Жена с проблемами

Глава 19

Сначала тропинка шла прямо, будто нарисованная под линейку, но спустя несколько десятков ярдов начала плавно кренится вниз и даже немного расширяться. А затем и вовсе уперлась в край глубокого оврага. Люди, шедшие впереди, уже успели спуститься на дно, а самые быстрые сподобились даже подняться на другую сторону. Мы с непривычки медлили, кроме, естественно, Эда, которому, благодаря острым когтям и крепким лапам, такая дорога не составляла серьезных неудобств.

Я боялась. Внезапно все мое привычное бесстрашие и жажда риска выветрились из головы, как серый дым от очага сквозь прорубленную в потолке дыру. И сумасшедшая высота, на которой находилась ненадежная тропинка, отвесные скалы, острые камни… все это вызывало неприятное головокружение и непреодолимое чувство тошноты.

Я шла все медленнее и медленнее, сама не замечая, как сокращаю шаг. И если б не блондин, издевательски вздернувший густые пшеничные брови, то я б и вовсе остановилась. Но ехидный взгляд противного оруженосца заставлял высоко вдернуть подбородок и нацепить на лицо привычную маску самоуверенной ведьмы. К тому же в спину толкал Черныш, обдавая затылок жарким дыханием. Не хватало еще, чтоб эта парочка уличила меня в трусости и начала насмехаться.

Стало гораздо труднее сохранять лицо тогда, когда мы подошли уже к самому спуску. Эдхард, достигнув самого дна оврага, вернулся и вопросительно уставился на нашу нерешительную компанию. Пробежавшись взглядом по сосредоточенным лицам, безошибочно остановился на мне.

— Чего медлите? — дернул ухом и подозрительно прищурился.

Теперь и я заметила, что не только у меня кожа цвета свежевыкопанного трупа. Блондин тоже нервно сглатывал и судорожно поправлял ворот сорочки, ставший внезапно слишком узким.

Вздохнула и расправила плечи. Что ж, наверное, снова пришла моя очередь быть первопроходцем, преодолев собственные страхи. Наш мальчик поигрался в предводителя и, пожалуй, решил, что хватит.

Ступила вперед, стремясь обогнать Роберика, и потянула за собой и так рвавшегося вперед Черныша. Ему одному не терпелось начать опасный спуск. Странно, но подобную застывшую маску на лице мальчишки я уже видела. Именно там, в Тито у месье Фронки. Может, все-таки парень болен, и потрясения, сломившие его вторую ипостась, имеют гораздо более глубокое влияние на его личность, нежели считают врачи.

Бедный Роберик… Даже на миг стало жаль бедового оруженосца. Но действительно всего лишь на миг. До тех пор, пока на моем запястье не сомкнулись сильные мужские пальцы.

— Стой, ведьма! — со всей дури сжал мою руку Роб и резко дернул назад.

Я едва не завалилась на спину, толкнула коня, и он неожиданно соскользнул копытом с утоптанной дорожки. Отколовшиеся камни с тихим стуком полетели вниз. А вместе с этим гулким звуком мое и без того слишком перепуганное сердце провалилось куда-то в пятки.

— Ты что творишь, ненормальный? — вскинулась, обретая равновесие.

— Жизнь спасаю тебе, дура! Всем нам! — огрызнулся Роб.

А потом перевел взгляд на Эдхарда.

— Нам лучше поискать другую дорогу, — уверенно заявил.

Причем настолько твердо, что я удивленно замерла. От нервного и слегка неуверенного в себе парня подобной настойчивости я не ожидала.

Волк склонил голову набок, раздумывая над словами Блондина.

— Эд, ты ведь знаешь, я напрасно говорить не буду. Нам нужна другая дорога, — продолжал настаивать этот ненормальный.

— Глупости! — фыркнула. — Какая другая? Ты видишь здесь другую дорогу?

Фантазии этого малыша заставили забеспокоиться не на шутку. Вдруг бедняге солнцем голову напекло, вот он и начал молоть всякую чушь.

— Идем! — внезапно решил Эд и принялся подниматься обратно на тропинку.

— Эд, ты чего? — опешив, потопала вслед за ним. — Зачем слушаешь малыша? Он испугался спуска, понимаю, я и сама боюсь. Но… это вовсе не повод…

— Это не повод, — легко согласился король, продолжая подниматься. — Повод совсем иной.

— Иной. Какой иной? — перевела взгляд на Блондина, который плелся следом.

Щеки мальчишки пылали, словно натертые свеклой. Он, почувствовав мой взгляд, поднял голову. В серых глазах вспыхнул опасный огонек.

— Много будешь знать — быстро состаришься, — глубокомысленно изрек и обогнав меня, пристроился за волком.

— То-то же смотрю, ты так молодо выглядишь, — уколола в ответ, недовольно посапывая носом.

Было совершенно непонятно, почему нужно мириться с блажью перепуганного оруженосца. Дорога в этом случае значительно удлинялась, и это было только на руку моему безумному родителю.

Но мне не оставалось ничего другого, как подстроится под большинство и вместо протоптанной тропы слепо следовать по нехоженой лесной чаще.

Впрочем, обиду я таки затаила, а так же мысленно занесла в свой невидимый список странностей очередной выверт Блондина. Что же с ним такое, и почему Эд прислушался к его словам. Ручаюсь, не из сочувствия или прихоти. Причина была куда более серьезная. И я должна любой ценой ее выведать.

***

Первые несколько ярдов дороги я, задумавшись над странностями Роба, не замечала. Шагала уверенно, невзирая на хлесткие удары пышной растительности. Но спустя какое-то время ногу начало покалывать. Яростно почесав ее, попыталась идти дальше. Только вот зуд становился сильнее, а площадь, которую он охватывал, больше. Не выдержав, остановилась, и неожиданно поняла, что разлогие кусты, которые я так лихо вытаптывала, принадлежат крапиве. Она сплошь усеяла едва приметную звериную тропку, тянулась сочными веточками ко мне и завлекательно поблескивала на солнце мелкими иголочками на тыльной стороне листа. Не удивительно, что этой дорогой никто не ходил.

Злость моя возросла троекратно. Эти, знай себе, топают. Волку и коню, что сделается, а толстая шкурка Роба наверняка и не замечает жалящих укусов. И только я бедная маленькая должна страдать.

В ухо сочувственно фыркнул Черныш. Эх, насколько было бы легче влезть на его спину и продолжить путешествие верхом — ни один куст крапивы не достал бы. Но ветки деревьев нависали слишком низко, и я всерьез рисковала получить одной из них по лбу, если отважусь на этот подвиг.

— Ничего, я справлюсь, — погладила его по пышной гриве, и мы снова тронулись в путь. За это время Эд и Роберик успели отойти на довольно-таки приличное расстояние, и мне пришлось бежать, чтобы догнать их. Но остановилась я за несколько футов до уверенно шагающего Блондина, постаравшись сохранить между нами дистанцию. На него я все еще была обижена. И решила, что буду продолжать дуться в одиночестве, гордо сопя ему в спину.

Звериная тропка вывела нас к небольшому ручью, и сразу проснулось желание попробовать заманчиво журчащую ключевую воду лесного источника. И не только у меня. К ручью моментально склонились Черныш и Эд. И только Роберик остался стоять прямо, напряженно оглядывая густые деревья.

Я тоже не теряла время даром, закатила штанины, скинула башмаки и, сев на сочную траву, с огромным облегчением погрузила ноги в прохладную воду. Ласковые касания волн сняли зуд и жжение, кожа уже не казалась настолько красной. Лишь отвратительные пузыри, проступающие на ней словно шляпки грибов, указывали на лиходейство крапивы.

— Ты опять куда-то влезла, малышка? — незаметно подошел волк. Опустил лобастую голову на плечо.

Тихо охнула, но постаралась выпрямить спину. Неожиданно стало спокойно и уютно, сидеть вот так рядышком на берегу.

— И это все благодаря твоему Робу. Шли бы нормальной дорогой, и не пришлось бы мне страдать! — не удержалась от нытья.

Нога снова начала чесаться, невзирая на прохладную воду. Знала, что веду себя глупо, но в последнее время столько всего навалилось, что я чувствовала себя очень подавленной. Из головы никак не шло ночное происшествие, и еще больше пугало, что я не знаю, как отделаться от своих спутников. Если кину их и продолжу путь одна, то, конечно, перетяну все силы ищеек на себя. Но как тогда доберутся Роб и Эд до Энилейна, не имея возможности общаться. А еще эта особенность Блондина застывать в самый ответственный момент и молчать, словно язык проглотил. К тому же, мое отсутствие вовсе не гарантировало их безопасность. Наемники отца просто могли им навредить из мести или в желании выманить меня.

Эта дилемма не давала покоя, заставляла нервничать и раздражаться по пустякам. Решения я не видела, лишь металась из стороны в сторону, не в силах сравнить плюсы и минусы каждого из вариантов.

— Мне жаль, Шэнна, правда. Но поверь, в таких случаях нам лучше слушать Роба. Он знает, что говорит, — уверенно произнес волк.

— Надеюсь. — вздохнула. — А то у меня создается такое впечатление, что рот он открывает только для того, чтобы гадость сказать. Особенно мне. А в тех случаях, когда было бы неплохо взять на себя разговор с кем-то, твой Роб предпочитает прятаться за мою спину.

Волк тихо хмыкнул, я осторожно покосилась на Блондина. К счастью, он не услышал моих слов, полностью сосредоточенный на своем занятии.

— Ну что? Идем? — поинтересовался Эд, поднимаясь на ноги. Встряхнулся, вздыбливая густую шерсть, и выжидающе уставился на меня.

Я, вздохнув, с сожалением вытащила ноги из воды.

— Идем… куда деваться…. Как ты думаешь, за сколько дней мы доберемся до Мантура?

Мантур последний приграничный город между Ханаром и королевством Нартгейл. Вернее территорией, которая была раньше этим королевством. Сейчас де-юре ее относят к Горару. Но кто знает, что там на самом деле. Лично мы, люди, и правда думали, что это Горарский лес, который протянулся с самого юга через восток и даже зашел на часть территорий Ньелокара, то бишь драконьего королевства. На карте он выглядел, как длинная змея, опоясавшая полумесяцем страну оборотней. Мантур же возвышался на небольшом холме, и его восточная часть почти упиралась в лесную чащу Нардгейла, а северная смотрела на Горар. Разделяла наши королевства лишь быстрая и стремительная река Утма, которую каким-то неведомым образом придется преодолеть, чтобы попасть к фей-ир.

— Полагаю, за три-четыре дня должны уже быть там. Если, конечно, нас не настигнут какие-либо непредвиденные обстоятельства.

Я сосредоточенно кивнула, задумавшись над своим. Медленно встала на ноги и обулась. Так не хотелось снова влезать в жаркие ботинки, но делать было нечего. Босиком ведь далеко не уйду.

Мы продолжили путь вдоль ручья, который становился все шире и стремительней, и внезапно закончился на краю обрыва. Там он уже превратился в небольшой водопад, спадающий в маленькое милое озерцо на дне оврага.

Тут не было нахоженной тропки вниз, и спуск казался еще более крутым. Я слабо представляла, как сама буду добираться вниз. А что делать с Чернышом и вовсе не знала. Но умный коник даже ухом не повел и вовсе не испугался огромной высоты. Да и Блондин в этот раз вел себя куда спокойнее. Собственно, если не считать волка, он первым принялся спускаться. За ним, фыркнув, последовал Черныш. Я хотела удержать коня за уздечку, но позорно промахнулась, а дальше и вовсе застыла от удивления, наблюдая как эта невиданная зверюга выпустила, словно кошка, из копыт по два загнутых вниз острых когтя и надежно цепляясь им за землю, бодро пошуршала вниз.

— Керберы бы тебя побрали! — ошеломленно выругалась, смотря ему вслед.

— Ей, ведьма, ты идешь? — повернулся ко мне уже наполовину спустившийся Роб.

Мальчишка не удержался и ехидно улыбнулся, видя мое замешательство.

— Иду, — крикнула в ответ, примериваясь, как бы поудачнее шагнуть вслед за конем и не переломать при этом ноги.