Аллигат

Глава 25

Сегодня суббота, — вспомнила Ольга, вынырнув из глубокого омута сна.

Чувствовала себя опустошённой и ослабевшей. Принятая перед сном ванна хоть и доставила огромное удовольствие, но и забрала последние силы, так и не восстановившиеся за ночь. Голова болела и кружилась, дневной свет казался слишком ярким, руки дрожали, будто Ольга сутки напролёт разгружала вагоны.

Не хватало заболеть, — всмотрелась она в своё отражение в зеркале на туалетном столике. На бледном лице выделялись потемневшие, заспанные глаза и припухшие, неестественно яркие губы.

Чувствуя усиливающийся приступ тошноты, Ольга глубоко вдохнула и задержала дыхание.

Она свыклась со своей новой внешностью, нехотя признавая, что облик Шэйлы ей нравится больше, чем собственный. Правда, она бы заменила пепельный цвет волос на привычный, более тёмный. Став наполовину короче, они неожиданно завились, придав лицу обманчивое выражение наивной доверчивости. Ольга взяла щётку, расчесала крупные пышные локоны, стянув на затылке атласной лентой. Чем женщины красят волосы в этом времени, она не имела понятия. Из натуральных красителей вспомнились только хна и басма. Однако, к столь радикальной перемене цвета волос она не готова, если только не смешать обе краски в пропорции 1:2. Побыть шатенкой она бы не отказалась.

По-прежнему смотрела на отражение в зеркале и думала, что её разум с большим трудом нашёл «общий язык» с телом Шэйлы. Все её старания вести себя, как подобает английской леди, оказались тщетными. Не хватало ни знаний, ни нужных навыков, отточенных годами непрестанной практики, ни смиренного терпения, ни надменной холодности.

Сейчас она, наконец, совершенно свободна от условностей общества, накладываемых характерный отпечаток на поведение аристократов. Она принадлежит себе и это ей безумно нравится. Она не связана обязательствами и по-прежнему одинока. Она переживёт предстоящий развод со Стэнли. Ведь благодаря угрозам Барта Спарроу она избежит присутствия на суде. Он её никогда не найдёт и его мести не суждено сбыться. А её вполне устроит дальнейшее тихое и незаметное существование.

Тревожная неопределённость и необходимость вести себя осмотрительно не порождали должного страха. Только вот это длившееся последнее время недомогание…

Устала с непривычки, — решила Ольга. Нужны выходные. Хотя бы один день в неделю. Завтра она обязательно устроит себе отдых: отоспится и погуляет по Лондону. Проложит по карте маршрут и будет раз в неделю знакомиться с городскими достопримечательностями.

Ольга не сразу поняла, почему её глаза остановились на отражении мягко изогнутых полных губ. В сознании промелькнуло что-то очень знакомое и забытое. Она вдруг увидела себя прежней Ольгой Ковалёвой шестилетней давности. Внезапная догадка пронзила мозг, вынудив тело содрогнуться. Это не проявление признаков страшного и неизлечимого недуга, о котором она думала ранее. Это…

Да я же беременна, — оформилась в стон беспокоящая мысль.

Ольга лихорадочно вспоминала, что когда-то уже испытала подобное: утреннюю тошноту, бессонницу, боли в спине, уплотнившуюся ноющую грудь, раздражительность по любому поводу, плаксивость. К тому же наступление положенных критических дней задерживалось. Не просто задерживалось. Прошло около трёх месяцев после падения Шэйлы со стремянки, а они так и не нагрянули.

Если поначалу сбой цикла Ольга связывала с периодом восстановления организма после выкидыша, то времени, по её мнению, прошло достаточно, чтобы цикл пришёл в норму.

Как же так? — недоумевала она, испытывая лёгкий шок и растерянность.

Привычно подавшись назад, желая откинуться на спинку стула, она поняла, что летит в пустоту. Банкетка… Ольга забыла, что сидит на банкетке, а не на стуле. В доли секунды тело подобралось и превратилось в сжатую пружину. На лету вывернувшись, Ольга мягко приземлилась боком на ковёр. Подниматься не спешила. Положила руку на живот и прислушалась к себе, пытаясь привести мысли в порядок. Она не спит и не сошла с ума? У неё не временное помешательство с навязчивым желанием во что бы то ни стало родить ребёнка? Он у неё действительно будет?

Как некстати!

А незапланированная беременность всегда некстати, — пропел на ухо гнусавый голосок. — Все твои планы полетели в тартарары.

Горячие слёзы побежали по щекам, и Ольга, потерянно улыбаясь, стирала их дрожащими руками. Поднялась с пола и улеглась в кровать. Всё вмиг отошло на задний план и стало незначительным: отвергнувший её Мартин, ссора со Стэнли, бегство от Веноны и Барта Спарроу с её непомерным ему долгом, как загнала себя в ловушку, при этом едва не погибнув, и потеряла доверие к Эшли.

А как же отец ребёнка?

Мысль, поехать на Аддисон-Роуд, признаться Стэнли в беременности и остаться под его крылом, она отмела сразу. Усмехнулась минутному малодушию. После того, что между ними произошло, это выглядело бы с её стороны, мягко выражаясь, верхом глупости.

Лорд Хардинг — при бывших между ними неполноценными половыми отношениями — никогда не признает ребёнка своим! Анонимные послания и визит Барта Спарроу с письменным признанием виконтессы — лучшее подтверждение её измены.

При воспоминании о случившемся у Ольги потемнело в глазах. Надо же было так всему сложиться! Будто кто-то намеренно просчитал и запустил сложную цепочку событий, приведших к подобному финалу!

Будучи Ольгой Ковалёвой, чего только она ни делала, чтобы забеременеть. Здесь же Шэйле удалось «залететь» едва ли не от «святого духа». Сказать кому — не поверит!

Ольга, как женщина двадцать первого века, была знакома с эффективностью различных методов контрацепции, которыми интересовалась в первые полгода замужества. По Индексу Перля* в случае прерванного полового акта, который практиковал виконт Хардинг, у четырёх женщин из ста, корректно предохранявшихся в течение года, наступила беременность. И двадцать две женщины забеременели из-за неправильного использования данного метода контрацепции.

Каждый мужчина ощущает приближение оргазма, однако не каждый из них обладает достаточным самоконтролем, в результате чего в половые органы женщины, или на их поверхность, попадает незначительное количество семенной жидкости, что увеличивает шанс забеременеть.

*** Раймонд Перль (1879 — 1940 г.г.) — американский биолог. Предложил Индекс для численного выражения фертильности и оценки эффективности контрацептивов, который для каждого конкретного метода контрацепции равен среднему числу зачатий в год у 100 женщин, использующих данный метод.

Несмотря на свои знания, о которых Ольга успела благополучно забыть, беременность при прерывании полового акта стала для неё неожиданностью. В итоге она получила то, что хотела, пусть и не ко времени. Судьба сжалилась над ней и сделала подарок, на который она даже не рассчитывала.

Ей вдруг пришла в голову мысль, что её ребёнок никогда не будут похож на неё. Ну и что? Он будет похож на Шэйлу. К тому же Стэнли тоже очень привлекателен. Она будет видеть себя в глазах малыша. У него будет её душа, её характер. Она научит его всему, что знает, чему научила её жизнь в этом времени и та, иная жизнь, уже кажущаяся ненастоящей.

Глядя в мутный прямоугольник окна, за которым сонно моросил дождь, Ольга шептала слова благодарности Господу за подаренную надежду, за чудо, в которое она давно перестала верить. Пришло осознание чего-то непостижимо-прекрасного и возвышенного.

— Спасибо тебе, спасибо, — твердила она снова и снова.

Не одна… Не одна… Мой… Мой… — резонируя, бился в висках ток крови. Ольга улыбалась. Теперь она не одна и ей нужно быть предельно осторожной, чтобы выносить здорового малыша и благополучно его родить.

Случившееся казалось невероятным и неправдоподобным. Это не сон. Так вышло и ничего менять не хотелось. Беременность не станет для неё обузой. Ольга готова бороться с жизненными трудностями.

Что станут думать о её положении окружающие, когда скрыть растущий живот будет невозможно, ей было всё равно. Это будет её ребёнок, только её. Она сможет вырастить его одна.

Зная предрасположенность Шэйлы к выкидышам — это ещё доказать нужно, что были покушения на её жизнь! — следует поберечь себя, настроиться на положительные эмоции и спокойное течение беременности.

От переезда в Европу придётся отказаться, — вздохнула Ольга. Путешествие по морскому проходу в её обычном состоянии представлялось чем-то ужасным, а теперь уж и подавно. Англия большая и при смене имени в ней получится найти укромный уголок и затеряться навсегда. Стоит лишь обеспечить непрерывный источник дохода для безбедного существования. Над этим есть время поработать. До рождения малыша целых восемь месяцев!

***

Устроившись у окна за туалетным столиком, Ольга описывала события прошедшей недели. Секретер, хоть и был удобным, но оказался непригодным для письма. Его тяжёлая откидная крышка была расшатанной и издавала режущий слух скрип при каждом нажиме на неё, действуя на нервы. Ольга не стала беспокоить хозяйку просьбой отремонтировать секретер и перебралась за столик к окну. Туда же перенесла и керосиновую лампу.

Каждый раз вид красной книги в сафьяновом переплёте возвращал её к мыслям о Стэнли. Вспоминалось не то мгновение, когда они, стоя один против другого, задыхаясь злобной враждебностью, обменялись взаимными оскорблениями. Вопреки всему виделся момент, когда виконт, замерев за её спиной и едва дыша, накрывал её ладони своими и учил переплётному ремеслу.

Поборов нахлынувшую горечь, переросшую в неприятное чувство утраченных возможностей, Ольга открыла дневник. Вести записи регулярно получалось не всегда. К концу дня она уставала, и не всякий раз удавалось заставить себя сесть за стол.

Вот и сейчас она долго сидела и задумчиво смотрела в темнеющее окно, вспоминая минувшую неделю, оказавшуюся насыщенной на события. Она живёт на новом месте уже десять дней и завтра будет её второе воскресенье, которое она проведёт в своё удовольствие.

Подкрутив в лампе фитиль, женщина глянула на себя в зеркало и улыбнулась новому, ещё непривычному образу. Четыре дня назад она сделала чёлку-шторку и покрасила волосы. Результат превзошёл ожидания. Более длинные боковые пряди визуально расширили узкий подбородок, выделили скулы и линию челюсти. Ольга знала, что чёлка кардинально меняет лицо, а вкупе с новым цветом волос, была приятно удивлена разительной перемене в своей внешности. Теперь ей можно было дать от силы лет восемнадцать.

Когда она пришла в лавку, Эшли и мистер Уорд её не узнали, приняв за постороннюю и спросив, что угодно мисс?

Стоило Ольге рассмеяться, женщина всплеснула руками, да так и застыла в удивлённом молчании.

— А ведь я эту шляпку ношу не снимая, — подняла Ольга глаза на узкие поля головного убора, развязывая ленту под подбородком. — И накидка та же.

— Да вы стали ещё краше! — отмирая, воскликнула Эшли. — И выглядите совсем молоденькой. Вас не узнает собственная мать!

— М-да… — прокашлялся Хуффи Уорд, наскоро вытирая руки о передник. — Вот что способна сделать с женщиной новая причёска. Мисс Табби, как вы думаете, если мне постричься короче, я тоже стану… эмм… моложе и привлекательнее? — хитро подмигнул он и бережно взял руку Ольги.

Склонился к ней, целуя:

— Фея, — щурился, скупо улыбаясь. — Неземная красота.

— И с цветом угадали, — рассматривала Эшли насыщенный цвет волос: «браун» с холодным пепельным оттенком. — Я как-то хотела подкраситься настоянной луковой шелухой, гвоздикой и корой дуба, да только не нашла сладкую глицериновую воду. А вы чем красили волосы? — тронула она мягкий локон леди. — Без сомнения, не настоем луковой шелухи.

— Природную краску для волос легко получить из смеси порошка хны и басмы.

— Хна? Что-то слышала о ней… — задумалась Эшли. — Это же мазью из неё лечил язву на ноге мистер Пасс! — вспомнила она.

— Хна и басма известны как лекарственные растения. Поэтому я пошла в аптеку и купила порошки там, — подтвердила слова женщины Ольга. — Остальное — дело техники.

— Не знала, что ими можно красить голову. Да так красиво. Я бы тоже хотела такие волосы, как у вас.

Ольга улыбнулась:

— Точь-в-точь не получится. Нужно учитывать свой родной цвет волос и их структуру. Результат может выйти неожиданным. Вы готовы к переменам?

— Уф, — выдохнула Эшли. — Я подумаю. Но ваши волосы — это что-то невероятное.

Ольга приходила в книжную лавку к ленчу, и они садились трапезничать. Меню не отличалось разнообразием, но неизменно на столе были выпечка, свежие молочные продукты, дешёвая рыба, овощи, бобовые, каши, зелень и два раза в неделю пироги с мясом.

Ремонт подходил к концу. Второй этаж обрёл жилой вид, кухня была приведена в порядок. Новенькая плита, значительно меньше той, что была в доме покойной миссис Фармер, не дымила, и мистер Уорд всякий раз заходя в помещение, подозрительно принюхивался. От места готовки его мастерскую отделяла основательная перегородка с глухой дверью, чему он был рад. Второй день он отдыхал в ожидании заказчика, ненадолго отлучаясь в паб, откуда возвращался навеселе и в отличном настроении. Выполненный заказ ждал своего хозяина под замком в неподъёмном дубовом сундуке, не менее древнем, чем отреставрированные фолианты.

Вернувшаяся из поездки к сыну миссис Бломфилд, до отъезда убиравшая в лавке Хуффи Уорда, поняв, что её место занято бесстыжей миссис Эшли Фултон, сделала вид, что нисколько не опечалена. Поджав губы и пробубнив, что за такие деньги, какие платил ей мистер Скряга, она без приработка не останется, уже на следующий день выходила с гордо поднятой головой из швейного ателье, соседствующего с пабом.

Как и собиралась, Ольга устроила себе выходной день в воскресенье. Выспавшись и наспех выпив чаю с припасённым с вечера куском пирога с мясом, она отправилась на прогулку.

Погода не была дождливой, и хмурое утро быстро перестало казаться беспросветно сырым и холодным. На мокрые камни мостовой невесомой взвесью оседал туман. В серо-зелёных, без проблеска солнца, потускневших красках весны тоже была своя прелесть.

Ольга пожалела, что не взяла с собой папку с рисовальной бумагой и карандаши. В следующий раз она не выйдет из дома без них. Хотелось запечатлеть и узкую улочку, в которую она свернула, и девочку-цветочницу, пристроившую тележку с букетами у входа в чайный магазинчик, и двух женщин с постными лицами, лениво беседующими у открытой настежь лавки с благовониями.

Ольга чувствовала себя уверенной как никогда. Утренняя тошнота быстро прошла, бледность лица сменилась лёгким румянцем. Глаза излучали особенный блеск, на губах теплилась загадочная улыбка.

Миновав лавки зеленщика, мясника и булочную, она остановилась у витрины магазина, где продавался фарфор. Долго стояла, рассматривая чайный и столовый сервизы на двенадцать персон. Почему все они рассчитаны именно на двенадцать* человек, она задумалась впервые. Как ни силилась вспомнить что-нибудь на эту тему, подсказок из памяти так и не всплыло.

Сквозь стекло просматривался небольшой торговый зал, у стены на полках которого выстроился бесконечный ряд всевозможных канделябров, шкатулок и фарфоровых статуэток, похожих на те, которыми были заставлены полки этажерки у миссис Макинтайр. Ольга без колебания вошла в магазин.

*** В середине 19 века стали делать ложки с плоской ручкой, и их можно было элегантно держать тремя пальцами. В это же время появился обычай изображать фигурки 12 апостолов на ручках дорогих ложек. Поэтому сервизы, согласно количеству столовых приборов, формировались на 12 персон.

Кстати, младенцу на крестины дарили серебряную ложечку с изображением апостола, в честь которого он был назван.

Так и есть. Наряду с минтонскими сервизами и вошедшими в моду мельхиоровыми столовыми приборами, вазы, табакерки и статуэтки Каподимонте занимали не последнее место. Переключив на них внимание и игнорируя пристальный интерес к себе со стороны молодого продавца, она окунулась в их изучение.

В лавке кроме неё находились две хорошо одетые немолодые дамы и выбирали чайный сервиз, судя по всему, в подарок. Они громко шептались, определяясь с формой и цветом чашек, совещались с продавцом, вынудив его выставить заварочные чайники всех имевшихся в наличии сервизов. Спорили, никак не решаясь остановить выбор на одном из трёх выбранных.

На неё не обращали внимания, и Ольга пользовалась моментом. Вплотную став к прилавку и подавшись вперёд, рассматривала статуэтки.

— Можете подойти ближе, — услышала она за спиной голос мужчины-продавца.

Обернувшись, уперлась взглядом в его белый накрахмаленный воротничок и узкий шейный платок, похожий на галстук. Подняв глаза выше, столкнулась взором с серо-голубыми глазами, уставившимися на неё. Гладко зачёсанные назад светло-русые волосы открывали симпатичное лицо с тёмными усиками над полноватой верхней губой.

Щёголь и ловелас, — не замедлила дать определение его внешности Ольга. За его спиной спорят покупательницы, а он, улучив минутку, не преминул прийти на помощь хорошенькой посетительнице.

— Вам для кого нужна статуэтка? — поинтересовался мужчина и поднял откидную столешницу на прилавке, жестом руки приглашая Ольгу пройти к полкам.

Она не тронулась с места, продолжая любоваться фарфором. Заметила, как продавец, слегка наклонившись в её сторону, медленно втянул воздух носом. Она по-прежнему пользовалась духами Шэйлы. Привыкнув к ним, больше не замечала их приторной ванильной сладости.

— Для подруги, — снизошла до ответа Ольга, глянув на цену ближайшей: небольшой и очень симпатичной, где девушка в крестьянской одежде «разговаривала» с козой.

Что ж… Даже не удивилась непомерной стоимости бесполезной вещицы. А фарфор был необычайно красив. Чего только стоили жанровые сценки! В мельчайших подробностях рассматривала главных героев с безупречно переданным настроением на керамических лицах. Задержав взгляд на небольшой фигурке молодой женщины с младенцем на коленях, Ольга умилилась: до чего тонкая работа!

— Вот эта леди похожа на вас, — услышала она над ухом вкрадчивый голос продавца.

Он поставил на прилавок статуэтку девушки с такими же волосами и миловидным личиком, в шляпке в точности как у неё. Мужчина беззастенчиво изучал её лицо.

— Нисколько не похожа, — возразила Ольга, перебегая взглядом на следующую композицию. Назойливое внимание продавца выходило за допустимые рамки приличий. Кажется, пора уйти.

— Вы во сто крат лучше, — не поскупился на комплимент ловелас.

— Спасибо, — проронила она, разворачиваясь к выходу.

— Вы ничего не присмотрели, — услышала в спину.

Повернув голову, Ольга ответила:

— У вас большой выбор. Мне нужно подумать.

Надевая на ходу перчатку и поправляя на сгибе локтя ридикюль, она жалела о прерванном экскурсе в прекрасное. Глянула на покупательниц, продолжающих увлечённо обсуждать уже два сервиза, дойдя до сравнения их стоимости.

— Приходите завтра, — преградил ей дорогу неожиданный поклонник, отступая и провожая к двери. — Буду ждать вас с большим нетерпением, — распахнул створку, нехотя выпуская приглянувшуюся посетительницу.