Искра. Волчьими тропами

Глава 9. Надежда на лучшее умирает последней

Старх был недоволен, что пришлая не распростёрлась по земле, прося защиты. Она хороша собой и могла бы рассчитывать на место подле него, если бы продемонстрировала готовность искать его внимание. Ничего похожего эта самка не сделала, и её самонадеянность взбесила. Даже сильнейшему волку в одиночку не выжить, а пришлая явно неженка и, что очевидно, чужая для этих мест.

Зато идиотка виляла хвостом перед никчёмным омегой! Похоже, у неё не всё ладно с головой. Как она дожила до взрослых лет при полном отсутствии мозгов?

Удивление Старха оказалось столь велико, что вспыхнувшая злость отступила. Ему было даже жаль, что такая сильная и чистенькая оборотница столь глупа.

Поморщившись, он сделал незаслуженное одолжение чужачке, и объявил стае, что волчица может погостить у них. Это давало ей право есть из общего котла, и дарило в некотором роде неприкосновенность. Никто не отнесётся к гостье как к беззащитной одиночке или омеге, и не принудит к близости со всеми желающими без обязательств. Но если одинокий волк проявит интерес и будет не против обзавестись щенком, то пусть сама разбирается с ним.

У Старха мелькнула мысль, что ему стоило всё же обозначить свой интерес перед другими к этой волчице… но впереди зима, и лишний рот лично ему не нужен. Джарра и так недовольна, что его щенки от разных самок крутятся возле котла и жмутся к огню, занимая лучшие места, а тут ещё добавится пришлая!

Конечно, Джарра хорошенько потреплет эту цацу и вышвырнет её из дому, но тогда надо будет принимать решение по поводу дальнейшей жизни чужачки. А если она понесёт от него?

— Благодарю, — всё, что ответила дура на выказанную милость, и Старх не удержал недовольный рык.

Чует его сердце, что от предсказанной омегой оборотницы будут проблемы! Да и не наврал ли он в тот день, пытаясь отвлечь его внимание от брата?

Стая ловила каждое слово вожака и многие заметили, что несмотря на милость, проявленную к чужачке, Старх раздражён её пребыванием на своей территории.

Женщины без удержу зубоскалили. Им всё было интересно!

Они обсуждали необыкновенную одежду пришлой, её непривычную внешность, поведение, силу, а вместе с тем тихонько сплетничали о Джарре. Некоторые самки сделали неожиданный вывод, что Лунная (из-за светло-серебристых прядей волос гостьи) оборотница подвинет альфа-самку. Из-за этого даже разгорелся опасный спор, но настало время обработать принесённые охотниками туши — и лишние разговоры прекратились сами собой.

Искра никак не могла выбрать для себя общий дом и войти в него. Ей казалось, что стоит только сделать шаг — и её всё-таки вырвет. Воняло от ям с отмокающими в них шкурами, к этой вони примешивался устойчивый запах отхожих мест, потому что дети делали свои дела там, где играли, а играли они рядом с домами. Ну, и резкий аромат немытых тел всей стаи стал последним аккордом для иномирянки, чтобы бежать, бежать со всех ног отсюда!

Она еле сдержалась и нашла в себе силы поблагодарить вожака за гостеприимство. Она догадывалась, что с его стороны это был широкий жест. Насколько Искра поняла, излишков еды в стае не было, как и тёплых местечек, а вот опасность в виде вампиров существовала, и альфа одарил её защитой. Она надеялась, что метка Тания оградит её от вампиров, но все равно была благодарна вожаку за заботу.

Вот только она не поняла, почувствовал ли он в ней пару или нет? Как ей быть?

Она не девочка, чтобы раскрыв душу нараспашку, бежать к истинному, да и он не мальчик. У него своя жизнь, свои привязанности…

От разных мыслей стало невыносимо больно, но это далеко не первый раз, когда жизнь казалась безрадостной. Всякое приходилось переживать! Главное, не спешить, не делать поспешных выводов.

Она всё-таки вошла в один из домов и быстро осмотревшись, выскочила. Вообще-то всё было не так плохо, как ей показалось снаружи. Более чем наполовину жильё уходило в землю и, скорее всего, неплохо защищало от непогоды. Разве что в затяжные дожди могли начаться проблемы с крышей, но наверняка на этот случай у стаи есть решение.

Но царивший там смрад!

Выскочив из дома, Искра сообщила уставившимся на неё женщинам, что прогуляется по округе. Ей необходимо было избавиться от комка в горле и вернуть себе обоняние.

За ней следили все! Но она отошла подальше и задумалась.

Жить вместе со всеми она не сможет. Хватит одной ночи, чтобы обзавестись вшами, глистами и потерять обоняние. Но построить собственное нормальное жильё ей не хватит сил. А по услышанным оговоркам зимы здесь суровые! Если бы был хоть какой-то инструмент, то потихоньку-полегоньку можно было дерзнуть, а так…

Искра взяла палку и начала ковырять землю. По садово-огородным меркам земля была неплохой, но она не заметила, чтобы оборотни что-то выращивали. Такой подход не был в диковинку для девушки: раньше многие из её народа полагали, что достаточно мясного питания и потребления в волчьем виде некоторых трав для чистки организма. Но маги доказали, что чем разнообразнее питание у двуликих, тем дольше они живут и лучше соображают.

Даже в глухой деревне, где родилась Искра, все научились выращивать овощи, фрукты, злаки, и с удовольствием включали их в свой рацион. Это потом пришлось туго, и на новых землях какое-то время жили только охотой. Искра с удивлением вспомнила, что тогда даже запах стаи изменился, стал резче, и возможно, из-за этого соседи поскорее поделились семенами, помогли возделать землю под огороды.

Оборотница тяжело вздохнула. Конец лета, семян нет, инструмента нет… чего ещё нет? Легче подумать о том, что есть.

А есть защита от вампиров, есть собственная тёплая шкура и большой опыт выживания, как в лесу, так и в городе.

Зиму можно провести вне дома, если кормить себя досыта. Но мужчины жаловались, что зверя в округе стало меньше, и если Искра не сможет ужиться в стае, то её не только не будут подкармливать, но и не дадут охотиться самой на близлежащей территории.

Она могла бы уйти сразу в поисках свободной земли, но нет никаких гарантий, что в глубине лесной зоны не живут другие освободившиеся от вампиров оборотни. А ещё ей не простят небрежения гостеприимством и могут устроить охоту на неё. Так что она вляпалась, и придётся пожить здесь, найти способ поблагодарить за защиту и пищу, а потом вежливо покинуть стаю.

Всё это доходило до Искры урывками, сквозь те лезущие в голову мечты, где её истинная пара признаёт её и из кожи вон лезет, чтобы сделать свою любимую счастливой.

Она еле заставила себя подумать о том, как ей найти мага и безопасно подобраться к нему или чем привлечь его, чтобы выторговать себе переход домой. Заодно пыталась анализировать жизнь вампиров и оборотней, попутно искала способы построить себе укрытие. Впрочем, не столько себе, как вещам, которые в отличие от неё не потерпят грязи и влаги. На данный момент одежда и магические штучки — это единственный её капитал, который можно будет пустить в дело.

Опять вздохнула. Мысли о собственной невезучести упорно лезли в голову. А надо бы отбросить романтику и обдумать то, что есть полезного в наличии и использовать это. Она перевела взгляд на поселение.

Землянку для себя ей рыть не хотелось. Обычно об этом просили медведей, а здесь ни одного нет. Зато есть много камней, но, чтобы собрать из них стену, необходим раствор для скрепления, а крупные камни ей не сдвинуть с места без помощников.

Вот если бы найти пещеру! Но, если была бы пещера, то стая заняла бы её.

Искра прогулялась по краю леса. Поблизости от стаи он был сухим и светлым. Мощные сосны стремились ввысь, оставляя у корней ковёр из опавшей хвои, на котором удавалось расти только грибам.

Иногда попадались низинки, где отвоевала себе место черника или багульник с голубикой. Часто встречалось нагромождение валунов и песочные холмы.

Если идти дальше, то лес поменяется и станет влажным, тёмным, насыщенным запахами трав, но Искре больше нравился свежий аромат хвойников. Так что выбор места жительства для стаи она одобряла.

На опушке девушка сложила вещи в котомку и обернулась волчицей. Кто-то наблюдал за ней, но этого стоило ожидать. Взяв сумку и котомку с собой, Искра пробежалась по округе зверем. Может глупо носить с собой вещи, но она не представляла, как будет отбирать их у тех, кто позарится на них. Конфликты ей сейчас не нужны. Выглядеть перед своей парой склочницей последнее дело!

Шагах в трёхстах она нашла узкую каменистую речку. Судя по следам, стая ходила сюда на водопой и брала воду для приготовления пищи. Вдоволь напившись, Искра побежала дальше.

На небольшой полянке с южной стороны от стаи она остановилась. Место было сухим, слегка на возвышенности и в пределах видимости хозяев этой земли. Возможно, кто-то из оборотней вырыл бы здесь землянку, но здоровенный валун стоял прямо посередине и мешал.

Искра обошла его со всех сторон и довольно похлопала ладошкой по нему. Одна стена её нового дома есть! Вдохновлённая, она выложила себе очаг. Это не было так уж необходимо для неё, но работа успокоила и упорядочила мысли.

После этого она подвесила котомки на дерево и ушла к речке за ветками ивы, чтобы сплести крепкую корзинку. Скорее всего, в ней придётся таскать глину или песок, а может, камешки. Для этого необходимо было выбрать и срезать приличное количество прутьев, а заодно найти ясень и смастерить из его веток щемилку для снятия ивовой коры. Но щемилка — это на будущее, а сейчас в приоритете не красота, а крепость изделия.

Вернулась Искра вовремя и спугнула парочку женщин, роющихся в её вещах. Хватило небольшой демонстрации силы, чтобы охочие до чужого добра дамочки бросились бежать.

Пришлось всё складывать заново, а потом она почуяла запах готовой пищи и отправилась к землянкам. Ей ведь разрешили есть из общего котла, а заодно она собиралась ненароком показать всем, что в случае чего может постоять за себя.

К котлу она подошла сразу же вслед за альфа-самкой. В этот раз Искра её разглядела лучше.

Сильная, статная девушка отличалась от других какой-то царской уверенностью в себе и смотрела на всех хозяйским взглядом. Её главенство в стае было неоспоримым.

Чем-то она напомнила Искре мать Пепла. Та тоже чувствовала себя полновластной хозяйкой стаи, но когда случилась беда, то всё оказалось напускным, и более того, потеряв свои позиции, мать Пепла превратилась во вздорную спесивую оборотницу.

Но это дело прошлое, к тому же в молодой альфа-самке Искра отметила силу. Джарра чувствовала себя уверенной не на пустом месте — она действительно была сильна, вот только не всегда этого достаточно, чтобы руководить стаей.

Искра старательно прислушивалась к шепоткам, и из разрозненных кусков понимала, что Джарра уже не один год живёт с вожаком, но почему-то в стае бегают маленькие дети от других женщин. Она даже присмотрелась к малышне, чтобы убедиться: после того, как вожак при всех выбрал себе альфу-самку, он продолжал брать к себе в постель других женщин!

Это было неуважение к альфе-волчице стаи!

Пусть она не его истинная, но он выбрал её среди других, наделил полномочиями и признал своей женщиной!

Искра уже ничего не понимала, но свирепо глянула на волчиц, которых застала на воровстве, чтобы впредь никто не стал с ней связываться.

Джарра тем временем тоже следила за гостьей и оценивала, но общаться не торопилась. По её лицу невозможно было догадаться, что она думает.

Еду раскладывали в берестяные кулёчки, которые невозможно было поставить, пока всё не съешь. Некоторые кульки подтекали, и оборотни старательно слизывали каждую капельку.

Искра ела медленно. Варево было безвкусным, но питательным. В жирном мясном бульоне плавали пёрышки дикого лука, листики сныти, кусочки корня иван-чая, однако отсутствие соли эти добавки не смогли восполнить.

Она уже почти всё съела, когда заметила жилистого пацана лет тринадцати, подкармливающего двух мальчишек. Из шушуканий оборотниц Искра поняла, что мальчишки — дети вожака, но выглядели они не очень.

Вообще-то всем малышам дали подойти (подползти) к огромному котлу после взрослых, но этим двум досталась непредвиденная добавка от старшего мальчика.

Искра думала, что здесь полно детей, но как оказалось, много было совсем маленьких, а тех, кто постарше — раз-два и обчёлся. Некоторых из них, словно бы небрежно, но подкармливали матери или отцы, а вот на крох никто не обращал внимания.

Более того, стоило одному карапузу случайно приблизиться к вожаку и напрудить возле него, как тот ощутимо поддал ему ногой, а когда неосторожный кроха разрыдался, то получил добавку от альфа-самки. И ведь не поленилась, поднялась, подошла и, чуть не вывернув ему ручку, откинула расплакавшегося малышка подальше, злобно прошипев ему что-то в самое ухо.

Все засмеялись, поглядывая на съёжившегося ребятёнка с охотничьим интересом, но он не стал метаться среди взрослых, не продолжил плакать, а отполз в землянку и там затих.

У Искры пропал аппетит после увиденного. Все мысли о паре и о его женщине как отрезало. Девушка смотрела, с какой жадной торопливостью едят передвигающиеся ползком другие крохи — и едва справлялась с неприязнью ко всем оборотням этой стаи.

— Где их матери? — подавив в себе злость, тихо спросила она у одной из женщин.

Та быстро придвинулась к Искре и зашептала:

— Знамо где, все тут.

— Но почему они не кормят детей?

— Зачем? От груди оторвали, к котлу поднесли, а дальше сами. А ты… ты больше не хочешь? — оборотница бросила жадный взгляд на косточки, что остались нетронутыми.

Искра протянула ей свой кулёк, и та шустро высыпала косточки себе в грязные руки.

— Слушай, а откуда у вас такой большой котелок? — спросила девушка, надеясь, что услышит сейчас о кочующих из города в город торговцах, а у них можно было бы разузнать о мире. Уж слишком эта посудина не вписывалась в то, что наблюдала она.

— Это при побеге взяли. Был ещё один, да ржа проела.

— А новый сделать не пробовали? — с сарказмом спросила Искра, поддавшись эмоциям.

Ей вдруг нестерпимо захотелось выплеснуть на всех своё раздражение, сказать всем, что они ужасны и отвратительны, как снаружи, так и внутри!

Она уже заметила, что на территории поселения нет никаких мастерских. Судя по тому, что она увидела, оборотни вели вольный образ жизни. Возможно, в этом есть какая-то философия, но даже у зверей в конце лета каждая минутка посвящена накоплению запасов, а здесь, судя по разговорам, члены стаи изредка оборачивались в волков, чтобы сбегать полакомиться ягодами, поискать вкусные травки, и возвращались в смрадные землянки отлёживать бока.

Небольшая деятельность завязалась, когда одни женщины взялись готовить еду, а другие принялись чистить звериные шкурки. Всё.

— Так нет у нас мастеров, — как очевидную истину произнесла оборотница, и добавила с нотками восхищения и ненависти, смотря на котёл: — Это ж вампиры делали!

— Вы украли? — едва слышно спросила Искра.

— Не-а, вампиры сами давали старостам всё, что нужно, а те уже распределяли среди нас. Я плохо помню, но у мамы было много глиняной посуды, отрезы ткани, обувка и скребки разные для выделки коровьих шкур. А у отца с братом у каждого свой нож был, но многое потеряли, когда отбивались.

Искра хотела ещё поспрашивать словоохотливую оборотницу, но на них обратила внимание Джарра, и под её ледяным взглядом разговор стих сам собой.