Дикий Волк. Том 2

Глава 18

Семейство Аргелий праздновало ошеломительный успех. Какая-то тысяча золотых, вложенная в авантюру с аукционом, превратилась в десятки тысяч. Случайное знакомство его внучки приносило такие баснословные прибыли, что старый Тит до сих пор не мог снять с лица блаженной улыбки.

И сама Викта, к его радости, вняла мудрым советам его жены и начала активно приближать к себе барона. Теперь и умирать было не страшно — семья обеспечена. Осталось лишь удачно пристроить внучку, и можно со спокойной душой удалиться на покой.

Однако сама Викта разделяла всеобщий восторг лишь наполовину. Да, она видела астрономические суммы, которые семья заработала просто за организацию аукциона. Но она также видела и те деньги, что достались личным знакомым Люция. И она отчаянно хотела быть в их числе, быть не просто полезной, а — незаменимой.

Но как? Её грани не хотели открываться, будто намеренно саботируя все её усилия. А у этой Помпео они раскрывались с завидной регулярностью! Если так пойдёт и дальше, к концу первого курса у Лирин будет с десяток граней, и Люций наверняка разрешит ей ходить в настоящие походы. Мама была права: та хищница не теряла времени и уже успела властно захватить всё внимание барона.

Что она могла противопоставить? С горечью Викта окинула взглядом своё отражение в зеркале: невысокую, почти детскую фигуру и лицо, лишенное пока той уверенной зрелости, что была у Лирин. Ещё один тяжёлый вздох сорвался с её губ. Нет, так дело не пойдёт. Нужен другой подход.

Те тренировки, что проводил Люций.

— Деда, — голос её прозвучал с решимостью. — Мне нужна твоя помощь.

Старый Аргелий оторвался от финансовых отчётов, его лицо озарилось удивлением и любовью.

— Какая помощь тебе нужна, внучка?

***

Карета, присланная за мной, была выкрашена в ослепительно белый цвет, но все её элементы отделки — от дверных ручек до спиц колёс — сияли чистым золотом. Вычурные, изогнутые узоры, покрывавшие каждый сантиметр поверхности, без слов кричали о принадлежности к иному, недосягаемому для большинства, уровню роскоши.

Однако вскоре я заметил несоответствие: мы направлялись отнюдь не к главному замку Лористонов, а на самую окраину столицы, где среди рядовой застройки ютился один из небольших, типовых укреплённых замков. Когда я вышел, то убедился — данная крепость ничем не отличалась от десятков других, будто все они были созданы по одному и тому же чертежу.

Стражники у ворот были облачены в самую обычную броню без намёка на магические улучшения. Да, их было много, и в случае тревоги можно было ожидать шквального огня с башен, но всё это никак не соответствовало статусу и силе владелицы. Внутренний двор также был аскетичен и лишён какого-либо намёка на роскошь.

В полном недоумении я проследовал за слугой в самую высокую башню. В светлой, но скромно обставленной гостиной меня ожидали с чаем. Сама Амалия на этот раз предстала в облике молодой девушки, одетой в простое, почти домашнее платье.

— Рад видеть вас, ваша светлость, — ответил я, отдав поклон согласно этикету.

— Приветствую вас, барон. Присаживайтесь. Сейчас я всё вам объясню.

Заняв предложенный стул и приняв из её рук фарфоровую чашку, я приготовился слушать. История, как оказалось, была печальной. Эти владения принадлежали покойному супругу Амалии. Именно ему выпала честь — и рок — вести солдат на завоевания бок о бок с Гиперионом. С тех самых пор она живёт здесь, в добровольном изгнании, не поддерживая никаких отношений со своей могущественной семьёй.

— Уровень моей силы, — спокойно заметила она, — таков, что любая попытка заставить меня что-либо сделать равносильна прощанию с половиной Орфена. Я так и не смогла простить семью, потому живу здесь.

— Ваша светлость, вы так и не сказали, какой тематики должны быть картины, — вежливо напомнил я.

— Полностью на ваше усмотрение. Моя скорбь ничего не вернёт, а потому я просто хочу украсить свой замок. Для начала.

— Понимаю вас, — кивнул я.

Сделав глоток ароматного чая, я окинул взглядом открывающийся из окна вид на спящий городской квартал. Идея, мелькнувшая в голове, показалась мне стоящей.

— Ваша светлость, как вы смотрите на то, чтобы съездить в Эрам?

Поймав её недоуменный взгляд, я улыбнулся.

— После нападения мы начали отстраивать город заново, с чистого листа. Вам, возможно, стоит сменить гнетущую обстановку столицы на что-то новое.

— И что же вы сумели возвести за два года? — в её голосе прозвучало скептическое любопытство.

— Два мага земли, вооружённые новыми идеями, способны на многое. Уверяю вас.

Она задумалась на мгновение, её взгляд стал отстранённым.

— А почему бы и нет? — наконец произнесла она. — Согласна. Когда мне ждать первую картину?

— В течение месяца. Думаю, результат вам понравится.

— Хорошо. Тогда на сегодня это всё.

Меня везли обратно на той же карете, а я метался между идеями. Нужны картины которые помогут сделать первые шаги в новую жизнь. Ее муж отправился в злосчастный поход, завоевывать новые территории, думаю напишу серию картин где будут счастливые горожане. Надеюсь это сможет показать каким был бы город преуспей они в своих начинаниях.

Карета подъехала к поместью и я отправился записывать свои идеи каким мог бы быть город. Нужно будет покопаться в записях про это событие, возможно были планы которые можно будет использовать. Понимая что еще успеваю на пары решил отправится в академию.

***

Еще один скучный урок проходил в классе камня. Преподаватель монотонно бубнил о том, какие варианты укрепления городских стен рассматривались в Иштре, и почему выбранное решение сочли оптимальным.

Три девушки на задней парте выстраивали миниатюрные каменные стены, находя в официальной версии кучу несоответствий. Главным было непонимание: почему воздвигли столь низкую стену, если рядом располагался богатый каменный рудник? Его вполне хватило бы для возведения стандартных укреплений, унифицирующих все города. И никаких объективных причин вроде заболоченности почвы не наблюдалось.

Больше всего это походило на то, что какой-то недоучка из Пьеров решил: раз этот город находится под прикрытием других, первыми встречающих угрозу, то и стараться не стоит. По рассказам Рори, подобная «экономия» создавала массу проблем защитникам, вынужденным отбивать штурмы гоблинов куда чаще, чем в том же Эраме, о котором рассказывал Люций.

Когда уроки наконец закончились, девушки начали собираться на стандартную тренировку. Однако громогласный вход Гектора Пьера резко изменил их планы. Наследник клана целенаправленно направился к ним. Остальные маги замерли, следя с интересом, — все знали, что Барон не прощает неуважения к своим подчиненным, но и наследник клана непростая фигура. Свита Гектора заблокировала все выходы, так что даже подопечные Санчесов напряглись.

— Добрый день. Похоже, мы в прошлый раз не с того начали, — Гектор выдавил из себя подобие учтивости. — Дамы, я хотел бы пригласить вас в наш клан для обсуждения сложившейся ситуации.

Трое магесс недоуменно переглянулись. Ханна вышла вперед.

— Благодарю за предложение, ваша светлость, но мы должны быть на тренировке.

Покраснев, Гектор сдержался и попытался улыбнуться.

— Я все же настаиваю.

Ханна поморщилась. Викта уже предупреждала их о подобных «приглашениях». Но у них было прямое распоряжение Люция, и это перевешивало любые просьбы посторонних.

— Благодарю за оказанную честь, но мы вынуждены отказаться. Если у вас есть вопросы, вам лучше обратиться к Люцию Вилду.

— Проклятые простолюдинки! Думаете, вам позволено так вести себя со мной?!

Каменный шквал обрушился на девушек. Все смотрели с ужасом и неверием на это безрассудство. Волна камней, поднявшись до уровня груди Гектора, устремилась к трем фигурам. Ханна, чувствуя, как камень послушно откликается на приказы наследника Пьеров, нахмурилась. Ее рука взметнулась вверх, пока волна набирала силу. Вертикальный взмах — и инерционные камни в толще заклинания резко изменили траекторию, расталкивая соседей. Со стороны это выглядело так, будто смертоносная грань была разрублена надвое и, пролетев по краям, с грохотом врезалась в неприступные стены аудитории.

Один из учеников, перекупленный Санчесами, рванул к выходу, но старшекурсники Пьера преградили ему путь, ухмыляясь.

Ханна же, прошедшая жестокие тренировки под руководством Рени, изначально не надеялась тягаться с наследником клана. Но первое же столкновение все изменило. Почувствовав его настоящую силу, ее улыбка приобрела хищный оскал. Как говаривал Вилд, это было столкновение доктрин. Големостроение против атакующих граней камня. В ее арсенале были только големы; она не разучила ни одной наступательной грани. Но здесь и сейчас она увидела превосходство своей идеи.

Гектор Пьер был в ярости. Какая-то первогодка пытается противостоять ему! Новый каменный обвал должен был стереть ее с лица земли. За его спиной уже формировались каменные фигуры, готовые сорваться в смертоносный рывок.

Ханна, видя атаку, вспомнила один из чертежей, что показывал ей Люций. Первый голем, способный сражаться, пока его маг без сознания. Странная конструкция с непонятными элементами... но сейчас она хотела находится именно в нем, камень податливо окутал Ханну, принимая задуманную форму. Каменная фигура выросла до двух метров в мгновение ока.

Возмущенный неповиновением, Гектор отпустил свою грань в атаку. Страшный грохот оглушил класс, ударная волна повалила всех присутствующих. Каменный голем сдерживал натиск, понемногу уступая. Ханна судорожно соображала, что сделать. И тут вспомнился урок, где она просто стояла на месте, а Рени расстреливал ее из водяной пушки. Она вновь нашла в атакующей массе камни, не задействованные в заклинании напрямую, шедшие по инерции.

Голем сделал шаг вперед, отвоевывая пространство. Атакующие камни начали уменьшаться в размерах. Гектор с ужасом увидел, что голем не только восстанавливается — у него начал проявляться монструозный каменный меч. «Сожри его!» — пронеслось в голове наследника. Каменная пасть должна была поглотить противника и сдавить массой.

Кирс, увидев, что противостояние не кончается, рванул из кабинета. На этот раз его не остановили. Пока все были в шоке, лишь несколько человек попытались удержать его, но было поздно.

В этот момент голем сделал свой ход, полностью поглотив вражеское заклинание и увеличившись в размерах. Горизонтальный взмах его клинка врезался в каменную стену, которую возвел Гектор. В работу включилась еще одна грань, над которой так смеялся Люций, но так и не объяснил причин. Низкочастотная вибрация начала рвать стену, позволяя голему прорваться вперед и нанести противнику легкую рану.

Тут в бой вступили прихлебатели. В голема одновременно ударило несколько заклинаний. Ханну отбросило вместе с ее творением назад, но, вспомнив о многослойной каменной броне, она тут же начала менять структуру защиты. Последующие атаки лишь слегка сотрясали каменное чудовище. Ханна же, поймав боевой раж, накинулась на противников. Здесь и сейчас в ее руках была сила, и перед ней был враг.

Гектор, видя, как голем неумолимо движется на них, отступил назад. Вид этого каменного чудовища пугал его до дрожи. Его грани не работали! Нужно бежать! Это явное нападение на него! Сорвавшись с места, он выбежал из класса. Опешившие прихлебатели застыли в оцепенении. На подобные действия имел право только наследник; они не могли тронуть кого-то без последствий. Но, увидев, как голем разворачивается в их сторону, они поняли, что побег — не такая уж и плохая идея, особенно когда на тебя смотрит голем под потолок и заносит свой меч.

Гектор бежал что есть сил, но на его пути встал Эрик Санчес, без лишних слов атаковавший его. Шквал огненных шаров обрушился на наследника Пьер. В ответ Гектор инстинктивно возвел каменную стену. Неожиданная схватка вспыхнула с новой силой. Прихлебатели, увидев препятствие, тоже начали разряжаться в нежданного противника. В ответ полетели объемные огненные вспышки, руша каменный шквал и освобождая путь для новых заклинаний, но тут же увязли в новой стене.

Вперед вырвалась фигура, объятая пламенем, которая просто расплавила каменную преграду. Первой целью стали прихлебатели Пьера. Огненные шары накрыли их взрывами, но в следующий миг всех присутствующих прижало к полу таким шквалом ветра, что на ногах не осталось никого.

Директор Белфорт был в ярости, а потому церемониться не собирался. На третьем, четвертом, хоть пятом курсе — ему здесь не было равных. Увидев мантии Санчесов и Пьеров, он вышел из себя окончательно.

— Если кто-то посмеет применить еще одно заклинание, прибью на месте!

***

Когда до нас донеслась весть о случившемся, мы стремглав бросились за Леви. Подобная стычка не могла пройти бесследно. Увидев масштабы разрушений в классе — развороченные полы, опалённые стены — я невольно активировал броню и ворвался внутрь. Под потолком горделиво замер боевой голем, указующий мечом на поверженного противника.

— Проклятье! Вытаскивайте её! — рявкнул я.

Из-под брони голема Ханну извлекали с предельной осторожностью. Картина была ужасной: множественные кровотечения, промятая грудная клетка, переломанные ноги. Увидев побелевшее лицо Леви, я понял — ситуация хуже, чем можно было предположить. Без лишних слов я рванул прочь, чтобы найти помощь.

Увидев в коридоре зелёное свечение исцеляющих заклинаний над другими пострадавшими, я, не церемонясь, вцепился в шиворот двоих лекарей и потащил их обратно.

— Лечите! Живо! — приказал я.

Они попытались было возразить, но пары отрезвляющих пощёчин хватило, чтобы все возражения отпали. Я помчался дальше, выдернул из толпы ещё двоих и практически вбросил их в класс. Пятеро лекарей — теперь должно хватить, чтобы стабилизировать её состояние.

Осмотревшись, я заметил не менее взбешённого директора, который выговаривал Санчесу за устроенный разгром.

Схватив за плечо Рори, который держался за окровавленный бок, я спросил:

— Что здесь случилось?

— Пьер решил показать, кто тут главный. Один из ребят Санчеса сбегал за нами. Мы примчались, ну... и вот.

Кивнув, я направился к Белфорту и, перехватив паузу в его тираде, вклинился:

— Где Гектор Пьер?

Директор опалил меня взглядом и с раздражением закатил глаза.

— Вилд, тебя-то мне сейчас и не хватало!

— Я лишь прибью одного ублюдка, и на этом всё.

— Никто никого прибивать не будет! Это касается и тебя, Санчес! Пока я не разберусь, что здесь произошло, никаких дуэлей, драк и самосудов! Понятно!

Среди обожжённых коричневых мантий я заметил знакомую подпаленную тушку — того, у кого я только что отобрал лекарей. Что ж, отлично. Развернувшись, я пошёл назад. Лекари всё так же усердно заливали Ханну целительной силой, восстанавливая повреждения. Ладно, месть подождёт. Из столицы Пьер никуда не денется.

Рори развалился на уцелевшей парте, явно чувствуя откат после адреналина и отсутствия маны. Похоже, мы оказались в долгу у Санчесов.

Поймав взгляд Леви, я сразу подошёл ближе.

— Сейчас стабилизируют. Но её нужно везти к Росарио.

— Значит, едем к ним.

Аккуратно отломав столешницу, мы соорудили импровизированные носилки и погрузили на них Ханну. Взгляд упал на бледных Майру и Бренду, и я вспомнил о наших секретах.

— Голема— убрать!

Те закивали и бросились разбирать голема на безобидные каменные глыбы. Пока мы пробирались к выходу, собралась вся наша группа. Леви не отходил от носилок ни на шаг. Перехватив у ворот повозку, мы помчались к лучшим лекарям Орфена. Нас приняли достаточно быстро, и мои импровизированные носилки больше не были нужны. Мне же предстояло остаться, чтобы решить неизбежные финансовые вопросы.

— Палата за день — три золотых. Первичный осмотр — десять, — уставшим, наизусть заученным тоном проговорил клерк, даже не глядя на меня.

— Хорошо. Сколько ориентировочно потребуется времени на полное восстановление? — уточнил я, откладывая на стойку блестящие монеты.

— Врач как раз проводит осмотр. Рекомендую внести депозит — пятьдесят золотых, — его голос оставался ровным и безразличным. — Далее счёт будем пополнять по ходу лечения.

Я молча вытащил кошель. Решив не тянуть, я вспомнил про Рори.

— Со мной был ещё один раненый. Его тоже необходимо осмотреть.

— Первичный осмотр — десять золотых, — так же монотонно ответил клерк.

Быстро прикинув содержимое кошеля, я сдержанно поморщился. Суммы не хватало.

— Начинайте осмотр девочки. Мне нужно отправить гонца за деньгами.

— Хорошо. На чьё имя будет платёж?

— Люций Вилд.

— Сейчас оформлю документы, — клерк наконец поднял на меня взгляд, и в его глазах мелькнул слабый проблеск интереса.

Получив кипу пергаментов с печатями и формальные заверения, я направился к своим.

— Так, —сказал я, разрезая тягостную тишину приемной. — Ханна и Рори остаются здесь. Остальные — в резиденцию.

— Но мы хотим остаться с ней! — почти хором выдохнули девушки.

— Клан Росарио не даёт такого права. Когда Ханна придёт в себя, нас оповестят. Кроме того, — я кивнул на бледного, но уже получившего первую помощь пироманта, — Рори будет здесь. Он не отойдёт от неё ни на шаг.

Девушки, безропотно опустив головы, потянулись к выходу. Рени намеренно задержался, пропуская их вперёд, и его вопросительный взгляд был красноречивее любых слов.

— Что будем делать? — тихо спросил он, когда мы остались одни в коридоре.

— Завтра, начну бросать вызовы. Всем, кто хоть как-то относится к дому Пьер. Своими ногами с арены они не уйдут.

— Мне тоже самое? — уточнил гидромант.

— Нет. Твоя задача иная. Я буду привлекать всё их внимание, а ты — оберегай наших. Приоритет — Викта. Затем Майра и Бренда. Остальные — по остаточному принципу. И, — я встретился с ним взглядом, — тренировки нужно усилить. Вдвое.

— Понял, — Рени коротко кивнул.

***

— Ваша светл…

— Эрик, заходи, чего ты там мнешься? — Роберт отложил перо и посмотрел на бледноватого Эрика.

— Дело в том… — Эрик замялся.

— Да слышал я, уже доложили. Это шедеврально! Вынес третьекурсника? Молодец! — Роберт широко улыбнулся и показал большой палец.

Эрик лишь тяжело вздохнул, глядя в пол.

— Рори до него добрался быстрее. У него уже огненная броня…

В ответ раздался такой громогласный смех, что задребезжали стёкла в шкафу.

— Ну так это же прекрасно!

Эрик с нескрываемым непониманием уставился на отца.

— Ты думаешь, он тебя опережает, да? — Роберт окинул его хитрым взглядом.

Эрик молча кивнул.

— На самом деле, тебе просто нужно больше практики. Знаешь, председатель свои первые тридцать граней открыл ещё в первый год. Как понимаешь, академии и близко не было.

Эрик от изумления вытаращил глаза.

— Да, — подтвердил Роберт, и его лицо на минуту стало серьёзным. — В те времена стычки с гоблинами были чем-то вроде обычного вторника. Приходилось постоянно отгонять зелёных от посевов, и председатель буквально не вылезал с передовой. И, как понимаешь, твой друг идёт по схожему пути.

— Но почему мы тогда не делаем так же? — вырвалось у Эрика.

— Потому что умереть в таких условиях — проще простого. — Роберт развел руками. Ты ещё не испытывал на себе настоящего истощения маны. Наши силы не безграничны. После того, как мы потеряли первых учеников, наставник решил идти более длинным, но надёжным путём. Вот вы сейчас и растёте в тепличных условиях, набирая грани постепенно, после теории.

— Но ведь в моём поединке с ним нет смысла, — с отчаянием в голосе произнёс Эрик.

— С чего ты это взял? Да, ты, вероятно, проиграешь. Но зато увидишь свои слабые стороны как на ладони.

— Но ведь…

— Всё нормально, — мягко, но твёрдо перебил его Роберт. — Да, проигрывать неприятно. Но поверь, лучше сейчас, чем в окружении гоблинов. Как думаешь, почему у наставника так мало учеников?

— Он берёт только сильных?

— Мы — выжили. Многие — нет.

— Но ведь ты силён, — с надеждой сказал Эрик.

Роберт покачал головой, и в его глазах мелькнула тень прошлого.

— Никогда не путай, сын. Я не родился сильным. Я стал сильным. И это заняло не одно десятилетие. К примеру, ты в свои четырнадцать лет уже мог бы победить меня в том возрасте.

— Я не понимаю! — Эрик развёл руками. — Если это всё так опасно, зачем мы лезем в эти вылазки?

Роберт усмехнулся, и в его глазах вспыхнул знакомый Эрику азартный огонёк.

— Потому что маги вокруг расплодились, нас больше сотни, и вся сотня боится выйти за стены. Ты родился в нужное время, сынок. Основатель города! — Роберт встал и от души хлопнул сына по плечу. — Если я хоть заикнусь об уходе куда то, знаешь что со мной председатель сделает, а тебе зелёный свет. Так что не ной, а действуй. Пока всякие Пьер учат теорию, ты будешь знать, что такое настоящий бой.

***

Франческа Пьер выслушивала доклад о выходке своего наследника, и у неё непроизвольно сжимались кулаки. Как? Когда? Почему? Лучшие инструкторы, лучшие методики, лучшие полигоны — и в итоге такое немыслимое позорище. Она старалась не думать о том, что скажет наставник. Или чего хуже — что сделает с ней, и без того недовольный их последними интригами. Теперь же ситуация зашла слишком далеко.

Дар Гектора, открывшийся в тринадцать лет, должен был сделать его лидером нового поколения. А по факту его уложила на лопатки какая-то простолюдинка!

— Хватит! — её крик заставил докладчика вздрогнуть и замолчать. — Так… Он хоть не добил тех троих?

— Серьёзные раны получила только одна девушка. Сейчас она у Росарио, остальные двое — в поместье Вилда.

— И с какой стати Гектор за ними полез?

— Точно неизвестно, но есть догадки.

Франческа пронзила докладчика взглядом, от которого тот попятился.

— Гектор в последнее время часто бывал в таверне «Чёрный Предел». Это заведение под крылом клана Фостер. А некоторое время назад Вилд на дуэли переломал ноги их наследнику.

Франческа с силой ударила по каменному столу, отчего тот рассыпался в мелкую крошку, но тут же собрался обратно.

— Всё. Снять с него статус наследника. Урезать довольствие до одной золотой в месяц. А на выходные — отправлять в самые дальние вылазки. Не хочет работать головой — пусть работает руками. Пока не научится. Обоим кланам выслать компенсацию по пять тысяч золотых, и намекните откуда растут ноги у проблемы.