Жена с проблемами

Глава 36

Я прижала ладонь к горлу, чувствуя, как остатки воздуха вырываются из легких, не в силах сделать вдох, не в силах побороть ужас, который все сильнее и сильнее железной рукой сдавливал шею.

— Что ж ты замерла, дочь? Поприветствуй отца и своего короля как подобает.

Мои колени сами собой подкосились, словно кто ударил. Я почти упала на пол, и жжение чуть пониже волос стало просто невыносимым. Едва удержалась от крика, понимая, что это только потешит Роверта. Собрала волю в кулак, последние силы. Мышцы буквально рвались, как натянутые нити, и боль острая и беспощадная перекинулась на голову, ввинчиваясь в затылок и виски раскаленными иглами. Выпрямилась на дрожащих ногах, впиваясь ногтями в ладони, чувствуя, как из закушенной губы начинает сочиться кровь

— Ты… не… мой король! — едва слышно втолкнула слова.

Но Роверт все равно понял и недовольно нахмурился.

Сквозь кранную пелену боли заметила возле трона и месье Коломба. Он все так же со щенячьим восторгом смотрел на отца, с беспрекословным обожанием. «Был бы псом, начал бы вилять хвостом», — подумалось внезапно.

— Повтори!

Направился ко мне.

И я поняла, что это конец — живой отсюда не выйду. А ведь я так и не сказала Эдхарду, что люблю его, так и не объявила о своем решении. Глупый страх и недоверие лишили меня крупиц счастья, которые я могла отвоевать у судьбы. Вдруг Эд был бы мне хорошим и верным мужем. Вдруг у меня хватило бы сил обуздать свой дар. Теперь я этого не узнаю…

Стальные пальцы обхватили мой подбородок, сжали до боли скулы.

— Ты не мой король, отец! — решила бороться до конца.

Он внезапно отпустил, отступил на шаг, продолжая прожигать взглядом.

— Ты не находишь это странным, Коломб, — кинул через плечо. — Из всех моих жалких отпрысков, эта, рожденная полудохлой ящерицей, оказалась на диво сильной и жизнеспособной.

— Гибриды всегда сильнее, ваше величество…

— По Ноэль я этого не заметил. Мне показалось, что фей-ирская кровь сделала ее, наоборот, слабой.

Я удивленно вытаращилась. Это Ноэль-то слабая. Та, которая смогла обуздать драконьего короля.

— Ариэль так вообще без толку была. То, что эту дуру смогли похитить тупые полукровки, само собой говорит о ее уме. Нет бы у драконов закрепиться, так теперь сидит в своей гнилой Таканиве и рожает уродцев.

В груди поднялась волна гнева. Вот какого мнения о нас собственный отец. Впрочем, ничего нового. Только пальцы начало нестерпимо жечь, сила снова реагировала на мои эмоции.

— Но они живы, ваше величество, — подобострастно промямлил Коломб. — И свою пользу принесли.

— Не так, как я ожидал… — резко одернул его.

— Чего ты хочешь? — перебила.

Он снова обратил на меня внимание. Зыркнул недобро. И что-то такое темное, довольное в его взгляде заставило затрепетать.

— И как вообще тебе удалось меня похитить из Атара. Это из-за метки? — внезапно вспомнила о жжении в затылке, невольно потянулась рукой. Только сейчас осмотрелась, где нахожусь, и со страхом узнала лабораторию Коломба. Мраморные столы, полки, колбы с разными зельями. У входа застыли верные стражники. А где-то за дверьми, вдоль темного сырого коридора, тянулись камеры с решетками для особо «сговорчивых» подопытных.

— Я же говорил, что умная, — блеснул глазами. — Упертая. Но умная. А упертость и сломить можно. Это я люблю.

По коже пробежал мороз.

Если бы я знала, что моя сила поможет, сожгла бы тут все дотла. Но понимала, что сейчас это только навредит.

— Метка, ваше высочество, — захихикал Коломб. — это не только маяк, но и портал. Экспериментируя над магией жителей островов, скрупулезно исследуя ее, я понял, что каждый символ, каждый рисунок несет в себе скрытый смысл. Ваш рисунок соединяет в себе символы глаза и двери, что означает маяк и портал. Но портал к тому, кто призывает, к тому, кто нанес эту метку или имя которого нанесли вместе с символами.

Теперь стало понятно, почему защита королевского дворца никак не среагировала на мое похищение — метка создала впечатление, что я сама покинула стены замка, по собственному желанию. А это не запрещалось.

— Почему же вы сразу меня не призвали? — потянула недоуменно. Потерла пальцами саднящий затылок.

— А зачем? — поднял брови Роверт. — Мне понравилось, как ты смогла завоевать неприступного и холодного Эдхарда Мак-Альпина. Такой союзник только на руку.

Осознавать себя марионеткой в чьих-то руках было до боли неприятно. Но знал бы Роверт, что о нем думает Эд, понял бы всю тщетность затеи.

— А теперь что от меня надо? — нахмурилась, складывая руки на груди. Может все не настолько страшно. Если отец уверен, что через меня сможет снискать расположение Эдхарда.

— А теперь мы еще один маленький символ нанесем. Чтобы ты уж точно не отказалась сотрудничать. Еще не помешали бы регулярные отчеты о том, чем занимается твой муж. Возможно, армию собирает, тренирует, оружие разрабатывает…

— То есть, от меня требуется шпионить? — зачем-то уточнила. Терпение потихоньку начало кончаться.

— Грубо говоря, да, — подтвердил Роверт.

И я со всех сил сжала кулаки, чтобы не сорваться. Надеялась, что, возможно, есть еще шанс их переубедить, выбраться живой, а там уже, на свободе, сделать то, что нужно — избавиться от метки и сказать Эду то, что должна была давно сказать.

Но даже моргнуть не успела, как меня кто-то схватил сзади, скрутил за спиной руки, до хруста выламывая суставы. Дернулась, причиняя себе боль, упала на колени, прямо к ногам захватчика. И он с явным удовольствием потянул меня вверх, прекрасно осознавая, что ранит еще больше. Вскрикнула, попыталась вырваться, и поняла, что уже не могу сдерживаться. Ослепленная болью сняла контроль, и огонь побежал по венам, хлынул, как вода через разбитую плотину. Мои ладони вспыхнули, как два факела. И стражник с криком отскочил назад.

— К счастью, твоего согласия совершенно не нужно, — отошел чуть в сторону Роверт.

— А с неконтролируемой силой мы и в прошлый раз справились, — потер ладони Коломб.

В одну минуту мои руки обвило лассо. Странное, прозрачное, словно стеклянное, но я чувствовала кожей гладкую прохладную поверхность воды. А в следующий миг мои ладони оказались в огромных водяных варежках, огонь в ладонях погас. И сколько ни старалась, а вызвать его больше не могла. Я попыталась стряхнуть волшебные рукавицы, вырваться, но лассо натянулось еще больше и врезалось в запястья, как самая настоящая веревка.

— Ты знаешь, насколько сильна вода? — спокойно произнес отец. И месье Коломб сжал кулак. — Она может стачивать камни, крушить их, сжимать и перетирать в труху. Твои кости гораздо мягче.

Он лишь слегка дернул, а я не смогла остаться на месте, сделала несколько послушных шагов вперед. Стражники оказались больше не нужны. Да и они не спешили со мной связываться. Слишком уж неприятно пахло горелым мясом от их товарища, жалобно стонущего в углу. И я не удержалась от довольной улыбки.

— Идите сюда, трусы! — рыкнул Коломб. — Мне не справиться одному!

Ослушаться прямого приказа доблестные мужи не осмелились, и осторожно приблизились, косясь на мой кровожадный оскал. Показывать, что я теперь совершенно беспомощная даже в мыслях не было. Пускай боятся.

Роверт прислонился спиной к стене и принялся наблюдать. Его невозмутимость пугала, холодный мертвый взгляд бесстрастно рассматривал разворачивающуюся картину, будто представление на ярмарке.

Я вырывалась, как дикая кошка. Может, мою силу и нейтрализовали, но без боя сдаваться не собиралась. Лягалась, кусалась, пиналась и брыкалась, доставляя максимум дискомфорта своим конвоирам.

— Не трать силы, Шанталь, — все же подал голос Роверт, видимо устав от моих трепыханий. — Ты все равно получишь метку и станешь послушной девочкой, как бы не сопротивлялась. Но так хоть не поранишься.

— Я всегда буду тебе сопротивляться! — выдохнула через силу.

— Не всегда. После метки каждый мой приказ будет для тебя единственной волей. Ты станешь идеальной.

Это обещание испугало еще больше. Сколько бед он собирается сотворить моими руками?

— Эдхард найдет меня! — выкрикнула и неожиданно достала пяткой одного из стражников. Тот, охнув, согнулся и прижал одну руку к животу. Но второй, гад, продолжал крепко держать.

— Эдхард подумает, что ты снова сбежала. Но ты сама вернешься, попросишь прощения. Скажешь, что согласна быть его женой, что для тебя это великое счастье.

— Я по своей воле никогда бы такого не сказала. Он почувствует правду.

— Порой мужчины бывают слепы, когда получают желаемое.

Меня уже повалили прямо на стол, лицом вниз, и принялись скручивать за спиной руки. Я почувствовала себя уязвимой и беззащитной. Сопротивляться стало труднее. А растрепанные волосы уже приподнимала чья-то рука, и обнаженную шею обвеял жар.

— Больно будет совсем чуточку. Ты почти не почувствуешь, — пообещал месье Коломб, и затылок прострелила боль.

Но вместо нарастающего жжения, неприятные ощущения резко пропали. Я услышала грохот, и прямо у стола упал один из воинов. Хлопнула входная дверь, прошелестел металлический засов.

Я даже не успела приподняться, чтобы рассмотреть, что происходит, как крепкие руки обхватили меня, прижали крепко к груди.

— Все хорошо малышка! — послышался родной голос. Эдхард осторожно спустил меня на пол и задвинул себе за спину. — Через несколько минут мы вернемся домой.

Я прижалась к нему, не в силах вымолвить и слова. Он пришел за мной. Не поверил, что я сбежала, знал, что не смогла бы, после всего сказанного. И в сердце разлилось тепло.

Но месье Коломб не позволил нам уйти, он сноровисто кинул чем-то прямо в лицо Эдхарда, и черный, словно сотканный из тьмы шар разбился об прозрачный щит.

— Коломб. Открой! — внезапно выкрикнул Роверт. Он попытался выбраться из лаборатории, но засов держал крепко.

Это отвлекло мага всего на секунду, на долю секунды, которая только и нужна была Эду. Искрящийся, пульсирующий шар, наполненный извилистыми молниями, полетел в сторону мага. Но разбился об аналогичный защитный купол. К счастью, полностью нейтрализовать разработку Эда у щита не получилось. Распавшись тонкими змейками, шар упал на землю. А мелкие молнии, почувствовав свободу, принялись пробираться сквозь заслон. И маг рухнул на одно колено, пытаясь стряхнуть одну из них с ноги.

Мне из за спины Эдхарда почти ничего не было видно. Но зато когда начал шевелиться один из стражников и потянулся к мечу, я от души пнула его ногой прямо в нос. Как попала точно в цель, и сама не понимала. Но искренне порадовалась, что нос пострадал больше, чем мои пальцы. Хотя и они болели после удара невыносимо.

Подняла голову, лишь когда Коломб пронзительно вскрикнул. Как-то странно, даже по-женски, высоким пронзительным голосом. Его щит уже дрожал. Но и у Эда слегка шел рябью. Противники ослабевали с каждым выпущенным заклинанием. Тем более, что каждый из них защищал не только себя.

— Эд, послушай, — внезапно в голову пришла идея. Я понимала, что силы у них почти равны. На стороне Эда мастерство и талант, но у Коломба был немалый опыт и коварство. — Эд! Слышишь меня? Я могу укрыться за каменным столом. Он меня не достанет. Снимай щит!

— Нет, Шани! — резко выкрикнул. Слишком поспешно, даже не подумав.

— Послушай, я смогу себя защитить. Я не беспомощная! А это Брендстенстский мрамор. Он устойчив ко всем заклятиям. Я знаю! За ним я буду защищена не хуже, чем за щитом.

— Шани!

— Ты просил доверия. Я тебе доверяю! Верю! И ты доверься мне. Я хочу жить. Я не стану собой рисковать напрасно. У меня свадьба на носу. Меня сейчас ничего не остановит! — выпалила на одном духу, собираясь с силами, чтобы сделать резкий бросок за стол.

— Свадьба? — плечи Эда слегка вздрогнули. В Коломба полетел очередной шарик.

— Ага. С одним упрямым и вредным волком! — хмыкнула, переминаясь с ноги на ногу.

— Ну, раз свадьба, — медленно произнес. И я не поверила собственным ушам. Согласился, услышал мои аргументы! Или это мой своеобразный ответ смягчил Черного Короля.

— Я прикрою тебя, когда будешь бежать! — уведомил, уклонившись от шара в ответ.

Видимо, наш разговор привлек внимание противников. Роверт тоже начал алчно поглядывать на стол. Но Эдхард оказался куда ловчее.

Пульсары вылетали быстро и четко. Мелкие, назойливые. Они брали не слишком много энергии, но досаждали Коломбу и мешали защищать Роверта. Из-за пульсаров самому Роверту не удавалось выскочить из-под защиты, а Коломбу приходилось все время держать купол в напряжении.

Я перебежала быстро, села за мраморным постаментом и притаилась. Щит самого Эда налился новой силой. Он перестал бросать шары, и несколько крупных сразу же прилетело в ответ. Отсюда было еще хуже видно, чем раньше. И я только и могла, что считать хлопки и удары, а также прислушиваться к шуму осыпающегося камня.

За несколько шагов от меня пол внезапно прожгла молния, срикошетив от стола. Я поджала ноги, воочию убедившись, что грифонский мрамор не легенды. Признаться честно, была не полностью уверена в его свойствах, хоть и убеждала Эда в обратном.

Внезапно все стихло. Противники затаились. Эта передышка заставила меня аккуратно высунуть нос из-за укрытия. И я случайно словила взгляд отца направленный на стену, граничащую с коридором. Весьма довольный. За столом ему места не было, зато, если разрушить ее, у Коломба тоже появится шанс. А Роверт позовет стражу. Вряд ли Эд что-то укрепил, кроме входа. Слишком энергоемко.

Я не знала, что мне делать. Руки по-прежнему были в варежках, и колдовать я не могла… Если бы наша мысленная связь с Эдом не исчезала, когда он в людском обличии, насколько было бы все проще.

Я прикрыла глаза, закрыла голову руками. Так хотелось рассказать Эду о своих подозрениях, так хотелось, чтоб он услышал.

Я словно заведенная повторяла.

— Стена… стена… стена… — и едва не всхлипнула, когда послышался громкий взрыв. Посыпались камни с потолка, в воздух поднялась пыль. Громкий стон разорвал эту какофонию звуков. Стон отца. А затем крик Коломба.

Я не осмеливалась посмотреть. Мелкая каменная крошка сыпалась и сыпалась, покрывая все серым налетом. Мне было страшно увидеть, что за этим сизым, наполненным пылью туманом. Послышались странные хлопки, как будто взрывались рыбьи пузыри, которыми так любят играть деть в бедных поселениях. А спустя какое-то время, я почувствовала, как кто-то сел на корточки напротив меня.

— Шани! Слышишь меня? — на запястьях сомкнулись теплые пальцы, и я поняла что водяные рукавицы пропали. Оторвала взгляд от коленей, подняла голову и утонула в черных омутах глаз.

— Эдхард!

— Все закончилось, Шани.

— Все? — я не могла поверить. По-прежнему боялась взглянуть в ту сторону, откуда слышался самый громкий шум.

Он кивнул.

— Все. Роверт больше не навредит ни тебе, ни кому-либо другому.

По лицу Эда текла кровь, видимо крупный осколок камня задел висок. Но он улыбался, устало и измученно.

Я осторожно, еще боясь испугать хрупкую весть о победе, не задумываясь о словах, которые он секунду назад произнес, сомкнула руки на его шее.

— Я так испугалась, что больше никогда тебя не увижу, — вжалась лбом в его грудь. — Не скажу, что согласна. Они убеждали меня, что ты поверишь в мой побег и не будешь искать.

— И в мыслях такого не было, горностаюшка. Я мгновенно почувствовал неладное. Просто не сразу получилось вычислить, куда тебя затянули, и настроить портал.

— Это все метка… — тихо пробормотала.

— Больше метка тебе не угрожает. Ее хозяина уже нет в живых.

Тело пронзила дрожь, осознание произошедшего потихоньку начало доходить до меня. Зубы застучали. Запоздалая реакция включила механизм самосохранения. Краем глаза увидела, что тела Роверта и Коломба валяются у стены под обломками. Даже знать не хотела, как они погибли. Главное, что я была теперь свободна от них. От их жуткого влияния. В сердце разливалась пустота, выжженная, вытоптанная. Наверное, я должна была чувствовать грусть, все же он был моим отцом. Но чувствовала лишь облегчение.

— Забери меня отсюда, Эд, — отвернулась, снова уткнулась в его грудь, чтобы не видеть изломанные тела.

Скоро набегут стражники, будет международный скандал. Нам лучше убраться отсюда, как можно скорее. А ханарцы пускай сами строят предположения, как погиб их безумный король.

— Заберу. Прямо сейчас, моя любимая девочка, — подхватил на руки.

— Любимая? — подняла глаза.

— Бесконечно любимая. Разве ты еще не поняла этого?

Я покраснела, не в силах выдержать столь пристальный взгляд.

— Просто слышать это приятно, — потупилась, прижалась пылающей щекой к груди.

— Так сделай и мне приятно, если готова? — прошептал, крепко прижимая к себе.

Под щекой его сердце начало биться быстро и часто.

— Любимый, — повторила несмело. Едва слышно. Почему-то жутко стесняясь и чувствуя неловкость.

Но даже этого ответа достаточно, чтобы получить сладкий, долгожданный поцелуй. Наши губы сомкнулись, и портал, наконец, утянул обратно в Атар.