Аллигат

Глава 48

Весь следующий день Ольга занималась сборами. Десятки раз вываливала на ковёр из новенького кофра одежду. Складывала, сворачивала, укладывала, перекладывала.

Написала письма.

Сообщив Эшли об открытом на её имя счёте в банке, особо выделила: для обучения Ньюта. Попросила её приходить проверять дом и, если потребуется, пожить в нём до приезда хозяйки, не забывая кормить кота.

Мистер Шуг словно чувствовал расставание с постоялицей и не отходил от неё ни на шаг. Возможно, он скучал после отъезда Сондры. Привыкнув к постоянному присутствию людей в его жизни, искал их общества. Ольга не разочаровывала рыжего красавчика, не обделяла лаской и вниманием, разговаривала с ним.

Гризель она написала о том же, о чём и Эшли. Женщины решат между собой, как быть в создавшейся ситуации.

Письмо для Сондры Макинтайр Ольга оставила на столе в гостиной. Посчитала нужным вложить в конверт плату за последнюю неделю проживания и приложила портрет Мистера Шуга, выполненный акварелью. Высказала сожаление о поспешном отъезде и невозможности проститься лично. Поблагодарила женщину за уютную комнату, заботу, приятное общение. Вспомнив последний с ней разговор о чудодейственных свойствах мускуса, дала установку на полное выздоровление, и пожелала генеральше долголетия и воссоединения с семьёй.

А ближе к вечеру Ольга совершила глупость.

Устав от сборов, она стояла у окна и смотрела на пустынную улицу.

Дождь закончился, ветер стих и ей захотелось в последний раз прогуляться по немноголюдной, живописной улочке. Пройдясь у ограды сада Томаса Мора и не дойдя до входа в него, она неожиданно повернула назад, перешла улицу, наняла кэб и назвала кучеру номер дома на Аддисон Роуд.

Остановившись у соседнего коттеджа, не выходя из экипажа, долго смотрела на тёмные окна особняка. Мысленно прощалась с прошлым, с разбившимися мечтами. Прощалась с Мартином. Вспомнила, что в доме, кроме немногочисленной прислуги, никого быть не должно. Хозяева, как и следовало ожидать, переехали на лето в поместье Малгри-Хаус.

Сквозь тихий шум начавшегося дождя цокот копыт по булыжной мостовой отбивал заунывный ритм: завтра, завтра, завтра.

Завтра в полдень Ольга сядет на поезд и откроет новую страницу в своей жизни.

Она поднялась по ступеням лестницы и сунула в ридикюль руку в поисках ключа от входной двери. Поглядывала в сторону калитки. После работы должна забежать Эшли и принести еду на утро. Кое-что Ольга собиралась взять в дорогу. На удвоенный аппетит не рассчитывала. А уж на пароходе, была уверена, не проглотит и крошки.

Открыв дверь, отступила в сторону, впуская мокрого Мистера Шуга, неспешной трусцой проследовавшего в сторону кухни.

Разожгла керосиновую лампу. Сняла и отряхнула накидку, уложила шляпку на комод и направилась следом за котом.

Поставив локти на стол, сплела пальцы в замок и уткнулась в них лбом в ожидании нагрева бульотки. Есть не хотелось, но она должна заставить себя съесть хотя бы чашку творога и выпить чаю с мёдом.

Лёгкий стук молотка по входной двери вывел её из задумчивости.

Эшли, — подумала Ольга, не удивившись, что та не открыла дверь своим ключом. Видно, руки заняты корзиной и зонтом. Заспешила в холл. Сегодня последняя их встреча.

Приветливая улыбка застыла на её губах, когда через порог широко распахнутой двери переступил Барт Спарроу.

Ольга держалась за дверную ручку, не в силах выдавить из себя ни слова. Узнав, что долга больше нет, она успокоилась и совсем забыла о мужчине и подписанных ею документах.

Сердце замерло, как спрятанная в ладонях пичужка. В ушах зашумело, ноги налились свинцом.

Зябкий сквозняк обдал бескровное лицо, колыхнул подол платья, прошёлся по ногам, пробрался к коленям.

Холодно.

Барон аккуратно отнял её руку от изогнутой ручки, закрыл дверь и коснулся влажными губами тыльной стороны ладони женщины.

— Давно не имел удовольствия видеть вас, миледи, — краешек его губ дрогнул, глаза сузились, изучая её лицо. — Вы изменились, — взор замер на её губах, переместился к шее, обласкал тёмный локон распущенных волос, упёрся в грудь.

Ольга машинально сжала в ладони корпус серебряных часов с цветочным ажурным венком на крышке, вскинула подбородок и высвободила руку. Отступила на шаг, всматриваясь в мужчину.

Сколько они не виделись? Почти два месяца.

Агрессивным он не выглядел. Изменился: осунулся, похудел, потемнел лицом. Носогубные заломы углубились и протянулись до низа гладко выбритого подбородка. На сером дорожном плаще с широкой пелериной блестят капли дождя.

Барт снял его, стряхнул влагу и бросил на спинку стула. Приткнул трость. Котелок пристроил рядом с женской шляпкой. Глянул на себя в зеркало и пригладил редкую прядь влажных волос, предприняв неудачную попытку спрятать плешь.

— Я пришёл за вами, моя леди, — повернулся к Ольге. — Жене надлежит находиться рядом с супругом.

Она молчала, собираясь с мыслями. Тошнотворный клубок страха поднялся к горлу. Перед глазами замелькали отрывки недавних событий: чудовищное признание мужчины в мести и его шантаж, её унижение и собственноручно подписанный брачный контракт, коварный удар по голове Чёрного грифа и её поспешное бегство.

— Сегодня в полдень вы стали моей женой, баронессой Спарроу, — сообщил Барт буднично. — Документ имеется, — коснулся он ткани сюртука на груди.

— Что? — не поняла Ольга. Нахмурилась: — Это вы так шутите?

— Венчание состоялось в приходской церкви Святой Марии в Хорнси.

Исходящее от него злорадное удовлетворение покоробило Ольгу:

— Без моего присутствия? Разве так можно?

Во взгляде барона промелькнула пугающая, холодно-расчётливая решимость:

— Помните, я говорил, что следующий день после вашего развода станет днём нашего венчания?

Он замолк, давая ей возможность вспомнить.

Она подняла голову и встретилась с тяжёлым взглядом глубоко посаженных карих глаз. В них читалось превосходство.

— Свидетели подтвердят, что рядом со мной были именно вы, — продолжил мужчина. — Я выполнил своё обещание. Теперь ваш черёд исполнить своё. Извольте пойти со мной, — коротко приказал он.

— Куда? — уточнила Ольга, лишь бы не молчать.

— Я снимаю меблированные комнаты у Бедфорд-сквера, — охотно отозвался он.

— Мне нужно дождаться хозяйку, — тянула она время.

— Как долго вы намерены её ждать? — ухмыльнулся Барт. — Шесть дней как вы живёте в этом доме одна. Крайне неосмотрительно с вашей стороны.

Он следил за ней! А она не заметила. Видел ли он, как она покупала билеты на поезд?

— Мне нужно собраться, — украдкой перевела дух Ольга, охватывая взором широкие плечи барона, его сильные руки, каменная твёрдость мышц которых навсегда отпечаталась в её памяти, широко расставленные крепкие ноги. Отступила к лестнице: — Ждите меня здесь.

Время! Ей нужно выиграть время! Она закроется в своей комнате, откроет окно и дождётся Эшли. Попросит у неё помощи. Та приведёт полицейского. Тотчас усомнилась: ни один страж порядка не станет вмешиваться в дела законных супругов и отступит в тень. Ничего, они с Эшли что-нибудь придумают.

Барт Спарроу нагнал её на середине лестничного пролёта:

— Возьмите только документы. Через два дня мы отбываем в Китай. Об остальном не думайте.

— Моя мать тоже едет с нами? — уточнила она, шагнув на ступеньку выше, останавливаясь и глядя на него через плечо.

— Леди Стакей остаётся здесь, — цепкость карих глаз гипнотизировала.

Ольга повернулась к мужчине лицом и искренне удивилась:

— Вы обещали, что она…

— Теперь ей незачем ехать с вами, — бесцеремонно оборвал он её. — Вдовствующая маркиза получила то, что жаждала больше всего. Замечу вам, что брачный контракт с вашей подписью обошёлся мне баснословно дорого.

Леди непонимающе уставилась в немигающие глаза барона.

— Ваша мать выкрала их у меня, а затем предложила мне купить их, — ухмыльнулся он едко. — Если бы дело не касалось вас…

— Вы лжёте, она не могла так поступить! — перебила его Ольга, хватаясь за перила лестницы, отрицательно качая головой.

— Спросите её сами. Мне только остаётся дивиться лицемерию и двуличию леди Стакей. Но вы, Шэйла, другая, — подался он к ней. — Вы не глупы и, соблюдая определённые условия, сможете извлечь из нашего брака много всяческих благ.

Барту стало жарко. Он торопливо расстегнул сюртук и ослабил узел шейного платка. Крупный бриллиант на золотой заколке вспыхнул огнём.

Ольга опустила глаза и вздрогнула. Из-под полы сюртука показалась изогнутая рукоять то ли ножа, то ли револьвера. Нервный озноб сотряс её тело.

Приняв её молчание за поощрение к действию, мужчина осмелел. Накрыв её ладонь своей рукой, придвинулся ещё ближе и в подтверждение своих слов, сильнее сжал пальцы женщины:

— Я ожидаю от вас сговорчивости и уступчивости, — сказал с придыханием.

В его глазах читалось возбуждённое предвкушение. Ольга слышала исходящий от него запах вожделения. Прерывистое тяжёлое дыхание, влажные руки — всё в нём раздражало и действовало на нервы.

Почему так долго нет Эшли? — тоскливо заворочались мысли. Она может задержаться или вовсе не прийти. Навестит рано утром. Так было не раз. Ольге бы вырваться на улицу, а там, смотришь, удастся убежать или позвать на помощь.

— Я помню. Я — ваш трофей, — тихо сказала она, подавляя желание оттолкнуть барона.

Недобро щурясь, он выпятил нижнюю губу и, отбросив в сторону хорошие манеры, раздражённо повысив голос, изрёк:

— Хватит тянуть время, леди Спарроу. Я сегодня чертовски устал, и остаток вечера намерен провести с вами в обоюдном удовольствии.

Барт тронул локон волос на её груди и Ольга отбила его руку.

— Вы спятили! — вскрикнула она.

Отшатнувшись, взбежала на лестничную площадку, но тотчас была схвачена за руку и остановлена.

Мужчина вскинул голову. Капельки пота блеснули на лице. Глаза загорелись нездоровым лихорадочным блеском:

— Хватит упрямиться! Вы знали, что подписывали! — его губы искривились, обнажив крупные жёлтые зубы.

— Вы знаете, почему я их подписала, — безуспешно вырывала руку Ольга, второй держась за перила. Тревожное предчувствие кольнуло под грудью: снова лестница.

— Вы исполните свои обязательства, чего бы мне это не стоило. Идёмте! — разозлился барон. — Вы спокойно и без истерики заберёте документы, и мы вместе покинем этот дом.

Несмотря на хрупкость женщины, справиться с ней оказалось непросто. Мужчина, раздувая ноздри и багровея, прошипел в лицо леди:

— Вы моя жена и должны…

Во входную дверь толкнулись, затем по дверному полотну прошлись, словно наждачной бумагой. Послышался звук открываемого замка.

Барт оглянулся и, прищурившись, всмотрелся в чёрный проём открываемой двери. Капли пота выступили на его висках.

Дверь распахнулась шире и на свет вышла Эшли. Увидев стоящих на верхних ступенях лестницы леди и незнакомого мужчину, застыла в нерешительности.

Ольга воспользовалась ослаблением хватки Чёрного грифа, вырвала руку и со всей силы толкнула его в грудь.

Почувствовала, как дёрнулся Барт, вперил в неё расширившиеся от понимания происходящего глаза, пошатнулся и взмахнул руками.

Ольга не учла одного — мгновенной реакции тренированного мужчины.

Барон успел схватить её за руку и, сорвавшись с верхней ступени лестничной площадки, увлёк за собой.

Испуганный крик Эшли слился со звуком череды сильных глухих ударов скатывающихся с крутой лестницы тел.

На Ольгу надвинулась непроницаемая темень: неотвратимая, испепеляющая, стылая.

— Не хочу… — умерли слова на немеющих губах.

Эшли зажав ладонями рот, широко открытыми глазами смотрела на крупного мужчину у основания лестницы, предпринимающего неловкие попытки подняться. Под его телом, раскинув руки, недвижимо лежала леди.

Мужчина уцепился за балясину лестницы и тяжело поднялся. Кровь из рассечённого лба заливала глаза.

Эшли бросилась к леди. Упала возле неё на колени:

— Мисс!.. — захлебнулась болезненным стоном.

Ощупывала её бескровное лицо, заглядывала в небесно-голубые глаза, с немым укором взирающие сквозь неё.

— Вы столкнули её! — обернулась на незнакомца. Отчаянно вскрикнула: — Я всё видела!

— Она… сама… — замычал мужчина и, согнувшись, опустился на нижнюю ступеньку. Уставился на длинный нож с изогнутой рукоятью, лежащий под ногами.

— Господи! Она мертва! — запричитала женщина дрожащим голосом и глянула на мужчину с ненавистью. — Вы убили её!

Он поморщился, пытаясь стереть кровь, размазывая её по лицу.

Эшли заметила, как незнакомец нагнулся и поднял нож. Пристально посмотрел на неё и сощурился.

Её сердце ушло в пятки. Она подскочила и бросилась к выходу. Зацепилась ногой за перевёрнутую корзину и, падая, ухватилась за ручку приоткрытой входной двери.

Неожиданно тяжёлая створка стремительно распахнулась и ударила женщину в грудь. Эшли отлетела на стену и медленно сползла на пол.

В холл вошёл мужчина.

Окровавленное лицо Барта Спарроу яростно оскалилось, и он бросился на вошедшего с ножом.

Звук выстрела оглушил Эшли. Зажав уши руками, она видела сквозь густой пороховой дым, как падает убийца леди, а её затягивает в чёрный водоворот бесчувственности.

Конец!