущим за ней мужчинам и подросткам. Слежки за собой не заметила.

По пути зашла в почтовую контору, где купила карту Лондона 1862 года издания и небольшую папку с рисовальной бумагой. Дожидаясь своей очереди, с интересом понаблюдала за работой почтмейстера, принимающего к отправке мелкий частный пакет и бережно наклеивающего марки с изображением вдовствующей королевы. Узнала, что не приведи господи приклеить её величество вверх ногами! Попасть в тюрьму за государственную измену — это одна из самых ужасных провинностей!

В помещение Ольга зашла, как и накануне: дверь оказалась незапертой. Вчерашняя табличка гласила, что лавка закрыта и так же, как вчера, хрипло тренькнул колокольчик.

— Мистер Уорд, это я, Табби! — крикнула она в темноту.

Мужчину застала за переплётным станком, всего в бумажных обрезках и пыли. Увидев её, он обрадовался и засуетился. Завладев её ладонями, бережно сжал, долго и витиевато поприветствовал.

Ольга улыбалась, чувствуя себя обласканной и нужной. Сняв шляпку и накидку, первым делом сообщила:

— Время ленча! Принесла вам оладьи и немного вчерашнего мяса с картофелем. Всё тёплое и это срочно нужно съесть. Истекает срок хранения.

Хуффи Уорд, глядя на свёрток в руках мисс, расплылся в улыбке:

— Ваша доброта сродни вашей красоте, мисс Табби. Премного благодарен. Не откажусь. Давно не ел ничего из домашнего.

Увлекая мужчину в кухню, Ольга подхватила разговор, свернувший в нужное русло:

— Так самое время перейти на домашнее питание. Мистер Уорд, я бы хотела с вами поговорить. Садитесь и ешьте. А я нагрею воды для чая.

Пока он снимал передник и мыл руки, она достала из комода тарелки, чашки и бульотку. Вылила в кувшин кипячёную воду и налила свежую.

— Есть молодая женщина — Эшли — с десятилетним сыном, — начала разговор издалека, украдкой поглядывая на мужчину. — Год назад она похоронила мужа, а три дня назад умерла её трёхлетняя дочь. Получилось так, что им срочно пришлось съехать с квартиры и теперь им негде жить. Признаюсь, в этом есть и моя вина. Там, где они жили, просто ужасно! Крысы, шакалы и всё такое…

Вытирая руки, мистер Уорд оглянулся на неё через плечо:

— Шакалы?

— Это я образно выразилась, — смутилась Ольга и тяжело вздохнула. — В общем, не могли бы вы сдать им с сыном комнату дочери?

Мужчина молчал, морщил лоб и подслеповато щурился. Привыкнув за годы к одиночеству, ему даже не приходило в голову впустить жильцов. Денег хватало. Общение? Свободное время он проводил в пабе за приятной беседой и кружкой пива.

— Пожалуйста, не спешите отказывать, — подступила к нему Ольга. — Хотя бы на пару дней приютите её с сыном, пока я не найду для них постоянное жильё. Вам ни о чём не придётся беспокоиться. У них всё своё: посуда, бельё, — заглянула она с надеждой в грустные глаза мужчины. — Они спокойные и тихие, как мышки.

Мистер Уорд сел за стол и рассмеялся:

— Почему я не могу вам отказать, прекрасная мисс? — снял он очки, промокая пальцем слезы, выступившие в уголках глаз. — Хорошо, я готов дать приют… как вы сказали?..

— Эшли и её сыну Ньюту, — обняла его Ольга. От сердца отлегло, стало легче дышать. — Вы прелесть! — чмокнула старика в морщинистую щёку. — Вы не пожалеете.

— Пахнет замечательно, — мужчина изучал еду на тарелке. — Признаюсь, что не ел ничего подобного с тех пор, как уехала моя Рут. Даже старую плиту пришлось разобрать — дымить стала.

— Пора установить новую, современную. И тепло от неё будет, — бросила Ольга взгляд на тёмные сырые пятна в углу за дверью и подсела к столу.

— Мне некому на ней готовить, — мягко напомнил Хуффи Уорд. — И я вам уже говорил, что ем в пабе и…

— Помню, — прервала она его. — Эшли может готовить для вас, убирать, помогать в лавке. Она грамотная и очень аккуратная. Я пока смогу работать только четыре часа. Да и нам нужна помощница. Подумайте. О плате можно договориться.

— Звучит заманчиво, мисс Табби. Умеете же вы найти подход к одинокому старику, — покачал он лохматой головой.

— Если не возражаете, то я сразу же приступлю к замеру комнат, сделаю чертежи. Ведь вы намерены сделать ремонт во всех помещениях? Начнём со второго этажа? — уточнила она.

По тому, как задумался мужчина, поняла, что ремонт в жилых комнатах не планировался. Она снова спешит.

— Вы ограничены в средствах? — участливо спросила она.

— Я получил всего лишь задаток. Собирался часть денег послать Рут, а на оставшиеся немного подновить лавку. Боюсь, на полный ремонт денег от восстановления книг не хватит.

— Тогда поступим так, — налила Ольга мужчине чаю. — Я набросаю предварительный список работ и необходимого оборудования. Потом обсудим с вами сумму, которую вы готовы вложить. Исходя из этого определимся с материалами.

Мистер Уорд тотчас согласился и достал из кармана жилетки брегет:

— Полностью полагаюсь на вас, прекрасная мисс. Через полчаса придёт мастер. С ним вы можете обсудить подробности.

Беседа с мастером, человеком немолодым и обстоятельным, оказалась короткой и продуктивной. Они быстро нашли общий язык, договорившись, что подбор краски и обоев пройдёт с присутствием мисс. Видно, мужчина привык к участию женщин в выборе отделочных материалов.

Вот и славно, — облегчённо выдохнула Ольга. Оставалось замерить комнаты и торговый зал, нарисовать его план-схему. Часть работы она сделает дома: набросает чертежи вертушки, горки и штендера. Определится с формой и названием вывески и рекламного плаката. Подумалось, что было бы отлично изготовить объёмную вывеску в виде панели-кронштейна и прикрепить её над входом, давая возможность видеть её людям, двигающимся во всех направлениях по проезжей части и пешеходной зоне. Будет дорого, конечно, но оно того стоит.

За работой время пролетело незаметно.

Простившись с мистером Уордом, занятым выполнением сложного заказа, и закрыв лавку изнутри, Ольга вышла через заднюю дверь и оказалась в безлюдном проулке — узком, тёмном и тихом.

Ускорив шаг, с опаской поглядывала на наглухо закрытые ставнями окна, косилась на двери чёрных ходов. Горбатая облезлая собака, сидящая у закрытого мусорного ящика, проводила её безразличным взглядом. Ольга обошла её, не выпуская из вида, и отшатнулась в сторону, когда прямо над ней со скрипом распахнулась форточка, и из неё на брусчатку выплеснулось чёрное содержимое кружки.

Хорошо, что не горшка и не на меня, — мысленно перекрестилась Ольга, решив, что больше не будет здесь ходить.

Проулок вывел её к скверу — маленькому и необычайно уютному. Тому самому, который она вчера приняла за парк.

Она шла по тополиной аллее и улыбалась. Сладко пахло молодой листвой. Пушистые серёжки соцветий в жёлтой пыльце источали дивный смолистый аромат. Под ногами шуршали крупные почечные чешуйки — коричневые, липкие.

Ольга села на скамейку и осмотрелась. В этот предвечерний час в сквере было почти безлюдно. Недалеко от неё сидели три пожилые дамы и вели спокойную беседу. У ног одной из них, натянув короткий поводок и навострив ушки, вертелась рыжая комнатная собачка с нелепым розовым бантом на шее. Хозяйка её постоянно дёргала, и до Ольги долетало недовольное:

— Жужу, угомонись, наконец! Как же ты дурно воспитана!

Невоспитанная Жужу суетливо сучила лапками и тихо повизгивала от нетерпения, наблюдая за парой беспечно воркующих голубей и стайкой оглушительно чирикающих взъерошенных воробьёв, дерущихся за хлебный мякиш.

Засмотревшись на собачонку, Ольга достала записи с замерами. Открыла папку, собираясь начертить объёмную версию интерьера торгового зала.

Сложив из чистого листа подобие линейки, нанесла на неё — на глазок — шкалу с делениями. В масштабе начертила планы жилых и нежилых помещений.

Изображение интерьера торгового зала в трёхмерном пространстве отнял уйму времени.

Набросав эскизы витрины и детского уголка, Ольга перешла к чертежам вывески, горки, вертушки и штендера. С их размерами она определится завтра.

Она настолько увлеклась черчением, что не сразу заметила, что дамы с собачкой давно ушли, а на соседней скамье сидит женщина с журналом в руках и внимательно за ней наблюдает.

На вид лет двадцати семи, высокая и стройная, как Шэйла, с крупными сочными губами и выразительными карими глазами, она показалась Ольге очень хорошенькой. Тёмно-красная накидка и такого же цвета шляпка с круглыми полями, декорированная по нижнему краю тульи серебристыми газовыми лентами и перьями цапли, выгодно оттеняли бледное лицо. Длинные серьги с жемчугом путались в чёрных блестящих волосах, завитых в тугие спирали и беспорядочно падающих на плечи. У высокой горловины красного платья, отделанной узким белым кружевом, виднелась крупная жемчужная брошь.

Незнакомка изучала Ольгу пристально, не таясь, и, как ей показалось, слишком уж бесцеремонно.

Было в её яркой внешности и манере держаться нечто такое, что заставило Ольгу отложить недорисованный штендер и взять чистый лист. Быстрыми, уверенными движениями она торопилась запечатлеть женщину на бумаге.

Та, заметив её действия и догадавшись, что её рисуют, тотчас закрыла журнал, встала и подсела к Ольге. Заглянув в лист, вскинула тонкие чёрные брови:

— Это я? Такая красивая? — кокетливо улыбнулась она. — Вы художница? Вы не представляете, как я хочу научиться рисовать хотя бы вполовину меньше вашего!

От незнакомки пахло розовой водой: густо, вызывающе и пьяняще.

— Это совсем несложно, — не отрываясь от рисования, ответила Ольга. — А я всегда хотела научиться играть на пианино, — глянула она на её в кружевных перчатках руки, крепко сжимающие журнал и маленькую чёрную сумочку на застёжке. На пальце блеснуло золотое кольцо с жемчужиной. — А когда-нибудь начать петь даже не мечтаю. У меня нет способностей ни к тому, ни к другому.

Женщина улыбнулась:

— Посмею вам возразить. Уметь рисовать — это дар божий, а научиться играть на пианино совсем несложно. И способности здесь ни при чём. Важны прилежание и упорство. Следует изучить нотную грамоту и запомнить, какая клавиша какой ноте соответствует. А выучить для игры простую мелодию можно и вовсе без знания нот. Чтобы играть с нотного альбома, нужно иметь понятие о длительности нот. Это совсем просто.

— Ещё нужны слух и голос, — вздохнула Ольга, нанося штриховку, затеняя складки лент на шляпке. — Научиться рисовать гораздо легче.

— Не соглашусь с вами, — упрямо качнула головой незнакомка, — Бывает так, что есть слух, но петь не получается. Так было у меня. Помогли упражнения, которые установили связь между голосом и слухом.

Она села удобнее и откинулась на спинку скамьи. Уложила на колени журнал и сумочку.

— Лоис, — представилась без лишних церемоний, запросто протянув Ольге руку, на что та отметила, что новая знакомая не отличается изысканностью манер.

Ольгу рассматривали: чисто по-женски, оценивающе, критически, видимо, сравнивая с собой. От неё не укрылось, как глаза Лоис скользнули по её одежде — неброской, но дорогой, — модной шляпке, кожаной обуви, вышитому бисером в тон накидки ридикюлю, ухоженным рукам. Отсутствие самых простеньких ювелирных украшений могло сказать лишь о затруднительном положении художницы.

— Табби. Очень приятно, — улыбнулась Ольга, пожав её пальцы и обратив внимание на сползший на запястье новой знакомой красивый золотой браслет в виде змейки с крошечными изумрудными глазками. Обручального кольца на руке не было.

— Я часто прихожу сюда. Здесь очень тихо и хорошо думается, — погрустнела женщина. — Я живу на Клот Фэр, недалеко отсюда, — пояснила она. — А ещё на той улочке, — кивнула она в сторону книжной лавки, — живёт модистка, у которой я шью платья.

Ольга приметила швейное ателье рядом с пабом, в котором мистер Уорд обедает и пьёт пиво. Аляповатую вывеску, разодетый во всё красное манекен и пальму в кадке на витрине трудно было не заметить.

— Раньше я вас здесь не видела, — заметила Лоис.

Вытянув руку с рисунком и наклонив голову к плечу, Ольга сравнила изображение с оригиналом:

— Я переехала в этот район на днях и в этом сквере впервые.

— Вы позволите мне посмотреть ваши рисунки? — спросили её и, не дождавшись разрешения, завладели папкой с чертежами и эскизами.

Лоис перебирала листы:

— Здесь нет рисунков. Что это? Чем вы занимаетесь?

— Помогаю одному джентльмену привести в порядок его книжную лавку, — ответила Ольга. — Это планы помещений и чертежи оборудования.

— Ничего в этом не понимаю, — захлопнула папку Лоис и разочарованно скривила губы. Наморщила лоб: — Я думала, что найду здесь ваши рисунки. Послушайте, — развернулась она к Ольге, — вы бы не могли научить меня рисовать? За плату разумеется. Сколько вы хотите брать за урок? У меня есть деньги. Прошу вас, Табби!

Ольга задумалась о предложении новой знакомой. Почему нет? Пейзажи рисовать просто. В них не обязательно стопроцентное сходство с отображаемым уголком природы. Главное — уловить сочетание цветов.

Глаза Лоис загорелись азартом. Она раскраснелась:

— Я не сумею рисовать как вы. Но хотя бы цветы и что-то очень простое я смогу? Как вы думаете?

— А вы упрямая, — улыбнулась Ольга, решившись. — Нужно будет купить папку с рисовальной бумагой, карандаши, краски, если захотите рисовать акварелью.

— Я уже хочу! Я желаю всё попробовать! — схватила она руку художницы, сжимая: — Я буду послушной и усердной ученицей!

— Хорошо. Только занятия будут в первой половине дня, пока светло. И я бы хотела вместо платы брать у вас уроки музыки. Вижу, вы в этом разбираетесь. Я когда-то, очень давно, играла на пианино. Потом пришлось уехать, и с тех пор я не садилась за инструмент. Уже всё забыла. У вас есть дома пианино?

Лоис закивала, сжимая руку Ольги сильнее:

— Я согласна, согласна! У меня дома есть пианино. Вы придёте ко мне завтра же. Клот Фэр, дом двадцать девять. Недалеко от госпиталя Святого Варфоломея.

— Послезавтра, — уточнила Ольга. — Мне нужно договориться о смене графика работы в лавке. А вам нужно купить мольберт, бумагу, карандаши — всё, что я напишу.

— А я послезавтра буду ждать вас у себя. Хорошо? — она довольно чувствительно сжала ладонь художницы. — Запомнили адрес? Клот Фэр, двадцать девять. Синяя входная дверь. Я так рада, что повстречала вас! И портрет, с вашего позволения, я забираю. Подарю его кое-кому. Разительное сходство! — не могла налюбоваться своим изображением Лоис.

Какая она эмоциональная, — улыбнулась Ольга и беспокойно спросила:

— А уроки музыки… Мы никому не помешаем?

— Я живу с Лекси. Это моя служанка. А вы где живёте?

— Недалеко отсюда, — уклонилась она от прямого ответа. — Мне не придётся ездить к вам с другого конца Лондона.

Если Лоис живёт близко от книжной лавки, значит, Ольге не нужно будет нанимать кэб, чтобы добираться до Клот Фэр. Она отыщет улицу на купленной карте и проложит самый короткий пеший маршрут.