Аллигат

Глава 37

На третий день болезнь отступила, и Ольга почувствовала себя значительно лучше. Головокружение, отсутствие аппетита и апатия сменились мышечной слабостью и непривычной лёгкой заторможенностью. Постоянно хотелось есть. Пресная еда наконец-то обрела долгожданный аромат и вкус. Эшли готовила превосходно, и Ольга ела её блюда с аппетитом.

— Вкусно как, — восхитилась она, поправляя одеяло под столиком-подносом. Поедала филе белой рыбы в кляре, обжаренное во фритюре. — К рыбке бы картофель фри.

— А с пюре плохо? — отозвалась Эшли, не поворачивая голову, продолжая наводить порядок в шкафу. — Это в чистку, — отложила она тёмно-серое платье с подсохшими пятнами грязи по низу. Его Ольга не успела застирать, свалившись в тот день с температурой.

— Всё очень вкусно. Вот и хочется всего и побольше. Иду на поправку, — радостно сообщила она.

— Так ешьте… всего и побольше. Я ещё принесу, — улыбнулась Эшли, присела у шкафа и выдвинула нижний ящик. Перебирала обувь леди. — Вы такая бледная, светитесь вся. К тому же вам нужно есть за двоих.

Она достала пару туфель и поставила у двери:

— Заберу в починку.

Ольга отставила на край кровати столик-поднос с пустыми тарелками и в раздумье подтянула халат:

— Надоело лежать. Походить что ли? Хотя бы по коридору, — собирала растрепавшиеся волосы в хвост. Предстояло пойти на третий этаж и облегчить кубышку на шиллинг, дав женщине на текущие расходы.

— Если хотите, можно ненадолго выйти на улицу и посидеть на крыльце, — предложила Эшли, задвигая ящик и закрывая шкаф. — Который день тепло. Хоть солнце и клонится к вечеру, но ветра нет.

Странный гулкий стук за дверью заставил их насторожиться. Ольга моментально натянула халат, а Эшли выглянула в коридор.

— К вам хозяйка идёт, — обернулась она, отступая от двери.

— Хозяйка? Она же… — не договорила Ольга, быстрым оценивающим взором окидывая комнату. Сколько дней она не видела генеральшу? Два? Три?

О том, что постоялица нездорова, говорило многое: и столик-поднос на кровати с пустыми тарелками, и заставленная баночками с мазями и бутылками с травяными отварами круглая тумбочка, и полотенце на спинке стула, и приготовленное к стирке бельё. Лёгкий беспорядок, присущий комнатам, где лежит больной, не заметит лишь слепой. Да и запах еды, смешанный с густыми ароматами трав говорил за себя.

Вот и ладно, — успокоилась Ольга. Все имеют право болеть. Ну, не сообщила она об этом хозяйке… Значит, не хотела её беспокоить.

Следом за миссис Макинтайр вошла Гризель. В её руках пестрел небольшой букет гиацинтов.

Ольга прикипела к ним взглядом, чувствуя приближение неприятностей и связывая с ними приход посыльного с цветами от наглого Уайта.

Сондра медленно прошла в комнату и тяжело села в кресло. Выпрямилась, сложила ладони на массивном набалдашнике трости, отдышалась. Бледное лицо, усеянное коричневыми веснушками, блестело от пота. Затуманенным взором она обвела мебель, ковёр на полу, стены. Остановившись на картине с оранжевым солнцем, опустила глаза на камин.

— Давно я здесь не была, — задумчиво сказала она. — А вы напрасно не сказали мне, что больны. Я бы послала за доктором Олсоппом. Он опытный и берёт недорого.

Гризель, не дождавшись указаний, передала цветы Эшли и вышла в коридор.

Сондра осмотрела добротное платье прислуги, выискивающей, во что поставить букет.

— Возьмите кувшин в ватерклозете. Насколько я помню, там должен быть подходящий.

Проследив за вышедшей женщиной, генеральша, не мигая, уставилась на Ольгу. Вздёрнула бровь и тряхнула пышной причёской:

— А вас, мисс Табби, попрошу больше не привечать вашего поклонника. Мужчина, не оставивший карточку в цветах и не обозначивший цель своего подношения и таким образом пожелавший остаться неизвестным, не достоин внимания леди.

— Почему «пожелавший остаться неизвестным»? — удивилась Ольга подобному заявлению. — Я его знаю.

— Вы уверены? — сузила жёлто-зелёные глаза Сондра, прожигая постоялицу подозрительным взором. — Вы знаете, от кого всякий раз получаете цветы без карточек?

Вернулась Эшли с полным кувшином воды. Поняв, о чём идёт речь, не моргнув глазом, заявила:

— Цветы прислал мистер Хуффи Уорд — хозяин книжной лавки. Я слышала, как он отправлял мальчика к цветочнице.

Ольга с благодарностью посмотрела на заступницу.

— И два дня назад эти цветы тоже он прислал? — указала генеральша тростью на тюльпаны. — А вы, стало быть, тоже работаете в лавке мистера Уорда?

Эшли кивнула и с гордостью отозвалась:

— И эти. После открытия лавки, которое устроила мисс Табби, у нас отбоя нет от покупателей. Вот хозяин и не нарадуется и от всей души желает мисс скорейшего выздоровления.

— Желает выздоровления, а о визите доктора не позаботился, — недовольно поджала губы Сондра. — Уж эти лавочники ничего не делают без выгоды для себя. Снова загрузит леди непосильной работой, а прибыль в банк отнесёт да положит под проценты. И потом, — перевела она дух, — уважающая себя леди не станет надрывать своё здоровье в какой-то там лавке. Она должна радеть о благополучии своей семьи, разобраться со своей жизнью, а уж затем в силу своих возможностей беспокоиться о других и заниматься благотворительностью. Великий грех у того на душе, кто не печётся о своём устройстве.

Сондра Макинтайр встала и, сочтя свой визит завершённым, обвела присутствующих взором умудрённой жизнью женщины:

— Всё же вам следовало сообщить мне о болезни, — не сдержалась она от замечания. — Вижу, что из вашего… хм… нынешнего окружения, только я в состоянии позаботиться о вас.

— Не хотела вас беспокоить, — поднялась Ольга. — Мне уже намного лучше. Сожалею, что доставила вам столько хлопот.

Миссис Макинтайр вздохнула и, впечатывая пяту трости в ковёр, чинно вышла.

— Гризель, — раздался её воинственный голос, — подставь-ка мне плечо.

Не генеральша, а жандарм в юбке, — сверлила Ольга взглядом спину уходившей хозяйки. В то же время стало её жаль. Женщина с больными ногами проделала нелёгкий путь, чтобы убедиться, что с постоялицей всё в порядке и при необходимости предложить посильную помощь. Не хотелось думать, что целью визита были цветы от незнакомца, посмевшего посягнуть на честь леди, взятой ею под опеку.

Ольга ощутила небывалое облегчение:

— Так гиацинты от Хуффи!

— Не думаю, — ответила Эшли, поправляя цветы в кувшине. — Я бы знала.

— А тюльпаны? — не теряла надежду леди.

Эшли насупилась и принялась мести пол.

— Вы солгали, — огорчилась Ольга.

— Во благо вам, — обиженно пробурчали на её укор.

— Помните, в Евангелии от Марка сказано, что нет ничего тайного, чтобы не стало явным? — напомнила леди и добавила: — Кто бы ни был наш неизвестный, а от него одни неприятности. Снова приходится лгать, — пояснила она, зная, что Эшли поймёт, кого она имеет в виду.

Разумеется, Сондра права. Если бы у Ольги была возможность оказаться у двери в момент прихода посыльного, она бы развернула его на сто восемьдесят градусов. И не только потому, что в цветах нет карточки.

Эшли с преувеличенным усердием занялась уборкой комнаты, а леди поднялась на третий этаж и достала из тайника металлическую коробку. Присела на краешек пыльного стула и пересчитала деньги. Полюбовалась серебряной ложечкой, взвесила на ладони золотую цепь от брегета и перечитала брачный контракт с лордом Стэнли Элгардом Хардингом. Вспомнила, что собиралась написать письмо Веноне. Интересно, в какой форме и когда сообщат ей о разводе дочери? И сообщат ли вообще?

«Украшения виконтессы переданы маркизе Стакей», — ворвался в сознание сухой голос графа Малгри. У Ольги вспыхнули щёки, сердце сжалось, к горлу подступил ком. Мужчина усомнился в её честности и порядочности. Обидно. Ольга бы ни за что не оставила украшения Шэйлы у себя. Ещё Мартин сказал, что любит её. Только вот её ли? Кого он видит перед собой? Учитывая, что мужчины любят глазами, для него обличье Шэйлы имеет большое значение. И насколько для него важна мятежная душа неизвестной женщины, нашедшая приют в чужом теле?

Совсем не важна, — качнула головой Ольга и смахнула со щеки скатывающуюся слезу. Он любит Шэйлу и называет её милой. Похоже, всегда любил жену своего сына. Запретная любовь.

Ольга собиралась на днях поехать в банк Лондона, чтобы снять со счёта первую сумму пособия. Сто пятьдесят фунтов стерлингов — деньги немалые. Может быть, не стоит спешить и подождать, когда соберётся больше?

Виконт после развода обязывался выплачивать бывшей жене ежегодное пособие в размере пятой части его годового дохода. Ольга знала, что Стэнли принадлежат каменоломни близ городка Матлок в графстве Дербишир куда он регулярно наведывается. Шахта приносит солидную прибыль.

Если предварительный расчёт пособия составил сто пятьдесят фунтов в месяц, то в этих рамках он и останется. Зная цены на продукты питания и одежду, можно рассчитать сумму предстоящих расходов на ближайший год с учётом необходимого «приданого» для малыша.

Если Ольга будет занята какой-либо работой, а она будет занята, то без найма няни для ребёнка и приходящей служанки не обойтись. В расходы должна войти и эта сумма.

В течение ближайших четырёх-пяти месяцев Ольга должна рассмотреть варианты аренды и продажи недвижимости в пригороде Лондона. Предстоит решить стоит ли вкладывать средства в приобретение собственного жилья или предпочесть съёмное. Это будет зависеть от того, сколько времени она планирует прожить в Британии и насколько просто будет продать недвижимость в случае отъезда. До родов можно собрать нужную сумму как на съём приличного домика в пригороде, так и на его покупку. Конечно, хотелось бы иметь квартиру со всеми удобствами, как у Лоис, но экология в Лондоне просто ужасающая.

Ольга закрыла коробку и в раздумье гладила металлическую крышку.

Она много думала, строила планы, крутила и перекручивала. Всё свелось к одному — нужно новое имя, новые документы, деньги.

Ольга решила остановить выбор на образе непритязательной вдовы с ребёнком на руках.

Если она так и останется в положении разведённой виконтессы, то официально работать не сможет. Ребёнок усложнит жизнь. На неё, куда ни подайся, будут смотреть с жалостью и осуждением. Сплетни и слухи последуют по пятам. Не сомневалась: аристократы — они такие, могут списаться с кем-то из другого города, страны и через десятые руки спросить, разузнать, разведать… Не успеешь оглянуться, как о тебе заговорит весь городок. Ладно бы в хорошем смысле.

А вот роль вдовы ей бы подошла по всем параметрам. Она изучила вопрос, читая периодическую прессу и журналы. Ольгу устраивало всё.

Этот слой населения считается обделённым вниманием и их ставят вровень со старыми девами и сиротами. Бездетная вдова признаётся ущербной и не может рассчитывать на повторный брак даже если имеются кандидаты.

Имея ребёнка, Ольга не собиралась повторно выходить замуж, как и проживать в гражданском браке.

Как ни странно, при осуждении в высшем обществе сожительства с мужчинами без заключения брака, в среде среднего класса и торгового люда подобное встречалось повсеместно, считалось нормой и не вызывало порицания.

Рассчитывая стать вдовой барона, баронета или сквайра, Ольгу устроило бы наличие любого, пусть и захудалого бизнеса кандидата в её покойные мужья. Женщин-вдов, занятых в сфере торговли в викторианском Лондоне было немало. Работа причислялась к приличной и была легальной. Владеть можно было всем, начиная от овощных и фруктовых лавок, продуктовых магазинчиков и завершая владением галантерейными лавками и швейными ателье.

Для обедневших аристократок, потерявших надежду найти подходящего партнёра для создания семьи, предлагались курсы повышения квалификации. Имея благородное происхождение и приличное образование, они могли стать бухгалтерами, машинистками, копировальщицами и телеграфистками. Трудолюбие, усидчивость, грамотность и красивый почерк делали их востребованными. Они готовы были получать меньше, чем мужчины-служащие за тот же объём выполняемой работы. Любая из них легко могла обставить безграмотного клерка, имеющего корявый почерк, не способного высидеть на одном месте десять — двенадцать часов.

Покрутив и так и этак, Ольга пришла к выводу, что без услуги Чёрного риэлтора ей не обойтись. Интересно, сколько он запросит за поддельные документы? Цена вопроса была самой больной. Но спросить-то Уайта можно? За спрос не бьют в нос.

Ольга вернулась в комнату в бодром настроении. Пахло свежестью и цветами. Сквозь высокие каштаны просвечивали окна дома напротив. Заходящее солнце отражалось в них размытым розовым светом.

Эшли собралась уходить.

— Обед под салфеткой, клюквенный морс и выпечка в корзине, — напомнила она леди. — Ждите меня поутру.

Ольга вздохнула и вручила Эшли шиллинг с мелочью:

— Спасибо за помощь. Купите что-нибудь Ньюту. Что бы я без вас делала, — улыбнулась она смутившейся женщине. — Я тут подумала и решила… Устройте-ка мне встречу с мистером Уайтом. Сможете?

Эшли внимательно посмотрела на леди и кивнула:

— Хорошо. Не забывайте пить отвары. Они ещё тёплые.