Дикий Волк. Том 2

Глава 28

Карета мерно отстукивала колёсами по мостовой, пробираясь через праздничные улицы. Сквозь стекло мужчина наблюдал, как глашатай с кружкой в руке размахивает руками перед хохочущей толпой. У дверей таверны двое грузчиков ловко выкатили очередную бочку — по их сноровке было видно, что эта далеко не первая.

У ворот резиденции, где горели фонари и слышалась музыка, карета замедлила ход. Маг в белой мантии приподнял бровь, разглядывая выставленные в ряд металлические статуи. Незамысловатые сцены: маги, замершие в схватке с монстрами. Вот один зажимает рану на плече после тяжёлого боя, другой вскидывает клинок в победном жесте. Особенно его развеселила группа магесс, застывших в комичном бегстве от пауков.

Молодые гвардейцы стояли в строю в отполированной броне. Это была не та броня, к которой он привык — без фамильных завитушек и позолоты. Только чистая сталь и нанесенный на нагрудник эмблема дома. Каждый элемент, от гибких сочленений до усиленных наплечников, кричал об одном: в этой броне можно выходить в бой хоть сейчас. Лишь у одного в ряду шлем отличался. Он был стилизован под оскаленную волчью морду. Капитан отряда. Решение... интересное.

Его взгляд скользнул к входу и задержался на молодой паре — лицо девушки внезапно побледнело, а её спутник резко выпрямил спину. Маг позволил уголкам губ чуть приподняться. Нужно быть ближе к людям, — всплыло в памяти, будто отзвук давнего урока. Именно этот принцип триста лет скреплял осколки империи и позволил им сделать первый шаг от обороны к наступлению. Если метод работает — менять его нет смысла.

***

— Ваша светлость, Андреас Лористон. Мы рады приветствовать вас на нашем празднике.

— Как я мог пропустить первый праздник по случаю отвоёванных земель, барон Вилд? Сегодня скромничать не стоит. А ваша спутница?

— Лирин Помпео, ваша светлость. — Девушка сделала безупречный реверанс.

— Время так летит… Будто вчера я подписал указ об основании дома Помпео. Как встретитесь с дедом, передайте мои наилучшие пожелания.

— Обязательно, ваша светлость.

— Что ж, не буду вас задерживать.

Когда председатель Совета скрылся за дверями, напряжение в наших плечах лишь чуть ослабло. Я тут же поймал взгляд ближайшего слуги.

— Ты — за ним. Следуй по пятам. Любой его каприз — закон, выполняй мгновенно.

Второму слуге я кивнул в сторону сада, понизив голос до шёпота, который тот услышал бы сквозь любой гам:

— Беги. Найди Амалию Лористон. Скажи, что её дед здесь. Немедленно.

Скандала между ними допустить было нельзя. Это были не просто ссорящиеся родственники — это два мага, каждый из которых мог в одиночку снести с лица земли половину этого района. Если между ними вспыхнет конфликт, мы буквально не сможем пережить их скандал.

— Н-ну что, п-пойдём в зал? Н-начнём праздник? — Голос Лирин дрожал и прерывался. Она понимала — всё может выйти из-под контроля.

Я лишь кивнул и полностью разделял чувства Лирин. Вечер из праздничного резко превратился в минное поле.

Поднимая бокал с виноградным соком, я произнёс речь, отмечая заслуги каждого мага, кто участвовал в этом нелёгком деле. Выделил сильные стороны, умалчивая об ошибках. И, конечно, поблагодарил за поддержку, которой на самом деле не было, — но тут уж ничего не поделаешь. Не мешают — уже хорошо. Даже за шахту пока не поступило никаких странных требований в духе «обновите броню для стражи».

Пригласив высказаться второго командира, я наконец позволил себе выдохнуть. Подобные речи всегда вытягивали больше сил, чем долгий бой. Лирин тут же взяла меня под руку, и мы начали курсировать по залу, наблюдая, чтобы никаких происшествий не случилось.

— Поздравляю. Пока всё идёт хорошо.

— Конечно, хорошо. Мы же готовились.

— Подойди. Вон за тем столиком заканчиваются угощения. Быстрее неси новые. — Слуга кивнул и быстрым шагом направился на кухню.

В зале раздался дружный смех — похоже, Эрик в своей речи решил пошутить. Казалось, всё было готово идеально. Окинув взглядом парадный вид своих подопечных, я удовлетворённо кивнул. Мы готовы.

Раздался гул аплодисментов, заиграла лёгкая музыка, и гости начали разбредаться по залу. Сделав один церемониальный круг, мы первым делом направились к председателю совета магов. Таков был обычай — самый высокопоставленный гость заслуживал первого знака уважения. К тому же, в каком-то смысле он нас выручил, иначе пришлось бы начинать с Роберта Санчеса. А у того, в свою очередь, с Виктором Росарио отношения были далеко не тёплыми.

— Ваша светлость.

Мы синхронно склонили головы в почтительном поклоне.

— Как вам наш скромный приём?

— Всё прекрасно. Не припомню, чтобы у Пьеров было что-то подобное в расстановке.

— Вы всё верно подметили. Всё сделано нашими талантливыми девушками. Они любят экспериментировать, и мы доверили им оформление поместья.

Я сделал шаг ближе, понизив голос так, чтобы слышно было только ему, и слегка наклонил голову, будто делясь самой ценной тайной. Моё лицо при этом сохраняло почтительность.

— А ещё у нас есть… интересные стёкла. Можете подняться на третий или четвёртый этаж, а после взглянуть на них снаружи. Уверен, вы будете удивлены.

Лирин, стоявшая чуть позади, слегка сжала мою руку, напоминая о времени.

— Почему бы и нет? — его глаза слегка сузились, в них мелькнул интерес учёного, а не политика. — Я действительно редко встречаю что-то новое. Не обращайте на меня внимания — сегодня я хочу просто отдохнуть, как и все здесь.

«Отдохнуть. Интересная формулировка от мага, который держит на плечах остатки человечества». Обменявшись последними формальными поклонами, мы развернулись. Впереди ожидали еще несколько встреч.

Роберт стоял рядом с сыном. Эрик что то рассказывал жестикулируя руками. Повторяя церемониал мы обменялись приветствиями.

— Рад видеть вас ваша светлость на нашем скромном приеме.

— Скромный говоришь, ты обязательно должен мне показать что такое пышный прием. — Отхлебнув вина не собираясь следовать хоть малейшим правилам Роберт продолжил. — Сегодня я буду праздновать как в последний раз и меня никто не остановит.

Лирин, стоявшая чуть сзади, мягко нажала мне на локоть — наш заранее обговорённый знак, что пора закругляться. В своих мемуарах я буду описывать скромность этого человека только с большой буквы. Хотя его тоже можно понять: его сын один из немногих наследников, кто добился успеха, который можно пощупать руками.

— Ваша светлость, Викт Росарио. Мы рады приветствовать вас на нашем приёме.

— Барон Вилд, благодарю. Всё у вас устроено просто замечательно. Придётся моих слуг отправлять к вам на обучение.

— Всегда будем рады оказать такую небольшую услугу.

— Не отвлекайтесь на меня, — он кивнул, и в его глазах промелькнуло понимание. — Знаю, у вас сегодня вечер не из лёгких.

Наш путь лежал к Амалии Лористон. Нужно было уточнить, будет ли она танцевать второй танец или планы изменились.

Первый танец полагался хозяевам приёма — старая традиция, напоминавшая всем, кто сегодня устраивает праздник. Второй танец был с самыми знатными гостями. И вот здесь назревала щекотливая ситуация: на паркете могли оказаться оба представителя дома Лористон. В свете об их разногласиях не говорили вслух. Да и как говорить, когда тебя могут испепелить на месте, не оставив даже воспоминаний?

Мы нашли магессу в саду. Она занималась поеданием мелко нарезанных фруктов в нашей беседке.

— Ваша светлость Амалия, вам уже сообщили о приезде председателя?

— Да, не переживайте. Мы просто будем игнорировать друг друга.

— Дело в том, что второй танец...

Она заливисто рассмеялась, и в её смехе прозвучала легкая беззаботность.

— А ведь да. Вот шоу-то будет.

Мы с Лирин замерли, ожидая, что нам выдадут хоть какую-то информацию, хоть намёк что произойдет. Но в этот раз нас не стали информировать. Мы лишь обменялись взглядами, в котором читался один и тот же ужас и трепет: что же выкинут эти двое, в чьих руках была сосредоточена огромная, разрушительная сила.

Времени уже не оставалось, и мы отправились готовиться к первому танцу. Дёрганные и напряжённые, мы ходили по залам, отвечая гостям односложно, переживая о том, что может случиться. Вроде бы всё шло хорошо, гости ни в чём не нуждались.

Получив сигнал к первому танцу, мы на инстинктах встали в пару. Заиграла музыка, и мы начали кружиться, с внутренним ужасом ожидая конца мелодии. Я даже забыл подсознательно держать щиты наготове, ожидая подвоха от Лирин, но судя по её скованным движениям, она думала о происходящем не меньше моего. Сделав несколько кругов, мы торжественно поклонились друг другу.

После небольшой паузы музыка стихла, и в центр зала вышел мажордом. Три сухих стука посоха прокатились по залу, призывая к вниманию.

— Почтённый Совет и дорогие гости! Хозяева приёма, барон Люций Вилд и леди Лирин Помпео, приглашают вас разделить с ними вторую партию танцев!

С разных концов зала к нам двинулись представители дома Лористон. Они ступили на паркет почти одновременно, но я заметил, как Амалия на долю секунды замедлила шаг, пропуская вперёд Председателя. Когда до нас оставался один шаг, пламя магии окутало их фигуры — и вот передо мной стояла юная девушка, а перед Лирин — её ровесник.

С трудом сдерживая выдох облегчения, я взял под руку свою компаньонку на этот танец. Музыка зазвучала вновь, и паркет наполнился движением.

— Видел бы ты сейчас своё лицо, — прошептала Амалия, её губы едва шевельнулись.

— Мне его не нужно видеть. Я просто не знал, стоит ли уже бежать или просто спрятаться.

Послышался её сдержанный, чуть игривый смешок.

— Такой церемониал был принят в магическом обществе Империи. Так маги показывали, что всегда могут стать на один уровень с хозяевами бала.

— Когда вы в последний раз танцевали с Санчесом в виде детей?

— Мы просто дурачились. В подобном случае мы должны принимать облик молодых людей, показывая, что готовы открывать грани, как в юные годы.

— То есть, если бы я был стариком, вы бы прикинулись бабушкой?

Она вновь рассмеялась.

— Нет. Я бы просто отказалась от танца.

Так мы и кружили, пока я постепенно приходил в себя. Самые опасные точки, казалось, были пройдены. Теперь оставалось вести светские беседы и, возможно, заключить пару стоящих сделок.

Музыка завершилась. Церемониальный поклон — и перед нами снова стояли маги в своих истинных обликах. Лирин взяла меня под руку, и мы медленно проследовали в зал, готовые к следующему, более предсказуемому этапу вечера.

Когда пошла третья волна танцев наша команда высыпала на танцпол. Вот так и наблюдал за нашим отрядом на паркете. Чёрт возьми, вид у них был забавный. Полгода занятий. Полгода я платил учителю, чтобы они чувствовали себя спокойно на приёме. Глядя на паркет, я понял — деньги на ветер.

Рори с Виктой напоминали двух кошек в мешке — он весь напряженный, боясь сделать лишний вдох, а она так и тянула его ускорится. Полгода занятий, а еще работать и работать.

Аспид с Рени — отдельная картина. Мой гидромант вёл её с невозмутимостью ледяной статуи, каждый шаг отмерян и безупречен. А вот драконида… Она двигалась с той же концентрацией, с какой рубила пауков. Её хвост метался в такт, будто отбивая секунды до конца этой пытки. Хорошо хоть крылья держала в этот раз.

Скромный Дуглас в своём новом костюме и Фрея Гельмонт как будто их движения сковывал лед, которые вот-вот заморозит их окончательно. Энтони же с Леоной — держались отлично. Чувствовалась аристократическая выучка и пожалуй они единственные кто мог наслаждаться процессом. Леона пыталась ускорится, но Энтони зная ее буйный нрав держался словно скала.

Ханна и Леви… Хотелось ударить себя рукой по лицу, они стояли так далеко друг от друга, что между ними можно было пройти не расплескав напиток. Танцевали молча, с каменными лицами, будто выполняли боевое задание. Леви смотрел куда-то в пространство, да и Ханна — делала тоже самое, ни на миг не опуская взгляд. Напряжение между ними было почти осязаемым.

Бренда с Майрой, что кружили с какими-то юными аристократами, выглядели более-менее сносно. Но и их выдавали слишком прямые спины и эти натянутые, чёткие улыбки, которые появлялись и исчезали по команде. Девчонки явно воспринимали танец как очередную задачу — не пытаясь расслабится и получить удовольствие.

Рени, поймав мой взгляд, едва заметно закатил глаза. Мол, а чего ты хотел? Всего полгода прошло. По сравнению с выжиманием из них боевых граней в стычках с гоблинами и пауками, эти плавные па и реверансы — детские игрушки. Неказистые и неинтересные. Вот и результат на паркете.

— Не хочешь отдохнуть?

— Да, давай. Честно говоря, я сильно перенервничала.

Мы поднялись на четвёртый этаж. Отсюда открывался потрясающий вид на ночной город — россыпи огней и факелов мелькали внизу, как светлячки. Тавернам было оплачено сегодняшнее празднование, так что город действительно будет гудеть до утра. И это не фигура речи.

Присев в кресла с толстыми подушками, мы наконец смогли перевести дух. Служанка почти бесшумно принесла поднос с нарезкой фруктов и графин с виноградным соком.

— Всё время хотела спросить, — начала Лирин, отхлёбывая сок.

— И что же?

— Почему ты не пьёшь вино?

— Читал в одной умной книге, что оно может испортить молодой организм. В моём случае — это смертельно опасно. Лучше подождать, пока тело сформируется.

— Но у тебя же есть лекарь. Он смог бы тебя вылечить.

— Есть. И да, смог бы. Но я принял это решение давно, и сейчас не вижу смысла его менять. В каждом возрасте должны быть свои минусы и плюсы.

— Это при условии, что ты не научишься выбирать, как выглядеть.

— Всему своё время, ваша светлость. Всему своё время.

Тут подбежал запыхавшийся слуга. Мы недоуменно переглянулись.

***

Прекрасный вечер, прекрасное вино и прекрасная незнакомка, ожидавшая, когда он, блистательный Арман де Сан-Жермен, пригласит её на танец. Парень уже скользил взглядом по даме, поправляя прядь волос и двигался к ней словно на крыльях, когда его грубо сбили с ног. Рухнув на пол словно мешок с картошкой он поморщился.

Вскочив, отряхивая несуществующую пыль с безупречного рукава, Сан-Жермен выпалил:

— Как ты смеешь, подонок?!

— Это мои слова! Ты смотришь, куда прешь?

— Я шёл к даме, пока ты, грубиян, преграждал путь всему залу!

— Я просто обсуждал дело с господином магом и немного увлёкся, — отрезал второй, высокий и угловатый, с лицом, покрасневшим от вина и гнева.

— С каким же магом? — язвительно протянул де Сан-Жермен, окидывая пустое пространство вокруг собеседника презрительным взглядом.

— Да вот же… э-э… — Гаспар беспомощно обвёл взглядом толпу, но знакомого лица не нашёл.

— Не только грубиян, но и лжец! — триумфально воскликнул Арман. — Я, Арман де Сан-Жермен, вызываю тебя на дуэль за попранную честь!

Гаспар фон Гартман, от такого обвинения окончательно взбеленившись, ткнул в него пальцем.

— Ах ты так! Я, Гаспар фон Гартман, принимаю вызов! И требую удовлетворения кровью!

— Получишь, подонок! Сию же секунду!

Гаспар рванулся вперёд, срывая с пояса перчатку, но Арман был быстрее — его собственная белая перчатка со свистом хлестнула Гаспара по щеке.

Гости расступились, образовав вокруг них кольцо. Первые угрозы сказаны, аристократы потянулись за оружием. Преграждая путь к ним бросились слуги и гвардейцы, едва успевая растащить разъярённых аристократов, чьи действия грозили перерасти в потасовку, опасную для всех окружающих.

***

— Да вашу мать! Серьёзно? Прямо на первом нашем празднике! — Бушевала Лирин, напрочь забыв о светских манерах.

Мне просто хотелось закопать двух идиотов, решивших разнообразить наш вечер. Чёрт подери, всё шло так хорошо. Откуда вылезли эти два полудурка?

Спускаясь в зал, мы увидели, как гвардейцы едва сдерживают двух выпивших аристократов, готовых броситься друг на друга. Вокруг уже сгустился круг зрителей — куда ж без этого мысленно скривился я. Услышав их перепалку, я не стал скрывать раздражения и поморщился.

И ведь отказать им в дуэли не могу. Это и было самым гадким. Ладно. Хотите шоу — получите.

Когда мы сошли с лестницы, толпа перед нами расступилась. Все знали: решение теперь целиком в моих руках.

— Кто посмел поднять шум на моём приёме?

— Ваше благородие, я — Арман де Сан-Жермен! Этот боров ведёт себя недостойно! Я требую дуэли!

Я окинул взглядом тощего черноволосого юнца в коричневом сюртуке и поморщился снова. Второй «боров» в синем сюртуке оказался таким же тщедушным. Нашла коса на камень. Два провинциальных аристократа, приехавших поглазеть на столицу и показать насколько благородны их предки.

— И каков повод?

— Этот… под… наглец! — взметнулся палец Сан-Жермена. — Сбил меня с ног, а потом нагло солгал о причине!

Я перевёл взгляд на второго.

— Я, Гаспар фон Гартман, ваше благородие, принимаю вызов и готов ответить за свои слова сталью.

Я усилил голос магией, чтобы было слышно в каждом углу.

— Всем здесь известно: моя фамилия рождена солдатской волей. Поэтому дуэли — быть. Но в день, когда мы взяли новые земли, не потеряв ни одного человека, я не позволю допустить смерть. Вы будете сражаться до первого серьёзного ранения. Оружие — мечи.

— Но, ваше благородие, по правилам…

— По правилам вы должны развлекать дам, а не выяснять отношения в моём поместье.

По залу прокатился ропот и смешки. Да, с моей фамилией не всё просто. Хоть я и считаюсь аристократом, славу заработал простолюдином с пехотным полуторным мечом в руках. Пусть мой меч был чуть короче стандартного — суть не меняется.

В моём доме всегда можно вызвать на дуэль — фамилия дарована славой среди солдат, а не положением, и за это спасибо Помпео, что её закрепил. Но есть и ограничение: оружие. Именно поэтому местные бретеры будут обходить мой дом десятой дорогой. Полуторный меч — оружие солдат, и бывший император позаботился, чтобы его воины чувствовали себя уверенно у себя на праздниках.

Я дал им секунду на осмысление. В их глазах мелькнуло непонимание. Они привыкли к рапирам — лёгким, как трости, предназначенным для быстрых уколов и изящных выпадов по незащищенному противнику. Полуторный меч — это другая вселенная. Это вес, это инерция, это рубящая мощь, от которой немеет рука после трёх ударов. Любой городской аристократ выдохнется через минуту. А потом... Потом любой гвардеец, прошедший хотя бы одну кампанию, разделает его как щенков.

— Ну что, господа? — голос прозвучал сухо. — Мечи ждут. Или вы предпочитаете извиниться перед обществом и вернуться к дамам?

Тишина в зале стала абсолютной.

— Мечи — так мечи. В доме де Сан-Жерменов нет трусов.

— Принимаю. Какая разница, чем убивать.

— Тогда прошу на улицу.

Я нашёл взглядом слуг и отдал пару тихих распоряжений. Толпа, предвкушая зрелище, хлынула во двор. Один из слуг внёс дуэльные мечи. Мы с Дугласом специально прорабатывали это оружие — чтобы выглядело достойно воина, которого не стыдно вывести на поле боя. Многие, знакомые с металлами, могли принять его за булат, но это была лишь моя прихоть и мастерство Дугласа, пытавшегося по моим эскизам создать нечто похожее. Получилось внушительно: классическая деревянная рукоять и навершие в виде оскаленной волчьей морды. Теперь никто не сможет упрекнуть меня в том, что оружие — плохое.

Неожиданно выбранные секунданты проверили клинки, удовлетворительно кивнули и вручили их дуэлянтам. По их недовольным лицам стало ясно — ни один из них никогда не держал в руках ничего подобного.

Наша парадная дорожка стала полем боя. Рени обозначил границы водяными барьерами, а я вышел в роли судьи.

— Готовы ли стороны к примирению?

— Нет!

— Нет!

— Начинайте.

Оба бойца не спешили сближаться, привыкая к весу оружия. Арман первым решил проверить защиту Гаспара — пара выпадов пошли к противнику, но были отбиты круговыми движениями. Гаспар, пользуясь замешательством, перешёл в наступление, нанося диагональные удары. Он наткнулся на жёсткий блок — и это было опасно: от такого встречного удара немели руки. Гаспар это почувствовал и, развернув меч, нанёс первый укол в ногу противника. Но тут же был отброшен назад.

Арман, не ожидавший подобного, покрылся испариной. Рана была неглубока, но теперь каждое движение отдавалось болью. Гаспар не стал церемониться и снова пошёл в атаку теми же диагональными ударами. На этот раз он нарвался на парирование и ответный укол в живот. Арман, пользуясь моментом, начал теснить противника. Когда его атака снова наткнулась на блок, он просто ударил ногой в колено.

Гаспар потерял равновесие и начал заваливаться вперёд. Арман уже занёс меч для сокрушительного удара сверху. В тот миг, когда клинок был в сантиметре от головы, водяной барьер Рени сковал обоих. Они застыли в позах, где голова одного должна была вот-вот покинуть плечи.

— Дуэль окончена! Победитель — Арман де Сан-Жермен!

Радостный гул и аплодисменты прокатились по толпе.

— Лекари, прошу оказать помощь дуэлянтам.

Леви направился к победителю, а над проигравшим уже склонился сам Викт Росарио.

Когда гости проходили обратно в зал, бурно обсуждая дуэль, мы с Лирин, словно хищные птицы, следили за их поведением. История закончилась более-менее благополучно. Арман, пользуясь победой, уже вовсю распускал хвост перед одной из аристократок. Гаспара отправили в поместье Росарио — рана оказалась серьёзнее, чем мы думали. К счастью, наш гость не стал делится своей коллекцией внутренних органов с нашим порогом.

Через некоторое время, согласно традиции, нам с Лирин предстояло произнести завершающий тост. Музыка стихла, и мажордом церемониально постучал посохом, призывая к вниманию.

— Дамы и господа, я рад, что вы разделили с нами этот вечер. Наша первая победа над гоблинами — лишь первый шаг в долгой борьбе за свободные земли империи. Как вам известно, целью нашего похода был металл. И мы его уже добываем, благодаря нашим магам. — Я поднял бокал в сторону Дугласа, и тот ответил сдержанным кивком. — Андреас Лористон, мы отвоевали эти земли под вашим патронажом. А потому моя группа готова предоставить пять тонн отборной стали в распоряжение Совета Магов.

По залу прокатился нарастающий гул. Пять тонн металла… Это около ста пятидесяти комплектов доброй гвардейской брони. Или ресурс на пару лет для небольшого клана, чтобы не оглядываться на мелочи. Жест громкий для молодой группы, но скромный на фоне клановых запасов. Все взгляды устремились на председателя.

Тот поднял свой бокал в ответном жесте.

— Пока у империи есть такие, как вы, — нам не о чём беспокоиться.

Раздались гулкие, на этот раз искренние аплодисменты. Когда вечер уже клонился к завершению, Роберт Санчес вновь решил напомнить о себе. Над Орфеном взорвались оглушительные фейерверки, окрашивая ночное небо в цвета его клана и оповещая весь город, что торжественная часть подошла к концу.

А нам… нам пора было готовиться к отбытию. Летние каникулы только начинались. Впереди нас ждали дела в Эраме.