Геном хищника. Книга восьмая

Глава 22

Я спрятал машину и перетащил все вещи, а Оса всё это время сидела у костра, уткнувшись в записи «Ведьмы». Увлечённо листала страницы и что-то бурчала себе под нос. Периодически она наклонялась поближе к огню, что разглядеть мелкие детали или расшифровать практически «аптекарский» почерк. Уже стемнело, и в свете неровного костра Оса выглядела довольно забавно.

Симпатичная, конечно, не без этого, но синяк под глазом и взлохмаченная голова делали её похожей на дикую лесную колдунью. Учитывая обстоятельства, назвать её ведьмой, язык не повернулся.

— Как успехи? — спросил я, подтаскивая сундук-трансформер поближе к свету.

— Отлично! — улыбнулась Анна, помахав тетрадью. — Я столько новых проклятий и ядов приготовить смогу, ты не поверишь!

Отчего же? Вполне поверю, подумалось мне, когда я увидел, в какие угольки Оса превратила перепёлок. Но озвучивать эту мысль я благоразумно не стал. Благо несколько неощипанных тушек ещё ждали своей очереди. К ним попытался подступиться Пепел, но тут же был в грубой форме отправлен на хоту, совмещённую с разведкой и охраной территории. Острохвостов я отправил туда же.

— В общем, — не дождалась моего ответа Анна, — мне нужны: листвянка бурая, таррика и кальвий — это всё растения, потом геномы: жука-бурчика, костегрыза и амелии красивой. И ещё сельвеник, но это я не пойму, геном это или трава какая-то.

— Всё, что пожелаешь, — я распахнул двери шкафа и следом протянул Анне сканер.

— Богато, — с удивлением вздохнула Анна, — но интересно.

— «Пчёлки» как себя чувствуют? Они под контролем ещё?

— Нет, — отмахнулась Анна.

— Так, может, освободить? — я подошёл к связанным девушкам и поднял с одной мешок.

И не узнал. Я вроде к ним уже привык и различал легко, но сейчас картина была смазана таким же синяком, как у Осы, плюс размазанная по лбу земля, плюс трава с листьями в волосах, и довершал образ кляп из обрезка всё того же мешка. Я посмотрел на верёвки, которые при желании можно было легко снять. Глаза у девушки были заплаканы, но агрессии в них не было. Как и жалости — только смирение. Мол, всё понимаю, сама не рада, потерплю.

— Они сами так решили, — пожала плечами Оса и принялась пикать сканером по содержимому ящика, будто она на ленте в супермаркете.

Я пока решил заняться лагерем, а то, кажется, мы здесь надолго. Костёр-то Анна развела, ужин поймала, но в остальном вокруг был полный бардак. И от драки наломали веток, и добытые в особняке вещи из мешков повыкидывали.

Я связался с Пеплом, определив ему периметр патрулирования. Так, чтобы гулял свободно, но не загуливался, и принялся наводить порядок. Принёс воды из ручья, и там же собрал несколько крупных камней. Соорудил что-то типа очага, обновил запас дров и поставил кипятиться сразу несколько кастрюль из запасов «Ведьмы».

Собрал вещи, разложив их по кучкам. Пусть сейчас есть целый «КамАЗ», но от жадности мы тогда много лишнего набрали. Где-то половину, а то и больше, можно смело отправить в костёр. Следом принялся за создание спальных мест. Выбрал ровный участок, растянул над ним тент, сделанный из палатки кукловодки, а потом нарубил веток сразу на восемь лежаков. Про Пепла тоже не забыл, он почти как домашний постоянно прибивался поближе.

Оса всё ещё копалась в ящике, вываливая содержимое на три кучки: самая маленькая — то, что нужно, тоже небольшая — потенциально полезное на будущее и самая крупная — хрень, которая нам ни при каких раскладах интересна не будет. Я продолжил обустройство. Срубил пальму, организовал из неё две лавки и нечто, напоминающее стол. Сейчас перепёлок пожарю и красота, практические пикник с хорошей, пусть и связанной компанией.

— Всё! Готова! — отвлекла меня Оса. — Всё нашла, начинаем обряд!

Я посмотрел на блестевшие в азарте глаза подруги и подумал, что вот сейчас она уже вполне тянет на настоящую ведьму.

— Нужно больше воды и огня, — продолжила Оса, подходя к «Пчёлкам». — Начнём с Одри, будешь помогать…

Точно ведьма, и ещё меня во всё это втянула. И как бы на словах всё выглядело просто: я окуриваю травками, Оса поит эликсирами. А вот на деле у нас получилась какая-то смесь из ведьминского шабаша и собрания ку-клукс-клана.

Отчасти я сам был виноват. Сделал себе футболку с капюшоном из найденного балахона, с костром переборщил так, что прыгать через него теперь было проблематично. Мы вроде бы не собирались, хотя, глядя на увлечённую и азартную Осу, я бы не удивился. Не зря же в древности народ скакал над огнём для очищения и изгнания злых духов. В общем, нам только песнопений и заунывных речитативов не хватало для полной картины ночной вакханалии. То есть обряда экзорцизма.

Я жёг пучки травы и наворачивал круги вокруг первой очищаемой, тыча её под нос едким дымом. Оса по капельке вливала свежесваренный эликсир, делала паузы, заглядывая в глаза Одри и прощупывая её пульс. Тихонько вернулся Пепел и, присев в сторонке, сначала начал терзать меня мыслями на тему, что вообще происходит и не сошли двуногие вконец с ума, а потом решил присоединиться к действу и начал подвывать. В принципе, закрыв потребность в музыкальном сопровождении.

Это была странная ночь. Вероятно, одна из самых странных моих ночей не только на Аркадии, но и в обоих мирах. Я старался не дышать дымовухой, но постепенно она пробила мой иммунитет, а потом и меня самого. Сознание слегка поплыло. Может, и не очень слегка, потому что, когда Одри что-то простонала, я это услышал не иначе как жутким, замогильным, хриплым голосом.

— Не ты садил, ни тебе гнать, падла!

А Оса мне при этом, наоборот, показалась ангелом! Тут-то я и понял, что происходит явно что-то не то. Добрёл до ручья и минут пять, пока дыхания хватило, держал голову под водой. Вернулся и всё по новой. Вместо Одри мы принялись за Косту и так далее по списку. Галлюцинаций больше не было, так что удалось посмотреть на процесс без искажений. Даже как-то скучно стало.

Как только эликсир начинал действовать, у «пациентки» резко подскакивала температура, начинался жар, подключалась тошнота и не отступала до момента, пока их не выворачивало наизнанку. Полоскало эту изнанку жёстко. Видимо, оттуда хрипы и кашель и превратились у меня в жуткий голос. Но дальше всё успокаивалось — «пациентка» валилась без сил, Анна вливала ещё какой-то состав уже в бесчувственное тело. И я относил девушку под навес.

К рассвету этот странный обряд экзорцизма закончился. Все подопечные пока ещё были в лихорадке, но постепенно жар спадал, а дыхание выравнивалось. Меня тоже срубило, а вот Оса осталась сиделкой. Сказала, что процесс очень сильно похож на генодиализ, и она знает, как им сейчас нелегко.

Весь следующий день все, включая Осу, проспали. Пепел охотился, а я, когда уже ни спать, ни есть не хотелось, занялся ремонтом. Во-первых, перебрал оружие, а во-вторых, решил подготовиться к встрече с «Крысоловами». Должок Цокору нужно будет отдать обязательно, и всё необходимое у меня до сих пор было с собой, вот только уже не в таком хорошем состоянии, как во время находки. С обещанными геномами проблем не было, эти, как и жемчужины «Крысоловов» сохранились без потерь. А вот артефакт в виде скипетра или по моей версии палки-чесалки пострадал и во время обвала, и позже, когда доставалось не только мне, но и рюкзаку.

Крысиная голова, которую я принял за возможную державу, и которая вполне могла идти в паре к нужному артефакту, пожалуй, даже к сожалению, не потерялась и вынесла вместе со мной все невзгоды. Пару раз я сам хотел её выкинуть. Вес хоть и небольшой, но размер и форма частенько впивались в рёбра, и один раз даже «Поглощение» с бронёй не смогли нейтрализовать силу удара. Но как втиснулась в боковой карман, так и сейчас вылезать не хотела.

А вот цель похода в логово к «Крысоловам» — небольшая булава, она же возможный скипетр, она же (по моей версии) просто палка-чесалка лежала на самом дне рюкзака параллельно спине, завёрнутая в тряпку. Но это её не спасло, и в момент, когда нас накрыло камнями, её погнуло.

Не сильно, не скрутило, как кочергу в руках циркового силача. И в принципе можно было сказать, что так и было. Свидетелей уже нет, и стандартное «Крысоловское» ничего личного, только бизнес. Но мне это не нравилось. Взялся за дело — сделай его хорошо! Вот я и сидел, чередуя то боевые, то ученические браслеты.

Не сразу, только на следующий, но получилось. К этому времени ожили «Пчёлки», и Оса устроила им полноценный допрос. В основном по учебнику кукловода, но и с использованием военных и психологических методик, которым её явно обучали. По новой вымоталась, но осталась довольной.

— «Пчёлки» чисты, будто бы росой умывались, — сказала уставшая, но довольная Анна.

— С гарантией?

— С максимальной, — кивнула Оса, а потом пожала плечами. — Точнее с максимально возможной в этом мире. Так-то понятно, что всё что угодно может произойти.

— Что мы будем с ними делать?

— Они хотят… — Оса задумалась. — Разного. Коста хочет мести и за себя, и за семьи. Лин и Рами хотят стать сильнее, чтобы больше никто не мог распоряжаться их жизнями. Бэлла не хочет быть бойцом, но хочет помогать. У неё явно талант к медицине, а Одри просто хочет с нами. Научим хорошему, будем тренировать и дадим выбор. Считай, что это пополнение в нашу будущую армию.

— Ладно, всё равно следи за ними. И скажи нашей будущей армии, что выезжаем через час.

— Нам нужна какая-то легенда, а то странноватая компания получается.

— Легенда простая, — улыбнулся я. — У нас будет артель швей! Я бригадир, вы — работницы ткацкой фабрики из, ну хотя бы, Вайтарны.

— Сам ты артельшвей, — отмахнулась Анна. — У нас ни тканей, ни иголок. И девчонки голодранки, не думаю, что идея, что сапожник без сапог здесь сработает.

— С этим решим, есть отдельный план, — я достал карту и стал показывать Осе наш предполагаемый маршрут.

План был простым — к ночи добраться до границы с Трёхой. Осмотреться, изучить обстановку и перебраться на ту сторону. Дальше совсем немного проехать на юг до небольшого промышленного городка под названием Далфсен, где помимо прочего должна быть ткацкая фабрика. По крайней мере, часть вещей у «Ведьм» была с такими ярлыками. Там уже можно будет как минимум купить одежду, добыть ткани, а если повезёт, то и прочую атрибутику. Что-то типа тента с логотипом на наш приметный «КамАЗ». И оттуда мы уже поедем в Хемстед.

Возможно, все эти сложности излишне, и как только мы приедем в Хемстед, то каждая дворняга будет нас встречать как героев. Но если там что-то изменилось, то лучше не отсвечивать. «Искатели» думают, что мы погибли под завалом. Закрываться от эхолотов с их «Глубиной» мы учились всё время, что бродили по горам. И вроде получилось, но риски всё равно есть. Натолкнёмся не на тех людей в Трёхе, и все планы пойдут по одному месту. В общем, бережёного бог бережёт.

С таким девизом мы проехали всё оставшееся Гетто. Избегали поселений и прятались, когда видели чужие машины. А не единственную на нашем пути заправку проникали так, будто у нас военная спецоперация. Я даже стрекозу ради такого случая поймал и обеспечивал наблюдение с воздуха, пока «Пчёлки» тырили топливо. Хотя деньги мы оставили, как минимум, чтобы постулат про «научим хорошему» самим же не нарушать.

Пока всё шло хорошо. Мы без проблем пересекли границу. Даже шастать по бездорожью не пришлось, блокпост на дороге был разрушенным. Внутри и вокруг нашлись голые тела, пролежавшие здесь не одну неделю. Судя по следам давнего боя, напали с территории Гетто. Вырезали всю охрану и раздели догола. В прямом смысле обобрали и тела, и сам блокпост, вычистив всё до последней крошки.

— С таким количеством банд, не очень понятно, как Гетто собирается попасть в Совет, — удивилась Анна.

— Меня больше интересует, почему Трёха это так оставила? Они здесь уже недели три вялятся на солнце.

— Людей не хватает? Не знают? Чем-то другим заняты? Вариантов полно, — пожала плечами оса.

— Ладно, не расслабляемся, — кивнул я и проехал под открытым шлагбаумом.

Интересная штука с этим расслаблением, оно как зонтик. Взял его с собой, так дождь не пойдёт, не взял — так сразу же замочит. Вот и с расслаблением — стоит расслабиться, так какая-нибудь фигня произойдёт, а когда напряжён и собран, то ничего не происходит.

До Далфсена мы доехали вообще без каких-либо проблем. Мы не стали шарахаться от любых встречных машин, и какое-то время даже проехали в составе сборного каравана. Люди часто здесь объединялись в дороге — это было не удивительно, а вот то, что этот караван вели «Миротворцы» было уже чем-то новеньким. Не управляли им в прямом смысле, но позволили к ним примкнуть и получить защиту.

Раньше такого не было. Нейтралитет и все дела, а сейчас сложилось впечатление, что «Миротворцы» хотят стать ближе к народу. Никакой отстранённости, сплошное дружелюбие.

С караваном мы доехали почти до самого города, тормознув на ночёвку возле небольшого придорожного трактира, совмещённого с автомастерской. Этакая перехватывающая парковка для дальнобойщиков, где удалось узнать некоторые новости и подтвердить часть догадок. Трёхи больше не существовало, теперь Хиллегом, Хардервайк и Хемстед были отдельными городами-государствами с собственными границами. Точных границ пока никто не знал (ни трактирщик, ни другие водители) и путаницы было много: документы, деньги, связи, контакты, отдельные армии, полиция, налоги, торговля… Везде пока пробелы, а время, по словам трактирщика, лихое, народ затаился и ждёт, что же будет в итоге. И это он говорил, держа в руках дробовик.

Пока я собирал слухи и сплетни, Оса наведалась в город за покупками и тоже за информацией. Купила нам одинаковую рабочую одежду, чтобы мы и правда были похожи на артель. В автомастерской по соседству нашлась краска, и вопросов там задавали мало. Мы перекрасили грузовик и на каждом борту написали: «ARTELSHVEI TM», а Коста, у которой нашёлся талант к рисованию, нарисовала на капоте иглу и катушку с нитками.

Владелец мастерской даже глазом не повёл. Лихое время — оно и для возможностей лихое, так что ничего удивительного, что кто-то решил начать новое дело. Документов, понятное дело, у нас не было, а тканью мы запаслись. Уже нарядные и с эмблемой заехали в город, покрутившись среди швейных мастерских, и прикупили запас брюк и пиджаков, дополнив легенду.

Всё было настолько легко, что мне приходилось чуть ли не язык прикусывать, чтобы не накаркать. Никто не гнался, никто не устраивал засаду, кажется, даже не следил никто. Народу Пограничья было не до нас — все чем-то заняты. Никто не знает, что будет завтра, но сегодняшние дела никто не отменял.

Каркай, не каркай, но реальность нас настигла или, скорее, встретила километров за пять до Хемстеда. И представляла из себя деревянный информационный щит, где помимо рекламок, раскрашенных вручную, и объявлений красовался целый блок с пометкой: разыскивается. Пять чёрно-белых изображений среди которых, пусть с трудом, но я узнал самого себя. Рядом со мной красовался Купер, потом две неизвестных небритых морды, и ещё такая же небритая, но уже знакомая — Датч.

— А ты, оказывается, популярен, — хмыкнула Оса. — Хотя ценник какой-то несерьёзный, всего тысяча аркоинов. И Купер столько же, а вот за Датча дают целую пятёру. Но, кажется, мы опоздали.

Оса сорвала объявление о розыске Датча и повернула его ко мне. Ценник был перечёркнут, а под ним стояла печать в виде слова: захвачен.

— Ну, есть и хорошие новости, — ответил я, срывая и все остальные объявления. — Ни меня, ни Купера ещё не поймали. И Датча теперь проще будет найти.