Аллигат

Глава 28

Готовясь к открытию лавки, которое было намечено на вторник, Ольга и Эшли перебирали старые книги, помещённые до ремонта в ящики. Сортировали по жанрам и складывали в стопки на книжных полках. Между стеллажами в рядах стояли такие же ящики с новой книжной продукцией и канцелярскими товарами. Финальную выкладку книг на стеллажи они произведут завтра и послезавтра, когда уборка помещения будет полностью завершена и оно как следует проветрится.

После ленча к запаху краски и свежей древесины примешался аромат жареного мяса. В этот раз Эшли превзошла себя. Она предложила домочадцам отведать пряные колбаски из рубленой свинины — полуметровой длины, закрученные в спираль, — потратив уйму времени на их приготовление. Настороженно поглядывала на Ольгу в ожидании реакции. Дождавшись не только выражения удовольствия на лицах всех присутствующих, но и самоличной похвалы леди, засмущалась.

В последние дни из меню исчезли блюда, которые могли вызвать бунт желудка леди, ставшего чувствительным, а на столе в кувшине постоянно пополнялся запас клюквенного морса. Ольга поняла, что таким образом женщина желает ей угодить и была ей благодарна за заботу.

***

В открытую настежь входную дверь задувал сырой ветер. Между стеллажами сквозило. Новые подвесные керосиновые лампы, обгорая, издавали неприятный запах.

Ольга, облачившись в меховую безрукавку мистера Уорда и повязав на цыганский манер платок, сидела у ящика на низкой скамейке. Подавая Эшли очередную книгу, указывала, в какую стопку её поместить.

Поверх частично пустующих полок невысоких стеллажей отлично просматривалось всё помещение лавки. Её хозяин стоял у окна и, любуясь витриной, тасовал колоду пригласительных карточек. На его морщинистом лице блуждала задумчивая улыбка.

— Не забудьте напомнить купить благовоний, — сказала Ольга Эшли, подавая очередную книгу. — Перед открытием окурим помещение. Краска слишком уж ядовитая. Боюсь, что ко вторнику не успеет выветриться.

— Ладно бы краска, — ответила женщина, принимая и вытирая книгу сухой тряпкой. — Вот в нашей комнате до сих пор пахнет мышами и чем-то горько-кислым. А Ньют даже не замечает.

Движение у входной двери и возбуждённый голос Хуффи Уорда отвлекли женщин от занятия.

Хозяин суетливо приветствовал двух хорошо одетых мужчин.

— Наконец-то ожидание мистера Уорда закончилось, — довольно сказала Эшли. — Похоже, заказчик пожаловал.

Ольга встала со скамейки и из-за стеллажа бегло осмотрела визитёров, за которыми семенил Хуффи. С угодливой улыбкой он указывал дорогу:

— Прошу вашу светлость пройти туда… Пожалуйста, осторожнее, не испачкайтесь. Вот сюда… У нас во вторник намечается открытие лавки... Милости прошу… Буду очень рад…

Хуффи продолжал говорить, а Ольга прикипела взором к возглавлявшему шествие джентльмену. Следующего за ним мужчину, судя по всему, его помощника, она видела впервые. А вот в его светлости не узнать герцога Аверилла Грандовера было невозможно. Высокий, подтянутый и уверенный в себе, он, как всегда, был неподражаем.

Эшли, потеряв интерес к гостям хозяина, нагнулась над ящиком и опустила в него руки.

— Календари, — услышала Ольга её голос, не спуская глаз с герцога.

Бросив мимолётный взгляд на женскую фигуру в соседнем проходе, его светлость не спеша следовал в указанном направлении. Готовясь шагнуть в дверной проём мастерской, вдруг резко обернулся и заскользил цепким взглядом тёмных глаз по стеллажам.

В этот миг Эшли выпрямилась с пачкой календарей в руках:

— Куда их? — а Ольга тотчас присела.

Спрятавшись за высокими штабелями сложенных одна на другую книг, она под удивлённым женским взором наблюдала за Грандовером в щель между стопками.

Окинув Эшли подозрительным взглядом и лишившись обзора из-за подступившего помощника, за которым топтался мистер Уорд, герцог вынужден был пройти в мастерскую.

Стоило за ними закрыться двери, Ольга вскочила.

Узнал или нет? — билась в голове тревожная мысль. Он в курсе того, что произошло в семье лорда Малгри? Как он поведёт себя? Захочет ли убедиться в том, что не ошибся? Ему ничего не стоит пройти по лавке и осмотреть каждый её угол. Если Стэнли узнает, где она, то знать будет и Венона, а с её лёгкой руки и Барт Спарроу. Господи, как не вовремя!

— Надевайте! Быстро! — стянула она с себя безрукавку и платок. — Я его знаю и, кажется, он меня тоже узнал. Оставайтесь здесь и спокойно перебирайте книги. Если герцог подойдёт к вам и спросит… — Засуетилась: — Не знаю… Действуйте по обстановке, а я… — волнение мешало сосредоточиться.

— Поняла, поняла, — зачастила Эшли, торопливо натягивая безрукавку. — Придумаю что-нибудь.

— Не дайте мистеру Уорду заговорить обо мне, — сорвала она с головы женщины чепец и вместо него накинула платок. — Я поднимусь в вашу комнату и закроюсь там. Когда они уедут, вы придёте за мной.

Эшли кивнула, а Ольга прошмыгнула мимо закрытой двери мастерской. На ходу надевая чепец, бесшумно взбежала на второй этаж.

Тихо подошла к окну.

Зябко.

Накрапывал дождь. Тяжёлые капли лениво скатывались по стеклу.

Потирая окоченевшие плечи, Ольга смотрела в тёмный проулок.

Из желтоватой пелены мглы проступили смутные очертания крупной мужской фигуры, укутанной в чёрную длинную накидку. Вот мужчина прошёл мимо двери их лавки и остановился. Воровато осмотревшись и пробежавшись взором по редким окнам узкого проулка, вскинул голову.

Ольга отшатнулась от окна и спиной вжалась в стену.

Стояла долго, недвижимо, слушая бешеную пульсацию сердца.

Чего испугалась? — корила себя. Случайного прохожего, заплутавшего в лабиринтах проулков-близнецов?

От стука в дверь вздрогнула. Замерев, вслушалась в звуки за дверью.

— Мисс Табби, они уехали, — бодрый голос Эшли придал сил.

В ожидании хороших вестей Ольга впилась взглядом в женщину.

— Всё обошлось, — успокоила она её. — Тот господин, когда шёл назад, замедлил возле меня шаг и та-ак на меня посмотрел…

— Как? — прижала руку к груди Ольга.

— Ну… так, — расширенные глаза Эшли выразительно забегали по лицу леди. — Вы угадали. Он хотел убедиться, что ошибся.

Они спустились вниз и вернулись к прерванному занятию. Ольга ещё долго посматривала на начищенный медный колокольчик над запертой входной дверью. Вполуха слушала Эшли о её жизни на ферме в Чарлвуде и думала о превратностях судьбы и испытаниях, которые ещё предстоит преодолеть.

Хуффи Уорд потирал ладони и приплясывал на месте. На раскрасневшемся лице над съехавшими на кончик носа очками блестели прищуренные слезящиеся глаза.

— Мои дорогие, — напыщенно начал он, глядя то на Ольгу, то на Эшли, — мне нравится, какой стала лавка после ремонта, и я решил… вот… — выдал своим помощницам по флорину. — К тому же герцог весьма доволен исполнением заказа. Мне удалось вручить ему десяток карточек с приглашением и просьбой разослать их его знакомым. У его светлости обширные связи. Если он посетит нас во вторник, то успех лавке обеспечен.

Эшли пискнула от восторга, поспешно зажимая в ладони неожиданный дар, а Ольга онемела. Не потому, что хозяин расщедрился и выдал премию, равную полуторамесячной зарплате. Вероятность повторной встречи с лордом Грандовером — в придачу с тем же бароном Кирби или самим лордом Малгри — удручала. От одной мысли о возможном публичном разоблачении и последующим за ним позоре Ольга поёжилась.

Как бы ей ни хотелось, а всё же придётся отказаться от работы продавцом. Она присмотрелась к Эшли. Что если подучить её? Выглядела та опрятно, говорила внятно, мысли формулировала связно. Слов-паразитов в её речи не было.

— Эшли, сколько книг вы прочитали за свою жизнь? — спросила она её.

— Книг? — переспросила женщина и смутилась, а Ольга поняла, что искать начитанного и грамотного продавца всё же следует не здесь.

В подтверждение её слов Эшли продолжила:

— Когда мне было читать, мисс Табби? Пока был жив отец, я с семи лет четыре года ходила в благотворительную воскресную школу. Спасибо ему, что он позволил. Мать всегда была против моёй учёбы, а уж мачеха, — она отмахнулась. — Да и книга даже без переплёта или с бумажной обложкой стоит столько, сколько в неделю я трачу на еду. Моё время прошло, но я готова делать всё, что вы скажете. Какую дадите мне книгу, такую и прочитаю. Очень хочется, чтобы Ньют учился в частной школе, как вы говорили.

Мисс понимала всё: и положение Эшли, и нехватку времени, и её желание.

Получив первую зарплату, Ольга с сожалением увидела, что её расходы превышают доход. С такими темпами отложенные на чёрный день фунты быстро растают, как сахар в горячей воде. Пора что-то предпринять в этом направлении.

Перебрав у Лоис пачку модных журналов, Ольга отобрала пяток от разных издателей и попросила почитать. Вернувшись в съёмную комнату, первым делом внимательно их изучила.

Она думала об этом давно. Ещё тогда, когда делала первую детскую вышивку для Тауни.

Учитывая приветствующуюся королевой Викторией многодетность семей и, несмотря на то, что все состоятельные семьи пользовались услугами нянь и гувернанток, детям этого времени не хватало журнала. В уже имеющихся детских периодических изданиях печатались сказки, рассказы и стихи. Ольга же собиралась посредством нового детского журнала предложить матерям и их помощницам расширить выбор ребёнка в проведении свободного времени. Досуг должен обеспечивать его дополнительное развитие и самовоспитание. Журнал станет выполнять и воспитательные цели, пробудит интерес ребёнка к знаниям и окружающей жизни.

В детстве родители Ольги выписывали для них с сестрой «Весёлые картинки», «Филю» и позже «Юного натуралиста». Журналы с играми, загадками и прочими весёлыми картинками и развлечениями запомнились навсегда. Сёстры ждали их доставки с особенным нетерпением.

Ольга хорошо представляла, о чём можно и нужно писать в подобном детском журнале. Он должен включать в себя не только стихи и рассказы, а и настольные игры, комиксы, ребусы, шутки, загадки. Нелишней станет информация о домашних питомцах: кошках, собаках, рыбках, птичках и прочей живности. В каждом номере можно знакомить детей с очередным экзотическим животным или птицей, сопровождая рассказ о нём рисунком.

Дополнением к журналу для девочек может стать вкладыш с несложными схемами вышивки и другими видами рукоделия. Например, с мастер-классом по созданию интерьерной текстильной куклы Тильды с полагающимися схемами выкроек её самой и одежды для неё.

Ольге казалось, что нет ничего увлекательнее, чем занять девочку в свободное время ручным трудом. Что предложить мальчикам? Настольные игры-бродилки? Конструирование из палочек? Лепку? В этом времени солёное тесто с успехом заменит современный пластилин. В процессе замеса его можно окрасить добавлением соков натуральных продуктов или после высыхания покрасить готовую поделку красками или гуашью.

А раскраски[1] по сюжету опубликованной сказки или рассказа? Поскольку ещё нет цветных карандашей, раскрасить рисунки можно гуашью или акварелью. Напечатать чёрно-белые картинки в типографии на плотной бумаге или картоне несложно. Чем не способ начать обучение ребёнка рисованию красками в раннем возрасте?

Интересны будут публикации в журнале сценариев детских праздников, ответов на письма родителей или детей в колонке с блицвопросами и ответами.

В завершение Ольга написала всем выбранным издателям и редакторам письма, предложив сотрудничество в новом периодическом издании иллюстрированного журнала для детей. Для примера сочинила короткий рассказ о якобы своём котёнке, снабдила его забавным рисунком и на его основе сделала схему для детской вышивки крестиком.

Особое внимание она уделила журналу с картинками мод, который выглядел презентабельно, но, на её взгляд, был с заметным изъяном, что могло оттолкнуть покупателя или подписчика. В нём местами прослеживалась корявость текста, а дамы с кавалерами в модной одежде выглядели на картинках непропорциональными и оттого комичными. Ольга предложила редактору корректуру текста с приложением своего варианта одного из рисунков.

Она понимала, что скорого результата ждать не стоит. Если он вообще будет. Скорее всего, гонорар за сотрудничество окажется ничтожным и будет зависеть от числа читателей и подписчиков журнала. А за продажу дебютных номеров она не получит ни цента.

В данном предприятии её устраивало одно: всем этим можно было заниматься не выходя из дома. Общаться с редактором предполагалось посредством посыльного, роль которого мог исполнять Ньют.

Ольга настолько увлеклась записями в дневнике, что не заметила, как перевалило за полночь. В горле пересохло. На среднем пальце проступила отметина от ручки из красного коралла со стальным пером.

В кресле потягивался Мистер Шуг и вопросительно поглядывал на постоялицу, почему, мол, та ещё не в постели?

— Ещё немного, пару слов. Последний бросок, — прошептала она и с усталым вздохом прогнулась в пояснице. Зевнула. Вот что значит не писать в дневнике неделю.

Вчера… Это было вчера утром, — потянулась Ольга и сиденье банкетки тихонько скрипнуло.

Она выпускала кота на улицу и столкнулась в холле с миссис Макинтайр. Та шла из туалетной комнаты. Халат-кимоно иссиня-чёрного цвета свободно облегал её крупную фигуру. Вышитый на нём излюбленный японский сюжет с «цветочным плотом»[2] поражал буйством невероятной роскоши. Изысканная гладь без вливания тонов, но с большим использованием оттенков для мелких деталей рисунка выглядела лаконично и легко. Ничего лишнего. Ольге очень захотелось ощупать ткань и вышивку, ощутить под пальцами их прохладу и нежную гладкость.

— Жду вас на завтрак, — сказала генеральша в обычной своей манере.

Обдав постоялицу удивительно чистым деликатным запахом ландыша в сочетании с жасмином, величаво прошествовала в гостиную. Оттуда прошла в дверь будуара, оставив шлейф духов, напомнивших Ольге аромат дорогого зелёного чая.

К столу она вышла уже в чёрном платье и Ольга пожалела, что сказка закончилась.

— Почему вы сменили цвет волос? — спросила Сондра, долго устраиваясь на сиденье стула.

— Весна, — ограничилась Ольга одним словом, способным всё объяснить человеку, не страдающему отсутствием фантазии.

Кажется, её поняли верно.

Пока миссис Макинтайр наполняла свою тарелку мясной нарезкой и кусочками холодного куриного рулета, Ольга налила янтарный чай в чашки. Заметив вазочку с вишнёвым вареньем, принюхалась. В душе встревожено заворочалось воспоминание: Мартин, его сильные руки, блестящие от возбуждения глаза, горячие губы. Неудержимый напор чувств, запах вишни… Сладко-горький, пьянящий, грешный.

Она очнулась от громкого голоса генеральши:

— Ваша мать… — потянулась Сондра за тарелкой с яйцами по-шотландски. — Вы хоть сообщили ей, что с вами всё хорошо?

Ольга знала, что следовало бы написать Веноне письмо — хотя бы пару строк. Стало стыдно, что не сделала этого до сих пор. Она собралась оборвать нити с прошлым, а как быть с чувствами матери Шэйлы? Как бы там ни было, маркиза — мать и не заслужила подобного к себе отношения со стороны истинной дочери. Это жестоко.

— Вижу, что нет, — поджала губы миссис Макинтайр.

— Я напишу ей. Сегодня же, — пообещала Ольга, отрезая кусочек фруктового кекса.

Сондра глянула на постоялицу с прищуром:

— Вы подумали над моими словами?

— Что вы имеете в виду? — уточнила Ольга осторожно.

— Вы должны вернуться домой.

— И выйти замуж за того, на кого даже смотреть не хочется? — упрямо вздёрнула она подбородок. — Миссис Макинтайр, скажите, пожалуйста, если бы у вас была дочь, вы бы с ней поступили так же?

— Я была дочерью и поступила так же, — без тени сомнения жёстко ответила она. Серебряная ложечка звякнула о край её блюдца.

— Вам повезло, что ваш супруг оказался мужчиной, о котором можно только мечтать. Его прикосновения были вам приятны, тело не противилось ласке его рук, — смотрела Ольга в упор на женщину, сидящую напротив неё. — Вас не тошнило от запаха его одежды и вам страстно хотелось иметь от него детей, — в носу защипало; на глаза навернулись слёзы.

Ольга глубоко вдохнула и задержала дыхание.

Вздёрнутая бровь генеральши выгнулась, образовав глубокую складку на лбу. Брезгливая гримаса исказила её лицо. В бледно-зелёных глазах мелькнула тревога:

— Вы не преувеличиваете, мисс Табби? Мужчина так вам неприятен?

Ольга закрыла глаза и сосредоточилась на сильном глубоком вдохе полной грудью и медленном выдохе, вспоминая дыхательные упражнения, блокирующие приступы тошноты при токсикозе.

В тишине столовой голос Сондры прозвучал неожиданно мягко:

— Больше никто из мужчин не проявил к вам интереса? Не верю.

Ольга выдохнула и сказала:

— Моя мать очень любит золото. Претендент на мою руку баснословно богат, но не благороден. Он пообещал матери солидное вознаграждение за устройство моего брака с ним. Вот она и предпочитает ничего не слышать о том, что нарушит её далеко идущие планы.

Миссис Макинтайр задумалась, а Ольга спохватилась: не пора ли «паспорт» Шэйлы и брачный договор с лордом Хардингом спрятать подальше. Если генеральше вздумается принять участие в судьбе несчастной мисс Табби, то она долго думать не станет и прикажет служанке в отсутствие постоялицы обыскать её личные вещи. Без труда искомое будет найдено. Что последует за этим, Ольга додумывать не стала.

После завтрака она поднялась на нежилой третий этаж в комнату прислуги и осмотрелась. Кажется, при прошлом осмотре она видела на столе… Вот! Низкая жестяная коробка из-под печенья идеально подходила для документов. Сюда же она поместит заначку, серебряную ложечку и золотую цепь от брегета. Коробку спрячет… Горизонтальная щель между дверным блоком и стеной была достаточно широкой для того, чтобы в неё, пусть и с трудом, но вошла узкая коробка.

Вернувшись через некоторое время в комнату, Ольга подвинула стул с пыльным сиденьем и стала на него. Осторожно дотянулась до притолоки над входной дверью и протолкнула коробку в щель. Вернув стул на место, отошла к окну и глянула на дело своих рук. Понравилось. Никому не придёт в голову что-то искать на нежилом этаже и конкретно в этой комнате.

[1] Раскраски во всю использовали ещё в 1760-х годах. Автором первой раскраски под названием «The Florist» был англичанин Роберт Сэйер. Книга предназначалась для развлечения дам и кавалеров, увлекающихся ботаникой. Далее информации о раскрасках не нашла. И вот… В 1880 году первая раскраска появилась в Америке. В 1907 году автор Richard F. Outcault опубликовал книгу «Buster’s Paint Book» с комиксами для докрашивания. После этого раскраски стали набирать популярность.

[2] Больше нигде в мире, кроме Японии, обычный бревенчатый плот не вдохновляет на создание таких красивых вышивок с интересным эффектом.